Плыть по течению?

Рубина и Фауст были очень милыми, общительными ребятами, с ними я успешно забыла о всех своих проблемах и о том, что меня окружают детишки. Всё же, люди существа социальные и общение необходимо. Я так много уже давно не смеялась, даже щеки болят. Юмор был, уровня, примитив, но мне хватило, недосып или действительно смешно? Загадка. Только картину портили взгляды полные ужаса на меня и сочувствия на моих спутников. Рубина просила не обращать на это внимания, что я и пыталась делать, но видимо, получалось скверно. Если Рубина полна энергии и обожает болтать обо всём на свете, ей даже не важно, слушают её или нет. То Фауст наоборот, очень молчалив. Но я уверена, что если найти тему, в которой он ас, то мальчишка с радостью расскажет уйму интересных фактов. Оказалось, что в Хогвартсе основными распространителями слухов являются как раз пуффендуйцы, эти ребята вообще знают всё о всех. Так что и мои беды дело рук (языков) людей под гербом с барсуком. Собственно, потому Рубина так стремилась пообщаться со мной, ведь она знала, как всё было на самом деле. Впрочем, как многие другие с её факультета, но и там были такие, как Фауст, кто свято верил в самую распространённую версию про меня в Хоге. С болтовни юной пуффендуйки я узнала про своих софакультетчиков больше, чем за все недолгое время пребывания в школе. Например, моя соседка Эйлин Принц, помолвлена со своим кузеном с побочной ветви рода — Люмером Принцем. Я была уверена, что Эйлин единственная в семье и это, в общем-то, так, она единственный ребенок в главной ветви рода, но есть еще и побочные, та-дум-тс. Я, кажется, даже видела этого её нареченного. Он сидел с ней, черноволосый паренек на пиру, тогда я подумала, что они родственники и не ошиблась. Может этот Люмер ужасный человек, и от него она сбежала к Тобиасу? Заметив мой интерес к личности Люмера Принца, Рубина выдала мне что-то на подобии анкетных данных: учится на втором курсе Слизерина, круглый отличник, в зельях чуть ли не гений, любит картины, даже сам их пишет. Короче, пуффендуйцы страшные люди, с ними нужно дружить. — У нас так много свободного времени, в школе совсем нечем заняться, а учиться всё время выше моих сил, — сказала я, когда речь зашла об учебе в Хогвартсе. — Это только первые полгода так, — неожиданно включился в беседу Фауст. — М-м-м? — В первом полугодии у нас идут основные предметы, только то, что в общем расписании, а после зимних каникул, мы сможем записаться на факультативы для первого курса. — Правда? Впервые слышу. — Хогвартс не просто так лучшая школа в Британии! — улыбаясь, сказала Аббот. — Я думала, что она лучшая потому, что здесь учатся только сильные маги, во всяком случае, так писалось в истории Хогвартса. — Не совсем так, ты же знаешь, что школа бесплатная, да? — я кивнула, и Рубина продолжила.— Так вот, она бесплатна только для детей с большим магическим потенциалом, но многие хотят учиться здесь, потому если магических сил не хватает, но очень хочется, то можно заплатить. — И это делает её лучшей? Как-то сомнительно. — Нет, лучшей её делает учебная программа, — сказала девочка. А я пыталась скрыть скептицизм во взгляде, ведь канон говорит, что учились здесь всякой не особо нужной ерунде, хотя и про факультативы я как-то ничего не припоминаю. — В Хогвартсе есть основная программа, и она общая для всех школ волшебства в Британии, но в отличие от остальных, здесь есть много бесплатных факультативов по разным предметам и магическим дисциплинам. Хотя есть и платные, но они обычно в специфических направлениях и изучаются на старших курсах, — закончил за неё Фауст. — И что нам предстоит изучать на факультативах после