Клуб самоубийц

Надо признать, что опыта в ведении расследований Гарри не имел. Основная задача Главного Аврора заключалась в том, чтоб отправить группу мракоборцев в указанное место, оформить правонарушителя и подготовить отчет. Но, натянув на себя образ сыщика, Гарри понял, что отступать поздно. Единственной идеей, которая бы продвинула расследование, а именно беседы с родителями погибших, была отнята у Гарри его колоритным напарником. Что делать дальше, Гарри не знал. Подсказал, как ни странно, Карл Рейтар. Как утверждал молодой полицейский, между подростками обязана быть хоть какая-нибудь связь. И Гарри, развесил фотографии погибших детей на стене в гостиной и весь день подолгу в них вглядывался. Кроме того, что Ремедиос Кейган и Анника Блоут были подругами, которых остальные жертвы и боком не касались, так ничего нового и не удалось выяснить. Разный возраст. Ремедиос и Аннике по 15, Малькольму Вуду 17, а Дилану Норзу, второму самоубийце, вообще 21. А о скольких смертях Гарри еще не знает? Разное материальное положение. Юная наследница многомиллионного состояния, дочь психиатра, выходец из семьи игроков в квиддич, сын владельца автомастерской. Ничего, совершенно ничего не объединяло пока только четырех обиженных жизнью подростков. К вечеру, когда Гарри успел даже задремать, впяливаясь в приклеенные к стене фотографии, серебристая лань низким голосом Кингсли Бруствера оповестила об очередной самоубийце. Но рысь растворилась серебряным облаком до того, как до Гарри дошло, что он не знает место смерти шестнадцатилетней девушки. Мда, вот она, безысходность. Скорпиус, которого не было вот уже двадцать часов, координаты не пришлет, а интуиции Гарри не верил. Но выход появился сам собой. Услышав в телефонной трубке хриплый голос Карла Рейтара, Гарри аппарировал не на место смерти, а сразу в морг, куда через час и привезли тело. - Знакомься, Гарри, это Эва Коул, вернее то, что от нее осталось, - прижимая ко рту носовой платок, проговорил Рейтар. Рассмотреть девушку было невозможно, она была накрыта двумя непрозрачными простынями. Пока патологоанатом, добрейшая женщина сорока лет, отправилась за новыми скальпелями, Гарри тихо спросил: - Как Эва умерла? Рейтара так и перекосило. - Она не искала легких путей, - сказал он. – Умерла от самосожжения. Гарри чуть не рухнул на белый кафель морга. - Как? – выдохнул Главный Аврор, умудрившись рассмотреть обугленные участки кожи под накрохмаленой простыней. - Облила себя бензином из канистры, поднесла спичку и здравствуй миссис Дженкс, патологоанатом. Гарри присел на кушетку, вдыхая тошнотворный запах формалина. Рейтар о чем-то поговорил с патологоанатомом, записал что-то в блокнот и присел рядом. - Гарри, что делать? – голос Рейтара предательски дрогнул. – Только за три дня два трупа. - Почему два? – не понял Гарри. – Только Эва же. - Прости, мы замотались и не сказали тебе, - сокрушенно произнес Рейтар, видя, как лицо Гарри начинает свирепеть. – Опять девушка, семнадцатилетняя. Кэролайн Лингрен. Вон она, на другом столе. Гарри, будучи злым на Карла Рейтара за утайку информации, подошел к металлическому столу, недалеко от трупа Эвы и приподнял простыню. Синюшно-бледная темноволосая девушка, тонким бордовым следом удавки на шее лежала умиротворенно, но пугающе. Не натягивая простыню обратно на ее лицо, Гарри достал телефон. - Ты где? - Если конкретно, на трассе Лондон-Солсбери, мистер Поттер, - послышался в трубке усталый голос Скорпиуса. - Солсбери? – удивился Гарри. – Это же в шести милях от Лондона! - Я не виноват, что родители Норза переехали, у вас что-то срочное, что не заставит меня пожалеть о том, что я отвлекся и влетел в грузовик? - Еще два тела. - Знаю, я настроил радио на полицейскую войну, - особо не переживая ответил Скорпиус. - Ты нужен в Лондоне, - уперся Гарри. - Буду к утру. И по старой привычке, отключил телефон. Рейтар смотрел на происходящее с открытым ртом. - Да уж, на моей памяти, он ни с кем так долго не говорил, - усмехнулся он. - Чертов сыщик, укатил черт знает куда, и что мне теперь делать? – разозлился Гарри и ударил кулаком по холодному столу, на котором покоилось тело Кэролайн. - Осторожнее, - крикнул Рейтар, заметив, что от удара по столу, у Кэролайн свесилась рука. - Ой, - буркнул Гарри, ухватив ее за тонкое и холодное запястье, в желании незаметно поправить, пока патологоанатом не спохватилась. Но что-то зацепило его взгляд. На сгибе локтя, несмотря на синюшную кожу, отчетливо виднелся небольшой свежий синяк. * * * Как и обещал Скорпиус, ждать его нужно под утро. Гарри видел уже десятый, и весьма тревожный сон, когда на заднем дворе послышался рев мотора. Гарри наспех накинул клетчатую рубашку и поспешил вниз, на ходу включая свет. В прихожую вошел Скорпиус, положив мотоциклетный шлем на комод. Казалось, он сейчас просто рухнет на пол и заснет месяца на два. Его усталость явно не красила: он казался еще более худым и угловатым. Волосы растрепаны, под глазами