Искусство подготовки джедая (окончание)

      Полет в гиперпространстве до Флорума продолжался полтора часа. Все это время я не сомкнул глаз, пытаясь представить себе, с чем мне, возможно, предстоит там столкнуться. Выйдя из гипера, я первым делом поставил энергетические щиты на зарядку и принялся разглядывать экран радара. На радаре было чисто. Визуальный осмотр из кабины тоже не выявил ничего подозрительного. Когда щиты полностью зарядились, а гиперпривод оказался готов к новому прыжку, я рискнул приблизиться к планете и вышел на солнечно-синхронную орбиту. Теперь, если на планете окажется что-то достаточно большое и металлическое, мой радар это засечёт не далее как через двенадцать местных часов.       Я летал по орбите, то и дело поглядывая то на экран радара, то за стекло кабины, а планета вращалась подо мной, подставляя моему радару всё новые свои области. Припланетное пространство казалось пустым. Спустя несколько часов мой радар зафиксировал на поверхности нечто металлическое. Это могло быть всё что угодно — и обломки разбившегося много лет назад корабля, и даже естественное природное образование, типа выхода на поверхность богатой металлическими включениями породы. Я решил спуститься и исследовать этот феномен. Свернув со своего курса, чтобы не дать возможному противнику себя обнаружить, я удалился на безопасное расстояние и начал спуск в атмосферу.       Спустившись к поверхности, я стал приближаться к замеченному мной объекту. Когда до него оставалось ещё лететь километров сто, я снизил скорость до дозвуковой и снизился к самой поверхности, стараясь маскироваться в неровностях ландшафта. Постоянное нервное напряжение последних часов серьёзно меня вымотало, но времени терять было нельзя. Я не знал, что сейчас происходит с моей тогрутой. Возможно, её пытают?       Я рискнул подползти на малой скорости и практически нулевой высоте на десять километров к объекту. Приближаться ближе к военной базе сепаратистов было бы чистым самоубийством. Посадив корабль, я выбрался из него и, не теряя зря времени, трусцой побежал в направлении объекта, изредка сверяясь с компасом.       Я заметил что-то необычное, только когда подошёл к месту практически вплотную. Какие-то не слишком впечатляющие сооружения находились в естественной низменности, скрывавшей их от взгляда со стороны. Кирпичные, судя по цвету, постройки сливались с остальным желто-коричневым ландшафтом. Рядом с ними виднелись ржавые остовы нескольких небольших кораблей, вероятно, бывших когда-то транспортниками. Вокруг них валялись груды мусора. Всё это совсем не напоминало базу сепаратистов. Я вздохнул с облегчением. Возможно, с моей тогрутой всё в порядке. В худшем случае это могли оказаться пираты, но я не слышал, чтобы пираты осмеливались выступать против джедаев.       На некотором отдалении от поселения, из ещё одного углубления в земле виднелся почти плоский металлический купол какого-то большого космического корабля. Я пригляделся к нему, но не смог определить его тип. Насколько я мог судить со своего места, корабль имел линзообразную, сильно сплющенную форму. Мне повезло, что я смог засечь его радаром, потому что засечь такую линзу можно только находясь в довольно узком конусе над ней. Короче говоря, эти ребята хорошо замаскировались. Разведчик во мне проникся к ним уважением.       Я подобрался ближе к поселению и попытался разглядеть, есть ли там кто-нибудь. У входа в одно из зданий на ящиках сидела пара человекообразных существ. Их вид я не мог с такого расстояния определить. Есть ли у них оружие, я тоже не мог разглядеть, но в целом они выглядели миролюбиво. Никаких дроидов нигде видно не было, так что я решил рискнуть и подойти познакомиться.       Я поднялся и не спеша пошёл в направлении замеченных гуманоидов. Те явно не ожидали гостей и заметили меня, только когда я подошел к ним почти вплотную. Оба были викуэями. Заметив меня, они повскакивали со своих ящиков и схватились за ружья. Я шёл к ним с пустыми руками, дружелюбно улыбаясь. Только на поясе у меня болтался световой меч, как напоминание, что со мной следует обращаться по-доброму.       - Чего тебе здесь надо? - раздражённо выкрикнул один из викуэев, видимо, злой из-за того, что я смог подкрасться к нему незаметно.       - Прошу прощения за беспокойство, - вежливо ответил я, - Я джедай, и у меня потерялся падаван — девушка-тогрута восемнадцати лет. Я подумал, может быть вы знаете, где она сейчас?       - У нас тут не справочное бюро. Проваливай отсюда. Нам не нужны неприятности, - грубо выкрикнул викуэй, заметно нервничая.       Его, молчавший до этого, товарищ что-то негромко сказал ему, а потом обратился ко мне.       - Мы не видели тут никаких тогрут. Тебе лучше поговорить с нашим капитаном. Он сейчас внутри. Только веди себя прилично. Мы всего лишь честные торговцы. Пошли, я провожу тебя к нему. ... А ты останься тут и гляди в оба, - добавил он своему товарищу.       Мы с викуэем зашли внутрь здания. Там царило весёлое оживление. Играла музыка, за столами сидела пара десятков викуэев и оживленно переговаривалась. Две какие-то мелкие обезьянки били друг другу физиономии под дружный хохот стоявших вокруг викуэев. Мы прошли в дальний конец зала. Там, развалясь за столом, восседал относительно интеллигентного вида мужчина-викуэй в пилотских очках на лбу.       - Это наш капитан, - сказал мне мой сопровождающий.       Потом он обошёл стол, подошёл к очкастому викуэю, который в это время созерцал меня со скучающим выражением лица, и что-то шепнул ему. Тот кивнул и пробурчал в ответ что-то, что я не расслышал. Сопровождающий удалился, а очкарик дружелюбно улыбнулся мне и кивнул, чтобы я присаживался за стол напротив него. Я сел. Викуэй непринужденно толкнул в мою сторону кружку с какой-то зелёной жидкостью и обратился ко мне.       - Какая радость принимать в своём скромном жилище настоящего мастера джедая! - воскликнул он, - Нечасто такое случается в последнее время, хотя раньше ко мне порой захаживали мои джедайские друзья. Предлагаю выпить за дружбу джедаев и нас, скромных торговцев всякой всячиной!       Викуэй поднял свою кружку, но я понюхал эту зелёную жидкость и с вежливым видом поставил свою кружку на стол. Это явно было что-то спиртное.       - Прости, капитан, - сказал я, - Я не пью. Кстати, меня зовут Виконт Бонд, я рыцарь-джедай, и я разыскиваю своего падавана — тогруту восемнадцати лет. Не попадалась?       Викуэй тоже сделал вежливое лицо.       - Нет, это ты меня прости, Виконт, - сказал он извиняющимся тоном, - Я так давно не сидел за столом с джедаем, что совсем забыл, что вы не подвержены этой дурной привычке. Когда-нибудь и я брошу пить. Может даже сегодня? ... Эй, Клара! - крикнул он в сторону, - Принеси нашему гостю что-нибудь безалкогольное.       Он убрал ноги со стола, сел ровно и решительно отодвинул от себя свою кружку.       - Прости мне мои манеры, Виконт, - продолжил он, - Я знаю, что и мне и моим ребятам не помешало бы набраться манер получше. Меня зовут Хондо, и я горжусь своими хорошими отношениями с джедаями. Джедаи хорошо платят. Ты сказал, что ищешь тогруту? Ты пришёл по верному адресу! Я только вчера прилетел с ней сюда. Пришлось спасать её с Эндора. Кто-то бросил её там одну! Представляешь? Бедная девочка. Эндор — опасное место. Там такие жуткие чудовища обитают! Я бы сам не поверил, если не увидел бы своими глазами.       В этот момент ко мне подошла викуэйша, довольно страшненькая на мой вкус, и поставила передо мной кружку с чем-то фиолетовым. Я поднёс её к носу, но никакого подозрительного запаха не почувствовал. Отхлебнув немного, я убедился, что это какой-то сок, и сделал глоток побольше.       - Очень хорошо, что Асока у вас, - сказал я, - Честно говоря, я беспокоился о ней. Я хотел бы забрать её с собой.       - Разумеется! - воскликнул очкастый викуэй, - Я сам собирался отвезти её на Корусант, но движок в моём звездолете забарахлил. Старый он совсем, а на новый денег нет. Честный бизнес не больно прибыльный. Как хорошо, что ты её отсюда заберёшь! У старика Хондо одной головной болью меньше.       Викуэй откинулся на спинку стула с видом облегчения на лице. Я ещё глотнул из своей кружки.       - Ты наверное не знаешь, но в войну я воевал на стороне Республики, - задумчиво сказал он, - Джедаи поручали мне самые опасные задания. Ты ведь тоже воевал?       Я утвердительно кивнул.       - Значит, мы с тобой боевые товарищи! - обрадовался викуэй, - Как приятно встретить кого-то, с кем можно вот так посидеть, вспомнить былое. Эх! Вот помню, был со мной такой случай. Армия дроидов тогда захватила какую-то захудалую дыру ... не могу вспомнить, как она там называлась ... Ну, короче, дроиды их захватили, а местные жители поднялись на борьбу с ними. И надо было этим гаврикам оружие доставить. Задание опаснейшее, соответственно, вспомнили сразу о ком? Правильно, о Хондо. И вот я в эту дыру полетел. Ой, что там было! Я приземляюсь, а вокруг бой идёт, летают эти дроидские хреновины с ракетами и шмаляют ими по повстанцам. Я хватаю ПЗРК и бегом им на подмогу. Несколько хреновин сбил лично, но главное, показал пример этим салагам. Заставил их поверить в собственные силы и всё такое.       