Искусство подготовки джедая (окончание)

      Лететь нам предстояло больше суток, и всё это время от меня требовалось развлекать детей, потому что наедине с собой они долго оставаться не хотели. Когда они проснулись, то принялись сначала есть, а потом и справлять нужду. Полотенца, в которые я их завернула, пришлось отправить в раковину. Я их, насколько смогла, отстирала, но заворачивать детей в мокрое наверняка было плохой идеей. На всём корабле я не обнаружила ничего подходящего, за исключением джедайской робы Оби-Вана. Поскольку он в тот момент был не в состоянии мне воспрепятствовать, я разрезала накидку на две половинки и укутала детей в них. Получились два маленьких джедайчика. Полотенца я развесила на решетке теплообменника гипердрайва. Она была горячая, и полотенца высыхали на ней за два часа.       Пока магистр дрых в пассажирском отсеке, я с детьми проводила время в кабине пилотов. Дети проявили живейший интерес к приборной панели со всеми её лампочками да кнопочками. Они оба с интересом её рассматривали и даже пытались тянуть к ней ручонки. Не удивительно, учитывая, кто был их папа. Один, наверное мальчик, всё рвался к штурвалу и не успокоился до тех пор, пока я не поставила его вертикально у себя на ногах так, чтобы он мог держаться ручками за штурвал. Ну, просто вылитый Энакин! Бесстрашный капитан, ведущий свой звездолёт сквозь гиперпространство навстречу приключениям. Мне, правда, приходилось зорко следить, чтобы этот капитан не нажал бы чего на панели управления.       Часов через семь полета к нам в кабине присоединился не слишком бодро выглядящий магистр Оби-Ван.       - Это дети Падме? - догадался он с первой попытки.       - Угу. Смотрите-ка, один из них уже учится управлять кораблём, - я кивнула на младенца, вцепившегося в штурвал, - Как вы себя чувствуете?       - Хреново, - магистр плюхнулся в кресло второго пилота, - Я так понял, мы летим на Набу?       - Ну, да. Отвезём Падме на родину. Заодно оставим детей её родственникам. Думаю, они о них лучше позаботятся чем я.       - Сколько нам ещё лететь?       - Чуть меньше двадцати часов. Пойду, попробую уложить их спать. ... Эй, капитан, пусти штурвал.       Хорошо, что новорождённые время от времени спят. Иначе я бы за эти сутки с чем-то с ними совсем взбесилась. Совершенно невозможно заниматься никакими делами кроме них. Стоит только отвлечься на что-то постороннее, сразу начинают орать.       Оби-Ван их вопли воспринимал наиболее болезненно. Всё сидел, вцепившись руками в голову, и грустил. Надо полагать, за это время он смог хорошенько прочувствовать, что алкоголь — враг джедая, да и всего живого вообще.       - Ну, и зачем надо было вот так напиваться? - поинтересовалась я, видя, как он страдает, - Вам стало от этого легче? Какая-нибудь проблема от этого решилась?       - Ничего не решилось, - согласился он со мной, массируя затылок.       - Конечно, не решилось. И не могло решиться, - продолжила я свою лекцию, - Бесполезно пытаться заливать проблемы алкоголем. Чтобы действительно решить проблему, надо использовать трезво мыслящую голову. Вот вам и урок на будущее.       Магистр не делал попыток возражать или оправдываться. Я всё-таки не могла понять, как он смог опуститься до такого недостойного поведения? Ведь он не просто джедай, он магистр и член Совета, пусть и бывший.       - Я от вас такого не ожидала, - упрекнула я Оби-Вана, - Я ведь тоже потеряла близкого человека и лучшую подругу, но я в отличии от вас не пошла и не напилась.       Магистр бросил на меня страдальческий взгляд.       - Конечно, ведь тебе не пришлось убивать своего бывшего ученика. И не только ученика, но и лучшего друга. Фактически, единственного друга.       Я это всё прекрасно понимала. Оби-Ван с Энакиным были очень близки. Если бы магистр просто разрыдался, я бы не стала его осуждать, но он поступил безответственно. Хорошо ещё, что я там была. Страшно подумать, что было бы, если бы он оказался на астероиде один! Если бы с детьми что-то случилось, как бы он это потом объяснял родным Падме?       - Оби-Ван, вы сделали то, что необходимо было сделать, - твердо сказала я, - Никто не винит вас за это, кроме вас самих. Давайте уже оставим прошлое в прошлом и будем жить дальше.       - Ну да, никто не винит, кроме республиканской судебной системы, - проворчал он, - Убийство генерала ВАР при исполнении. Я даже боюсь предположить, сколько мне за это светит.       - Но он стал ситхом! Он творил зло! - в первый момент я не могла поверить, что кто-то может поставить магистру в вину убийство такого желтоглазого чудовища, в которое превратился мой бывший мастер.       - Ситхи никого не волнуют в Республике кроме джедаев, которых больше нет. Следователь назовёт это убийством на почве религиозной ненависти. А зло. Какое ещё зло? Он выполнял приказ, устранял угрозу безопасности Республики. Какое-такое зло? Думаешь в суде кто-то станет разбираться, что это было — зло или добро. У уголовном кодексе, скорее всего, вообще нет таких понятий.       Я вспомнила свой собственный опыт общения с правоохранительной системой нашей любимой Республики и не стала спорить с магистром. С этих людей станется. Они и Оби-Вана засадят на пятнадцать лет за убийство бешеного ситха.       - К тому же, убит был не один Энакин, - продолжил рассуждать магистр, - Его жена, республиканский сенатор, тоже была убита. И не делай такие глаза, никто тебе не поверит, что это Энакин её убил. Её смерть, скорее всего, тоже повесят на меня. Вообще, когда дело касается генералов и тем более сенаторов, доказательства не играют большой роли. Главное, что будет иметь значение, это политический расклад. Виноватым объявят того, кого властям выгодно будет объявить виноватым. Скорее всего меня или нас с тобой, но на это мне как раз наплевать. Я не собираюсь больше иметь никаких дел ни с Республикой вообще, ни с её судебными органами в частности. И тебе не советую.       Ещё не хватало, чтобы меня с Оби-Ваном обвинили в смерти Падме! Да нам тогда точно век воли не видать. Пошли бы эти говнюки куда подальше! У меня в Республике больше не осталось ни одного близкого человека. Если Оби-Ван не планирует туда возвращаться, мне там и подавно делать нечего.       - Мне уже хватило республиканских судебных органов, - заверила я его, - Снова давать им меня судить я не собираюсь. Ничего, Внешнее Кольцо большое, место для одной скромной тогруты там найдётся. Тем более, если и вы не собираетесь возвращаться в Республику. Я конечно понимаю, что у вас эта ваша мандалорская принцесса, но вообще-то я предпочла бы остаться с вами. У меня кроме вас больше не осталось близких людей.       Я с надеждой посмотрела на Оби-Вана. Последнее время мне постоянно приходилось решать какие-то проблемы то с детьми, то с магистром. Времени подумать о своем собственном положении просто не было. Теперь оно появилось, и я наконец осознала, что осталась совсем одна. На мне должно быть какое-то страшное проклятие — все, кого я люблю немедленно умирают. Жить одной, будучи никому не нужной, у меня желания не было, так что я решила так — если и Оби-Ван меня бросит, я не буду больше мучиться и просто покончу с собой. Пропади всё пропадом!       Оби-Ван тем временем издал горестный вздох и отвернулся к окну.       - Дело не в мандалорской принцессе, Асока. Точнее, в мандалорской герцогине. Дело во мне. Ты не всё про меня знаешь. Не торопись обещать мне дружбу на век.       