залегли глубокие синяки. - Приводи себя в порядок и немедленно на кухню, - приказал Гарри. - Я не хочу есть, - заплетающимся языком ответил Скорпиус, пошатываясь, как пьяный. – Я хочу в душ. - Кикимер приготовил тебе полотенце, ванную комнату найдешь, а поесть я тебя заставлю, - твердо сказал Гарри. Скорпиус поплелся вверх по лестнице, под прицельным взглядом Поттера, который будто ожидал, что он сейчас рухнет на ступеньки. Вскоре, на втором воды послышался плеск воды, доносившийся из ванной. Гарри присел на кушетку в коридоре, у самого подоконника, уставленного статуэтками из Косого Переулка. Сонливость куда-то подевалась, трупы детей больше не стояли в голове, словно прибывший Скорпиус враз сможет порешать проблему. Но голова Поттера не могла существовать без мыслей. Плеск воды в ванной четко рисовал происходящую картину. «Наверное, без одежды он раза в два худее» - с сочувствием заметил Гарри. – «Хотя, чему я удивляюсь, о нем некому было заботиться, и следить, чтоб он нормально питался». На кухне без устали полировал казаны и кастрюли Кикимер. Этот звук слегка отвлек от причитаний по поводу Малфоевской худобы. « А еще у него наверняка выступают ключицы» - представив парня под струями воды, предположил Гарри. – «И ребра можно пересчитать». Нервы Гарри натянулись гитарной струной. Признаться, он даже о теле собственной жены с таким упоением не задумывался. «Гарри, тормози, это педофилия. И ориентационная проблема» - усмехнулся Гарри. «А еще у него обязательно проколоты соски» - насмехалась извращенная сторона Главного Аврора, которая мигом иссякла, когда дверь ванной комнаты открылась. Скорпиус, вытирая волосы полотенцем, был уже одет в домашнюю одежду: очень широкие черные джинсы-галифе и черную майку, с глубоким вырезом на спине. У Гарри перехватило дыхание. Левую часть худенькой спины занимал большой вытатуированный ворон. «Мамочка моя родная, чем же ты думал, когда в семнадцать лет набил себе татуировку?» - ужаснулся Гарри. – «Это же на всю жизнь». - Теперь спать, - прошептал сам себе Скорпиус, не замечая к счастью осуждающее выражение лица Гарри. - Нет, сейчас есть, а потом спать, - строго сказал Гарри. – Пошли, пошли, может откормлю тебя немного, и ты будешь весить чуть больше сорока двух киллограм. - Я вешу больше сорока двух, - блеснул глазами Скорпиус. - Сорок три? Не спорь, твоя анорексия мне не нужна. - Да что вы ко мне пристали с анорексией?! - Иди ешь, Кикимер постоит у тебя над душой. * * * - Говорите, синяк на руке? – грея руки о чашку чая, спросил Скорпиус. - Да, на изгибе локтя. - Маленький? - Очень. Я бы не заметил, если б не взял ее за руку, - подтвердил Гарри. – А что, идеи есть? Скорпиус смотрел куда-то сквозь Гарри, словно сидел в кухне один. Наконец, он размял шею, и ответил: - Значит, синяки от шприца. - Ты в своей жизни видел много синяков от шприца? – вскинул брови Гарри. – Или сам ширялся? Скорпиус отмахнулся, просматривая одолженные у Рейтара фотографии Эвы и Кэролайн. - Она не ширялась, - вдруг тихо сказал он. - Кто? – не понял Гарри. - Кэролайн. Она не ширялась. - Ну вот с чего ты взял? – устало спросил Гарри. – Знаешь, дедукция – это хорошо, но… - Мне виднее, - не отрываясь от фотографий, произнес Скорпиус. – А почему вы не спите? Гарри даже растерялся от резкой смены темы. - А ты почему? Ты полчаса назад чуть не падал от усталости. - Идите спать, мистер Поттер, я еще посижу над фотографиями, - сказал Скорпиус, отпивая горячий чай. - Как знаешь, - пожал плечами Гарри и отправился в спальню. Скорпиус разложил перед собой фотографии, закурил и принялся складывать необычный пазл в единое целое. * * * С утра снова пошел снег. Гарри проснулся, необычайно бодрым, словно продрых часов десять. На прикроватной тумбочке лежала свежая почта, принесенная заботливым Кикимером. На первой полосе «Пророка» опять красовалась колдография Гарри, и статья Риты Скитер. Ничего удивительного, уж кто угодно, но Рита точно пронюхала о двух новых самоубийствах. Спустившись по лестнице, вежливо поздоровавшись с каким-то бодрствующим портретом, Гарри протер глаза и зашел на кухню. Скорпиус так и остался сидеть за столом, и сейчас крепко спал, положив голову на руки, не выпуская из длинных пальцев фотографию Кэролайн Лингрен. Кикимер сидел напротив него, на высоком табурете, и, вытаращив глаза-шарики, смотрел на Малфоя с каким-то упоением, видно признал в нем внука хозяйки Цисси. - Мистер Малфой заснул полчаса назад, - тихо проскрипел он, дав Гарри знак, что будить парня не стоит. Гарри невольно пожалел напарника. За его отвратительный характер, следовала зарядить Скорпиусу по спине мокрым полотенцем и мгновенно разбудить, но рука не поднималась. И Гарри, сам себе поражаясь, бесшумно подошел, боясь как бы не скрипнул паркет, очень осторожно вытащил Скорпиуса из-за стола и, подняв на руки легкое тело, бережно опустил на диван. Накинув на Малфоя шерстяной плед с бахромой, Гарри так же бесшумно отправился пить кофе в свою комнату.