Восхождение Героя

      Хоть вчера я практически не работал, я пытался свыкнуться с информацией, которую мне дал Всемогущий касательно своей службы, как Символа Мира, и банально тем, что я не мог до конца принять тот факт, что сегодня должно произойти. Мне очень жаль, что я не смогу помочь своим ребяткам с очередным фестивалем для снятия стресса с академии, однако же если бы я знал, что решение и так было принято за меня, я бы и не переживал так сильно.       Мне дали бумагу на следующий день. Невероятно тонкую и с расчерченными на ней линиями, где мне необходимо заполнить информацию о себе, о своём роде деятельности, о месте моего проживания, о номере и серии геройской лицензии. Но также необходимо было написать, сколько мне полных лет, и по какой причине мне позволили подать заявку на более престижную работу. За всем этим наблюдал Акайо Кёске, сидящий рядом со мной и внимательно наблюдавший, чтобы я не сделал каких-либо опечаток.       Но нельзя с первого раза правильного заполнить документ, по-любому начнёшь от волнения где-то писать не то или из-за того, что ты написал недостаточно красиво, или из-за того, что ты совершенно случайно, будто бы по привычке, написал то, что было у тебя в голове, но не было на бумаге. Из-за этого мне дали второй листок, чтобы я заполнил его заново. — А это нормально, что таких листов несколько? - недоумевал я, обращаясь к Акайо. - Разве не должен быть единичный вариант? — Я попросил несколько на случай, если будут такие, м-м, неприятные ситуации, как эта. Потому что я понимаю, что такое заполнять волнительно. Мне даже слегка боязно, что из-за давления это решение было принято. — Но отказаться, увы, нельзя было. Это мы проходили с вами. — Увы!       Только после небольшого разговора со своим боссом, я выдохнул и принялся заново заполнять необходимые строки в листе. Иногда ковыряясь в кармане, чтобы найти необходимые документы — благо они всегда со мной, и я без них никуда — я медленно и аккуратно заполнял каждую клеточку, каждую строчку, каждый иероглиф писал так медленно и несколько раз повторяя его у себя в голове, что в какой-то момент мне показалось, что в комнату вошли и попросили быть потише.       Когда последняя строка была заполнена, где необходимо было указать причину, я быстро убрал ручку в сторону, поскольку мне показалось, что она капала, и передал листок Акайо, который быстро пробежался глазами по каждой строке, клетке и каждым скобочкам, где необходимо было написать расшифровку организации, на которую я работаю, а после поставил несколько печатей: одну квадратную, круглую и треугольную. Сразу за этим, он взял близлежащий конверт, аккуратно положил в него сложенную пополам анкету, а после склеил конверт и поставил на него марку. Нажав на копку рядом с проводной трубкой, в комнату вошли два человека в официально-деловых чёрных костюмах с белыми бабочками и белыми рубашками, взяли конверт, передали записку Акайо и ушли. Он тут же её раскрыл, стоило двери захлопнуться, и он прочитал, что было на ней написано. А затем передал мне. — Прочти, мальчик мой. Там информация, скорее, для тебя, чем для меня. Но я всё равно пойду с тобой.       Нехотя схватив бумажку, я повернул её к себе и прочитал, что на ней написано. "Через два часа желаем видеть Вас, Арету Окамото и Акайо Кёске, на четвёртом съезде героев Японии". — Уже нельзя отказаться. А дотуда ехать полчаса. Желаешь поехать сразу или хочешь оттянуть это на потом? - поинтересовался у меня Акайо. - Я пойму, если ты захочешь ещё немного побыть здесь или прогуляться. — Мне до сих пор кажется, что это глупая затея. - а после схватился за голову. - Я не готов. Мне надо было отработать ещё хотя бы год, а лучше два. — Тебя хотят там видеть. Это почётно, потому что не все попадают туда просто потому, что так хочет народ. Там всего несколько людей — я про конкретно сейчас — которых люди действительно хотят видеть. Но, думаю, тебе это всё равно ничего не говорит.       Акайо заметил, что я слегка зажался, сидя напротив него, и старался смотреть куда угодно, но не на своего босса. Не понимая такого поведения, он слегка пододвинулся ко мне, а после заговорил: — Не бойся. Через это просто надо пройти. — Легко сказать! Меня покажут по ТВ, ведь так?       Акайо кивнул. В ответ на это, я ещё сильнее зажался, а после меня словно начало знобить от чего-то непонятно. Он же, положив руку мне на плечо, легонько бил по нему, хоть и понимал, что это меньшее, что сейчас можно сделать. И всё же, было принято решение поехать сейчас, но более длинной дорогой.       