Глава 8
17 февраля 2019 г., 15:26
1995 год. Лето.
Солнце беспощадно палило и в брезентовой полевой палатке, которая служила временным штабом, было душно. Находящиеся там бойцы постоянно вытирали пот со лба.
— Мы ожидаем прорыва со стороны юга и юго-востока, — вещал полковник в палатке, — так что ваша задача — караульная. Я приказываю организовать оборону перевала «Грозовые ворота» сводной роте старшего лейтенанта Лисицына таким образом, чтобы исключить малейшую возможность прорыва.
— Есть, товарищ полковник, — ответил Костя и удалился из шатра.
— Здорова, — поприветствовал Лисицына мужчина в камуфляже. — Тут не так всё просто, как в штабе говорили. К ночи надо успеть по пояс зарыться.
— Рота к машинам, — громко отдал приказ Лисицын. — Лейтенант Шапкин, остаётесь за старшего я буду через сорок минут. Старший лейтенант Воробьёв, организовать охрану места расположения роты. Остальным разгружать имущество и готовить ужин. Старший лейтенант Петров и Курочкин, за мной.
— Ну что поехали, майор, покажешь владения, где нам располагаться, — обратился к Смирнову Костя.
Горы, солнце и чистый свежий воздух окружали военных. Бабочка махаон, пролетавшая мимо, приземлилась на БТР. Солдаты сидели поверх машины и продвигались к перевалу.
По мере продвижения вверх солнце припекало, и воздух становился тяжелее и жарче.
Подъехав к наивысшей точке перевала, Лисицын обратился к своим коллегам:
— На склонах необходимо вырыть окопы. Слева и справа поставить дозорные посты. В развалинах организовать КНП и кухню.
Он замолчал, обдумывая что-то свое, а затем продолжил:
— Серёж, сколько их будет?
— Не знаю, Костя. По предварительной информации они захватили село и мирных жителей. Мы не можем вмешиваться туда. Наша задача держать оборону здесь.
— Хорошо. Будем располагаться.
Над головами пролетел вертолет.
— Разведка с воздуха, — перекрикивая звук, прокричал майор Смирнов.
— Я тебя понял.
Наступила ночь. Тёмная и холодная. Такие ночи бывают только в горах. Яркие звёзды светили на небе.
Лисицын сидел за столом КНП и думал. Сгущающаяся вокруг роты смертельно опасная атмосфера ощущалась почти физически. Приближалось что-то страшное, и он это чувствовал. В попытке разогнать тягостное настроение Костя закурил. Ответственность, которую он, как командир и офицер, нёс за всех своих солдат на этих чужих высотах лежала на его плечах непомерным грузом. За всеми этими размышлениями он незаметно для себя и заснул.
Боевики начали наступление ранним утром.
— Духи! Духи идут, — закричал постовой, вбегая в шатёр. — Товарищ старший лейтенант, духи на подходе.
Протирая глаза, не успев поспать и двух часов, Лисицын быстро сообразил, что происходит.
— Роту поднимай! Живо! Где наш горнист?!
— Сейчас. Точнее «Так точно, товарищ командир», — замешкался рядовой от испуга.
Обстрел начался неожиданно.
— Всем занять боевые позиции, — кричал Константин. — Пехота к бою!
Глянув в бинокль, Лисицын вздрогнул. Сотни чеченских боевиков шли на них. Чуть более пятидесяти человек в его роте вряд ли удержат их. Подмога обещала быть только в полдень. А до него ещё несколько часов.
Несколько пуль со свистом пролетели мимо Кости, и он даже успел поверить в свою невероятную удачу, как плечо обожгло острой болью.
— Юра, установи связь, — орал Лисицын, закрывая рану рукой.
— Дрозд на связи, — раздалось на другом конце. — Держитесь?
— Держимся, пока, но нам нужна подмога. Пришлите авиацию.
— Какая авиация! Ты хочешь всех перемолоть?
— А как мне их удержать? Их в четыре раз больше.
— Терпи, сынок, терпи. Подмога идёт.
— Чёрт, — выругался Костя, кидая трубку. «Пока эта подмога придёт от нас ничего не останется», — раздраженно подумал он и окинул взором местность. Вокруг лежали мёртвые тела. У некоторых отсутствовали руки, у кого-то ноги.
— Потапенко! Забирай раненых и уходи в горы.
— А Вы товарищ командир, — видя раненого командира спросил взводный.
— А я, я как-нибудь продержусь. Иди! Живо! — рявкнул Лисицын. — Это приказ!
Рядом прозвучал очередной взрыв упавшего снаряда.
Едкий пороховой дым стелился по земле. И даже лёгкий летний ветер не мог справиться с дымовой завесой, смешанной с запахом смерти. Только горы, ставшие случайными свидетелями этой кровавой битвы, покрытые шапками снега, наблюдали за происходящим.
— Сокол, Сокол, ответьте, — звучало в рации на поясе у убитого бойца.
— Сокол на связи, — тяжело проговорил Лисицын, ощущая слабость во всем теле. Дышать становилось все труднее, его бросало то в озноб, то в жар.
— Это Дрозд. Доложите обстановку!
— Докладываю. Рота, усиленная спецназом, поставленную задачу выполнила. В результате ожесточённых боев с превышающими силами противника роты, как подразделения, больше не существует. Вся боевая техника противника уничтожена. На Грозовых воротах я остался один. Семнадцать человек я отправил к вам по известному маршруту. Среди них есть раненые.
— Почему ты не ушёл с ними? — орал голос в рации.
— Куда мне идти? Все мои пацаны остались здесь. Что я скажу их матерям? Как я буду смотреть им в глаза?
— Сокол вызывает огонь на себя. Иначе все жертвы были бессмысленны, — продолжил тихо Костя, роняя рацию и теряя сознание.
Небо затянуло тучами и пошёл дождь, смывая кровь и грязь с лежавших тел.
