В темноте

Прикосновение к его укрытому одеялом плечу было осторожным, но настойчивым, и Руинни с усилием разлепил глаза. Однако воспоминания о том, что ему нужно сделать и почему он остался ночевать не дома, рядом с Джиллианом, а в «Рогатом петухе», мгновенно согнали весь сон. - Ну вот, – угрюмо бросил Рикен, – я тебя и разбудил. Теперь ты, может, расскажешь мне, какого рожна сбежал из дома, прикрываясь желанием помочь мне с приготовлениями к моему дню рождения? Потягивающийся до того, юноша удивлённо моргнул. - Но это правда! – с деланным возмущением воскликнул он, лукаво улыбнувшись. – Я действительно собираюсь тебе помогать. Ну и... заодно сделать пару своих дел. Нет-нет! – пылко запротестовал эльф со смехом, вскинув руки, когда мужчина подозрительно прищурился. – Не волнуйся, никаких секретов от Джиллиана, клянусь! Я всё ему расскажу, просто... сначала мне нужно немного времени. Человек усмехнулся, качая головой, и протянул магу небольшой конверт. - Полагаю, это одно из твоих дел? Тот радостно пискнул, выхватил письмо и, пододвинув поближе свечу, поставленную Рикеном на табурет около кровати, стал быстро его распечатывать. Понимая, что теперь от Руинн'рина точно ничего не добиться (по крайней мере, пока), мужчина накинул на его легкомысленно обнажившиеся плечи одеяло и тихонько притворил за собой дверь. И наигранная весёлость исчезла с лица чародея. Уже неделю он прожил с любимым бок о бок. Амортаре был, как и всегда, заботлив и внимателен, но Арджиа никак не мог отделаться от странного ощущения какой-то неправильной неловкости между ними. Словно вот-вот охотник собирался что-то сказать... и не находил слов. К тому же, за всё время у них ни разу не было близости, лишь объятия, и если это можно списать на рану, полученную при последнем задании, от которой альбинос ещё толком не оправился... тогда чем объяснить то, что он по-прежнему, вопреки тому своему отчаянному поступку, продолжал прятаться от Руинни то под маской, то в темноте? Вчерашний день для юноши ознаменовался пониманием, что так больше продолжаться не может. Он попросту не выдержит, и так уже находясь на грани. И то, что сейчас у него в руках, должно дать начало изменениям. Достав из надорванного конверта пару сложенных втрое бумажных листков, исписанных идеально ровным почерком, эльф пробежал глазами по первым строчкам и вздохнул с облегчением – это было именно то, на что он так надеялся. Неофициальное письмо от главы Школы Младших Чародеев. «Здравствуй, Руинн'рин. Мне было весьма приятно получить весточку от тебя, и я рад, что у тебя всё в порядке. Очень хорошо, что ты нашёл общий язык с покровителем – поверь, это случается не так уж часто. Например, с твоего выпуска уже вернули пятую часть сопровождающих. Это много, а ведь меньше, чем обычно... Я знаю, что тебя, добрую душу, это расстроит, но не забивай себе голову. Кто-то из них пойдёт на отбор ещё раз, а кто-то уже нашёл своё призвание в другом деле и счастлив. Но довольно о праздном, пора ответить на твои вопросы, ответы на которые, как я понял, имеют серьёзное значение. Итак, ты спрашивал, знаю ли я что-то о шеулах, и, признаться, этот вопрос поставил меня в тупик. И где