Опа! Чего это я такого могу не знать о нашем Оби-Ване — магистре, члене Совета, мудром как Йода и могучем как Винду? Неужели ходил налево? В Храме по нему половина женского населения сохла, не исключая падаванов. А меня это сейчас должно волновать? Да плевать мне, с кем он спал.       - Я достаточно про вас знаю, - решительно сказала я, - Вы хороший человек, а больше мне ничего знать не надо. Можете ничего мне не рассказывать, я всё равно готова пойти за вами куда угодно.       Магистр сокрушенно покачал головой.       - Нет, Асока, я не могу больше скрывать это от тебя. Я хочу, чтобы ты знала обо мне правду. Я не просто убил Энакина. В честном бою я бы его не одолел. Слишком уж он был силён, и слишком давно я не дрался на мечах. Я поступил подло и столкнул его в лаву, когда он от меня такого не ожидал. Он упал в лаву и умер в страшных мучениях. Он горел заживо и кричал, а я просто стоял и смотрел на это. Вот такой я друг.       Я представила себе этот ужас и не нашла, что ответить. Сгореть заживо в лаве, более жуткой смерти трудно себе представить, но что магистру следовало сделать? Дать Энакину его убить? Чтобы он отправился дальше убивать детей? Кто знает, что ему эта так называемая Сила в лице Палпатина могла ещё нашептать? Оби-Ван поступил ужасно, но то, что творил Энакин, было ещё ужаснее. Монстр, в которого он превратился, и не заслуживал лёгкой смерти. Больше всего на свете мне хотелось забыть все эти ужасы, выкинуть их из головы и начать жизнь с чистого листа. Память — ужасная дрянь! Как много проблем в жизни она создаёт!       Мы долго сидели молча. Должно быть Оби-Ван думал, что я ужасаюсь тому, какое он дерьмо. На самом деле, я думала, какое дерьмо эта наша жизнь.       - Давай попробуем забыть обо всём этом? - предложила я наконец, - Ну, сколько вы теперь собираетесь себя изводить? До конца жизни? Энакина надо было остановить. Да не было там уже никакого Энакина! Это был свихнувшийся ситх, которого надо было остановить любой ценой. Вы сделали всё, что было в ваших силах. Я вас полностью поддерживаю. Этот монстр не заслужил лучшей участи.       Оби-Ван внимательно посмотрел мне в глаза с удивлением и некоторым облегчением, как мне показалось.       - Всё-таки я поступил подло. Этот монстр был мне раньше другом, - пробормотал он неуверенно, будто пытаясь меня разубедить.       - Но ведь по-честному справиться было нельзя? - продолжила убеждать его я, - И вообще, подлость по-другому называется «военная хитрость».       - Да срать я хотел на то, что как называется! Подлость есть подлость. Не надо меня утешать и убеждать, что я лучше, чем на самом деле есть. Я прекрасно знаю, кто я такой на самом деле.       Я всегда ценила в людях честность и готовность признавать свою вину. Терпеть не могу людей, которые пытаются оправдываться, даже когда их вина совершенно очевидна. По-моему, для совершившего нехороший поступок, самое достойное, что можно сделать, это признать свою вину. У Оби-Вана с этим проблем явно не было. Он не побоялся всё мне рассказать и не пытался потом себя обелить. Это произвело на меня сильное впечатление. Тот же Энакин, даже в лучшие свои времена, никогда не признавал за собой вины, что бы он ни совершал. У него всегда находились доводы в том смысле, что он на самом деле поступил хорошо, а если мне в нём что-то не нравится, так это проблема во мне, а не в нём. К Оби-Вану же я, наоборот, прониклась расположением. В конечном счете, каждый иногда совершает что-то нехорошее. Разница только в том, как этот человек себя потом ведёт. Хватает ли ему смелости честно во всём признаться?       - Я тоже знаю, кто вы на самом деле, - сказала я и положила ему руку на плечо, - Вы честный и порядочный человек. В моей жизни таких было немного. Я с вами, магистр. И я пойду за вами куда угодно, хоть в ад.       Оби-Ван положил свою руку поверх моей и с сомнением заглянул мне в глаза.       - Ты действительно не считаешь меня подонком? - неуверенно спросил он.       - Действительно, - ответила я, - Дерьмо может случиться с каждым. И с хорошим человеком тоже. Просто, когда в следующий раз решите напиться, возьмите меня с собой. Пусть у меня потом тоже голова болит.       Я поднялась со своего пилотского кресла, перешла к нему и присела на подлокотник его кресла к нему лицом. Потом стала гладить его по волосам. Оби-Ван откинул свою многострадальную голову на подголовник кресла и смотрел вдаль с задумчивым видом.       - Ты удивительная девушка, Асока, - промурлыкал он себе под нос, - Я не ожидал от тебя такого. Ты действительно готова отправиться со мной на Дальние Рубежи?       - Я готова отправиться с вами куда угодно, - заверила его я и обнадеживающе улыбнулась, - Вопрос в том, готовы ли вы отправиться туда со мной? Что там с вашей герцогиней? Кстати, а дети у неё от вас есть?       Оби-Ван в первый раз за последние несколько дней улыбнулся мне. Потом взял мою ладонь, прижал себе к груди и накрыл своей ладонью.       - Детей у нас пока нет, - просто сказал он, - Мы даже не женаты. Мы собирались пожениться, когда у Сатин закончится её срок. Пока она лидер Мандалора, я не могу на ней жениться. Я ведь не мандалорец. У них с этим строго. Мы собирались пожениться, когда она освободится от этих своих обязанностей. Потом думали улететь в какое-нибудь спокойное место и зажить нормальной семейной жизнью. А что тебе до Сатин? Мы ведь в любом случае можем остаться друзьями? Можем жить рядом и помогать друг другу. Ты разве не хочешь найти себе какого-нибудь симпатичного тогрута и завести свою семью? Не хотела бы иметь таких же детишек, только своих собственных?       Ох! Вот тут мой дорогой Оби-Ван наступил мне на больное место. Хотеть-то я хотела, да вот только не от какого-нибудь тогрута.       - Ну, я буду рада быть тебе просто подругой, - я от волнения не заметила, как перешла на «ты», - Просто, понимаешь, мне мужчины-тогруты никогда не казались красивыми. Я почему-то всегда западала на людей. А от человека мне, похоже, забеременеть не удастся. Это вообще больная тема для меня. Мне бы так хотелось быть человеческой девушкой, а не тогрутой с дурацкими хвостами на голове, которые ни в один шлем не влезают.       Оби-Ван понимающе кивнул.       - Я знаю, почему с тобой так получилось, - сказал он, - Это проблема не только твоя. Помнишь магистра Шаак Ти? Она тоже мужчин-тогрутов видеть не могла, а от человеческих мужчин ... В общем, они ей гораздо больше нравились. Причина в том, что тебя забрали с Шили в очень раннем возрасте, и ты росла в Храме, где не было представителей твоей расы. Ты росла в окружении людей и похожих на них рас. Отсюда и твоя проблема. У меня же такой проблемы нет. Я рос в окружении всяких разумных, и они мне все теперь нравятся. И тогруты в том числе.       Оби-Ван хитро мне улыбнулся, а я понимающе кивнула и тоже заулыбалась. Ох уж эта Шаак Ти!       ***       Оказавшись на Набу, мы вышли на семью Падме. Долго разыскивать их не пришлось. Во дворце эта семья была хорошо известна, так что нам без труда удалось заполучить их контактную информацию. У родственников Падме оказался шикарный замок под Тидом со своим садом и даже с небольшим космопортом. Туда мы и посадили свою яхту.       С сестрой Падме Солой я была до этого шапошно знакома. Теперь познакомилась получше. Мы передали ей детей. Мелкие, похоже, уже считали меня своей мамой, и когда почувствовали, что их у меня забирают, разорались как резанные.       