Она заняла в районе сорока пяти минут, поскольку всего один раз случилось так, что мы попали в пробку на несколько минут. Но, тем не менее, приехали мы к тому моменту, когда основной народ только-только собирался. Стараясь быть как можно более неприметным и скрываясь в толпе, я проходил и отводил взгляд от людей, которых мог случайно вспомнить из-за того, что тех я встречал и тем я помогал во время своей службы. Сейчас ставить себя в такое положение, что меня заметят в толпе, мне не хотелось, поскольку сейчас мне и без того боязно.       Но оказалось, что все думали лишь о том, чтобы побыстрее зайти внутрь. И это меня спасло. Быстро войдя в помещение, где нас ждал персонал, нас двоих пустили внутрь, а после человек с прямоугольной деревянной папкой, на которой был закреплён лист бумаги, отметил нас, а после провёл в специальное помещение для представителей престижной работы. Акайо туда было запрещено, поскольку там место только для одного меня — его отправили в зал, на первые места. Стоило двери закрыться, как мне тут же стало намного дискомфортней, чем это было во время заполнения анкеты. Однако же, постаравшись успокоиться, я прошёл дальше, где был единственный поворот налево. Услышав чьи-то шаги, сидящие там люди посмотрели в мою сторону, а когда завидели юного человека с большим щитом на левой руке и причёской, явно преобразовавшейся под сгустки молнии, развевающиеся в абсолютно разные стороны, то недоумевали от увиденного, однако ничего не говорили. Тут же я в очередной раз встретился со Старателем, решившим встать и поприветствовать меня. — Значит, тебя пригласили сюда? Как ты себя чувствуешь? - такие вопросы были для него нехарактерны, потому это ещё сильнее выбивало меня из реальности. — Вполне себе. - попытался я что-то выдавить из себя. - Через сколько всё начнётся? — Нам осталось дождаться Мируко, и мы можем начинать. - встряла Рюкю. ещё одно лицо, которое я так или иначе знаю здесь, хотя бы немного спокойней стало! - Она только выдвинулась, но доберётся быстро. Присядь пока, скоро всё начнётся.       Послушно сев на свободное место и перебирая пальцами в ожидании, я пытался думать о чём угодно, но не о том, что предстоит пережить. Подумать о Яойорозу? Сейчас даже она неспособна как-либо помочь мне отвлечься. Если бы она только была здесь, в этом зале, и наблюдала за мной, я бы чувствовал себя уверенней. Подумать о том, что говорил мне Всемогущий, и что он дал действительно правильные советы о том, каким должен быть герой, чтобы он перенял самую малость того, что делал Символ Мира? Это ещё сильнее загоняло меня в состояние замкнутости. Подумать о том, что мною будут гордиться, если увидят на телевидении? От этого будут только проблемы. По крайней мере, в моём окружении, и в моей карьере. Во втором особенно.       Я не заметил, как уже все, кто должен был сюда придти, собрались, и прозвучал сигнал о том, что пора выстроиться. Прекрасно понимания, что сейчас я должен находиться подальше ото всех, поскольку именно там для меня забронировано местечко, я дождался, пока могучее тело Старателя не двинулось вперёд, и все остальные не проследовали за ним.       Смотря на него, я прекрасно понимаю, что пропасть между мной и ним настолько длинна и неописуема, что её невозможно перепрыгнуть, будучи человеком. Я смотрю на его спину, не прямую для особо гордого героя, а слегка согнутую, как для того, кто наконец-то смирился с тем, что он делал, но который не смотрит вниз, как обычно бывает в полусогнутом состоянии, а пытается устремить свой взгляд вперёд. В светлое будущее, которое стоит за его спиной. Но я понял это только сейчас, только тогда, когда сам пережил достаточно ужасных событий.       Как только мы выстроились в одну шеренгу, оставляя между друг другом достаточно расстояния, чтобы занять всю выданную нам площадь, на мониторе позади нас показались наши портреты и цифры, которые означали то, что должны были. Как только показали меня с цифрой десять, я тут же засомневался в том, что я обязан здесь находиться. Но когда я услышал аплодисменты, это, признаюсь, ни на шутку заставило меня отбросить все сомнения на секунду, но после диктор заговорил, и эти сомнения вернулись. — Арета Окамото, вам есть, что сказать народу?       Только диктор закончил, как я попытался насобирать у себя в голове хоть что-то похожее на речь во время такого важного события, как моё положение спас тот, кто находился под цифрой "2". Он подошёл к диктору и попросил микрофон. — Знаете, что я могу сказать? - с полной уверенностью в том, что он хочет сейчас сказать, начал говорить молодой человек в кожаной куртке, из которой торчат крылья. Сразу после этой фразы он взлетел и потихоньку двигался ко мне. - Вся суть в том, что геройское сообщество настолько не знает, кого нужно ставить в представители, что ради этого взяли ещё не окончившего Юуэй студента, вынужденного работать. Похвально, что за столь короткий период он получил поддержку народа, но моё мнение таково: место героя номер десять должно пустовать до того момента, когда найдётся более подходящий на это место кандидат. Не так ли, студент? - приземлился он рядом со мной и выставил в мою сторону микрофон, находясь при этом слева.       