каникул? — Ну, выбор довольно большой и я всё тебе не перечислю, но мама говорила, что до начала каникул, будет вывешен список факультативов. Ведь записаться на что-то можно только в первую неделю второго семестра. — А как же тогда предметы на выбор на третьем курсе? — Они такие во всех школах, не только у нас. — Получается, программа, по которой мы будем сдавать СОВ и ЖАБА одинаковые для всех школ Британии, но что тогда по факультативам, тоже есть какие-то экзамены? — Факультативы все идут разное количество времени, некоторые по полгода, другие с первого курса и до выпуска, так что экзаменов в конце года по факультативам не будет. — Но после выпуска из школы у тебя будет не только аттестат по результатам СОВ и ЖАБА, но и вкладыш с оценками по факультативам, — добавил Лонгботтом. — И каким образом будут выставлены оценки, если нет экзаменов? — По поточным, — как само собой разумеющееся, сказал Фауст. — Это как? Нам разве что-то ставят? — Ну да, на уроках постоянно же говорят: «столько-то баллов кому-то там». — Не, говорят: «Столько-то баллов такому-то факультету», где здесь конкретика? — Да, но перед тем как задать вопрос преподаватель говорит: « мистер такой-то/мисс такая-то». — А-а-а, типа если тебя спросили, и ты получил какие-то баллы, то они твои, но потом говорят ещё и факультет, чтобы баллы пошли в общую копилку? Но если кто-то теряет баллы, они списываются с личных счетов или факультета? Я запуталась, мне нужен перерыв. — Странно, что вам этого не рассказывали. — Не странно, Фауст, у неё же почти все на факультете потомственные, вот старосты, наверное, и не посчитали нужным, объяснять такие простые вещи. В общем, я удостоилась небольшой лекции в исполнении профессора Аббот и профессора Лонгботтома на тему: «Все тайны баллов в Хогвартсе». Итак, с чего бы начать? Пожалуй, с такого забавного факта, что ученики на территории Хогвартса не могут пользоваться деньгами: не могут ничего ни купить, ни продать за деньги. Так как я в это не поверила, мне предложили эксперимент. Рубина попросила продать ей резинку для волос, что я и сделала, Рубина получила резинку, а я пару кнатов. Сделка состоялась, все довольны, все счастливы, но через некоторое время вместо кнатов в моем кармане лежала резинка, а у Аббот её деньги. Как работает эта магия неизвестно, Фауст порекомендовал воспринимать это как должное. После был ещё один эксперимент, в котором Рубина снова покупала резинку, но за баллы, точнее за балл, один. Для этого нужно было просто в голос сказать: «Я такой-то продаю что-то там, за столько-то баллов» и сказать, кому продаешь. Если не уточнить, то первый кто скажет: «Я такой-то покупаю что-то там за названую цену» — станет покупателем. В этот раз сделка снова состоялась, резинка у Аббот, но где мои баллы? Оказалось, что билеты, на поезд, внутри школы превращаются в что-то на подобии кредитной карточки, где виден текущий баланс баллов, неожиданно, местной валюты. Фауст и Рубина продемонстрировали мне эти кредитки волшебного мира, так что я смогла убедиться, что это правда. Потому сделала себе заметку найти свой билет-кредитку, кажется, я оставила эту вещь в сумке, а сумку в комнате. Хоговская кредитка выглядела, как лист пергамента, на котором было написано полное имя ученика в случае Рубина, например, там значилось «Рубина Мария Аббот» и все операции с баллами. Предмет и количество заработанных баллов, всё по дням, всё по часам. Последняя операция по купле-продаже там тоже значилась. Меня даже накрыла ностальгия по интернет-банкингу с прошлой жизни, что-то в этом есть. Там тебе и текущий баланс и операции с переводами. Так что есть общие и личные счета, за личные баллы можно