Потом мы всё подробно пересказали Соле о том, чем в последнее время занимался Энакин, и чем закончилась их с Падме последняя встреча. Сола не усомнилась в правдивости нашей истории. Похоже, Энакина в семье Падме не очень-то любили. Падме заставила свою родню изрядно по психовать, когда заявила, что собирается выйти замуж за бывшего татуинского раба, который в жизни нигде и ничему не учился, если не считать за учёбу уроки саблемахательства в Храме. Наглый раб, посмевший раскатать губу на девушку благородного происхождения не пришёлся по вкусу ни родителям Падме, ни её сестре. Известие о смерти Энакина в семье восприняли как единственную хорошую новость.       Шикарную яхту Падме пришлось, естественно, оставить на Набу. Оби-Ван, не теряя времени, отправился покупать нам что-нибудь попроще и подешевле. Благо, деньги у него были. На Мандалоре он неплохо зарабатывал, служа советником в правительстве Сатин. Надо было как-то распорядиться этими деньгами, пока счёт в банке не арестовали. Мы решили купить себе небольшой кораблик и немедленно сваливать куда подальше. Соле мы объяснили своё нежелание сдаваться на милость республиканских правоохранителей, она всё поняла и дала нам немного времени, прежде чем обращаться в полицию. Всё-таки мертвого республиканского сенатора нельзя было просто по-тихому закопать на фамильном кладбище.       На похороны мы, естественно, не остались и уже через несколько часов покинули планету. Улетая, мы оставили Соле адрес нашего электронного почтового ящика на случай, если у неё появится интересная для нас информация. Куда мы летим, мы ей не стали говорить, хотя бы потому, что сами этого тогда ещё не знали.       Оби-Ван выбрал самый дрянной звездолёт, из того, что можно было купить за деньги. Маленький и уже изрядно потрёпанный шатл не имел ни оружия, ни щитов. Из излишеств там имелся только сильно изношенный гипердвигатель шестого класса. Краска снаружи облупилась. Внутри всё было ржавым и старым. Судя по толщине слоя грязи во внутренних системах, последнее техническое обслуживание это корыто прошло ещё до моего рождения. Оби-Ван заявил, что его этот корабль привлёк своей ценой. У него, видите ли, не было желания спускать на корабль все наличные деньги. К тому же, там, куда мы полетим, лучше выглядеть скромно и не броско.       Лететь он предложил на Татуин. Это отличная планета. На ней отродясь не было ни одного республиканского полицейского. Нет, людей с оружием там изрядное количество, но это в основном подручные хаттов, а с хаттами, в отличии от республиканских властей, вполне возможно мирно сосуществовать. Главное, не покушаться на их интересы на планете. Но мы и не собирались сувать свои носы в дела хаттов.       ***       До Татуина мы кое-как долетели, хотя полной уверенности не было. Решили выбрать более-менее пригодную для жизни климатическую зону и остановились на Мос-Айсли. Сняли стандартную глиняную хибарку на окраине. За домом имелась небольшая ровная площадка, как раз достаточного размера, чтобы поставить туда наш шатл. В первый день наводили порядок в доме, насколько это возможно в глиняном дому с глиняным полом. Закупили минимум необходимого кухонного инвентаря, одежду местного фасона и пару шкур бант, чтобы не спать на голом полу.       На следующий день я собралась заняться поисками работы, потому что сидеть в такой дыре без всякого дела было выше моих сил. Оби-Ван сказал, что начнет искать работу, только если для него возникнет реальная угроза голодной смерти, а она в обозримое время возникнуть не должна. Пока же он собирается углубиться в медитацию и попробовать получить от Силы ответ на вопрос «Что делать?». Мир изменился. Джедаи практически исчезли из Галактики. Пророчество об Избранном, в которое магистр верил, накрылось медным тазом. Разве сейчас время для какой-то тупой возни? Сейчас важно понять, какова воля Силы в отношении будущего Галактики.       Я предоставила магистру возможность спокойно разбираться с Силой, а сама прошлась по ближайшим окрестностям и подобрала себе одну ремонтную мастерскую, куда меня согласились взять на должность механика. Не то, чтобы я много понимала во всех этих электрических или механических делах. Просто Сила обычно позволяет мне чувствовать, какая деталь в устройстве не в порядке. Я могу сразу сказать, какой кусок надо заменить, без продолжительного тыканья в него разными приборами. Я продемонстрировала эту свою способность хозяину мастерской, и он остался мной доволен. Про то, что я джедай, я ему, естественно, не стала говорить. Зарплату мне назначили мизерную, но на первое время пришлось смириться с такой. Вообще, Татуин это не то место, где можно разбогатеть честным трудом.       Я понемногу привыкала к новой свободной жизни, и, надо сказать, определенные плюсы в ней имелись. Никто больше мною не распоряжался, не говорил, что я кому-то что-то должна, не читал лекций о долге перед Республикой. Я была вольна делать, что захочу. В рамках своих скромных возможностей, разумеется. Я перезнакомилась с целой кучей разумных, и в общем-то они не оказались все сплошь подонками и отбросами, как я раньше предполагала. У многих обнаружились некоторые зачатки совести и даже представления о взаимопомощи. Были, конечно, и откровенно разложившиеся существа — алкаши, наркоманы, беглые маньяки-убийцы. С такими следовало быть максимально осторожной, но у меня был надежный хранитель в лице Силы. Я всегда доверяла своему чувству и не лезла в ту или иную подворотню, если Сила сигнализировала, что там меня ждут неприятности. Светового меча у меня не было. Да я бы и не стала носить его с собой на Татуине, даже если бы он у меня был. О том, что мы с Оби-Ваном джедаи, не должен был знать никто. Из оружия я таскала на поясе кобуру с купленным здесь же бластером. С одной стороны, он несколько усмирял рвение местных забулдыг. С другой, показывал окружающим, что я свободный человек, а не чья-то рабыня.       С моими способностями я довольно быстро выполняла дневной план по ремонту всяких дроидов, спидеров, конденсеров и прочей дребедени. В районе обеда я заканчивала работу в мастерской и отправлялась домой. Остаток дня я обычно проводила, копаясь в нашем шатле на заднем дворе. Спасибо Оби-Вану, скучать мне не пришлось. Я разбирала одну систему за другой, протирала всё, что было грязным, ветошью, смазывала и снова собирала. Совсем изношенные детали тащила в мастерскую и старалась незаметно поменять на такие же, но менее изношенные. Внешний вид шатла трогать не стала. Решила, что на такой облупленный не станут покушаться местные угонщики. Внутренности понемногу приводила в порядок. Может со временем удастся продать это корыто за нормальные деньги и купить что-то поприличнее? Копаться во всяком старье с утра до вечера по уши в машинном масле не больно захватывающе, а меня манил космос. Я представляла себя в роли контрабандиста, путешествующую куда мне вздумается по всему Внешнему Кольцу. Приключения и всё такое.       Так прошло два месяца. В тот вечер мы с Оби-Ваном как обычно отправились поужинать в ближайшую кантину. Это было дешёвым заведением и при этом там вполне нормально кормили. У меня после всех дневных забот оставалось к вечеру слишком мало сил на готовку, а Оби-Ван считал её неподходящим занятием для джедая в то время, когда ещё не определены планы Силы на Галактику. Кроме того, в этой кантине имелся телевизор, так что там мы могли узнавать новости о происходящем в большом мире не тратя деньги на Голонет.       