My immortal

      Вэй Усянь вздрогнул и проснулся с бешено колотящимся сердцем. Вэнь Нин! Как Вэнь Нин оказался в Могильных Холмах? Этого не должно было произойти!       Разумеется, что что-то неожиданное должно-таки случится, ехидный голос в его голове звучал очень раздражающе. Ты изменил ход огромного количества событий в нынешней реальности, и после наивно полагал, что ничего не изменится?              Я должен спасти Вэнь Нина, твёрдо сказал он себе и встал с постели. Вэй Ин как раз завязывал свою мантию, когда в его комнату вошёл полностью одетый Лань Ванцзи. Было уже за полночь, и все в Облачных Глубинах уже спали… или должны были спать.       Вэй Усянь в недоумении зажмурился.       — Лань Чжань? Что случилось?       — Вэнь Нин, — ответил семилетний мальчик, а его золотистые глаза сузились. — Твой друг.       Вэй Усянь почти мог почувствовать, как его челюсть отвисла. Откуда Лань Чжань знал про Вэнь Нина? Неужели, его Лань Чжань тоже переселился в эту реальность, как и он сам? Теперь... это казалось вполне вероятным. Возможно, в отличие от его собственной, память Лань Чжаня осталась неповреждённой даже после той вспышки.       — Как ты узнал?       — Я видел твой сон, — на лбу Лань Ванцзи появилась маленькая морщинка. — Не знаю почему, Вэй Ин. Я вижу разные вещи. — Мальчик выглядел немного потерянным.       Вэй Усянь заключил его в крепкие объятия, не в силах придумать, что ответить.       — Как мы доберёмся туда? — пробормотал Вэй Усянь. — Суйбянь же ещё не выковали…       — …и Бичэнь тоже, — Лань Ванцзи снова нахмурился. — Откуда я знаю это?       Надежда разгорелась подобно огню в сердце Вэй Усяня… Если его Лань Чжань действительно переселился сюда и мог бы вспомнить всё, что с ними происходило до…       Вэй Ин снова порывисто обнял мальчика.       — Не волнуйся, Лань Чжань. Что бы ни случилось, я защищу тебя, — пообещал он.       — А я тебя.              Решительное личико и крайне серьёзный взгляд Лань Ванцзи делали его столь очаровательным в этот момент, что Вэй Усянь не смог себя больше сдерживать и поцеловал ребёнка в щёку. Ушки Лань Ванцзи немедленно заалели.       В ту же минуту мальчики услышали голоса снаружи и поспешили выйти из комнаты.              — Брат! — кричал Лань Цижэнь. — Я требую объяснений! Почему ты разбудил меня посреди ночи? Куда мы направляемся?       — К А-Чжаню и А-Сяню, — ответил Цинхэн-цзюнь. — Мы должны поторопиться, брат.       — Что этот мерзкий мальчишка уже натворил? — сердито спросил Лань Цижэнь. — Клянусь, если он навредил А-Чжаню, я вышвырну его отсюда, и неважно, пара он Ванцзи или нет!       Цинхэн-цзюнь слабо улыбнулся:       — В этом нет необходимости, брат. А-Сянь не сделал ничего плохого… пока что.       Вэй Усянь не смог сдержать всё в себе. Он укоризненно посмотрел на взрослых и проворчал:       — Что значит ваше «пока что», тесть? Я так старался хорошо вести себя ради Лань Чжаня, следуя всем этим глупым правилам и ограничениям!       Лань Ванцзи в шоке уставился на отца. Сколько времени прошло с тех пор, как они познакомились с Вэй Усянем? Лань Ванцзи поглотило чувство обиды, ведь, когда отец решился познакомиться с его парой, при этом проигнорировал собственного сына… И как они с Вэй Ином стали настолько близки на той встрече, что даже начали обращаться друг к другу столь фамильярно?       — Отец. Дядя, — поприветствовал он их, шагнув вперёд.       Лань Цижэнь был в ярости.       — Зачем ты вытащил А-Чжаня из постели, сопляк? — он ругался на Вэй Усяня.       — Он ничего не сделал. Я сам нарушил режим, — ответил Лань Ванцзи.       — Да, да, — нетерпеливо произнёс Цинхэн-цзюнь, поднимая обоих детей к себе на руки. — Поторопимся, дети. Мы должны отправиться к Могильным Холмам.       