торговаться с другими учениками, а за общие можно купить что-то для факультета, на то они и факультетские. Баллы — это валюта. Так как оценки по ОБ (общеобразовательным предметам) ставятся по результатам экзаменов, то количество заработанных очков остается просто валютой. В то же время на факультативах, где экзаменов нет, заработанные баллы не только валюта, но и будущая оценка. Система оценивания напоминает универскую, пусть и с отличиями. Всего, на факультативе можно заработать 100 баллов, 0-30 — Тролль (Т), 31-59 — Отвратительно (О), 60-69 — Слабо (С), 70-79 — Удовлетворительно (У), 80-89 — Выше Ожидаемого (В) и 90-100 —Превосходно (П). Добытые на факультативах баллы записываться только на личный счет и в журнал преподавателя, потому даже если потратишь всё под ноль, оценка все равно будет честно заработанной. Также баллы с факультативов не идут в общую копилку. Оценки на факультативах считаются по семестрам, например, получил в одном Тролль (30), а следующем Превосходно (90), на выходе имеешь Слабо (60). Среднеарифметическое, проще говоря. Пара слов про общую копилку: все заработанные на ОБ баллы дублируются в копилку факультета учащегося, за эти деньги факультет может улучшить качество проживания. Что-то себе купить, хоть книги, хоть ковры, но все будет общим для учеников этого дома. Мама рассказывала Рубине, как они за факультетские баллы купили себе доп. неделю каникул. За нарушение школьных правил, преподаватели могут снимать, как факультетские, так и личные баллы, но видимо у них уже стало привычкой, снимать общие. Явно для того, чтобы нарушителя правил, потом еще и на факультете попинали. Зато за личные баллы можно откупиться от отработок и наказаний, но говорят, что цена заоблачная. Стоит напомнить, что сейчас в Хоге существуют телесные наказания, так что вариант с откупиться выглядит весьма привлекательно, но для этого нужно хорошо учиться. После этой мини-лекции у меня появился стимул учиться! С баллами можно сделать свою жизнь в школе лучше, да будет так! Деньги в итоге нужны только с третьего курса, когда можно бродить по Хогсмиду. А там уже можно заключать сделки на «списать домашку» за деньги, ведь запрета там нет. Только зачем тратить на это деньги, когда есть баллы? Доп. предметы скорее радостное известие, но в то же время меня они огорчают. Огорчают тем, что придется покупать учебные пособия, а на такое удовольствие денег нет. Да и не уверена, что нас (меня и Тома) выпустят из Хогвартса если мы останемся здесь на каникулы, а мы останемся. Думаю, даже если мы не сможем выбраться на Косую Аллею, то ничего страшного. В конце концов, можно просто заказать нужные книги, и их доставят совиной почтой. Только денежная проблема остаётся и стоит весьма остро. Конечно, некоторые сбережения остались, но там скорее на мороженку, чем что-то более дорогое. А тут еще выясняется, что в Хогвартсе, при всем желании, заработать невозможно. Ничего не остается, как идти на поклон к декану, рассказывать: денег нет, учиться хочется, что делать. Возможно, идти на поклон нужно не к декану, а к библиотекарше, насколько я могу судить, там есть все наши учебники, хотя бы в одном-двух экземплярах, а то и больше. Вряд ли только я такая умная, подобная мысли в духе нищебродства и экономии должны были посещать учеников и раньше, может расспросить сначала, реально ли так обеспечить себя книжечками. Со своими новыми пуффендуйскими друзьями я гуляла вплоть до ужина, расставаясь с ними только на время приемов пищи. Ничего не мешало мне гулять с ними и дальше, хоть до отбоя, но у меня ещё есть планы. Один из них, как раз сходить в Библиотеку, хочу полистать сонник, может моя черная жуть с