Обычно новости, которые мы слушали, нас мало волновали. Галактика жила своей жизнью где-то там далеко-далеко. А на нашем пыльном шарике всё всегда было по-старому. На этот раз, однако, новость нас заинтересовала. Нам сообщили, что два дня назад в космосе без вести пропал республиканский пассажирский лайнер, следовавший на Кальцион, что недалеко от границы с КНС. Только что из официальных республиканских источников стало известно, что во время полета навигационная система дала сбой, и вместо Кальциона лайнер оказался вблизи Неймодии — планеты, контролируемой силами конфедерации. Там он был атакован фрегатом космофлота КНС и варварски уничтожен. В результате инцидента погибло две тысячи пассажиров — граждан Республики и весь экипаж судна. По этому поводу правительству КНС направлена официальная нота протеста. Никакого вразумительного ответа от представителей КНС до сих пор не поступало.       Нас с Оби-Ваном эта новость заинтересовала прежде всего своей неправдоподобностью. В Республику входят миллионы планет, и сотни миллионов пассажирских кораблей каждый день совершают рейсы между этими планетами. Несмотря на весь технический прогресс, аварии продолжают случаться. Каждый день десятки, а то и сотни кораблей не долетают до своей цели. Никто не делает из этого новостей галактического масштаба. В том, что лайнер вместо одной планеты улетел к другой, тоже нет ничего особенно необычного. Пилот мог случайно ткнуть пальцем не в ту планету. Очень подозрительной показалась реакция конфедератских военных. С чего бы им уничтожать гражданский лайнер с двумя тысячами пассажиров?       В тот день узнать что-то ещё в Голонете не удалось, а на следующий день вечером в новостях нам сообщили ответ официальных лиц КНС. По их словам, никакого лайнера с пассажирами к Неймодии не прилетало. Всё это ложь, распространяемая республиканцами, стремящимися дестабилизировать ситуацию. В качестве доказательства лживости ответа КНС нам показали видеозапись, сделанную камерой наружного обзора лайнера. На записи хорошо видна поверхность планеты, в которой без труда можно опознать Неймодию. Потом камера отворачивает немного в сторону, и в её поле зрения вплывает конфедератский фрегат «Щедрость». Он совсем недалеко. Отчетливо виден его бортовой номер. Через несколько секунд фрегат выпускает по лайнеру несколько зарядов. Видно, что заряды попадают в цель. Через поле зрения камеры пролетают брызги расплавленного метала и какие-то мелкие ошметки. Потом следует яркая вспышка, и запись останавливается.       В тот вечер я много рылась в Голонете, пытаясь найти ответ на вопрос, что это всё значит? Совершенно очевидно, что кто-то нарывался на возобновление войны. Но кто это мог быть? Оби-Ван считал, что всё это вранье, придуманное Республикой. Что видеозапись поддельная, и никакого лайнера никогда не было. По его мнению, Республика пытается изобрести формальный повод, чтобы напасть на КНС и окончательно уничтожить недобитого противника.       Будущее показало, что он несколько ошибся. Лайнер всё-таки был, и две тысячи пассажиров действительно погибли. Голонет наполнился яростными воплями их родственников, полными ненависти к КНС. К этим воплям вскоре подключились и многие другие голоса, так что Верховному Главнокомандующему ВАР Трауну пришлось выступить перед Сенатом с отчётом об этом деле.       Траун выступил с весьма эмоциональной речью, хотя внешне он выглядел как всегда холодным и спокойным. Он заявил, что официальные власти КНС так и не признали факт уничтожения пассажирского корабля. Что он ещё два дня назад предложил правительству конфедерации создать совместную группу для изучения этого инцидента. По его предложению, в эту группу должны были входить как специалисты-техники, так и репортёры. Группа должна была бы работать на месте происшествия и параллельно информировать общественность о результатах её деятельности. К его глубокому сожалению, власти КНС ответили отказом на это предложение.       Потом он заявил, что всё это произошло потому, что КНС вконец обнаглела. Что глава КНС Дуку взял курс на военную конфронтацию. Что по данным республиканской разведки космический флот КНС и её армия в целом непрерывно усиливались с самого момента заключения мирного соглашения. Притом, что мощь армии Республики за это же время значительно снизилась. В результате недальновидной политики Верховного Канцлера Органы, необходимые для поддержания боеготовности ВАР ресурсы направлялись в другие области, и теперь мы оказались в ситуации, при которой само существование Республики может скоро оказаться под вопросом. Впрочем, он не видит в данный момент поводов для паники. Республике пока есть, что противопоставить наглому агрессору. Тем не менее, он считает своим долгом предупредить уважаемых сенаторов, что если нынешний курс Республики сохранится ещё на полгода, то он уже ничего не сможет гарантировать.       Речь Трауна произвела большой переполох в Сенате. Как только он закончил своё выступление, группа сенаторов выдвинула предложение объявить войну Конфедерации Независимых Систем. Предложение было немедленно поставлено на голосование и принято большинством голосов. Республика и КНС снова оказались в состоянии войны. Сенаторы, однако, на этом не успокоились и выдвинули ещё одно предложение — объявить вотум недоверия Верховному Канцлеру Органе. Это предложение так же было принято большинством голосов.       На следующий день Верховный Главнокомандующий Траун снова появился в Сенате и предложил уважаемым сенаторам поразмыслить над следующим его тезисом. Республике теперь предстоит долгая и упорная борьба за право остаться на политической карте Галактики. В этой связи он считает целесообразным, чтобы во главе её стоял разумный с хорошим пониманием как политических реалий момента, так и военной специфики. В качестве положительного примера Траун привёл бывшего канцлера Палпатина, который, по его словам, фактически являлся не только главой Сената, но и главнокомандующим, в отличии от престарелого лидера Ордена Джедаев, который на совещаниях то ли спал, то ли медитировал, то ли думал о вечном. Во всяком случае, восемьсот пятидесятилетний магистр практически не участвовал в обсуждении военных вопросов, оставляя принятие всех важных решений канцлеру Палпатину. Республике повезло иметь во время Войн Клонов такого всесторонне одарённого лидера как Шив Палпатин. Благодаря его умелому руководству Республика смогла пережить первый, самый тяжёлый год войны и выстоять в борьбе с превосходящим её по силам противником. К сожалению, этот достойный человек и великий лидер больше не может вести Республику к победе. Трезво оценив свои силы и способности, взвесив все «за» и «против» Траун пришёл к выводу, что его долг перед государством требует, чтобы он сейчас предложил себя в качестве одного из кандидатов на пост Верховного Канцлера.       Военные действия тем временем начались по всей линии соприкосновения Республики и КНС. Бомбы конфедератов обрушились на многие республиканские планеты и привели к значительным жертвам среди мирного населения. По всем основным телеканалам Республики с утра до вечера крутили сюжеты, в деталях показывающие разрушенные взрывами дома, трупы разумных, торчащие из под обломков, и сирот, рыдающих над телами своих погибших родителей. Траун много времени проводил перед телекамерами, рассказывая встревоженным телезрителям, как продвигается мобилизация республиканской армии, как он лично борется с последствиями пацифистской политики предыдущего Верховного Канцлера и какие титанические усилия прикладывает, чтобы превратить ВАР из полуразложившегося трупа обратно в надежно функционирующий механизм. В качестве доказательства эффективности его действий нам стали время от времени показывать сюжеты о блестящих победах возрождённых частей ВАР над превосходящим их по силам врагом.       