ты мог услышать о них? Но действительно – я кое-что знаю, однако эта информация не для любых ушей и глаз, поэтому сие письмо после прочтения сожги. Видишь ли, дроу верят, что глубоко под землёй, в чёрных пустотах, живут ужасные твари, что питаются чужой жизненной энергией, буквально иссушая свою жертву... своего рода вампиры. Якобы раз в несколько десятков тысяч лет они вырываются на поверхность, чтобы уничтожить всё живое, а потом снова уснуть на долгие-долгие века. Вот эти мифические вампиры и зовутся шеулами, или «шепчущими в темноте», если перевести на наше наречие. У подземников вообще очень много легенд, связанных с этими существами. Наверное, ты знаешь, что на западе, в горах, есть гробница, где похоронен могущественный маг дроу? Так вот, по оставшемуся после него сказанию, этот чародей был королём дроу и занимал трон как раз во время последней войны с шеулами. Почему, ты думаешь, подземные эльфы так обособлены? Потому, что считают себя стражами, призвание которых – защитить мир от нашествия Тьмы. Отчего же «Тьма»? В легендах дроу сказано, что сила и множество шеулов таковы, что способны затмить собой солнечный свет, погружая мир во мрак. Тот король якобы смог удержать натиск вампиров, а умирая, заключил свою душу и часть силы в его посох, который оживёт, чувствуя приближение нового нашествия. Тогда его следовало бы уничтожить и... уже не помню, что там должно, в таком случае, произойти. Если честно, то этого дроу все, кроме его народа, считали безумцем. Ну, сам посуди – никто из ныне живущих не видел никаких шеулов. В общем, как думают у нас, дроу просто пытаются убедить остальных в своей значимости, потому как потихоньку вырождаются и чувствуют себя ущербными. Так что, как видишь, шеулы – это просто сказка, придуманная подземниками. Миф, должный заставить нас поверить в существование настолько кошмарного зла, что... если бы это действительно было правдой, наше бытие походило бы на барахтанье рыбёшек в пересыхающей луже. Мучительное осознание своей обречённости, бесполезная борьба... А, я понял, откуда ты мог о них узнать! Амортаре, ну конечно же! Наверняка кормит тебя на ночь своими страшными байками. Но теперь-то ты понимаешь, что это неправда, и не позволишь дурить себе мозги. Кстати, Джиллиану передавай мои наилучшие пожелания. От души надеюсь, что наше сотрудничество продолжится. Он действительно не разочаровал меня, а остальное – просто мелкие досадные случайности. И, если разговор как раз зашёл об Амортаре... Ты поинтересовался, почему я тогда сказал, что тебе повезло попасть к нему. Знаешь, что было первым сказанным им, когда он увидел тебя? «Он не похож на других. Он, как и я, устал брести в темноте». Вот тогда я и понял, что ни один покровитель, как бы хорош он ни был в деле, не даст тебе того, что сможет дать Джиллиан – заботу и тепло, которых тебе всегда так не хватало. Никто другой не сможет ощутить, как ты одинок. Ну что ж, а теперь пора закругляться. Надеюсь, я ответил на все твои вопросы и ничего не упустил? До встречи в следующем году (ты ведь не забыл, что нужно появиться на проверку способностей?) и... берегите друг друга.

С искренним уважением, магистр Санджие.»