кошмаров имеет какое-то значение. Так как маги гадают всеми возможными вариантами, я верю, что сонник здесь найдется. Интересно, насколько он отличается от своих аналогов в маггловском мире. Кстати, что-то я совсем не видела сегодня Тома. Мы вообще после того «разговора по душам», больше не общались, такое чувство, что он избегает меня. Или это я избегаю его? А может, это взаимно? Ну да ладно, на уроках нам все равно не скрыться, после и поболтаем. Тому будет интересно узнать про баллы и факультативы, если ему ещё не рассказал всё его Эйвери. Бесит меня этот пацан. Совершенно не обосновано. Бесит. Забрал у меня Тома и радуется. Ничего не могу поделать с чувством, будто у меня отобрали мою собственность и теперь нагло ухмыляются мне прямо в лицо. Да, я как-то совсем неосознанно начала считать Реддла своей собственность, будто у меня есть на него эксклюзивные права. Только жизнь полна обломов. Просто, мои друзья только мои. Всегда так было. Вообще не понимаю, как люди могут делиться своими людьми. Прозвучало так, будто я отпетый рабовладелец. Да, я признаю, что люди общаются с разными людьми и всё такое. И даже могу признать, что у моих друзей могут быть другие друзья, и что не все в этим мире готовы даровать мне звание «Лучший друг». Я даже не имею ничего против, если мои людишки будут общаться с другими людишками, но это не должно идти в ущерб мне и моему чувству, м-м-м, нет, не чувству, а моему эгоцентризму? Как бы мерзко это не звучало. Просто если человек общается со мной и тут к нему подходит кто-то ещё, я хочу, чтобы этому кому-то ещё, он предпочел меня. А на остальных тратил другое время. Тогда я не буду ощущать себя преданной. Меня снова заносит не туда. Поворот, ещё один, Библиотека позади, видимо, не стоит витать в депрессивных облаках, когда идешь куда-то. Ну ладно, возвращаться не хочу, сонник подождет, у меня все равно на сегодня назначено увлекательное свидание с мадам Мёрфи, вот она и поработает моим личным толкователем снов. Хоть вещей у меня с собой не было, но в кармане мантии валялся лист бумаги и карандаш, я ещё не оставила надежды найти Выручайку. Так что в любом случае я собиралась исследовать восьмой этаж вдоль и поперек, а чтобы не потеряться, решила зарисовывать по ходу дела карту. Между прочим, я неплохо рисую, хотя люди получатся ужасно, а краски для меня неизведанная гавань, но вот архитектуру и наброски пейзажей карандашом я рисую отменно. Вперед, навстречу коридорам-коридорам-коридорам. Хогвартс занятное место, и его лабиринтоподобность заставляет меня растекаться лужицей от восторга, жить в лабиринте — это моя мечта. Говорят, что если долго идти по любой из лестниц замка вверх, непременно окажешься внизу. Никто, только, не уточняет, насколько долго нужно для этого идти на вверх. Главные лестницы хоть и неимоверно радовали мой взор, но кататься на них сегодня, я, пожалуй, не рискну. Пришлось идти в обход, но чем не прогулка, пусть и не на свежем воздухе, хотя сквозняки так не считают. Поднимаясь, я думала, как бездарно проживаю вторую жизнь, что первая, что вторая, а я бесполезна, с кучей нереализованных мечтаний. Никому не нужная и без каких-либо целей в жизни, как и прежде, до безобразия ленивая и беспечная. Ах, ничего не меняется, люди не меняются. Как была никем, так никем и осталась. Почему-то за год жизни в приюте подобные мысли обходили меня стороной. Хогвартс, ты плохо на меня влияешь, прекращай. — Смотрите кто идет, расступитесь, дайте пройти её Темнейшеству! — сказала ярко рыжая девочка примерно моего возраста, хм-м, где-то я её уже видела, а, точно, мисс злобный взгляд номер неизвестный. С ней было ещё человек пять ребят постарше, курса 