Подошёл назначенный день выборов нового канцлера. За день до этого двое наиболее перспективных претендентов из числа сенаторов внезапно снялись с выборов. Оставшиеся не смогли составить конкуренцию невероятно популярному в народе главнокомандующему. Траун победил на выборах в первом же туре.       В своей инаугурационной речи он пообещал приложить все силы, чтобы Республика не только вернула себе потерянные в ходе Войн Клонов территории, но и вышла из этой войны более сильным государством, чем она когда-либо была. Для этого он будет уделять внимание не только внешнему агрессору, но и ещё более опасному, невидимому внутреннему врагу. В этом он рассчитывает на помощь Корпуса Юстиции, который он собирается расширить и модернизировать. Уже сейчас у него есть ряд предложений по передаче юстициарам дополнительных полномочий. Сенаторы, дослушав речь своего нового Верховного Канцлера до конца, захлопали в ладоши, но как-то не очень уверенно.       На нашу с Оби-Ваном жизнь на Татуине всё происходящее в Галактике пока никак не сказалось. Татуин был далеко в стороне от всех этих страстей. Сам по себе он не был важен ни для одной из воюющих сторон. Ценных ресурсов на нём не было. Население из-за сурового климата было мизерным. Да и не удалось бы из этого населения собрать хоть какой-то боеспособный отряд. Менталитет местных жителей был не тот. Все они привыкли заботиться сами о себе и плевать хотели на любое государство. Мы с магистром теперь вполне разделяли эти их взгляды на жизнь.       Спустя несколько дней после начала новой войны, я раскопала в конфедератском сегменте Голонета один текст, по утверждению самого автора, составленный офицером, служившим на том злосчастном фрегате КНС. Он приводил свою версию истории с пассажирским лайнером. Звучала она так.       На орбите Неймодии болталась некая космическая платформа, где сепаратисты испытывали что-то военное и очень секретное. «Щедрость», на которой он тогда служил, входила в состав соединения, призванного обеспечивать безопасность этого объекта. Когда лайнер вынырнул из гиперпространства примерно в тысяче километров от платформы, фрегат был послан на его перехват. «Щедрость» отправилась в сторону лайнера, одновременно пытаясь связаться с ним на всех возможных частотах. Лайнер не отвечал. Вместо этого он развернулся и полным ходом направился в сторону платформы. Оказавшись вблизи лайнера, «Щедрость» сделала несколько выстрелов поперёк его курса. Никакой реакции от пассажирского корабля не последовало. Корабль продолжал идти прежним курсом. Тогда с платформы подняли войсковой транспорт с абордажной командой. Транспорт приблизился к лайнеру и попытался состыковаться с ним. В ответ на это лайнер принялся закладывать лихие развороты, не давая транспорту совершить стыковку. При этом он продолжал приближаться к платформе. Командующий платформой предположил, что лайнер может попытаться протаранить платформу и отдал капитану фрегата приказ — остановить лайнер любыми средствами. «Щедрость» подошла ближе к маневрирующему лайнеру и произвела несколько выстрелов из турболазеров по его двигателям. Все заряды попали точно в цель, после чего лайнер неожиданно взорвался. Судя по всему, на нем произошло разрушение реактора. Из находившихся на борту, спасти никого не удалось. О случившемся немедленно было доложено на самый верх. Там, похоже, растерялись и приказали всё засекретить, как будто никакого лайнера не было. В последствии эти попытки руководства КНС отрицать случившееся сыграли не в его пользу. Республиканцы представили свои доказательства, включая съёмку с камеры внешнего обзора лайнера и закричали, - «Смотрите! Сепаратисты нам врут!». После этого любые попытки руководства КНС оправдаться за случившееся уже не воспринимались никем всерьёз.       ***       Где-то спустя месяц после начала войны я обнаружила в нашем электронном почтовом ящике сообщение от сестры Падме Солы, которую мы оставили с детьми Энакина на Набу, и от которой на протяжении трёх месяцев не было никаких вестей.       Сола на голозаписи, возбужденно жестикулируя, поведала нам следующую историю. Несколько часов назад возле их замка под Тидом приземлилось несколько республиканских войсковых транспортов с солдатами. Солдаты окружили замок и оккупировали его. После этого их командир потребовал от Солы выдать ему детей Энакина, которые по его данным должны находиться тут. Сола пыталась его убедить, что никаких детей у неё нет, но командир ей не поверил и заявил, что не улетит отсюда без детей. Кто его сюда послал, и что Республиканская армия собирается делать с двумя младенцами, он не сообщил. Далее Сола сделала паузу и уже более спокойным голосом сообщила, что как только она увидела выходящих из канонерок солдат, сразу почувствовала, что это связано со смертью Энакина, и догадалась послать служанку вместе с детьми через заднюю дверь прочь из замка. Служанка смогла вывезти близнецов на виллу семьи Наберри в Озёрном Краю, но больше сама ничего сделать не может. Тид заблокирован с воздуха крейсерами Республики, а сама Сола фактически находится в плену у республиканских войск. Запись заканчивалась отчаянной просьбой, - «Помогите мне, Оби-Ван Кеноби! Вы — моя единственная надежда!»       Я взглянула на Оби-Вана. Он задумчиво скреб бороду.       - Это какая-то лажа, - проворчала я, - Зачем армии понадобились дети Энакина?       - Может, дело в их одарённости? - предположил магистр, - Странно конечно. С чего это я вдруг стал последней надеждой? Если этот командир не знает, что дети в Озёрном Краю, в чём сложность вывезти их оттуда? Это, вроде, не выглядит такой уж большой проблемой, чтобы без джедая нельзя было обойтись.       В общем, вопросы у нас обоих имелись, но сестре Падме нам не было причин не доверять. На записи она выглядела откровенной. Обмана в её словах мы не почувствовали. Решили лететь, спасать попавших в беду. Благо шатл наш к тому времени я уже почти привела в божеский вид. Можно было лететь, не опасаясь, что что-нибудь отвалится по дороге.       Вспомнив наши с Виком разведывательные миссии на Локории и Слуис-Ване, я убедила Оби-Вана потратить ещё немного денег и купить нам небольшой двухместный спидер. Такой, чтобы можно было взять его с собой на миссию.       От Татуина до Набу не очень далеко. Даже с нашим допотопным гипердрайвом полёт растянулся всего на семь часов. Пока летели, я всё размышляла над сообщением Солы. Глаза мозолили разные маленькие странности. С чего это Сола решила отослать детей со служанкой, а сама осталась? Если уж она смогла каким-то шестым чувством почувствовать, что солдаты прилетели за детьми, почему не смылась вместе с ними? И как, интересно, она узнала, что служанка успешно добралась до Озерного Края. Неужели та просто позвонила ей и сказала? Но тогда либо республиканский командир уже нашёл их в Озёрном Краю, либо это совершенно некомпетентный командир, который не потрудился отслеживать входящие звонки. И больше всего, конечно, смущал меня сам интерес ВАР к детям Энакина. Получается, что они пригнали ради них несколько крейсеров и чуть ли не устроили блокаду планеты. Неужто Республике сейчас больше некуда девать крейсера, кроме как посылать их на охоту за младенцами?       ***       Мы вышли из гипера вдалеке от планеты, как мы это делали раньше с Виком. На таком расстоянии нас никто не смог бы засечь. Оби-Ван заявил, что надо торопиться, но, как говорил мой бывший мастер, спешка допустима только в двух случаях — при ловле блох и при поносе. Наш маленький кораблик, конечно, не был каким-то особенно незаметным для радаров, но всё же он имел скромную радарную сигнатуру просто в силу своего крошечного размера.       