Руинни отложил письмо и задумчиво уставился в одну точку. Итак, начальный этап на пути к истине пройден, ответы получены, но пока это лишь замки, к которым недостаёт ключей. И ключи эти могли быть только у одного существа. Одевшись, юноша спрятал письмо в потайном кармашке курточки и отправился на кухню, где, как он знал, Рикен сейчас руководил приготовлениями к сегодняшнему празднику – своему дню рождения. Там мужчина и был, только не в самой кухне, а в кладовой позади неё. Он что-то ворчал себе под нос, гремел ящиками и шуршал мешками, отбирая овощи, однако юноша не обманывал себя – хозяин «Рогатого петуха» каким-то непостижимым образом всегда чувствовал его присутствие. - Ну, дошла и до меня очередь? – буркнул человек, не прекращая своего занятия. Эльф вздрогнул, но тут же взял себя в руки. Предстоящий разговор был слишком важен и требовал максимальной концентрации, как самое сложное заклинание, – не время мямлить и тушеваться. Тем более – отступать. - Скажи мне, Рикен, – вполголоса произнёс маг, прикрыв дверь, чтобы никто не помешал их беседе, – ты слышал когда-нибудь о шеулах, мифических вампирах из подземелий дроу? Тот обернулся и окинул Руинн'рина насмешливым взглядом. - Смотрю, ты основательно подготовился... Допустим. Но ты ведь и сам только что сказал, что они миф? Чародей вздёрнул подбородок, смутно ощутив уже знакомое давление на свою волю. - Или так удобно считать, потому что поверить в их существование... слишком страшно? Рикен бросил морковь, которую держал в руках, в мешок, сел на перевёрнутый вверх дном пустой ящик и хмуро посмотрел на собеседника. - И чего ты хочешь от меня? - Чтобы ты рассказал мне правду о Джиллиане, – твёрдо ответил Арджиа. – Он не может сделать этого сам, – чуть мягче добавил он, потому как мужчина упрямо покачал головой. – Пытается, я чувствую, но... у него не получается. Помоги мне, Рикен. Помоги понять, почему Джиллиан считает себя чудовищем. Я хочу вызволить его из темноты этих глупых страхов. - Это будет непросто, – с грустью улыбнулся человек. - Я не оставлю попыток. Какое-то время они смотрели друг на друга, почти физически ощутимо испытывая, однако Рикен всё же уступил. - Может, ты и правда сможешь... – Он опустил взгляд на свои грязные, после копания в овощах, руки и медленно сжал ладони в кулаки. – Ты знаешь... кого у людей называют «охотниками на ведьм»? У Руинни мороз пробежал по коже. Охотниками на ведьм у людей звались те, кто преследовал и убивал магов – в нескольких провинциях человеческого государства волшебство было запрещено в любом виде. Но юношу они пугали не только потому, что он сам был чародеем. В его памяти ещё была жива история одного из учеников его Школы, выпустившегося лет пять назад. Тот юноша был одним из лучших за всю историю их учебного заведения. По окончанию учёбы его приставили сопровождающим к одному довольно известному странствующему рыцарю, и это стало причиной зависти для многих учеников, вот только... Он вернулся перед самым выпуском Руинни – сломленный, искалеченный и... полностью опустошённый. В нём больше не было ни искры силы. Говорили, что на них напали охотники на ведьм – рыцаря жестоко убили на глазах юноши, а его самого пытали и истязали, и только чудом ему удалось спастись. Руинн'рин собственными глазами видел, что сталось с когда-то сильным чародеем, и это вызывало в нём неконтролируемый животный ужас. - Знаю, – наконец выдавил эльф. Теперь-то он начинал понимать, почему Рикен, добрый и совсем не жестокий, порой вызывал в нём такие странные чувства, но поверить всё ещё не мог. – Ты... - Да, – просто сказал мужчина. – Когда-то давно. Но эта работёнка оказалась не по мне. Слишком... зверская. И я сбежал, оставил службу, от которой кровь стыла в жилах. Полученные навыки помогли мне выжить и не подохнуть с голоду: я подрабатывал охраной важных господ, разыскивал пропавших, гонялся за беглыми преступниками, находил и убивал тех, кто уже не заслуживал пощады. А через какое-то время ко мне присоединился мой брат, тоже разочаровавшийся в охоте на магов – поначалу-то это нам расписывали как благородное дело... Вместе мы, для прикрытия, организовали торговлю и стали мотаться туда-сюда, находя выгоду даже там, где охотники за головами, коими мы на самом деле являлись, не приветствовались. Так что насчёт этого я тебе не солгал – к дроу мы действительно прибыли, как простые бродячие торговцы. Только я не подумал, что уже снискал себе некоторую славу на своём основном поприще, и что слава эта бежит впереди меня... Маг тоже перевернул один из ящиков и сел на него верхом. Разговор обещал быть длиннее и сложнее, чем он себе представлял.