Рассказ очкарика меня до того растрогал, что я даже прослезился. Мне захотелось обнять этого викуэя. Я поднялся из-за стола, но внезапно покачнулся и упал.       ***       Пришёл в себя я, лёжа на полу в какой-то комнате. Было тихо. Я открыл глаза и некоторое время лежал не двигаясь, пытаясь понять, где я, как сюда попал и почему оказался на полу. Голова работала с трудом. Общее состояние было как после наркоза. Я вспомнил, как занимался любовью с Сири. До чего же это было круто! Вспомнил, как она просила меня куда-то не лететь. Только вот куда? И, кажется, я её не послушал и всё-таки полетел. Идиот! Я сейчас мог бы лежать в постели с ней, а не на этом жёстком полу. Так куда же меня понесло? ... Эвоки с палками ... Ах да! Я полетел на Эндор. А зачем я туда полетел? ... Какой-то корабль, антенна дальней связи, дырка от меча ... Падаван! Точно! Я полетел за Асокой, но её там не было. Её там не было, и я прилетел ...       Я пошевелился и с трудом оторвал голову от пола. Попробовал пошевелить руками, но что-то мешало. Наручники. А это что за светящаяся хрень? Какой-то светящийся синим светом жгут толщиной в палец обвивал меня вокруг пояса и тянулся куда-то мне за спину. Я перевернулся с правого бока на спину и увидел Асоку. Жгут вёл прямиком к ней, обвивал её вокруг талии и шёл дальше к стене. Там он соединялся с каким-то металлическим прямоугольником. Тогрута сидела возле стены, положив подбородок на колени с закрытыми глазами. Похоже, она дремала. Я позвал её. Она открыла глаза, посмотрела на меня и вопросительно кивнула.       - Вы как? - спросила она.       - Вроде живой, - ответил я, - Но ощущения какие-то странные. Голова как не моя, да и всё остальное тело тоже. Где мы?       Тогрута тяжело вздохнула и с трудом поднялась на ноги. Руки её тоже были в наручниках.       - Мы в плену у пиратов, - хмуро произнесла она, - Вы тоже выпили то, что они вам подсунули? Не надо было этого делать. Они подмешали нам какой-то наркотик, грязные подонки! Давайте, я помогу вам сесть.       Тогрута поднапрягшись подтащила меня к стенке, и с её помощью я сел, облокотясь спиной о стену.       - Как вы смогли найти меня так быстро? - спросила она, сев рядом, - Я боялась, что больше вас не увижу, а теперь мы снова вместе, и нас даже связывают нерушимые узы, - тогрута усмехнулась, - Избавиться от них у меня не получилось.       - Я решил не задерживаться на Корусанте дольше чем необходимо, - ответил я, - Если бы я задержался там ещё на день, я мог бы вообще не смочь никуда оттуда улететь.       - Почему? - спросила тогрута.       - Ну, я привез туда Сири, и, ты знаешь, она совершенно уникальная женщина ...       - Что? - перебила меня тогрута, - Это вы к своей любовнице летали? Вот, значит, зачем вы меня спровадили на этот проклятый Эндор?       - Ну да, я хотел заняться этим без тебя, - невозмутимо ответил я, - К тому же, тебе действительно была необходима такая тренировка. Так, о чём я собирался сказать? ... Ах, да! Сири. Это уникальная женщина. Более сексуальной женщины нет во всей Галактике. И это не преувеличение ...       - То-есть, вы с ней опять переспали? - нетерпеливо перебила меня тогрута.       - Асока, не перебивай меня пожалуйста, - попросил я, - Мне сейчас трудно сосредоточиться. Мысль постоянно ускользает. Да, я с ней переспал. Даже дважды. И теперь я могу тебе с полной уверенностью заявить — она самая сексуальная женщина в Галактике. Во-первых, она потрясающе красива. Когда я увидел её в одном полотенце, обмотанном вокруг голого тела, я чуть не упал со стула. Она была настолько обворожительна! И она так на меня смотрела! Я не могу этого описать словами. Мы занялись любовью, и это было просто неземное блаженство. Когда я потом лежал с ней рядом, я даже подумал, - «А не бросить ли мне все эти джедайские дела? Всех этих ситхов? Пусть катятся к хатту!». ... Потом я, конечно, прогнал от себя эту мысль. Мы же должны спасать детей от тёмной стороны! Кто же это сделает, если не мы? Но вот сейчас я снова сижу и думаю, - «Какого хрена я от неё улетел?».       Я отвлекся от своего захватывающего повествования и посмотрел на тогруту. Она смотрела куда-то в сторону.       - Тебе не интересно? - спросил я.       - Нет, нет. Очень интересно, - ответила она не обернувшись, - Рассказывайте дальше.       - Так. А что я, собственно, хотел рассказать? - я наморщил лоб, - А, ну да. Сири совершенно бесподобна. Она не только красива и сексуальна, она вообще очень необычна. Я был с ней всего пару дней, а у меня такое чувство, будто я знаю её всю жизнь. С ней необычайно легко. Она не кричит, не шумит, не говорит, что я что-то ей должен, но когда она смотрит на меня этими своими серыми глазами, у меня просто язык не поворачивается сказать ей «нет». Мы ходили по магазинам, напокупали целый ворох одежды для неё и для детей. Я так и не смог ей ни в чём отказать. А что там осталось от наших денег за прошлую миссию, я ей просто отдал. Ей ещё работу надо найти.       - Но это ведь были и мои деньги тоже! - обиделась тогрута.       - Да ладно, - отмахнулся я от её слов, - Нам с тобой потом ещё дадут. А может нас вообще сейчас убьют или продадут в рабство, и деньги нам больше не понадобятся? ... В общем, вот. Мне стоило больших усилий уйти от такой женщины. Кстати, она уговаривала меня не уходить, но я же упрямый. Потом сказала, что будет ждать, и чтобы я обязательно возвращался.       Я сидел и вспоминал её умоляющие глаза, какими они были при нашем расставании. Вдруг тогрута отвлекла меня от этих романтических воспоминаний.       - Мастер, - сказала она, - Скажите, как вы ко мне относитесь?       - К тебе? - переспросил я.       - Я вам нравлюсь? - уточнила тогрута.       - Конечно, - удивленно ответил я, - Я ведь тебе это уже сто раз говорил. Ты красивая. Конечно, твои формы нельзя назвать роскошными, - я критически оглядел её сверху до низу, - Но ты стройненькая и такая вся спортивненькая. Животик такой подтянутый, - я протянул руки в наручниках, чтобы похлопать по её животику, но тогрута недовольно отпихнула их.       - В общем, вы обе красивы, - подытожил я, - Но вы красивы по-разному. Сири — спелая ягодка, роскошная, умеющая свести с ума. Ты пока ещё немного зелёная. Потенциал есть, но он ещё не до конца раскрыт. Тебе ещё нужно научиться околдовывать мужчин.       Я заметил, что тогрута сидит с каким-то кислым выражением лица.       - Асока, ты чего такая невесёлая? - участливо спросил я, - Что-то случилось?       - Все хорошо, мастер, - ответила она, - Ничего не случилось.       Меня эта новость обрадовала. Хорошо, когда всё хорошо. Вот только в голове моей какой-то туман. Мысли тонут в нём. Всё заволакивает какая-то тьма. Но раз ничего плохого не случилось и всё хорошо, наверное, можно сейчас расслабиться. Должно быть я просто устал. Я уронил голову на колени и дал тьме окончательно поглотить мое сознание.       ***       Очнулся я, лёжа на спине на чём-то жестком. Голова раскалывалась. Я потянул руку к голове, и мне на лицо свалилось что-то металлическое. Я с трудом разлепил глаза, приподнял руки над лицом. Они были в наручниках. Я со стоном откинул их обратно к ногам. Внезапно в поле моего зрения появилось лицо моего падавана. На лице читалась подавленность и озабоченность.       - Мастер! - резко воскликнула тогрута.       От её возгласа я почувствовал укол головной боли.       - Тише, - прошептал я, - Голова трещит.       Тогрута положила мне обе руки на грудь и смотрела на меня с состраданием.       - Потерпите, - негромко сказала она, - Это скоро пройдет. Со мной это тоже было.       Я расслаблено лежал и смотрел в потолок через полуприкрытые глаза. Меня занимал вопрос, где я, и что со мной случилось? Но говорить не хотелось. Любое напряжение болезненно отзывалось в моей голове. Тогрута переместилась ко мне за голову и легонько массировала пальцами мои виски. От этого становилось легче. Я подумал, какой всё-таки прекрасный человек, эта моя тогрута.       - Ты настоящий друг, - прошептал я ей.       - Вам легче? - заботливо спросила она, - Жаль, я не умею исцелять Силой.       - Мне уже гораздо лучше, - сказал я, - Поделай пожалуйста так ещё немного.       Тогрута исполнила моё пожелание, и спустя минут пятнадцать я почувствовал, что голова уже почти не болит. Я поблагодарил свою верную подругу и попробовал приподнять голову и оглядеться. Мы находились в незнакомой мне пустой комнате с высоким потолком. В одной из стен, на большой высоте над полом имелось зарешеченное окно, через которое проникал солнечный свет. У противоположной стены на полу стоял унитаз. В той же стене на высоте около метра от пола торчал какой-то металлический прямоугольник, из которого исходил светящийся энергетический жгут. Жгут тянулся к Асоке, охватывал её талию и продолжался дальше ко мне. Тогрута, как и я, была в наручниках. Ещё я заметил закрытую дверь с прорезями в ней. Через прорези можно было смотреть, но они были слишком узкие, чтобы можно было просунуть в них руку. В паре метров от двери на полу стоял поднос с кружкой и тарелкой, на которой что-то лежало, какая-то еда. Больше в комнате ничего не было. За дверью иногда раздавались грубые мужские голоса. Похоже, там кто-то играл в какую-то азартную игру.       - Где мы? - наконец спросил я.       - Мы в плену у пиратов, - ответила тогрута, - Вы ничего не помните?       Я прекрасно всё помнил вплоть до момента, когда я сидел и беседовал с каким-то подвыпившим викуэем, который травил байки и вообще выглядел очень располагающим к себе. Но после этого я больше ничего не мог вспомнить.       - Я помню, как беседовал с каким-то типом по имени ... кажется он назвал себя Хондо, - сказал я, - Но потом ... я почему-то свалился на пол ... больше я ничего не помню.       - Этот Хондо — главарь банды пиратов, - глухо произнесла тогрута, - Он напоил вас какой-то дрянью, а когда вы отключились, пираты приволокли вас сюда и прицепили ко мне. Эти наручники нельзя снять Силой. При любой попытке что-то с ними сделать, они бьются током.       Тогрута помогла мне подняться на ноги. Я немного постоял в вертикальном положении, поразмялся, насколько это позволяли наручники и жгут. Во рту было сухо. Я подошёл к подносу и заглянул в кружку. В ней было налито что-то прозрачное. Я опустился на колени, взял кружку и поднёс её ко рту, что было отнюдь не просто сделать из-за наручников. Запаха я не почувствовал, сделал несколько глотков. По вкусу это была вода. Потом я вернулся к тогруте и сел с нею рядом.       - Они не говорили, что собираются с нами делать? - спросил я.       - Нет. Они вообще мне ничего не говорили, - ответила она, - Они знают, что я джедай. Зачем им джедай? Разве джедаев когда-нибудь продавали в рабство?       - Я о таком не слышал, - сказал я, - Да я себе и представить такое не могу. Джедай — раб? Мне кажется, это будет очень проблемный раб. Если только его не держать вот так, как они нас сейчас держат. Но в таком случае от него толку будет мало. В наручниках даже кружку держать неудобно.       Я подумал, что в наручниках вообще много чего делать неудобно. Вот мне, к примеру, сейчас требуется отлить. Я никогда не делал этого в наручниках.       - Слушай, Асока, - сказал я, - Мне ужасно неудобно, но не могла бы ты на минутку отвернуться, пока я тут схожу по-маленькому?       Тогрута без лишних слов повернулась спиной к унитазу, а я занялся делом. Расстегнул штаны я без особого труда, но когда я их обратно застегивал, возникло затруднение. Пуговицу не удавалось застегнуть одной рукой. Я попробовал подтянуть к ней вторую руку и потянул наручники сильнее, чем было можно. Тут же мои кисти прострелил разряд тока. Я вскрикнул и непроизвольно дернулся, а из-за двери раздался взрыв хохота.       - Эй, девочка, помоги своему другу! У него не получается, - гоготали викуэи из-за двери.       Я сосредоточился. После удара током, кисть стала плохо слушаться. Проклятая пуговица никак не хотела застегиваться. Викуэи за дверью продолжали веселиться. Тогрута обернулась и смотрела на меня со страдальческим выражением на лице.       - Асока, помогай, - сдался я, - Один я не справлюсь.       Тогрута и тут не оставила меня в беде и даже не съязвила ни разу. Вместе мы быстро справились с непослушной пуговицей и уселись рядышком у стены.       - С каких это пор заключенные должны сидеть в камерах в наручниках? - задал я риторический вопрос.       - Похоже, нам оказана особая честь, - предположила тогрута, - Надо мной эти рогатые уроды тоже ржут каждый раз. Как я их ненавижу! Знала бы, кто они такие, всех бы прирезала, как только поднялась к ним на борт.       - Да, тебе наверно ещё тяжелее делать это одной рукой, - посочувствовал я ей, - У меня только эта дурацкая пуговица. Её вообще застегивать не обязательно. Штаны и так не сваляться. Хмм ... А как ты с этим справляешься, мне вообще трудно себе представить.       - Как, как! Корячусь каждый раз, - раздраженно процедила тогрута, - А эти скоты на меня глазеют и ржут. Для них это развлечение. Утопила бы обоих прямо в этом толчке!       Я не мог сейчас её обнять, чтобы успокоить, так что я только слегка подтолкнул её плечом.       - Не надо себя накручивать, - попросил я её, - Они же пираты. Чего ты от них ожидала?       Мне очень не хватало сейчас возможности обнять мою несчастную тогруту и прижать её к себе. За дверью тем временем послышались шаги. Дверь отъехала в сторону и в проёме появился уже знакомый мне очкастый пират. С обеспокоенным видом он зашёл в комнату.       - Друзья! - заявил он встревоженным тоном, - Мне только что сообщили, что у вас тут какие-то трудности. Неужели это правда?       Пират уставился на нас с видом, будто он не может поверить в то, что ему сообщили. Мы с тогрутой молчали. За дверью раздались сдавленные смешки. Пират прижал руку к груди.       - Я обеспечил вас всеми удобствами, какие только может предложить моё скромное жилище, - убедительным голосом продолжил он, - Но если я могу ещё что-то для вас сделать ...       Тогрута сверлила пиратского главаря убийственным взглядом. Меня же больше интересовали его планы на нас, а не его выпендрёж. Наконец, пират сделал сосредоточенно-деловое лицо.       - Так. Теперь нам необходимо решить один очень важный вопрос, - заявил он, - Кому вас выгоднее продать? Сепаратистам или Республике?       Пират сложил руки на груди и погрузился в раздумья.       - Республика даст тебе за нас хорошую цену, - выдавила из себя тогрута, - Сепаратистам мы не нужны. Дуку убил уже достаточно джедаев, практически весь Орден.       Пират прошелся по комнате туда-сюда, потом вздохнул.       - Как говорил мой папа, - «Выслушай совет женщины и сделай наоборот», - сказал он с чувством облегчения, - Вдруг этот Дуку любит доводить дела до конца? Пожалуй стоит с ним связаться.       Пират вышел, и дверь за ним закрылась. Тогрута уткнулась подбородном в колени.       - Вот и всё. Наша песенка спета, - угрюмо сказала она.       Мы посидели немного молча. Я пытался прикинуть, насколько безвыходно наше положение.       - Если нас не сразу убьют, если Дуку хотя бы пожелает с нами встретиться, может, нам удастся убедить его в своей полезности? - предположил я.       - Какая ситху может быть польза от джедаев? - уныло пробурчала тогрута, - Разве что привязать нас к столбу и дать этим его тёмным юнглингам нам всё по отрезать мечами, чтобы они лучше прониклись тёмной стороной?       - Может быть, он так с нами и поступит, - не стал возражать я, - Но давай хоть немножко будем мыслить позитивно. Мы ведь с тобой не такие уж махровые джедаи. Мы же не Винду с Йодой. Может, прикинемся тоже немного тёмными?       Тогрута безрадостно усмехнулась.       - Какой из вас тёмный? - устало сказала она, - Вы в зеркало на себя посмотрите. Да Дуку живот себе надорвет от смеха, если вы ему скажете, что вы ситх! Да и я тоже. Разве во мне есть что-то от ситха?       Меня её ответ не удовлетворил.       - Асока, давай, ты хотя бы не будешь сразу устраивать с ним конфронтацию? - предложил я, - Дуку долгое время был джедаем. Возможно, в нём ещё осталось что-то доброе и светлое? Он ушёл из Ордена, потому что разочаровался в джедаях и их образе жизни. Давай, не будем изображать из себя упертых джедаев. Мы ведь с тобой не упертые джедаи? Мы не повторяем Кодекс как мантру, мы делаем кое-какие предосудительные вещи. Может, у нас с Дуку найдутся какие-то точки соприкосновения?       - У меня нет с этим ситхом никаких точек соприкосновения! - возмущенно заявила тогрута.       - Вот этого я и боюсь, - озабоченно ответил я, - Ты там сразу встанешь в позу. Начнёшь изображать непримиримого идеологического противника, и у Дуку уже не будет другой возможности, кроме как порешить нас обоих.       - А что вы хотите, чтобы я делала? - разозлилась она, - Чтобы я с ним вежливые разговоры вела? С ним? С тем, кто уничтожил Орден Джедаев? На его руках кровь сотен джедаев! Или для вас это ничего не значит?       - Мы не знаем, на чьих руках кровь сотен джедаев, - попытался я её утихомирить, - Я просто не хочу, чтобы на его руках оказалась ещё и наша кровь. Я не прошу тебя с ним любезничать. Будет вполне достаточно, если ты просто будешь молчать. Ты не исправишь Дуку своими обличительными речами, только нас погубишь.       - Я знаю, что я его не исправлю, - раздражённо заявила тогрута, - Этого гада только могила теперь исправит. Но от меня он никакого уважения не дождётся! Я не собираюсь перед ним раскланиваться! Пусть не думает даже, что я его когда-нибудь прощу, за то, что он сделал!       Я недовольно посмотрел на своего разбушевавшегося падавана.       - Асока, меня не волнует, дождётся ли Дуку от тебя уважения или прощения. Я только хочу, чтобы мы пережили встречу с ним, если она вообще состоится. Отложи пока свой праведный гнев в сторонку. Если мы из этой передряги как-то выпутаемся, тогда ты можешь представить перед собой Дуку и кричать на него, сколько захочешь.       Тогрута надулась и замолчала. Мне захотелось перевести разговор на что-то более приятное.       - Расскажи-ка мне лучше, чем ты занималась на Эндоре, - попросил я, - Зачем ты оттуда смылась, не дождавшись меня?       - Зачем? Вы меня бросили там! - обвинила меня тогрута, - Меня там в первую же ночь комары всю сожрали! Я не знала, куда мне от них деваться. Я бы на вас посмотрела, как бы вы в этом лесу медитировали.       Тогрута обиженно отвернулась.       - На Эндоре водятся комары? - робко поинтересовался я, - Странно. А в энциклопедии про это не было ни слова.       Тогрута вдруг развернулась ко мне и уставилась мне в глаза пронзительным взглядом.       - Расскажите-ка мне лучше, чем вы занимались, пока из меня комары сосали кровь? - потребовала она.       Я удивленно смотрел в её мечущие искры глаза и молчал. Её агрессивность казалась мне необъяснимой. Мне захотелось отодвинуться от неё подальше.       - Что с тобой? Чего ты на меня так смотришь? - испугано произнес я, чуть наклонившись в противоположную сторону.       - Я жду, что вы мне расскажете, - язвительно сказала тогрута, - Может вы забыли, чем занимались без меня? Давайте, я помогу вам вспомнить. Полотенце вокруг голого тела, невообразимо соблазнительный взгляд. Начинаете что-то припоминать?       Я открыл от изумления рот.       - Как ты узнала? - прошептал я шокировано.       Тогрута разразилась дьявольским смехом.       - Вы думали, у вас всё шито-крыто? - снисходительно спросила она, - Но вы не учли одно важное обстоятельство. Вы забыли, что я бывшая разведчица. Я поставила голокамеры в каждой комнате, и я видела всё, что вы там вытворяли!       Я втянул голову в плечи. Мысли метались во все стороны.       - Но как ты смогла принять сигнал с Эндора? - наконец спросил я, не в силах поверить в услышанное.       - Элементарно, мастер, - заявила она высокомерно, - Рядом с тем местом, где вы меня высадили, валялся разбившийся корабль. Система связи на нём работала.       Я покачал головой, дивясь на своего падавана.       - Знаешь, - наконец сказал я, - Мне, наверное, следовало бы возмутиться таким твоим поведением, но, боюсь, у меня нет на это морального права. Когда мы с тобой ещё жили в Храме, я тоже подсунул голокамеру к тебе в ванную. Хотел потом выбрать кадр посимпатичнее, сделать из него календарь и повесить в своей комнате. Хотел посмотреть на твою физиономию, когда ты это увидишь. Но тебя тогда забрали в тюрьму, и моя затея так и осталась не реализованной. Ну что же, теперь мы квиты.       Я взглянул на тогруту и увидел на её лице выражение шока и возмущения.       - Что такое? - спросил я с вызовом, - Тебе можно, а мне нельзя?       - Мастер, - прошептала она, - Я же пошутила! Как вы могли подумать, что я на такое способна? Я не подкладывала никаких голокамер. Вы сами мне всё рассказали. Вскоре, как вас сюда притащили, вы пришли в себя. Вы просто не помните.       - Ой! - сказал я.       Тогрута ошарашено покачала головой и отвернулась от меня. Я чувствовал себя совершенно отвратительно. Просить прощения, наверное, было бесполезно.       - Я прокололся, - признался я наконец подавленным голосом, - Мне следовало вспомнить, что батареи на том корабле были почти разряжены. Непростительная ошибка для разведчика. Ты, наверное, очень нехорошо обо мне сейчас думаешь? ... У тебя есть на это все основания, - добавил я покаянным тоном.       ***       Три дня мы просидели в пиратском плену. Это были не самые приятные для нас дни. Особенно для меня. Я чувствовал себя таким виноватым, но не знал, как мне вымаливать прощение, только склонял покаянно голову, когда встречался с тогрутой взглядом. Она усмехалась, но ничего не говорила.       Через три дня за нами пришли. Четверо вооруженных викуэев зашли в нашу комнату, отцепили от стены энергетический шнур и велели нам подниматься и следовать за ними. Мы прошли по коридору и вскоре оказались под открытым небом. Я увидел наш корабль, стоящим с опущенным трапом поблизости. Нас повели к нему. Рядом с трапом стоял пиратский главарь и обсуждал что-то с парой других викуэев. Нас подвели к трапу.       - Не обижайтесь на старика Хондо, - напутствовал нас очкастый пират, - Я, правда, люблю джедаев, но бизнес есть бизнес.       - Молись, чтобы мы больше никогда не встретились, очкастое отродье! - зло бросила ему тогрута.       Пират охнул и изобразил на лице шок от такого оскорбления. Потом махнул нашим конвоирам вести нас дальше.       Нас провели в пассажирский отсек и приковали энергетическим жгутом к скобе на стене. Двое викуэев пошли в пилотскую кабину, а остальные расселись по свободным сиденьям и уставились на нас. Корабль начал набирать высоту. Никто ничего не сказал нам на счёт того, куда нас везут, но догадаться было нетрудно.       - Асока, - сказал я, решившись наконец на этот разговор, - Я знаю, ты считаешь меня засранцем, и ты, конечно же, права. Нас, возможно, скоро убьют. Я хочу сказать тебе кое-что.       Тогрута посмотрела мне в глаза. В её взгляде читалась грусть. Я тяжело вздохнул.       - Мне повезло иметь такого падавана как ты, - продолжил я голосом, глухим от подступающих слез, - Ты была мне верной подругой, а я порой вёл себя с тобой нехорошо. Я не прошу тебя меня прощать. Я только хочу тебе сказать, как много ты для меня значишь. Может, это последняя возможность для меня сказать тебе о своих чувствах.       Я замолчал, закусив губу и думая о том, какими словами можно передать то, что я к ней чувствую.       - Это трудно выразить в словах, - наконец пробормотал я.       - Я уже знаю, как вы на самом деле ко мне относитесь, - неожиданно заявила тогрута.       - Откуда? - удивился я.       - Вы мне это рассказали, пока были под наркотой, - объяснила она.       - Серьезно? - заинтересовался я, - И что я тебе сказал?       - Правду, - коротко ответила тогрута.       Я смутился. Мне стало интересно, как же я на самом деле к ней отношусь? У меня не было в этом вопросе полной ясности. Моё представление об отношении к падавану менялось со временем.       - Ну, расскажи, - попросил я её, - Как я на самом деле к тебе отношусь?       - Сами догадайтесь, - загадочно ответила тогрута.       Я постарался заглянуть в самые глубины своей души, чтобы найти там ответ.       - Я сказал, что люблю тебя? - спросил я с надеждой.       - Нееа, - вдребезги разбила её тогрута, - Слова «любовь» вы не произносили. Другие варианты?       Я расстроился. Я опасался, что окажусь на самом деле ещё большим засранцем, чем привык считать. Теперь эти опасения сбывались.       - Неужели, я сказал, что ты интересуешь меня только как секс-партнёрша? - спросил я упавшим голосом.       - Нет, это вы про свою любовницу так сказали, - укоризненно ответила тогрута, - А про меня вы сказали, что мои формы не кажутся вам роскошными, что я ещё неспелая ягодка и мне нужно учиться околдовывать мужчин.       - Ааа, - протянул я с понимающим видом, - Вот, значит, оно как.       ***       Прошло часов десять, прежде чем я почувствовал перегрузку, означающую, что корабль вышел из гипера.       - Вот мы и прибыли в КНС, - пробормотал я.       Вскоре корабль начал маневрировать, раскачиваться с боку на бок. Потом последовала перегрузка от торможения и скрежет посадочных опор о металл. Двигатели затихли. Наши конвоиры поднялись, отцепили нас от стены и повели к выходу.       Нас вывели в ангар какого-то большого корабля. Кроме нашего YT-1300 там ещё стояло несколько шатлов «Тип-Б» и пара десятков «Белбулабов». Неподалеку от трапа нас ожидало несколько человек в незнакомой мне военной форме. Очевидно, это были офицеры флота КНС. Я никогда не утруждал себя тем, чтобы познакомиться с их знаками отличия, но форма выглядела по-офицерски. Один из них был старше остальных и стоял чуть впереди. Нас подвели к этой группе.       - Снимите с них наручники и это, - распорядился пожилой офицер, кивнув на связывающий нас энергетический шнур.       Викуэи подчинились.       - Ваше вознаграждение там, - офицер кивнул в сторону подъехавшей репульсорной платформы с ящиками.       Мужчина презрительно проводил глазами пиратов, поспешивших к платформе и принявшихся с восторженными возгласами рыться в ящиках.       - Сакиро Микодзаи, капитан эскадренного крейсера «Угрожающий», - представился офицер и протянул мне руку для рукопожатия, - Приветствую вас на борту.       Я пожал протянутую руку.       - Виконт Бонд, рыцарь-джедай, - представился я в ответ, - Это моя ученица Асока Тано.       - Я получил приказ доставить вас двоих на Серенно, - сообщил нам капитан, - Мой помощник проводит вас до ваших кают. Убедительно прошу вас не ходить по кораблю без сопровождающего. Я распорядился, чтобы один из моих мичманов постоянно дежурил у ваших кают. Полет продлиться около тридцати шести часов. Какие-нибудь вопросы или пожелания?       