2-3. Повинуясь её приказу, что был, вроде как, издевательством надо мной, народ расступился, давая мне пройти, а я, игнорируя всё на свете, прошла мимо. Ну, а что, не назад же сворачивать? Только так просто пройтись не получилось. — Посмотрите на неё, как нос задирает! Не зазнавайся, тупица! — сказала какая-то девка из грифов. — Вы хотели дать мне дорогу? Так вперед, — говорю я, хотя, это, явно, было ошибкой. — Тебе же сказали не зазнаваться, курица! — сказал самый рослый пацан из этой компании и взял меня за ворот платья, с такой силой, что на мгновение точно оторвал меня от пола. Я все еще в прострации от бессонницы, тело тяжелое, голова чугунная, ещё и с туманом, адекватность под вопросом, так что слова шли быстрее, чем я нормально оценивала ситуацию: — Так не терпится повидаться с прародителями? — Темная тварь, — говорит громила, брызгая слюной со своей вонючей пасти, а-а-а, что-то действительно хочется его прикончить. Как-то с запозданием я поняла, что моя палочка у этой компашки, дело принимает скверный оборот. Громила продолжал что-то орать мне в лицо, я кривилась от вони и слюны. Пару раз меня даже трясли, остальные подпевалы тоже не молчали, а кидались оскорблениями. Рыжая когтевранская малявка крутила мою палочку в руках, а я поражалась безразличию окружающих, всё-таки мы были не одни и зрителей собиралось предостаточно или это все моё воображение? — Не смей больше говорить с моими братьями, поняла? — шипит на меня рыжая. — Понятия не имею о чем ты! Пусти!!! — ору, и собравшись с силами, наконец-то, смогла выбраться из захвата здоровяка и отойти от него на пару шагов, но я по-прежнему окружена и моя палочка в руках врага. Смотрю прямо на рыжую и протягиваю руку: — Верни. Она посмотрела на мою палочку, усмехнулась, и кинула её третьекурснице с Гриффиндора. — Что вернуть? У меня ничего твоего нет. — Такие, как ты должны гнить в Азкабане! — с этими словами баба с моей палочкой кинула в меня какое-то проклятие, которое я не расслышала. Может мне повезло, а может она мазила, а увернуться я смогла, но угодила в руки громиле, а потом я помню его кулак и боль. Плачу? Кричу? Не знаю. Темнота в глазах. Мрази, что я вам всем сделала? Какого черта? Какого я вас спрашиваю!!! Ненавижу, как же я вас всех ненавижу. Достало. Том предатель, вы мрази. Ненавижу. Всех. В висках стучит. Ненавижу эту боль. Чувствую, как сплёвываю кровь. Я на полу, смотрю на свои руки, стёрла кожу, снова кровь. — Ненавижу, — слышат ли они мой шепот? Гул в ушах, чувствую ещё один удар. Мразь. Убью. Ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижуненавижуненавижу…. Что за навязчивый шепот? Это, не мои мысли. Вдруг все прекратилось, люди вокруг исчезли, а я оказалась в полностью чёрном пространстве, ни стен, ни потолка. Но я лежу на чем-то, в той же позе, что была на полу Хогвартса. Где я? Что происходит? Встаю, смотрю на свои руки, по ладоням красиво стекает моя кровь. Кровь, красиво. Люблю смотреть, как кровь течет с моих ран. Наверное потому они у меня заживают вечность. Куда идти? Что делать? Не понимаю. Бам! Бам! Бам! — А-а-а-а-а-а-а, что за чёрт, моя голова, — падаю на колени, хватаясь руками за голову, она так болит, будто хочет взорваться. — Ненавидь, — навязчивый шепот, идет со всем сторон, он звучит отовсюду и даже в голове. — Скажи, скажи же, позови… — Кто ты? Покажись! — кричу куда-то вверх, хотя башка болит так, что хочется только бить кулаком пол и кричать. Чувствую, как что-то отрывает мои руки от головы и заставляет поднять глаза, но я ничего не вижу, все такое же чёрное, как и раньше. Взгляд падает на руки и вижу, что их держат черные ладони, явно не человека, люди не расслаиваются. По