Мы изучили ситуацию в бинокль. Над Тидом действительно висели три республиканских «Охотника». Озёрный Край находился чуть в стороне и как будто был легко доступен. Я рассудила так что, раз корабли Республики всё ещё здесь, значит дети ещё не пойманы, а значит либо республиканский командир действительно полный дурак, либо всё на самом деле не так, как нам это представила Сола. Сославшись на свой опыт участия в разведмиссиях, я попросила Оби-Вана довериться мне сейчас и не спорить. Он согласился сделать всё по-моему, так как Сила ему пока ничего конкретного не сообщила.       Я решила не лезть пока в Озёрный Край, который выглядел слишком легко доступным, прямо как сыр в мышеловке, а попробовать пробраться в район замка и попытаться что-нибудь там разузнать. Мы облетели крейсера Республики на почтительном расстоянии, не рискуя быть ими обнаруженными, и вошли в атмосферу. Снизившись к самой поверхности мы стали двигаться в направлении Тида, заходя на него с противоположной от Озёрного Края стороны. Подобравшись на две сотни километров, мы опустились на берег небольшой реки так, чтобы крутой склон заслонял наш корабль от радаров крейсеров над Тидом. Дальнейший путь до города мы проделали на спидере. Сначала летели над полем на полной скорости, потом выбрались на дорогу и полетели в общем потоке, соблюдая скоростной режим.       Въехав в город, мы не обнаружили там ничего необычного. Солдат на улицах видно не было, и жизнь продолжалась обычным образом. Необычными были только треугольные корпуса крейсеров, проглядывающие в разрывах облачности на городом.       Мы выехали на дорогу, ведущую от города к замку семьи Наберри. По обеим её сторонам стояли роскошные усадьбы, утопающие в зелени. Мы зарулили на парковку придорожного кафе, немного не доехав до замка, и дальше пошли пешком. В наших татуинских одеждах мы не очень напоминали зажиточных жителей Тида, но, вероятно, могли сойти за их прислугу. У Оби-Вана под рубищем был припрятан световой меч. Я вообще была безоружна.       На подходе к замку мы заметили пару республиканских канонерок, рядом с которыми прохаживались несколько клонов с стандартной белой броне. Канонерки стояли на площадке перед главными воротами, ведущими на территорию замка. Ворота были сейчас закрыты, но рядом с ними находилась дверь для пешеходов. Дверь была открыта, и возле неё стоял одинокий клон. Оби-Ван предложил подойти и поговорить с этим клоном. Возможно, он расскажет нам что-то полезное по своей воле, а нет, можно будет по воздействовать на него Силой, чтобы заставить выложить всё, что он знает.       Мы подошли, но прежде, чем успели сказать хоть что-то, клон сам обратился ко мне, чем немало меня удивил.       - Коммандер Тано? - вопросительно поинтересовался клон из под шлема, - Это действительно вы?       Клон стащил с себя шлем, но мне его лицо никого не напомнило. В конечном счете, клонов трудно было различать по их внешности. Я кивнула в ожидании объяснений.       - Меня зовут Эко, домино-сквад, - представился клон, - Я служил под вашим началом и под началом генерала Скайуокера. Вы конечно меня не помните, но в паре заварушек я сражался с вами плечом к плечу. Не думал, что увижу вас снова. Как вы, коммандер?       Я напрягла память, но не смогла вспомнить, чтобы я раньше слышала это имя. Впрочем, я сражалась рядом с таким количеством клонов, что я и одного из сотни не смогла бы вспомнить сейчас.       - Да, вроде, в порядке, - ответила я, судорожно соображая, о чём мне с ним говорить и чего ему лучше не говорить, - Теперь вот отдыхаю на гражданке. А как дела у пятьсот первого?       Клон улыбнулся и понимающе мне кивнул. Похоже, ему было, что рассказать, и он не мог решить, с чего бы начать.       - Знаете, коммандер, вообще, дела у нас довольно фиговые, - наконец начал говорить клон, - Не знаю, в курсе вы этого или нет, но генерал Скайуокер погиб три месяца назад.       Я сделала круглые глаза.       - Не может быть! Энакин? Как это случилось?       Очевидно, этот Эко не знал, что я была замешана в деле. Мне хотелось узнать, что ему об этом известно.       - К сожалению, это так, - печально констатировал клон, - Я не знаю, что там случилось, но у нас тут прошёл слух, что его убил его бывший учитель, джедай Оби-Ван Кеноби. Вы его наверняка знали лучше чем я. Как вы думаете, этот Оби-Ван мог убить генерала?       При упоминании имени магистра я в первый момент изрядно занервничала. В конечном счёте, Оби-Ван сейчас стоял рядом со мной. Да, он изрядно зарос и загорел на Татуине, но если бы этот клон видел его раньше, он мог бы узнать его и сейчас. Похоже, он его раньше не видел, но в пятьсот первом наверняка есть много клонов, которые видели. Надо бы отослать отсюда Оби-Вана под каким-нибудь благовидным предлогом.       - Нуу ... ты знаешь, Эко, я действительно хорошо знала этого человека, - начала импровизировать я, - Мне кажется, они были с Энакиным лучшими друзьями. В общем, мне как-то трудно в это поверить ...       Клон просто пожал плечами.       - Может, это и брехня, - допустил он, - Нам теперь ничего толком не говорят. Считается, что нам не обязательно знать, что случилось с генералом, под чьим командованием мы провоевали всю войну. При генерале Скайуокере такого не было. Тогда, вообще, всё было иначе. Теперь мы как будто уже никому не нужны. Три месяца нас продержали в резерве и только недавно назначили нам нового командира. Какого-то странного типа. И вот мы выполняем наше первое задание, такое же странное, как и сам этот командир.       При упоминании об их задании у меня проснулся интерес.       - А что такого странного в этом типе и в вашем задании, - невинно спросила я, как бы просто, чтобы поддержать беседу. Вообще-то клоны не любят рассказывать о своих заданиях первому встречному.       - Да он просто выглядит странно, - начал рассказывать клон, - Этакий верзила под два метра ростом, весь в чёрной броне, в шлеме и с какой-то электронной хреновиной на груди. В хреновине мигают лампочки. Что это такое, никто не знает. Велел нам называть себя лордом Вейдером или милордом. Очень суровый, не терпит разговоров не по делу. Фактически, просто так с ним не поговоришь. Разрешается только слушать приказы или докладывать об их успешном выполнении. Никто никогда не видел его без шлема. Дышит как астматик, так что наш медик думает, что эта его броня и шлем — что-то вроде поддерживающего медицинского костюма, без которого он просто не может обходиться. Тогда можно предположить, что электронная хреновина это пульт управления системой поддержания жизни.       Все это было очень интересно, но это не то, что я хотела услышать.       - И чем вы тут занимаетесь? - прямо спросила я, раз уж клон не стал сам касаться этого вопроса.       - А хрен его знает, чем, - ответил он и пожал плечами, - Как я уже сказал, нам теперь таких вещей знать не полагается. Мы тут высадились два дня назад. Ничего особенного не делали. Никто нам сопротивление не оказывал. Просто пришли и заняли это сооружение. Лорд Вейдер в тот же день улетел куда-то вместе с группой коммандос, а нас просто оставил стеречь это место. У меня приказ никого сюда не впускать и никого не выпускать.       - Я могу тебе сказать, что это за место, - заявила я тоном хорошо осведомлённого человека, - Это замок семьи Падме Амидалы — жены Энакина.       - Гм ... Да? И чего? - не понял клон, - Причём тут жена генерала?       - Откуда я знаю, причём? - ответила я, - Если уж вам не говорят. Я теперь вообще посторонний человек.       - Кстати, коммандер, может вы к нам вернётесь? - с надеждой поинтересовался клон, - Тем более снова война началась. Может, наконец займёмся чем-то полезным, если милорд разберётся наконец с семьёй жены генерала.       - Нет уж, Эко, больше я не воюю, - расстроила я клона, - Решила наладить мирную жизнь, завести семью и всё такое. Кстати, это мой жених, - я кивнула на Оби-Вана и повернулась к нему, - Дорогой, может, подождёшь меня в кафе, пока я тут с боевым товарищем по лялякаю? Тебе ведь это всё не интересно.       - Угу, - буркнул Оби-Ван себе под нос и двинулся обратно к дороге.       Я мысленно похвалила его за находчивость. Незачем тут много разговаривать. Клон мог не помнить Оби-Вана в лицо, но вполне мог слышать раньше его голос. Потом мне пришла в голову ещё одна мысль, и я окликнула удаляющегося магистра.       - Любимый! - я подождала, пока он обернётся, - Не напивайся там так как в прошлый раз. Я не хочу тебя снова на себе тащить до дома.       Оби-Ван сделал осуждающее лицо и пошёл дальше. Клон сдержанно захихикал.       - Так значит, пятьсот первый рвётся в бой? - спросила я, оборачиваясь обратно к нему.       - Так точно, коммандер, - бодро ответил клон, - Безделье уже сводит с ума. К тому же, нам выдали кучу замечательных игрушек. Вот хотя бы этот усовершенствованный карабин DC-15. Выглядит как старый, но стреляет более точно. Отдача распределена так, что ствол при стрельбе не так подпрыгивает. Легче удерживать цель. Плюс ко всему, может стрелять очередями. Может оказаться полезным при встрече с плотной кучей жестянок. Но это, допустим, всё ерунда. Главные новинки сейчас стоят в наших ангарах. Во-первых, нам наконец-то дали нормальный шагоход для борьбы с вражеской пехотой. Заместо AT-RT у нас теперь новые AT-PT. Тоже двуногие, не такие прыгучие, но бегают всё равно быстро. Главное — пилот в них нормально защищён бронёй и транспарестилом со всех сторон. Из легкого бластера его теперь не достать. Из оружия — противопехотные скорострельные бластеры и гранатомёт на задней стенке. Я пробовал эту машинку и скажу вам так, кромсать стройные ряды Б-первых на ней — самое милое дело. Но это ещё не всё. Заместо шестиногих AT-TE у нас теперь двуногие AT-ST. Выглядят может и странно, такие высокие. И пушка там калибром поменьше. Зато лучше бронированы. Никаких больше открытых стеклянных кабин. Пилоты надежно прикрыты бронёй со всех сторон. Причём броня хорошая. Из переносного гранатомета такую не пробить. Из вооружения — пушка для легкобронированных целей и управляемые ракеты в корпусе для тяжелобронированных. За счёт большой высоты имеем отличный обзор поля боя. Ещё считается, что эти шагоходы не боятся мин. Кабина вместе с оружием высоко, далеко от места взрыва. Да и взрывная волна успевает ослабнуть, пока дойдёт до кабины. Машину при взрыве мины не подбрасывает. Подбрасывает только ногу, наступившую на мину, но она просто сгибается в суставе, а потом разгибается. Шагоход при этом не опрокидывается. В общем, конфетка, а не машина. Так и тянет опробовать это всё на реальном противнике. Ну что, коммандер, может всё-таки вернётесь?       Я отрицательно замотала головой.       - Ну, как знаете, - расстроился клон, - А ещё нам полностью обновили авиакрыло. До конструкторов наконец-то дошло, что нам нужны два типа малых кораблей — чисто истребитель и чисто бомбардировшик-штурмовик. Раньше у нас был на всё про всё один «Торрент», из которого и истребитель был никудышный и штурмовик так себе. Теперь у нас не просто два отдельных типа кораблей. Они ещё и жутко оригинальные по конструкции. Никогда ничего подобного до сих пор не видел. Возьмём, к примеру, истребитель. Это всего лишь маленькая круглая кабинка с двумя пушками спереди и ионным двигателем сзади. А по бокам от неё стоят специальные панели, покрытые каким-то новым составом. Под действием света в этом составе происходят какие-то ядерные реакции, так что пластины вырабатывают совершенно безумный электрический ток. От них питается и ионный двигатель, и пушки, и всё оборудование. Традиционного реактора там нет. В итоге получаем очень компактный истребитель, по которому хрен попадёшь, весьма быстроходный и невероятно маневренный. Правда, там нет генератора щита, но он там и нафиг не нужен. Во-первых, генераторы щита для трусов. Во-вторых, в этот корабль довольно трудно попасть. В-третьих, боковые панели дают дополнительную защиту кабины с боков. Правда, от них идёт не слишком полезное для здоровья излучение, но стенки кабины должны по идее от него защищать. Вот так-то. Фактически, сепаратистам нечего противопоставить нашему новому истребителю. Всякое их старье навроде «Стервятников» или «Белбулабов» отсасывает у наших СИД-истребителей на счет «раз». Более-менее противостоять им могут только «Три-дроиды», но они слишком тупые и предсказуемые, чтобы быть эффективными. Это, что касается истребителя. Штурмовик устроен по тому же принципу, только двухфюзеляжный, с более толстой бронёй. Торпед может потянуть больше чем BTL-B и при этом занимает меньше места в ангаре. Правда, не имеет турели для прикрытия сзади, но эти турели на BTL-B были не так уж эффективны. Тяжело стрелять назад, да ещё и с маневрирующего корабля. Истребительное прикрытие более эффективно. Вот. А ещё одна хорошая новость в том, что все эти корабли довольно просты в производстве. Их можно клепать миллионами. Надеюсь только, сепы по трепыхаются достаточно долго, чтобы мы смогли как следует это всё на них обкатать.       Закончив расписывать мне преимущества их новых кораблей да шагоходов, клон ненадолго умолк.       - Простите, я так и не спросил, вы к нам по делу или как? - спросил он.       Меня больше всего интересовало, куда это умотал их командир — Вейдер, но на этот счёт клон так ничего и не сказал. Похоже, он этого не знал, так что спрашивать его прямо я не стала. Хотелось бы пообщаться с кем-то более знающим.       - Вообще-то, я пришла повидаться с Солой, сестрой жены Энакина, - заявила я, набравшись наглости, - Она раньше тут жила. Не знаешь, где она сейчас?       Клон только пожал плечами.       - Не знаю, кто такая эта Сола, - сказал он, - Я тут ни с кем ещё не успел познакомиться из местных. Думаю, что если она тут жила, то и сейчас живёт. Я не видел, чтобы отсюда выводили кого-то из гражданских. Давайте, я позову сержанта. Он тут за главного сейчас. Может он знает?       Клон зашёл на территорию замка и крикнул, - Сержант! Пятерня! Можешь подойти?       Я не стала заходить на охраняемую территорию, а только прислонилась к дверному проёму в кирпичном заборе, опоясывавшего всю территорию замка. Отсюда до здания было метров сто. Замощённая плитами ровная площадка перед входом и что-то наподобие парка или садика по бокам. Кустики и деревца с этой стороны давали недостаточно укрытия, чтобы можно было за ними прятаться. У парадного входа дежурили четверо клонов. Один из них заглянул внутрь и позвал сержанта ещё раз. Через минуту из дверей показался клон с особыми отметками на броне.       - Пятерня! - позвал часовой этого клона, - Иди посмотри, кто к нам пришёл. Узнаёшь?       Клон-сержант подошел к нам. Шлема на нем не было. Я заметила у него на правом виске татуировку в виде цифры «5». Где-то я этого клона раньше видела.       - Неужели? Коммандер Тано? Какими судьбами? - поприветствовал меня сержант.       - Привет, Пятерня, - поздоровалась я, - Тебя я действительно помню, в отличие от него.       - Ну, раз вы запомнили меня, то и с этим олухом вы скорее всего встречались, - засмеялся сержант, - Мы с ним из одной четверки с самого Камино. Он постоянно вертится где-то возле меня. Так какими судьбами, коммандер?       