Впервые познав такое проявление родительской любви, Лань Ванцзи осторожно прижался к отцовской груди. Вэй Усянь взглянул на Лань Цижэня, чьё лицо, наконец, подобрело.       — Можно мне отправиться с дядюшкой? — спросил он. — Так же будет легче, верно?       С едва заметной улыбкой, как будто понимая намерения Вэй Усяня, Цинхэн-цзюнь передал его в руки Лань Цижэня.       — Ты… — тихо прошептал Лань Цижэнь, словно пытаясь подобрать слова. Наконец, он потрепал волосы Вэй Усяня и вздохнул:       — Ты молодец. — Его обычно строгие глаза словно подобрели, когда он взглянул на брата, обнимающего своего сына, и на спокойствие, отразившееся на лице племянника.       — Лань Чжань пусть и кажется непоколебимым, но, на самом деле, он более чувствительный и добрый, чем кто-либо другой, — пробормотал Вэй Усянь.       Лань Цижэнь молча кивнул.              Старшие Лань вскочили на свои мечи, прижимая к груди детей, и полетели в сторону Холмов. Вскоре, они заметили группу людей в красно-белых одеждах. Несколько тел уже валялись на земле, а двое детей: девочка возраста Цзян Яньли и мальчик возраста Вэй Усяня — продолжали бороться.              — Твоя кровь настолько разбавлена, что ты едва ли Вэнь, — усмехнулся мужчина, угрожающе размахивая мечом.— Ты должен умереть вслед за родителями!       — Я не знал, что клан Вэнь опустился до убийства собственных детей, — прогремел Лань Цижэнь; его грозный голос эхом отозвался в темноте.       Убийцы клана Вэнь взглянули на братьев Лань.       — Разве это не Цинхэн-цзюнь и Лань Цижэнь? Что здесь забыли лидеры клана Гусу Лань? — возмутился некто.       Чета клана Лань, с присущей им безупречностью буквально во всём, опустилась на землю. Вэй Усянь сразу кинулся туда, где сейчас шло сражение. Он собирался бежать к Вэнь Нину, когда Цинхэн-цзюнь остановил мальчика и протянул ему чёрную флейту.       Вэй Усянь уставился на него в шоке:       — Чэньцин? Как?..       — Объяснения позже.       Вэй Усянь кивнул и принял протянутую флейту.       — Не своди глаз с Лань Чжаня, — наказал он. Затем приложил губы к флейте и заиграл. Лес вокруг них зашумел и грозно завыл.       Несколько мужчин из клана Вэнь ринулись на Вэй Усяня с мечами.       — Брат! Защити его! — приказал Цинхэн-цзюнь. А сам, прижимая сына, как можно ближе к себе, направился к двум захваченным в плен детям. Через несколько секунд Вэнь Цин и Вэнь Нин были освобождены.       — Вэнь Нин, — окликнул мальчика Лань Ванцзи, всё ещё сидя на руках своего отца. — Иди к нам.       Дети Вэнь беспрекословно послушались его, и Цинхэн-цзюнь отвёл их в безопасное место.              Как только Вэй Усянь понял, что они были в безопасности, то перестал играть и начал дёргать за мантию Лань Цижэня.       — Нам тоже пора, дядюшка.       Лань Цижэнь, защищающий его своим телом, обернулся. Он взглянул на брата, и тот кивнул.       Тогда Лань Цижэнь схватил за воротник Вэй Усяня и передал в руки своего брата. Цинхэн-цзюнь слабо улыбнулся и прижал к себе мальчика, а Лань Цижэнь поднял брата и сестру Вэнь, встал на свой меч и воспарил в воздухе.       Только Цинхэн-цзюнь ступил на свой меч, и они уже витали в воздухе.       — Тесть, — позвал Вэй Усянь, его голос звучал резко. — Могу я?..       Цинхэн-цзюнь нахмурился.       — Можешь ли ты, что?       — Не будет ли проблем у клана Лань, если эти псы Вэнь доложат своему хозяину о произошедшем?       Лань Ванцзи поднял голову с плеча отца и посмотрел на Вэй Усяня, его взгляд внезапно стал намного суровее.       — Вэй Ин прав, — пробормотал он. — Сделай это.       Не нуждаясь в дальнейших инструкциях, Вэй Усянь заиграл на флейте более мрачные и тяжёлые мелодии. Его глаза искрились красными всполохами. Лань Ванцзи что-то напевал для него, укрепляя его силу. Лес вокруг снова загудел, и, на этот раз, свирепые мертвецы восставали из земли, нападая на членов клана Вэнь.       