спине пробежался холодок, это тварь с кошмаров. Я сплю? Но сны не бывают такими реальными. На меня что-то давит, мне жутко, и больно, горло болит кричать! Если я сплю, то хочу проснуться! — Нет! Пусти меня!!! Пусти! Я хочу уйти!!! — Хочешь вернуться туда, где тебя избивает группа школьников? Хочешь вернуться туда? — Отпусти!!! — Хочешь вернуться, хочешь быть униженной? Боль куда-то исчезла, я снова могла нормально дышать, повторите со мной это ещё раз пять, и я сойду с ума. Отдышавшись, я поднялась на ноги, повернулась лицом к этому существу, я не могла его видеть, но знала, что оно там. — Хватит, я хочу уйти. — Тогда убей меня, — его голос по-прежнему звучит везде и нигде одновременно. — Что? — Убей! — Как? — глупо конечно надеяться, что мне ответят. — Также, как и в тот раз. Только я хотела спросить что за хрень оно несет, как боль снова накрыла меня, она была еще сильнее предыдущей. Я упала, билась кулаками в темноту и кричала, когда со всех сторон продолжало звучать «Убей, ненавидеть, убей». В какой-то момент я почувствовала, что больше не могу. Не могу это терпеть, не могу вынести эту боль, в тот момент что-то внутри меня будто откликнулось на это, я почувствовала в себе силы уничтожить всё. — Гори, — говорю я, и в следующее мгновение открываю глаза в коридоре Хогвартса среди огня и криков боли моих обидчиков. Сил подняться не было, а все вокруг выглядело так сюрреалистично: ученики в огне,а я чувствую запах горелой плоти, все кричат, кто в панике, кто от боли. А я лежу на холодном полу, всё моё лицо в крови, я знаю, потому что чувствую, как моя кровь растекается по нему. Я подняла руки над головой на уровне глаз, и смотрела, как течет кровь из открытых ран. Происходящее больше не заботило меня, я улыбнулась, скрестив руки на груди, и смотря в потолок сказала: — Красиво, — это было последней осознанной мыслью, после, я отключилась. *** Альбус Дамблдор шел в свои покои, напевая какую-то дурацкую мелодию, когда на него налетел взволнованный первокурсников. Ребенок был просто в ужасе, он даже не заметил, что врезалась в профессора: — Что случилось, мальчик мой? — Профессор! Там, там — он указывал пальцем куда-то вглубь коридора, — там наши избивают девочку! Она вся в крови! Без сознания! Они её убили? Профессор! Я бежал, как мог, найти кого-то, но они, они… Дамблдор сразу стал серьезным: — Где? — На лестничном пролете седьмого этажа, — рыдая, сказал мальчик. — Не переживай, все будет хорошо, ты поступил правильно, — с этими словами Альбус умчался вниз. Когда он спустился к нужному месту, то не поверил глазам: вокруг пахло жареной плотью, а крики детей слышались еще задолго до того, как он подошел. Альбус тут же стал тушить огонь, но обычное «Агуаменти» не работало. Это пламя, необычный магический огонь, такого он еще не видел. Это не Адское пламя, это что-то другое. Альбус был сильным магом, и хоть это потребовало немало волшебных сил, он смог быстро усмирить огонь. Попутно посылая «Патронус» в Больничное крыло и другим учителям, а также директору, который на данный момент отсутствовал в школе. Слаженной работой учителей, старост и мадам Мёрфи удалось доставить всех пострадавших в Больное крыло в рекордные сроки. Вылечить учеников, для медведьмы было не сложно. Даже от сильных ожогов, если лечить их сразу, не останется следа, так что ещё до отбоя все были вылечены и отправлены восвояси. Все, кроме одной первокурсницы, что, хоть и находилась в самом эпицентре, не пострадала от огня, но была сильно избита. Девочка так и не пришла в себя, ни к вечеру, ни на следующий день. Родители в панике, дети в ужасе. Тем временем в школу прибыли авроры для дальнейших разбирательств.