Ничего такого у нас не было.       - В таком случае разрешите откланяться, - закончил разговор он, - Мичман, будьте любезны, проводите наших гостей.       Мы с тогрутой пошли за молодым офицером.       - Мы можем попытаться сбежать, - возбужденно шепнула мне на ухо она, - Запрыгнуть в их истребители.       - Не глупи, - шепнул ей я, - Нас тут же собьют.       Наш бывший транспортник взревел двигателями, лихо развернулся над полом ангара и направился к выходу. Как только он пересёк энергетический барьер, бронированные створки ангара начали закрываться.       Мы вышли из ангара в коридор и пошли дальше за своим сопровождающим. Время от времени нам на пути попадались матросы или офицеры, но их было немного. Дождавшись момента, когда на нас никто не смотрел, я наклонился к тогруте.       - Каюты будут прослушиваться, - тихонько шепнул я.       Она слегка кивнула в знак понимания.       ***       Нас поселили в две небольшие соседние каюты, очень похожие на те, в которых мы жили на «Охотнике». Как и обещал капитан, в коридоре у дверей наших кают постоянно дежурил один из офицеров. Когда у нас возникло желание перекусить, он отвёл нас в столовую. Потом привёл обратно. Вёл он себя настолько вежливо, насколько это вообще можно было ожидать от молодого военного. Мы уже не чувствовали себя до такой степени пленниками, как у пиратов.       На корабле было какое-то своё деление времени на день и ночь, определявшее время начала и окончания вахт, но нам не было до этого никакого дела. Когда нам по нашим внутренним часам наступила пора спать, мы сходили поужинать, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по каютам.       Я лежал на койке, потягиваясь и размышляя о завтрашней встрече с кем-то из руководства КНС, возможно, с самим графом Дуку. Вдруг в мою дверь постучали. В недоумении я встал и открыл дверь. За дверью оказалась моя тогрута, за спиной которой маячил охраняющий нас мичман. Не долго думая, тогрута подошла ко мне, решительно обхватила мою шею одной рукой, а другой схватила за волосы и пригнула голову вниз. Прижавшись ко мне, она приблизила ко мне своё лицо, так что наши губы почти соприкоснулись.       - Не ведите себя как махровый джедай! - чуть слышно шепнула она мне.       Я сразу уловил смысл её задумки, обхватил одной рукой её попку, с силой прижав её к себе, другой рукой взялся за её задний отросток на голове, грубо потянул его вниз, заставив тогруту запрокинуть голову, и впился губами в её губы. Через несколько секунд страстного поцелуя, я отстранился от неё, толкнул её внутрь каюты, бросил высокомерный взгляд на обалдевшего офицера и закрыл перед его носом дверь.       Тогрута встала на середине каюты. Я подошёл к ней с грозным видом, как подобает ходить ситху.       - А как же Кодекс Джедаев? - спросил я её угрожающим тоном.       - А плевать я хотела на Кодекс Джедаев! - вызывающе бросила мне она, потом дерзко стянула с себя майку и бросила её мне под ноги.       - Ты чересчур своевольна, ученица, - сказал я, жёстко глядя ей в глаза.       - Да, я своевольная, - нагло заявила тогрута, расстегнула лифчик и отбросила в сторону, - Мне плевать на правила и я не собираюсь никому подчиняться.       - Ты подчинишься мне! - прорычал я так, как по моим представлениям ситхи должны разговаривать со своими оппонентами.       Потом я шагнул к ней, снова схватил за задний отросток, с силой потянул вниз, запрокинув ей голову назад, а другой рукой начал грубо исследовать её обнажённую грудь.       - Никогда! - непокорно выкрикнула тогрута, - Тебе меня не укротить!       - Ты недооцениваешь мою мощь! - сдавленно прорычал я и принялся расстегивать рубаху.       Избавившись от одежды, я снова взглянул на тогруту. Она стояла посреди каюты с вызывающе-наглым видом. Я подошёл к ней вплотную и сильно сжал её груди в ладонях. Она не подалась назад, а, наоборот, вдавила в меня свою грудь ещё сильнее.       - Со временем, ты будешь звать меня — повелитель, - произнес я уверенным голосом и усмехнулся ей в лицо.       - Этого никогда не будет! - успела выкрикнуть тогрута, прежде чем я снова запрокинул ей голову и накрыл её губы своими.       Свободной рукой я по-хозяйски провёл по её голой спине вниз, просунул ладонь под юбку и трусики и начал массировать её попку грубыми и сильными движениями. Оторвавшись от её припухших нежных губ я посмотрел в её глаза. Взгляд тогруты был полон вызова и непокорности. Тогда я обвёл руку вокруг её бедра и начал массировать её спереди, продолжая властно смотреть ей в глаза. Тогрута сжала зубы и упорно молчала. Я опустился на корточки и резко стянул вниз её юбку вместе с трусиками. Потом взял за руку, подтащил её к койке и толкнул. Тогрута упала на спину, а я уселся у неё в ногах, согнул её ноги в коленях и развел их в стороны, открыв себе доступ к её промежности. Потом я одной рукой упёрся в матрас, нависнув над тогрутой, а другой начал сильными движениями массировать ее киску.       - Покорись мне, ученица! - потребовал я приказным тоном.       - Никогда! - отчаянно выдохнула тогрута, - Я никогда не покорюсь тебе!       Я продолжал тереть её между ног, прижимая ладонь к её нежной плоти, сжимать её киску, исследовать её лепестки пальцами. Тогрута шумно дышала. Её возбуждённая киска сочилась влагой, а лепестки отвердели и разошлись в стороны. Я нащупал отверстие её влагалища и слегка надавил на него пальцем.       - Это неизбежно, - глухо произнес я, нависая над ней, - С каждым мгновением, ты всё больше становишься моей.       С этими словами я погрузил в тогруту два пальца и начал исследовать внутреннюю стенку её влагалища. Тогрута застонала.       - Нееет! - нашла в себе силы простонать она и несогласно замотала головой.       Я ввёл пальцы ещё глубже в неё, большим пальцем надавив на клитор. Властными движениями я исследовал влагалище своей непокорной ученицы. Она больно вцепилась мне в волосы и всё громче стонала. Наконец, я услышал от неё другое слово.       - Дааа! - выдохнула тогрута, - Дааа! Повелитель!       Я извлек из неё свои пальцы.       - Значит, ты всё-таки признала это? - удовлетворенно спросил я.       - О да, повелитель, - простонала тогрута, - Вы покорили меня. Я ваша. Теперь я исполню любое ваше желание.       - Тебя ожидает наказание за твою непокорность, - сообщил я ей, - Ты приговариваешься к жестокому траху. Ты согласна с приговором?       - Да, мой повелитель, - покорно ответила тогрута, - Я виновата и заслужила такой приговор. Я готова понести наказание.       Я оперся о матрас двумя руками и принялся приводить приговор в исполнение. Тогрута ритмично вскрикивала всё громче и громче. Ближе к концу, её вопли, скорее всего, можно было слышать во всех окрестных каютах и в коридоре без всяких подслушивающих устройств. Я драл её со всей силой как настоящий жестокий ситх. Наконец, я почувствовал приближение развязки и с ранкорьим рычанием кончил в неё. Обессиленный, я свалился рядом с ней на матрас. Она обхватила рукой мою голову, притянув к себе так, что мы уткнулись носами друг в друга.       - Круто! - шепнула она едва слышно.       - Надеюсь, ситхи это оценят, - так же тихо ответил я, обнял её и вскоре провалился в сон.       ***       Когда крейсер прибыл к Серенно, нас проводили обратно в ангар и велели загружаться в шатл. В шатле кроме пилота нас сопровождало ещё четверо вооружённых людей. Спустя полчаса полёта шатл произвёл посадку на планету, и мы вышли наружу.       Прямо перед нами возвышалось величественное здание личной резиденции Дуку. Мы пошли по дороге к нему мимо каких-то длинных каменных хреновин, торчащих из земли и служащих неизвестной цели. Пройдя мимо вооруженной охраны, мы зашли внутрь. Здание и внутри было весьма величественным, с высокими потолками, но довольно слабо освещённое. Вся эта сумеречность ситского логова наводила на мысли о тёмной стороне, хотя самой этой тёмной стороны я пока не ощущал.       Нас ввели в обширную полутёмную комнату. В дальнем её конце в стене имелось высокое окно. Оно пропускало мало света, поскольку в него было вставлено темно-синее и темно-фиолетовое стекло. Где-то далеко наверху, под потолком горела люстра. Вдоль центра комнаты тянулся длинный стол с рядами стульев с каждой стороны. Во главе стола, на фоне тусклого окна сидел человек. Для моих, привыкших к яркому свету, глаз было слишком темно, чтобы можно было разглядеть его лицо. Когда мы вошли, человек поднялся из-за стола.       - Оставьте нас! - приказал он охране.       Наши конвоиры немедленно повиновались. Дверь за нами закрылась с легким щелчком.       - Добро пожаловать на Серенно, - спокойно произнес человек, - Присаживайтесь.       Мы пошли вдоль стола в его сторону. Подойдя ближе, я убедился, что это сам граф Дуку.       - Вам известно, кто я? - на всякий случай спросил он, дождался моего кивка и продолжил, - Прекрасно. А мне известно, кто вы.       