Глядя на его ехидное лицо, у меня появилось необычайное желание выщипать ему все крылья и зажарить, однако не то совесть во мне проснулась, не то до меня дошло понимание, что с этим человеком мне ещё работать, но я поставил щит рядом с собой, да так, что от его удара об пол пошло невероятно громкое эхо, которое заставило сидящих здесь людей прикрыть уши. Взяв микрофон в левую руку, я собрал воедино то, что хотел сейчас сказать, и заговорил: — Я полностью поддерживаю этого молодого человека. Действительно, есть более достойные кандидаты на звание героя номер десять. Но оно уже занято, мною. И раз уж вышло так, что я получил это место, - я выставил правую руку в сторону и сжал кулак как можно крепче, - то я сделаю всё для того, чтобы люди не жалели о том, что выбрали меня.       Передав микрофон герою номер девять, стоящему справа, молодой человек похлопал мне, а после вернулся обратно, на своё законное место. Сейчас главное продержаться до окончания речей каждого, и можно будет вернуться на службу. По крайней мере, на следующие несколько часов.       Речи остальных не были такими интересными, за исключением Старателя, которого тоже решил подстрекнуть герой номер два. Но Старатель отреагировал так же спокойно, взял микрофон, и заговорил: — После того, что сказал этот молодой человек, мне нечего добавить. Просто наблюдайте за мной!       Только все закончилось, и все кандидаты покинули сцену, как я тут же поспешил к выходу. Вытерев лоб от пота, я открыл дверь, и после этого я понял, что начинается жизнь куда более опасная, чем просто бытие офицером. Сейчас начинается бытие героя номер десять в повседневном среде. Вместе с этим, как я вышел из здания, я подумал, что мне стоит учиться дышать Овердрайвом на постоянной основе, поскольку это необходимо для меня, чтобы встать на ступень выше по силе. Начав это делать в медленном и неторопливом темпе, я путешествовал по городу с помощью своего привычного способа передвижения — прыжками между домов, пока я внезапно не заметил, что полицейские от кого-то отбивались с помощью своих Причуд, но из-за пыли не мог понять, кого именно. Однако они отступали и пытались найти укрытие. Приземлившись к ним, я тут же поставил перед собой щит и укрывал каждого от возможных ударов. Сразу с этим, зарядив правую руку Овердрайвом, я ударил ей по щиту, после чего пошла ветряная волна, оглушившая и парализовавшая того, кто на них напал. Выглянув из-за щита, я обнаружил в центре перекрёстка дёргающегося Ному, который не понимал, что с ним происходит.       «Чёрт, я не смогу его пробить! Тем более, мне нельзя оставлять щит, поскольку если он упадёт, то его не поднимёт столько солдат... Что же делать?»       Но тут я вспомнил слова Всемогущего касательно того, как следует поддерживать в людях надежду. Поняв, что это самоубийство, и лучше бы я отсиживался за щитом и прикрывал людей, вместо этого я воткнул щит в землю и вышел из-за него, направившись к Ному. — Эта тварь тебя разорвёт! Ты хоть в курсе, на что она способна? - кричал мне один из полицейских из-за щита.       Но тут я показал ему большой палец вверх, что означает, что я в курсе, что я делаю.       «Сейчас отступать категорически нельзя! Позади мирные и полицейские, которые прячутся за щитом. Сейчас нужно идти только вперёд!» — Прячься и дождись героев, офицер!       «Дождаться героем? В таком случае, я тем более не могу отступать! Потому что я...»       Сильнее вдохнув заряд Овердрайва, распространённый по всему моему телу, тело моё получало очередной заряд силы, которая постепенно накапливалась и увеличивалась. Глаза аж загорели и искрились Овердрайвом, и когда эта сила дошла до кончиков пальцев, то я приготовился к рывку вперёд. Ному в это время уже оклемался и сам побежал в мою сторону. — Герой номер десять!!!       Рывок в сторону твари. Как только мы оказалось ближе к центру перекрёстка, мы ударили по ладоням друг друга, создав при этом сильную ветряную волну. Стоявшие за щитом люди продолжали прятаться, но не замолкали: — Ты совсем сдурел?! Эта тварь полностью поглощает урон! — Ну и что с того?!       Замах левой рукой, создавший очередную ветряную волну, которая исходила от твари. Но та уже привыкла к моей скорости, потому отвечала точно так же, как и я ей. Но после нескольких попыток ударить с одной стороны, я предпринял попытку задавить Ному залпом атак, но тот ответил мне тем же. — WRY-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y!!! - прокричал я, как только начал залп атак.       