Не самая лучшая партия

      — Целитель Ким, — подбегает к Тэхену молоденькая ведьмочка, — там ваш пациент на втором этаже.       — Но я не, — хочет ответить Тэхен, но девушка уже убегает, оставляя Кима одного.       Оставляя на столе отчеты, которые целитель собирался проверять ближайшие часы, он трансгрессирует на второй этаж и осматривается. Он нечасто бывал здесь, слишком занятый для прогулок, но все же знал расположение палат первой помощи. Он проходит всего пару шагов, прежде чем натыкается на Пак Чимина — его друга и дежурного целителя этого этажа, занимающегося ранениями от живых существ.       — Привет, — улыбается парень.       — Привет, — с опаской говорит Тэхен. — Почему ты сваливаешь на меня своих пациентов, Пак Чимин?       — Потому что они не хотят лечиться у кого-то другого.       Он смеется, из-за чего его глаза превращаются в маленькие щелочки, а потом указывает рукой на нужную палату. Тэхен начинает догадываться в чем дело, когда слышит знакомую ругань, стоит ему приблизиться к двери.       — Нет, оставьте их, ради Мерлина, на месте, я хочу, чтобы Ким Тэхен осмотрел меня.       — Вы что, не понимаете, что чем дольше мы медлим, тем быстрее распространяется яд?       Санитар, которого видит Тэхен, кажется, находится на грани отчаяния. Пациент рядом с ним утыкан жалами соплохвостов и лечиться отказывается.       — Чонгук, — возмущенно цокает языком Тэхен, забывая об условностях, — ты что здесь устроил?       Будущий аврор ни капли не смущается.       — Привет, мистер Ким, не поможете?       Чонгука не волнует, как все это выглядит, главное, чтобы его осмотрел именно Тэхен. Замечательный, чудесный Ким Тэхен. Правда, почему-то жутко хмурый.       Целитель берет длинный пинцет со стола и просит Чонгука лечь на живот, так как пострадали, в основном, лопатки и поясница. Места, куда впились жала, уже начали синеть, и поэтому выдернув первую иголку, Тэхен тут же достает палочку, накладывая специальное заклинание. Яд, успевший разойтись по подкожной клетчатке и сосудам, начинает медленно (и болезненно) выходить назад.       Тэхен успокаивающе поглаживает Чонгука по голой спине и говорит с легким налетом сарказма, когда мальчик стонет:       — Осталось еще штук двадцать, ерунда, правда?       Замечательный и чудесный, но вредный, как овца. Впрочем, последнее Чонгука волнует в последнюю очередь. Главное, чтобы лечил его именно хен.