Я сел на стул неподалёку от графа. Тогрута расположилась рядом со мной по другую от него сторону. Когда мы расселись, Дуку тоже опустился в своё кресло.       - Для начала позвольте поздравить вас с избавлением от пиратского плена, - сказал граф, - Надеюсь, с вами обращались гуманно?       Я не видел причин жаловаться ему на жизнь, поэтому ответил утвердительно. Тогрута справа от меня заёрзала на стуле.       - Должен признаться, - продолжил граф, - Меня крайне раздражает наличие в нашей Галактике подобного отребья. Я бы с большим удовольствием ликвидировал этот пиратский притон, если, конечно, вы предоставите мне его координаты.       Я понимал, что любой порядочный ситх в моём положении должен сжимать кулаки и яростно шипеть что он сам хочет свершить месть, сам хочет покрошить мечом своих обидчиков, а их главаря задушить собственными руками. Дело в том, что я ничего такого не хотел. Пираты, конечно, вели себя с нами совершенно невоспитанно, а их главарь, хоть и приколист, но ценит деньги больше чем человеческие жизни. Всё-таки это не вина пиратов, что жизнь сделала их такими. Им самим ещё предстоит расхлебывать последствия своего предосудительного образа жизни.       - Право, граф, в этом нет большой необходимости, - ответил я, - Эти парни не так уж и плохи, хотя хороших манер им безусловно недостаёт. Я думаю, жажда наживы доведёт их рано или поздно до неприятностей. Не стоит беспокоиться.       Справа от меня послышалось пыхтение. Дуку удивленно приподнял бровь.       - Ваше джедайское воспитание даёт о себе знать, - заявил он надменным тоном, - Скажите, вы действительно имеете всё это в виду? Я уже давно не джедай, как вы вероятно знаете, и не стал бы осуждать вас за проявление естественной человеческой природы.       - Дело не в моём джедайском воспитании, граф, - поспешил объяснить я, - Я с детства не получал абсолютно никакого удовольствия от того, что кто-то кого-то убивал. И, уж точно, я не хочу сам становиться причиной смерти разумных существ. Я только один раз в жизни приказал клону стрелять в живого человека, и я до сих пор не могу себя за это простить. Это не воспитание, это и есть моя естественная человеческая природа, поэтому да, я действительно имею всё это в виду.       Тогрута под столом заехала мне по ноге каблуком сапога.       - И никто не заставит меня принять участие в убийстве разумных существ! - с нажимом сказал я, полуобернувшись в её сторону.       - Ну, если такова ваша природа, молодой человек, тогда всё понятно, - Дуку откинулся в кресле, - Немного странно всё же. Как же вы с такой замечательной природой смогли угодить в Агрокорпус? Я до сих пор считал, что туда отправляют не слишком, скажем так, удавшихся юнглингов. Тех, кто не оправдал джедайских надежд.       - Да я никогда особенно не стремился становиться джедаем, - признался я, - Мне это как-то всё неинтересно было, все эти миссии, ловля бандитов, переговоры. Мне это и сейчас не интересно. Я, когда юнглингом был, увлёкся медитацией. На остальные занятия забивал. Мне они казались ненужными. В общем, успеваемость моя хромала. Плюс к тому, любил иногда приколоться над каким-нибудь преподом. За это меня в Храме не очень любили. А в Агрокорпус я сам попросился, потому что понимал, что ничего другого мне всё равно не светит. И правильно сделал. Там интересно было. Я там друзей себе завёл прикольных, да и просто пользу людям принёс.       - Первый раз слышу, чтобы слова «Агрокорпус» и «интересно» использовались в одном предложении, - Дуку недоверчиво на меня покосился, - И в чём прикольность джедаев-неудачников для меня сейчас тоже не очевидно.       - А я не с джедаями-неудачниками дружил, - похвалился я, - Я служил на Фелуции и дружил с тамошними волками. Я с ними случайно познакомился, и у нас очень тёплые отношения были. Мне с ними интересно было возиться. Так-то в Агрокорпусе, конечно, ничего особо интересного нет. Человек, мечтающий править миром, там со скуки помрёт.       - Интересный вы экземпляр, - пробурчал граф, - Значит, животными интересуетесь, а миром править не хотите? А как, позвольте спросить, вы рыцарем стали?       - Это меня Йода заставил пройти испытания на рыцаря, - пояснил я, - Я не всё своё время на Фелуции проводил. Прилетал каждый год на три-четыре месяца в Храм, на то время, пока у нас там была зима. Ну, и старался помогать в Храме в меру своих способностей. С юнглингами возился, учил их Силой владеть, на мечах драться. Из меня фехтовальщик слабый, но для юнглингов многого и не требовалось. И вот Йода решил, что надо меня за все эти заслуги в рыцари произвести. Испытания я прошёл без особого труда, стал рыцарем, а так ничего для меня не поменялось. Из Агрокорпуса я никуда переводиться не стал. Так и просидел в нём до начала войны.       - А потом? - заинтересованно произнес граф, сверля меня глазами.       У меня возникло ощущение, что он не вполне доверяет тому, что я ему рассказываю. Для ситха это, наверное, вполне естественно. Он сам, небось, врёт окружающим направо и налево, и других судит по себе. У меня не было причины беспокоиться, ведь я ничего не придумывал, так что я спокойно отнесся к его внимательному взгляду и продолжил свой рассказ.       - Потом я вернулся на Корусант в Храм Джедаев. Ввязываться в войну у меня никакого желания не было. Я уже сказал, что убийством разумных не увлекаюсь, и вся эта война мне кажется одним большим недоразумением. Но если кого-то тянет повоевать, это его право. Я ему мешать не буду. В общем, я думал вообще уйти из Ордена, но потом всё-таки остался в Храме и пару месяцев проработал в медблоке. Помогал там врачам. Сам-то я не врач. А потом, опять же, Йода меня уговорил пойти служить в разведку. Убивать там никого не требовалось, и я надеялся, что война так быстрее закончится, поэтому согласился. И вот, почти до самого конца войны, а точнее до того дня, когда клоны перестреляли всех джедаев, я был разведчиком. Исследовал содержимое ваших военных баз. ... Надеюсь, я не испортил сейчас ваше впечатление о себе?       - Нет, ну что вы, конечно же нет! - вежливо ответил граф, - Я ценю в людях откровенность. К тому же, мне и так была известна ваша биография в общих чертах. А теперь, прошу вас, расскажите мне что-нибудь о той прекрасной молодой особе, которая сейчас за вами прячется.       Я обернулся к тогруте. Она сидела с напряжённым лицом немного бледная. Я приобнял её за плечо, чтобы морально поддержать. Тогрута недовольно дёрнула плечом и бросила на меня раздражённый взгляд.       - Это мой падаван Асока Тано, - продолжил рассказывать я, - Вскоре после начала войны её назначили падаваном к нашему Избранному — рыцарю Скайуокеру. Он был тогда чересчур склонен ко всяким отчаянным авантюрам, и вот магистры решили его так к ответственности начать приучать. Должно быть, Асока до тех пор умудрялась успешно скрывать свою истинную сущность. В противном случае её вряд ли назначили бы на эту роль. Она сама буйная и отчаянная. В общем, парочка получилась та ещё, и магистры были от всего этого не слишком в восторге, но пару лет они вместе прослужили. А потом Асока нашла себе одного парня ...       В этот момент я получил удар локтем в правый бок и замолчал.       - Я могу сама о себе рассказать, - процедила тогрута.       - Будьте так добры, - обратился к ней Дуку, - И выгляньте наконец из-за вашего мастера. Позвольте вами полюбоваться.       Тогрута с грохотом сдвинула свой стул дальше от меня.       - Я ни от кого никогда не скрывала свою истинную сущность, - начала она глухим голосом, - Я не считаю, что с моей сущностью что-то не так. Когда я была юнглингом, никто не жаловался, что я буйная и отчаянная. Просто, так получилось, что я немного засиделась в юнглингах. К Энакину ... то есть к рыцарю Скайуокеру меня отдали не затем, чтобы он со мной нянчился. Я уже тогда была вполне взрослой, самостоятельной девушкой. Меня к нему назначили, чтобы он помог мне развить мои способности и стать рыцарем. И никакими отчаянными авантюрами мы с ним не занимались. Во всем, за что мы брались, мы всегда добивались результата. Может, не всегда этот результат оказывался положительным, но так не бывает, чтобы всё всегда получалось. А если магистры были от чего-то не в восторге, то никто не мешал им самим летать на миссии, а не нас посылать. Мы делали всё, что было в наших силах. Мы много раз рисковали жизнями! И если теперь кто-то, кого там вообще не было, считает, что мы всё делали плохо, то я бы посоветовала этому кому-то засунуть своё мнение знаете куда?       На некоторое время в зале воцарилась гнетущая тишина.       - Ну хорошо, хорошо, - сказал я наконец, чтобы разрядить возникшее напряжение, - Рассказывай сама.       - Спасибо, мастер, - саркастично ответила тогрута, - Я нормально сработалась с рыцарем Скайуокером, хотя характер у него и не из легких. Кто-то другой на моём месте долго не удержался бы, но я, как мне кажется, достаточно уравновешенная и бесконфликтная девушка. Кроме того, я умею прощать разумных и вообще стараюсь принимать их такими, какие они есть. Потому что идеальных разумных не существует. ... Но всему есть свой предел. И когда Энакин перешёл эту черту, когда он повёл себя со мной отвратительно по хамски, я поняла, что дальше мне с этим человеком не по пути.       