Принимая всё более удобное положение, я наносил удары как можно быстрее и сильнее только для того, чтобы не дать Ному и секунды для того, чтобы тот контратаковал и откинул меня в сторону.       «Я прекрасно знаю, что у этой твари поглощение урона, уже встречался с таким! Но оно же не может быть вечным, есть лимит, ведь так?!?»       И с этими словами тварь ударила прямо в лицо, по носу, из которого тут же хлынула кровь, но я вовремя понял, что произошло, и вернулся в битву, тут же сплюнув кровь, что попала мне в рот. Пока шла драка меня и Ному, полицейские, оказавшиеся по другую сторону от нас, начали эвакуацию гражданских, но это я тоже видел, потому не бил в полную силу. А как только улица потихоньку расчищалась, силу ударов я постепенно увеличивал. — Тварина! - чуть ли не рычал я. - Ты была создана для того, чтобы поглощать мой урон, не так ли? Предположим, ты можешь на сто процентов выдержать мои удары. Но я парирую тебе тем, что дойду до двухсот!!!       И тут же вдохнул Овердрайва, ещё больше усилившего меня. Удары оказались куда быстрее, а, соответственно, и больнее, поскольку я уже видел, что тварь отклоняет голову назад и постепенно отходит. Вместе с потоками ветра иногда с места трогались машины, но двигались они не так стремительно, чтобы создать какую-то угрозу. Максимум, что они делали по отношению друг к другу — лишь слегка царапали и еле-еле двигались дальше. Только я увидел, что из Ному пошла кровь, как я тут же заулыбался. Поскольку я был доволен тем результатом, что я достигал здесь и сейчас. Но в какой-то момент я понял, что я уже совсем близко подхожу к машинам, а потому на секунду остановил время и, сделав быстрый разворот, ударил тварь так сильно по руке, что та аж вбилась в него. — MUDA-A-A-A-A-A-A-A-A!!!       Вместе с тем тварь полетела в воздух, позволяя мне на максимум использовать свою силу. Полицейские за щитом, глядя на это, боялись дышать и комментировать, поскольку это было слишком неожиданно для них. Только тварь полетела, как я тут же побежал в её сторону, прыгая меж домов и иногда раскачиваясь на чём-нибудь для придачи скорости самому себе. — Настоящий герой, что дарит людям надежду... - и сразу с этими словами я раскачался настолько, что полетел в сторону твари. Ударив по ней кулаком и постепенно нанося достаточно ударов, чтобы Овердрайв успевал распространиться на противнике, я продолжал свою небольшую речь. - Всегда будет выходить за свои пределы ради будущего!!!       А после, вбив морду твари в крышу ногой, до конца длинного прямоугольного здания вёл тварь именно так. Затем, только край был пробит, я схватил тварь и зарядил Овердрайвом уже себя, поскольку сейчас необходимо было совершить коронный приём.       «Бомба Овердрайв!!!»       Благо по направлению падения находилось полностью заброшенное здание, которое необходимо было давным-давно снести. — WR-R-R-R-R-R-RY-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y-Y!!!       И сразу после этого стремительное падение вниз на заброшенное, наполовину разрушенное здание, где тварь билась головой о каждое препятствие, сопровождая это всё сильнейшим зарядом Овердрайва. Не успела тварь включить процесс регенерации, как я тут же схватил её и, подбросив над собой, зарядил обе руки Овердрайвом, а после, остановив время, наносил так много ударов, сколько я мог сделать за две секунды остановленного времени. Как только я почувствовал, что следующий удар будет последним, я вложил в него двести процентов своей силы, и когда это произошло, всё тело Ному изнутри сверкало от моего Овердрайва, после чего та улетела в космос, пробивая все облака. А я же стоял, слегка согнувшись, и держа кулаки на уровне живота, смотрел вверх. — Да уж, вот оно, вот она — настоящая битва с достойным противником! - в этот момент подбежали репортёры и журналисты, поскольку обстановка стала спокойнее. Я же, явно довольный и улыбающийся от славной битвы, посмотрел в камеру, а после легонько ударил правой рукой по груди. - Всего-то понадобилось в районе тысячи ударов! Ха! Это только начало... — Скажите, пожалуйста, это ведь вы Арета Окамото? - подбежала ко мне девушка-репортёр, пока я вытирал нос от крови. — Естественно! — Арета Окамото, это ваше начало, как героя номер десять? — Да... Да, думаю, можно и так сказать! Но я не могу более здесь задерживаться, надо идти к людям. Если вы, конечно же, позволите.       Именно этот фрагмент был показан по телевидении, когда класс 1-А освободился от занятий и который решил собраться за телевизором с целью узнать текущие новости. Но они и представить не могли, что увидели лишь концовку всего боя. Я же не имел ни малейшего понятия, что они уже все в общежитии.