Клуб самоубийц

- Еще на двух телах, которые более-менее нормально сохранились, я обнаружил следы от уколов, точно таких же, как и на руке Кэролайн, - перебирая фотографии, произнес Скорпиус. – Естественно, на обугленном теле Эвы я ничего подобного не обнаружил, но возможно, у нее также имеется синяк от укола. Мистер Поттер, вы меня вообще слушаете? Гарри сидел в кресле, подперев рукой голову и даже половины своего внимания не обращал на распинающегося Скорпиуса. Со дня смерти Драко Малфоя, а также со времени его скудных похорон за развалинами крепости Азкабан, прошло ровно две недели. Гарри, чувствуя себя так, будто в сердце бурлила серная кислота, даже не знал, как сообщить Скорпиусу ужасную новость. Главный Аврор и перед зеркалом репетировал, и перед Кингсли, и перед Кикимером, но все его объяснения получались либо глупыми, либо чересчур серьезными. Он был Богу благодарен, что ему так и не пришлось высказать Малфою свою дебильную интерпретацию речи глубоко соболезнующего. Скорпиус просто напросто пропал. Вечером, когда он завел мотор и укатил к Захарии Смиту по известному только ему делу, Гарри вернулся домой, будучи крайне разбитым и опустошенным, но Скорпиуса дома не было. Не появился он и на следующий день. Но Гарри почувствовал неладное только тогда, когда до Скорпиуса не смог дозвониться Годфрид Майнкрафт. Главный Аврор рисовал себе в голове страшные картины. Например, Скорпиус мог опять устроить мордобой и засесть в тюрьму, как и обещал Рейтар. Или мог явиться в Министерство Магии и подорвать его к чертям. Или мог от избытка чувств покончить с собой, чего Гарри особенно боялся, так как Годфрид не отрицал только этот факт. Но, когда Гарри уже сам готов был повеситься, и его не спасали радужные письма жены из Шотландии, Скорпиус, спустя неделю отсутствия, появился в доме на площади Гриммо 12. Взгляд его был по-прежнему безжизненным, тусклым, выглядел он устало, казалось, что он еще сильнее похудел, но в целом, ничего в нем не изменилось. Новшество было лишь на запястье – маленькая, аккуратно вытатуированная ласточка. Вернувшись, естественно не объяснив Гарри причину своего отсутствия, Скорпиус слушал натянутые замечания старшего товарища, хотя мысли его были далеко. Гарри еще со времен просмотра «офисного порно Захарии Смита» решил для себя, что Скорпиус заслуживает уважения. Сейчас он в этом усомнился. Скорпиус заслуживал восхищения. Он отметился перед Годфридом, который чуть не схлопотал инфаркт и всецело посвятил себя расследованию. - Мистер Поттер, - повторил Скорпиус, вскинув проколотую бровь. – Я здесь. - Я слушаю тебя, - рассеяно произнес Гарри. – Но забудь на минутку о деле, есть разговор. Скорпиус общаться по душам не любил и не умел. Услышав такое от Поттера, он закатил глаза и, откинув материалы дела, облокотился на диван. - Я вас слушаю. - Это неправильно, - неуверенно начал Гарри. – Твое поведение… - Это мое дело, - твердо сказал Скорпиус. – Вернемся к самоубийцам. - Черт подери, у тебя умер отец, а ты ведешь себя так, будто ничего не произошло! Скорпиус вздохнул и встал с дивана, будучи под пристальным взглядом Гарри. Он медленно прошел в коридор, к маленькому рюкзачку. - Вы хотите от меня реакции? Хорошо, мистер Поттер. Гарри не знал, что задумал Скорпиус, пока затылком не почувствовал дуло пистолета. - Вы хотели такой реакции? – тихо спросил Малфой. - Потише, он может выстрелить, - под ритм сердца, пробормотал Гарри. - И выстрелит, я умею обращаться с этими игрушками. Гарри медленно обернулся, глядя Скорпиусу в глаза. Никакой ярости они не выражали. - Знаете, мистер Поттер, хреново, когда знаешь как выглядит отец, опираясь только на вырезки из «Пророка» по теме «По ним плачет Азкабан», - вдруг сказал Скорпиус. – И хреново, когда у тебя нет семьи, а у Главного Аврора есть. - Я знаю, что виноват в этом, - произнес Гарри. – И если есть хоть что-то, чем я могу исправить свою вину… - Я не хочу слышать ваш голос, избавьте меня сначала от этого! Гарри замолчал, а Скорпиус, выговорив столько, сколько от него не слышал Аврорат за месяц, постепенно опускал пистолет. Когда он швырнул его на стол, Гарри вздохнул. - Знаете, почему я уехал? – резко спросил Скорпиус. - Чтобы побыть одному, - предположил Гарри. - Нет, чтоб просто не убить вас на месте. - А почему не убьешь? – усмехнулся Гарри, поняв, что псих безопасен. - Я ничего не делаю дважды. Один раз у меня не вышло, - прорычал Скорпиус и неожиданно прижал узкую ладонь