Лань Ванцзи схватился за грудь, словно пребывая в агонии, но не переставал петь.       — Достаточно, А-Сянь, — резко прервал его глава Гусу Лань.       Вэй Усянь немедленно остановился и тревожно посмотрел на Лань Ванцзи.       — Лань Чжань! Что случилось? — он почти плакал.       Но Лань Ванцзи уже потерял сознание.       — Лань Чжань! Лань Чжань! — Вэй Усянь истерично рыдал. — Почему он не просыпается? Лань Чжань!       — Что здесь происходит? — над ними раздался суровый голос Лань Цижэня. Он посмотрел на кровавую бойню внизу и побледнел. — Откуда взялись эти лютые мертвецы?       — Из захоронений на Холмах, я думаю, — пробормотал Цинхэн-цзюнь.       Когда пал последний Вэнь, мертвецы замерли, словно ожидая указаний.       Вэй Усянь, однако, был слишком озабочен Лань Ванцзи и не замечал этого.       — Лань Чжань, Лань Чжань, проснись! — он кричал, а слёзы катились по его лицу. — Проснись, Лань Чжань, пожалуйста…       Лань Цижэнь осторожно подлетел к ним ближе.       — Что случилось с А-Чжанем?       — Я думаю, тёмная энергия так повлияла на него, — предположил Цинхэн-цзюнь. — А-Сянь, пожалуйста, успокойся. А-Чжань будет в порядке, как только проснётся.       Ребёнок, что секундой ранее пребывал в истерике, посмотрел на него широко раскрытыми глазами:       — Ты обещаешь? С Лань Чжанем всё будет в порядке?       — Я обещаю, — он повернулся к Лань Цижэню. — Брат, ты отправишься с А-Чжанем и детьми Вэнь обратно в Облачные Глубины.       Лань Цижэнь нахмурился, забирая племянника у брата.       — Что ты собираешься делать? — спросил он.       Цинхэн-цзюнь развернул свою цитру. Он посмотрел на Вэй Усяня:       — Ты можешь сыграть «Усмирение», не так ли, А-Сянь?       Вэй Усянь кивнул:       — Я не знаю, хватит ли у меня сил, но попробую.       Цинхэн-цзюнь улыбнулся:       — Нам и не понадобится много энергии. Мертвецы не враждебны к нам.       Лань Цижэнь взлетел выше, но Лань Ванцзи пошевелился в его руках, бормоча:       — Вэй Ин… не уходи…       Лань Цижэнь вздохнул. Родственные души доставляли им много хлопот.       — Мы подождём здесь, пока ты не закончишь, — он обратился к брату. — А-Чжань, кажется, подсознательно тянется к своему партнёру.              Цинхэн-цзюнь и Вэй Усянь играли в почти идеальной гармонии. Лань Цижэнь был очень впечатлён. Неудивительно, что сын Цансэ-саньжэнь был достаточно одарённым мальчиком. Если бы только его характер был попроще… Старик вздохнул, вспоминая только что минувшую истерику ребёнка. Как бы он ни был ему неприятен, по крайней мере, мальчишка по-настоящему любит его племянника.              Они закончили играть, и тёмная энергия вокруг них рассеялась.       — Хорошо, — подвёл итог Цинхэн-цзюнь, гладя Вэй Усяня по волосам. — А теперь, поприветствуй уже, наконец, своего друга, и мы отправимся домой.       Вэй Усянь обратился к детям Вэнь.       — Вэнь Нин! — счастливо воскликнул он. — Я рад, что мы нашли тебя вовремя!       Вэнь Нин нахмурился и смутился.       — Ты знаешь его, братик? — спросила Вэнь Цин.       Вэнь Нин отрицательно покачал головой.       — Ох, точно. Прошу прощения. Я Вэй Усянь, а это Лань Ванцзи. Отныне, ты станешь моим лучшим другом, Вэнь Нин! Именно поэтому мы с Лань Чжанем пришли спасти тебя!       Лань Цижэнь недоумённо приподнял бровь.       — Я думаю, А-Сянь и А-Чжань видели Вэнь Нина в своих снах. Им, кажется, суждено быть друзьями, — спокойной высказался Цинхэн-цзюнь. — Может, мы отправимся домой? — он протянул руку Лань Цижэню и забрал Лань Ванцзи.       — Лань Чжань… — прошептал Вэй Усянь, протягивая свою маленькую ручку к волосам возлюбленного, чтобы пригладить их. — Лань Чжань...