Я постаралась держаться расслабленной и не проявлять особой заинтересованности.       - Тут живет моя подруга — Сола Наберри. Я пришла с ней повидаться, - сказала я небрежно, - Не ожидала, что встречу тут вас. Она на месте?       Клон понимающе кивнул и сделал серьёзное лицо.       - Сола ... ну да. Она тут с нами. Не знаю, как насчёт повидаться. Понимаете, у меня чёткий приказ — никого из гражданских из дома не выпускать.       - Может, мы могли бы позволить коммандеру зайти внутрь? - предложил первый клон.       Сержант сделал сложное выражение лица и вздохнул.       - Если вам очень надо с ней встретиться, я могу впустить вас ненадолго под свою ответственность, - обрадовал меня он, - Я буду сопровождать вас.       - Спасибо, Пятерня, - с энтузиазмом ответила я, - Я не против твоей компании. А то я уж испугалась, что приперлась сюда напрасно.       - Хорошо, - констатировал клон, осматривая меня сверху до низу, - Пока нашего нового командира — лорда Вейдера здесь нет, я могу пойти вам на встречу. Попрошу только оружие и средства связи оставить тут.       Я сняла с руки коммуникатор и отдала его первому клону. Потом сбросила на землю татуинскую накидку, оставшись в майке и юбке, и подняла кверху руки, чтобы было видно, что на мне нет никакого оружия.       - Пятерня, не стесняйся. Можешь всё тщательно ощупать, - предложила я, покачав бедрами.       Клон смутился и, кажется, даже покраснел.       - Простите, коммандер, - пробурчал он, - Я просто следую инструкции.       Он повёл меня к замку. Мы прошли открытую площадку, поднялись по ступенькам к двери и оказались в здании, миновав четверых охранников на входе. Внутри замок выглядел ничуть не хуже чем снаружи. Все было очень красиво обустроено — дорогая мебель, люстры, картины на стенах. Пожалуй, я первый раз очутилась в такой роскоши. К сожалению, времени на то, чтобы всё неспеша осмотреть и потрогать совсем не было. Мы прошли просторный холл и поднялись по лестнице на третий этаж. В коридоре рядом с лестницей дежурил один клон. Он бросил на меня удивленный взгляд, но промолчал. Сержант не стал обращать на него внимание и повёл меня дальше. Вскоре мы оказались перед массивной деревянной дверью, по обеим сторонам которой дежурили солдаты.       - Все внутри? - обратился к ним сержант.       - Так точно, сер! - отчеканил один из солдат.       Сержант повернул ручку, дверь открылась и мы зашли в просторную комнату. У окна на огромном диване сидела знакомая мне женщина и смотрела что-то по телевизору, размером в пол противоположной стены. Увидев меня она приподняла брови от изумления, потом молча выключила телевизор и поднялась с дивана.       - Асока? - у Солы хватило ума не слишком разевать рот от изумления.       - Здравствуй, Сола! - весело поприветствовала её я, как-будто моё появление здесь было чем-то совершенно естественным.       Мы обнялись. Я постаралась взглядом сказать ей, чтобы она вела себя расковано, но не болтала лишнего при клоне, который остановился у двери и наблюдал за нами.       - Извини, что приперлась не в самое удачное время, - продолжила я, как ни в чём не бывало, - Я вижу, с тобой всё хорошо. Как поживают дети?       Сола бросила взволнованный взгляд на клона, который и не думал оставлять нас наедине.       - С детьми всё нормально. Они тут со мной, - сказала она виновато и повернулась к клону, - Сержант, попросите пожалуйста Лору принести детей. Она в боковой комнате.       Соле стоило бы ещё потренироваться в том, чтобы вести себя естественно в необычных ситуациях. Впрочем, для клона её актерской игры оказалось достаточно. Он отправился в боковую комнату. Как только он скрылся из виду, Сола сделала страшное лицо и возбужденно зашептала, прижавшись ко мне вплотную.       - Их командир — Вейдер улетел в Озёрный Край. Ему нужен магистр Кеноби. Дети — просто наживка. Я хочу, чтобы вы увезли их отсюда!       Едва она успела это протараторить, как клон снова возник в дверном проёме. Я изобразила на лице беззаботную улыбку. Сола, которая в этот момент стояла к нему спиной, тоже сделала лицо попроще и обернулась. Вслед за клоном из боковой комнаты вышла молодая девушка в простом платье, видимо служанка, с маленьким ребёнком на руках.       - Прошу прощения, госпожа, но они уже такие большие. Я не могу унести больше одного, - виновато произнесла она.       - Всё нормально, - успокоила её я, - Я тут не приклеена к полу. Сама могу подойти.       Мы с Солой подошли к девушке. Я взглянула на ребёнка у неё на руках и попробовала вспомнить, какими эти дети были, когда я их сюда привезла. Они действительно заметно подросли. Малыш глядел на меня своими выпученными глазами с интересом.       - Это мальчик, - пояснила Сола, - Я назвала его Люк, а девочку, соответственно, Лея.       - Привет, Люк! - поздоровалась я с карапузом, - Помнишь тётю Асоку? Помнишь, как я тебя кормила с сестрёнкой, когда вы только родились?       Не знаю, мог ли малыш меня вспомнить, но он заулыбался, издал какой-то радостный звук, вытащил из под пелёнки ручонку и потянул её ко мне. Я аккуратно взяла его руку в свою. Малыш явно хотел сказать, чтобы я взяла его на руки, и меня всё это очень растрогало. К сожалению, времени на более теплое общение не было. Клон мог в любой момент сказать, что мне пора возвращаться. Я уже много чего полезного смогла узнать, но оставалось ещё одно важное дело. Надо было придумать, как нам умыкнуть детей из под носа у кучи солдат.       - Ну, а где же наша Лея? - спросила я и деловито направилась в комнату, откуда только что принесли Люка.       Комната была небольшой, но уютной. У одной из стен стояла детская кроватка с ограждением. У противоположной стены стояла обычная кровать. Вероятно, на ней спала сама Сола или её служанка. Рядом стоял деревянный комод. Другой мебели не было. На полу лежал пушистый ковёр, а прямо напротив меня было окно. Оно сейчас было закрыто, но если его открыть, оно вполне может стать моей дорогой сюда с улицы. В замке были довольно высокие потолки, и окно находилось метрах в двадцати от земли. Где-то на пределе моей прыгучести, но не за пределом.       В кроватке я обнаружила Лею. Она тоже отнеслась к моему появлению хорошо. Я взяла её на руки и подошла к окну, как бы чтобы лучше её видеть. На самом деле я внимательно изучала территорию за окном. Там рос сад, но не такой ухоженный и подстриженный как перед парадным входом. Деревья и кусты хорошо разрослись и, насколько я могла судить, глядя из окна, прячась за ними, реально было незаметно подобраться к стене замка.       - Приятное у вас тут место, - сказала я, обращаясь к Соле, - Зелень кругом. Ты гулять-то с детьми ходишь?       Сола вздохнула и покосилась на клона, который ненавязчиво стоял в дверях и продолжал за нами наблюдать.       - Раньше гуляла, а теперь меня не пускают.       - Прошу прощения, но это приказ лорда Вейдера, - непримиримо произнёс клон.       Я осмотрела окно и убедилась, что его можно открыть.       - Ты хоть окно иногда открывай, - посоветовала я Соле, - Пусть они воздухом подышат. Хорошо?       - Хорошо, - Сола утвердительно кивнула.       Надеюсь, она поняла, что я это сказала не просто так. Договариваться о способе похищения отсюда детей в присутствии наблюдающего за каждым нашим движением клона было проблематично, так что я предпочла удовлетвориться достигнутым и завершить нашу встречу. Я уложила Лею обратно в кроватку, посетовала, что не могу поторчать тут подольше, попрощалась с Солой и сказала сержанту вести меня обратно.