к плечу с недавним пулевым ранением. – Не поверите, мистер Поттер, но я целил в голову. Рана отозвалась легкой болью. Гарри тяжело дышал, не так от боли, как от нелепых и отвратительных мыслей, которые взбудоражила фантазия, будучи третью неделю без секса. Каков же был ужас Гарри, когда Малфой расстегнул верхние пуговицы его рубашки, но вовсе не для того, для чего бы хотелось. Его интересовал лишь след от пулевого ранения. - Да уж, лучше б я вас на мотоцикле сбил, - произнес Скорпиус, надавливая на рану пальцем. – Стрельба не мой конек. А Гарри было глубоко плевать, какой был у Малфоя конек. Фантазия достигла апогея – орган в штанах предательски напрягся. И как всегда Гарри оказался между двух огней: между разумом и душой. Разум твердил, что перед ним – ребенок, просто ребенок, с некоторыми странностями. Душа искренне хотела отыметь этого ребенка. Гарри решительно запахнул рубашку, решив не провоцировать себя. Скорпиус уже видимо испустил весь гнев и направился к лестнице, в желании рухнуть на кровать и закончить этот день поскорее. - Стой! – крикнул Гарри, перехватив Малфоя за тонкое запястье. - Вы еще не наговорились по душам? – холодно спросил Скорпиус. - Прости меня, - прошептал Гарри. – Прости. - Прощаю, - на удивление быстро сказал парень. – Можно идти? Гарри вздохнул и вдруг, повинуясь невиданному порыву, прижал к себе худое тело. - Ты не псих, - очередная неожиданная фраза вырвалась у Гарри. - А вы псих, - безучастливо ответил Скорпиус, повиснув в руках у Поттера. - Не вырываешься? – Гарри вдруг вспомнил, как парень отстранился от дружественного прикосновения Кингсли. - А смысл? Вы физически сильнее меня. Можно я пойду? - Можно, как только пообещаешь мне одну вещь. - Какую? - Обещай, что мы все же подружимся. * * * - Какая-то дебильная игра, - заметил Скорпиус, вытирая мокрые волосы полотенцем. - Нормальная, - усмехнулся Гарри. – Давай быстрее вытирайся, будем начинать. Гарри, полулежавший на кровати, подвинулся, освобождая место Скорпиусу. Тот улегся, до решил соблюдать дистанцию в полметра. - Так, я начинаю, - торжественно произнес Гарри. – Кто ты по знаку зодиака? - Весы, - ответил Скорпиус, натягивая плед до шеи. – Теперь я, да? - Ага. - Какой ваш любимый фильм? Гарри на минуту задумался и ответил: - «Армагеддон». - Это там где Брюс Уиллис? – поинтересовался Скорпиус. - Точно, - подтвердил Гарри. – Не любишь этот фильм? - Знаете, при всем моем уважении к Уиллису, вы в роли спасителя мира выглядите эффектнее. Гарри расхохотался. С Брюсом Уиллисом его еще никто не сравнивал. - Моя очередь, - отсмеявшись, сказал он. – Сколько у тебя татуировок? - Три, - сонно потянулся Скорпиус. Гарри критически осмотрел парня. Так, огромный ворон на спине, ласточка на запястье. Третьей татуировки видно не было. - А где? – удивленно спросил Гарри. – Не вижу. - На бедре, - пояснил Скорпиус. – Показать? - Спрашиваешь! Скорпиус скинул одеяло и оттянул резинку черных пижамных штанов. У Гарри опять разгорячились мысли, но мигом поутихли, стоило ему увидеть татуировку - милейшую сову, с огромными грустными глазами, восседавшую на винтажных часах. - Боже мой! Какое непроглядное милашество! – воскликнул Гарри. – Птичек любишь? - Да, - кивнул Скорпиус. – Мой вопрос…Вы храните свою школьную мантию? - Конечно, - согласился Гарри. – Она пылиться в шкафу. Встречный вопрос: на каком факультете ты учился? - На Когтевране, - сказал Малфой, вытягивая из брови колечки пирсинга (они то и дело цеплялись за наволочку). - Так ты у нас умный значит! – восхитился Гарри. - Ну так, - гордо произнес Скорпиус. – Это вы написали на стене теплиц «Филч – гавнюк»? - Что? – засмеялся Гарри. – Нет, но жалею об этом. Там есть такая надпись? - Да, - хихикнул Скорпиус. - Моя очередь, - протянул Гарри. – Когда у тебя в последний раз были длительные отношения? - Это какие? - Дольше трех месяцев. - Никогда. Вы спали с транссексуалом? – ехидно спросил Скорпиус. Гарри даже подавился на вдохе. - Ты что, охренел такое спрашивать? - Ну вы же спрашиваете про мою личную жизнь. – Улыбка опять расползлась по его распирсингованому лицу. - Знаешь что, спи уже! – крикнул Гарри, швыряя в Скорпиуса подушку. Скорпиус повернулся к Гарри спиной и укутался в одеяло. - Молчание знак согласия, - сонно буркнул он, получая от Поттера затрещину. Несмотря на нескромный вопрос, Гарри был доволен. Он теперь прекрасно понимал Годфрида Майнкрафта: сломать скорлупу, в которой существовал Малфой – божественно.