Тогрута замолчала, считая, что граф теперь знает о ней достаточно, но сам он был другого мнения.       - Простите мне мой интерес, юная барышня, - сказал он, - Но каким же образом вы оказались падаваном этого джентльмена из Агрокорпуса? На моей памяти не было случаев, чтобы джедаи из Агрокорпуса получали падаванов.       - Ну, мастер просто сделал мне предложение, и я согласилась, - ответила тогрута, пожав плечами, - Он мне не сразу признался, что он из Агрокорпуса. Это он мне сказал уже после того, как я сказала ему «да». Потом, конечно, я не раз жалела о своём поспешном решении. Вы сами видели, какой он интересный экземпляр. И это вы ещё не всё видели. Хотела бы я посмотреть на девушку, которая смогла бы пробыть его падаваном хотя бы месяц! А я с ним уже сколько? ... Около года. Я в тюрьме просидела полгода. Он ко мне ходил. До этого месяца три и после уже пара месяцев прошла.       - В тюрьме? Вы? - граф сделал изумлённое лицо, - Вы должно быть шутите!       У меня душа ушла в пятки. Сейчас тогрута разболтает ему про Вентрес! Старый жук! Нашёл к кому прицепиться. Но встревать в их разговор было нельзя. Это выглядело бы подозрительно.       - К сожалению, нет, - вздохнула тогрута, - Был у меня в жизни такой неприятный поворот. Мы с мастером тогда вернулись с миссии. Миссия была сложной. Мы пробрались на одну очень хорошо охраняемую планету. Называлась она ...       Тогрута напрягла память, а я решил воспользоваться своим шансом влезть в беседу и подкорректировать направление, в котором она развивалась.       - Называлась она Слуис-Ван, - сказал я, - Асока, давай ты просто признаешься, что водишь спидер как сумасшедшая, и из-за этого порой гибнут люди. Граф наверняка пригласил нас сюда не для того, чтобы послушать твои истории.       Тогрута на это негодующе фыркнула.       - Если граф не захочет слушать мои истории, он мне об этом сам скажет, - огрызнулась она, - Когда вы тут рассказывали свои истории, я вас не перебивала и рот вам не затыкала. И спидеры я вожу вполне нормально. Можно подумать, я каждый день в кого-то влетаю! Это было всего один единственный раз. Я даже не видела эти спидеры, которые столкнулись. Может, я вообще тут ни при чём?       - Может, и не при чём, - поспешно согласился я, решив попробовать обернуть это всё на пользу делу, - В то время джедаи были в Республике не в чести. Нас обвиняли во всех смертных грехах. Все неудачи на фронтах вешали на нас. Будто бы из джедаев плохие командиры. Пнуть джедая, считалось хорошим тоном в политических кругах. Это повышало рейтинг. Так что суд над Асокой вполне мог быть пристрастным.       - И тем не менее, вы продолжали служить этой Республике, - произнес граф с утвердительной интонацией, - Не странно ли это?       - Я служил не столько Республике, сколько населению Галактики, - парировал я, - Мне не важно, как будет называться государство, главное, чтобы его граждане жили свободными и имели бы возможности добиваться своих целей в жизни. То, что это государство меня лично не любит, конечно, печально, но терпимо.       - Да, да. Знакомый джедайский тезис, - недовольно проворчал Дуку, - А вы хорошо изучили все имеющиеся альтернативы вашей Республике? Вы считаете моё государство деспотичным? Я лишил своих граждан свободы? Я не даю им добиваться своего в жизни?       - Честно говоря, граф, я полагался в этом вопросе на чужое мнение, - признался я, - Когда началась война, нам объяснили, что вы плохие, а мы хорошие, и дальше уже никто не задавался вопросами. Джедаи вообще не имели в этом вопросе своего голоса. Всё решали политики во главе с нашим Верховным Канцлером. От джедаев требовалось лишь проводить их политику в жизнь.       Услышав упоминание своего бывшего хозяина, Дуку слегка сник и решил не развивать дальше тему политики.       - Ну что же, - примирительно сказал он, - Каждый вправе доверять тому мнению, какое ему больше по вкусу. Тем более, что ни вашего бывшего канцлера, ни Ордена Джедаев больше нет. Я не очень интересуюсь происходящим в Республике. У меня вполне достаточно своих проблем, так что я не следил за новостями. Чем закончилось расследование гибели Палпатина?       Я не сомневался, что ему было крайне интересно узнать, что же случилось с его всемогущим повелителем Сидиусом, но решил немного исказить истину. Можно было просто отмолчаться, но мне хотелось немного поиздеваться над графом. Он явно был не в курсе, что джедаям стала известна правда о Сидиусе.       - В новостях это вряд ли передали бы, - сказал я, - Я знаю, что проводилось специальное расследование с привлечением джедаев. Там ведь и двое наших самых видных магистров погибли — Йода и Мэйс Винду. Определили, что в смерти всех этих людей виновата ваша ученица — Вентрес.       Дуку сидел с непроницаемым лицом. Если его и поразила моя версия смерти его мастера, виду он не подал.       - Можно задать вам один деликатный вопрос, граф? - продолжил я, - Почему мы с Асокой до сих пор живы? Направляясь сюда, мы, честно говоря, предполагали, что вы обойдётесь с нами так же, как вы обошлись с другими джедаями.       Дуку сделал недовольное лицо. Похоже, я отвлек его от важных мыслей.       - Очевидно, вы считаете меня повинным и в смерти Палпатина, и в уничтожении вашего Ордена Джедаев, - сухо произнёс он, - В этом, безусловно, есть своя логика. Тем не менее, смею вас заверить — вы ошибаетесь. Я не посылал Вентрес убивать магистров или Палпатина. Причина, по которой она это сделала, мне не известна. Более того, инцидент с помешательством клонов тоже не моих рук дело. Я ничего не знал о чипах, которые вы потом нашли в их головах. Почему бы вам не обсудить это с каминоанцами, которые продали вам таких клонов?       - Так ведь вы отправили, так сказать, все концы в воду, разбомбив фабрики по производству клонов на Камино, - ответил я, - На самом деле, меня сейчас больше волнуют не клоны. Возвращаясь к моему вопросу. Что вы планируете делать в отношении нас с Асокой?       Дуку сделал недоумённое лицо.       - Я планирую передать вас Республике, разумеется, - сказал он, - Вы же её граждане? Если конечно вы сами не изъявите желание остаться в Конфедерации.       Я прищурился, как бы предвидя в его словах подвох.       - Вот так просто? - спросил я.       - А что тут сложного? - Дуку изобразил непонимание, - Я выкупил вас из пиратского плена и теперь планирую вернуть вас Республике в качестве жеста доброй воли. Отношения между нашими странами всё ещё сложные. Надеюсь, этот мой жест позволит немного разрядить напряжённость.       Мы немного помолчали. Я продолжал смотреть на него вопросительно, чувствуя, что ему есть, что ещё мне сказать. Наконец, он продолжил.       - Перед тем, как вы полетите домой, я хотел бы обсудить с вами один предмет. Мне показалось, что вы, молодой человек, не слишком загружены джедайскими догмами, и с вами, в принципе, можно вести осмысленную беседу. Мы с вами оба одарённые. Вы джедай. Я был им долгое время. Сейчас в Галактике не существует такой организации как Орден Джедаев, но рано или поздно такая организация появится. От нас с вами зависит, что она будет из себя представлять. У меня есть в этой связи некоторое видение. Позвольте высказать вам свои соображения?       Я устроился на стуле по-удобнее, приготовившись слушать, и кивнул ему, чтобы он продолжал.       - Так вот, - сказал Дуку, собравшись с мыслями, - На данный момент истории известно два способа организации одарённых — Орден Джедаев и Орден Ситхов. Оба способа, очевидно, имеют свои недостатки, иначе мы имели бы сейчас хотя бы один из них. Уверяю вас, если бы с вашим Орденом Джедаев всё было в порядке, он не пал бы так просто жертвой чьего-то заговора.       Дуку вопросительно посмотрел на меня, ожидая, видимо, что я сейчас начну протестовать. Я молча смотрел на него в ожидании продолжения.       - Что бы вы про меня ни думали, я не отдаю предпочтение ни одной из этих альтернатив, - заверил меня граф, - По-моему, и ситхи, и джедаи одинаково вредны для Галактики. И те, и другие занимаются тем, что забивают головы юных одарённых своими догмами, своими системами ценностей ...       На этом месте, долго молчавшая перед этим тогрута, наконец не выдержала.       - При всём уважении, граф, - перебила она его, - Джедаи всегда помогали людям в отличие от ситхов. То, что Кодекс Джедаев давно пора выкинуть в мусорную корзину, это так, я с вами не спорю, но это не значит, что все джедаи плохие и вредные. Может, и были вредные джедаи, но это не значит, что мы все вредные и что нас можно сравнивать с ситхами.       - Прошу прощения, если оскорбил вас, барышня, - вежливо произнёс граф, - Поверьте мне, я не имел в виду вас лично.       Потом он помолчал, пытаясь ухватить прерванную мысль.       - В какой-то момент я понял, - продолжил он, - Что всё, чем мне забивали голову в Ордене Джедаев — всё это просто мусор. Мне говорили, что я должен служить другим. Но почему? Почему я должен служить другим, если я не хочу им служить? Я хочу служить себе, так же как любой другой нормальный разумный в Галактике. На этот вопрос мне в Ордене так никто и не ответил. Я решил для себя эту проблему. Я ушёл из Ордена и занялся тем, к чему испытывал влечение — политикой. И, вы знаете, оказалось, что вне Ордена для одарённого жизнь вполне возможна. Я смог, в меру моих способностей, реализовать свой потенциал. Теперь я стою во главе государства, и у меня появилась возможность что-то сделать для юных одарённых в пределах этого государства.       Он снова сделал паузу, давая нам возможность возразить ему. Мы оба промолчали.       - Я не хочу, чтобы одарённые в КНС сталкивались с тем же, с чем мне пришлось столкнуться в Ордене Джедаев. Я не хочу их ни к чему принуждать, вдалбливать им какую-то определенную идеологию. Зачем? Когда обычные дети идут в школу, им же там не вдалбливают, что они должны заботиться только о других и ни в коем случае о себе? Что они должны игнорировать все удовольствия и все блага этого мира и, вместо этого, трудиться, рисковать жизнями ради того, чтобы другим ничто не мешало получать удовольствия и наслаждаться? Чем одарённые дети заслужили такое особое отношение? Мне эта ситуация кажется странной. Одарённые — такие же разумные как и все остальные. У них тоже должно быть право выбирать свою дорогу в жизни. Хочешь помогать окружающим? Пожалуйста, помогай. Хочешь управлять государством? Не проблема. Естественно, одарённых надо обучать в специальных школах, где учителя-одарённые будут помогать раскрывать им свой потенциал в плане владения Силой, где они смогут получить некоторые специальные знания, специальную подготовку. На выходе из такой школы я хотел бы видеть нормального молодого человека, владеющего Силой, умеющего здраво мыслить своей собственной головой, а не полагающегося во всём на замшелый Кодекс.       Дуку снова замолк и уставился на меня изучающим взглядом.       - Что вы думаете по этому поводу? - наконец спросил он.       Я кое-что думал, но озвучить своё мнение не успел.       - Вы правильно рассуждаете, граф, - ответила вместо меня тогрута, - Я всегда старалась думать своей головой. Поэтому у меня и возникали проблемы с учителями. Они были слишком зациклены на этом своём Кодексе и не пытались меня понять. Вот почему, например, я не могу, будучи джедаем, выйти замуж и жить как все нормальные женщины?       - Потому, что с одарённых особый спрос, - ответил ей я, - Кто-то из них может захотеть воспользоваться своим даром для каких-то тёмных делишек, и его будет трудно отловить. Поэтому юнглингам в Храме и внушали, что они не должны ничего хотеть для себя.       - Но переставали ли они от этого хотеть? - задал вопрос Дуку, - Или они только делали вид, что ничего не хотят? Разве это нормально для человека — ничего не хотеть для себя?       - Разумеется, не переставали, - согласился я.       - Вот именно! - продолжил граф, - Мне говорили, что я должен думать о людях, но я не начал от этого о них думать. Я начал думать, что мне пытаются забивать голову какими-то чуждыми для меня идеями, и в конечном счёте ушёл из Ордена. Вот и всё, чего добились джедаи своими нравоучениями. Мне повезло. Мне было куда уходить, но ведь большинство джедаев не мыслят себя вне Ордена. Им не остаётся ничего другого, кроме как пытаться подогнать свою сущность к джедайскому идеалу. Превратить себя в ещё одного Йоду. А свою сущность так просто изменить нельзя. Можно только пытаться подражать идеалу, но нельзя действительно стать им. Попытка подражать рождает в человеке двойственность. Он хочет быть кем-то, кем он на самом деле не является. При этом он начинает пытаться подавлять свою настоящую сущность. В человеке возникает деление на того, кто подавляет и того, кого подавляют. И эти две части одного человека начинают воевать друг с другом. Это обеспечит ему психическое расстройство. Поэтому я утверждаю — и джедаи, и ситхи ненормальные. Они невротики. И я продолжаю утверждать, что и то, и другое — одинаковое зло. Не давайте юнглингу повода думать, что он какой-то неправильный, что он должен превратиться в Йоду. Уважайте его таким, какой он есть. Дайте ему быть самим собой. Просто помогите ему встать на ноги, научите использовать Силу, дайте знания.       Дуку откинулся на спинку кресла, переводя дух после длинной и страстной речи. Я сидел в задумчивости. Не ожидал услышать от него что-то в этом роде. Ситх, задумывающийся о чьём-то благе? Странно.       - Вообще, - сказал я наконец, - Всё это напомнило мне разговоры про пророчество о том, что придёт кто-то и установит равновесие Силы. Вам оно тоже не даёт покоя? У нас же вроде уже есть один Избранный, который должен по идее решить все наши проблемы?       - Этот молодой человек? - Дуку сделал пренебрежительный жест, - Боюсь, он всех нас разочарует. Я с ним встречался лично, и он мне показался вполне обычным наглым и самоуверенным джедаем. Сомневаюсь, что он установит какое-то равновесие. С какой стати? На каком основании его вообще объявили Избранным? В его крови необычно много мидихлорианов? Но такие необычные одарённые появлялись и раньше. Их было немало в древности. Никто не объявлял их Избранными. Или из-за того, что его мать не смогла объяснить, откуда он у неё взялся? В этом тоже нет ничего удивительного, учитывая его низкое происхождение.       - По-вашему, вы больше подходите на роль Избранного? - спросил я.       Дуку усмехнулся.       - Время покажет, кто Избранный, а кто нет, - загадочно ответил он, - Я пока не вижу, чтобы Скайуокер что-то приводил в равновесие, хотя я за ним и не слежу. Я даже до разговора с вами не знал, что он ещё жив. То, что я предлагаю, это эксперимент. Приведёт ли он к равновесию Силы, я не знаю. Может и приведёт? В конечном счёте, кто такие ситхи? Ситхи это те же джедаи, только со знаком минус. Равновесие, на мой взгляд, должно означать либо и тех, и других поровну, либо отсутствие и тех, и других. Первый вариант означает непрекращающийся конфликт. Он будет длиться до тех пор, пока одна из сторон не победит, то-есть до тех пор, пока равновесие снова не нарушится. Я за второй вариант, не подразумевающий никакого конфликта. Если одарённые перестанут делить себя на два непримиримых лагеря, конфликту между ними просто неоткуда будет возникнуть.       Зал снова погрузился в тишину. Наконец Дуку пошевелился, достал из кармана часы и демонстративно на них взглянул, давая нам понять, что пора подводить какой-то итог встрече.       - Ваше видение будущего довольно интересно и амбициозно, - признался я, - Есть над чем поразмыслить. Республиканский Сенат пока что гораздо менее амбициозен в этом плане. Вы ведь потратили своё время, рассказывая нам всё это, не просто так?       - Разумеется, - подтвердил граф, - Я надеялся вас заинтересовать. Если у вас возникло желание заняться претворением в жизнь моей идеи, я могу выделить вам для этого группу юнглингов. Что вы на это скажете?       - Я не против, - сказал я, - Но если мы этим займёмся, то только вместе. Асока, твоё решение?       Тогрута сидела облокотясь на стол и подперев голову рукой. Похоже, наши долгие разговоры о высоких материях её утомили. Услышав мой вопрос, она выпрямилась и незаинтересованно пожала плечами.       - Я с вами, мастер, - откликнулась она, - В Республике пока всё равно делать нечего. Давайте поучим юнглингов для разнообразия.       - Где вы предлагаете нам этим заняться, граф? - задал я невинный вопрос.       - На одной из отдалённых планет, - обтекаемо ответил он, - Я предпочёл бы сохранить местоположение тренировочного лагеря в тайне. Вас ждут там вполне комфортные условия. Может, не такие комфортные, как были в Храме Джедаев, но достаточно комфортные. Вам будут доставлять всё необходимое. Раз в месяц к вам будет прилетать корабль. С ним вы сможете отправлять письма на родину, если вам есть кому писать. Разумеется, они будут цензурироваться, так что старайтесь не писать ничего, относящегося к вашей миссии. Вы согласны на такие условия?       - Мы согласны, - ответил я за двоих, - Вопрос об оплате, я так понимаю, поднимать пока рано?       - Ваши усилия будут вознаграждены, не сомневайтесь, - заверил меня граф.       Потом он связался с кем-то, приказал подготовить для нас шатл и с удовлетворенным видом поднялся из-за стола.       - Теперь я должен вернуться к выполнению своих основных обязанностей, - заявил он, - Отправляйтесь обратно тем же путём, каким пришли сюда. На улице вас будет ждать шатл. Он доставит вас на место. Не пытайтесь узнать у пилота, куда он вас везёт. Он не имеет права отвечать на этот вопрос.       Мы с тогрутой тоже поднялись. Я заверил Дуку в том, что мы всё поняли и попрощался.       - Да пребудет с вами Сила, - напутствовал нас граф.