Адский лагерь (ПсиКоп#5)

Я прошел мимо Бетти к кабинету Варвика. На своем столе Бетти держала около девятисот фотографий своих внуков и еще несколько снимков кошки. Сегодня на ней был свитер цвета средства от диареи «Пепто-Бисмол», словно она могла призвать весну всего лишь одевшись поярче. Улыбка была такой же ослепительной, как и свитер. - Доброго утра, детектив! Бетти подсовывала секретные документы всем, с кем я был знаком, и насколько мне было известно, настоятельно рекомендовала подписать. Но ни разу не обмолвилась об этом. И все же, кем бы она ни была, с ее жизнерадостным голосом и широченной улыбкой, я не мог себя заставить относиться к ней по-мудацки. Она всего лишь исполнитель. Все было бы иначе, будь она членом МП… Как там их? МППМ. За спиной кашлянул Боб Зиглер. Видимо, я завис. - Привет, Бетти. Как дела? – промямлил я и просочился в кабинет Варвика. Теперь Варвик? Разозлиться на него, что ли. Я присел в одно из кресел, стоящих перед его пошарканным металлическим столом, второе занял Зиг. Я прищурился и слегка ссутулился, потому что чувствовал себя угрюмым подростком. Варвик ничего не заметил, но в такой позе мне стало намного лучше. Зиглер незаметно пнул мой ботинок. Варвик что-то печатал на компьютере, а поскольку он не счел нужным хотя бы взглянуть на нас, то не заметил и этого. - Прошлым вечером мне звонил сержант Оуэнс. Сержант Джейкоба. Я расправил плечи и сел ровно. - Похоже дело в Роузвуде оказалось трудноватым для его Пси-команды, - он оторвал взгляд от компьютера и посмотрел мне в глаза. – Отличная работа. Но если ты соберешься делать что-то подобное снова, сначала обсуди это со мной. - Зачем? Чтобы вы могли направить за мной кучу нянек? Зиг издал какой-то невразумительный звук. Я точно знал, что ему хочется дать мне хорошего пинка, но в тот момент Варвик смотрел прямо на меня, и это было бы очень неосторожным поступком. Хотя, возможно, Варвику бы понравилось. Подачу шеф не пропустил. Он, должно быть, много лет ожидал, когда же я догадаюсь. - Я обеспечиваю твою безопасность. В чем проблема? Варвик был крупнее, старше и злее меня и привык командовать вспыльчивыми копами. Я сглотнул. - Я хочу знать. Если это имеет ко мне отношение, я хочу знать. - Я не имею права это обсуждать. - То есть, это не вы вызвали охранников. А кто-то другой. Зиглер наступил мне на ногу. Варвик поставил локти на стол, и его костюм натянулся на спине. Он сплел пальцы, глянул на меня поверх бифокальных очков и заявил: - Не могу сказать. Все эти годы я считал, что обязан отчитываться перед Тэдом Варвиком. И был потрясен осознанием того, что нет, не обязан. - Поскольку ты, похоже, достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы провести расследование в Роузвуде, - продолжил Варвик как ни в чем ни бывало, - а у меня тут несколько смертей в Мемориальной больнице ЛаСалль, я хотел бы, чтобы ты проверил, завелся у нас Кеворкян* или просто были неудачные смены. Сходи, взгляни на здание, сможешь ли ты там работать. Зиг встал и пошел к двери. А я остался сидеть, глядя на Варвика. Судя по тому, что он снова застучал по клавиатуре, мы могли быть свободны. Но он должен был знать, что мы все еще здесь. Не мог же не знать? Лиза говорила, что на самом деле он не так уж много знает, что Роджер Берк единственный, кто мог указать пальцем и назвать имена. Мне хотелось от Варвика большего, но, похоже, мне этого не получить. Не сейчас, не сегодня. - Пойдем, Вик, - окликнул меня Зиг. – В кафетерии ЛаСалль продают отличные вишневые слойки. Зиг довез нас до больницы. Всю дорогу я молчал и хмурился, а он просто молчал. Полицейский сканер потрескивал искаженными голосами и плавающими помехами. Зиг припарковал «импалу» так близко ко входу, как только мог, чтобы она не мешала машинам скорой помощи. - Кто, по-твоему, за нами следит? – спросил я, когда Зиглер заглушил мотор. Он вздохнул и сполз по сидению. - Не знаю. Думаю, если будем смотреть внимательно, то в конце концов засечем их. - Возвращаясь к кабинету Варвика: все-таки почему ты пытался меня заткнуть? Какое тебе дело, спрашиваю я про эту супербезопасность или нет? Или ты подписал еще что-то, обязывающее тебя делать вид, что ничего странного не происходит? Зиг посмотрел мне в глаза. - Не будь таким придурком. Всегда происходит что-то странное, - он пригладил свои полицейские усы. – Ты выглядел слишком злым, чтобы получить то, что тебе надо, вот и все. Хочу ли я, чтобы ты выяснил, что происходит, кто кого нагибает, кто готовит новые пачки бумаг на подпись? Конечно же, хочу, если тебе это принесет душевный покой. Но не думаю, что ты узнаешь что-либо, заводясь в офисе Варвика. Я мог бы поправить себе настроение, спросив, понимает ли он, сколько в его маленькой тираде неприличных ассоциаций, но не стал этого делать. Большей частью потому, что он не дал мне сорваться на Варвика и, видимо, был прав. К тому же мы с Зиглером не шутим про всякие пошлости. В повседневной жизни я проезжал мимо больницы ЛаСалль, но у меня не было причин заходить внутрь. В отличие от медицинского учреждения, где я недавно провел время – Роузвудского дома престарелых, состоящего из нескольких крыльев, выстроенных в квадрат, что было характерного для построек шестидесятых годов, ЛаСалль будто бы нависал над нами своими пятью огромными и прочными этажами. Темный кирпич. Маленькие окна. И везде, где что-то добавили, заменили или отремонтировали, кладка почти совпадала по цвету с оригинальным кирпичом, но не совсем. Наружные двери и оборудование были совершенно новыми, громадные листы зеркального полотна разъехались в стороны, хотя до дверей оставалось еще несколько шагов. Зиглер подошел к стойке регистрации и заговорил с дежурной медсестрой в ярком халате, больше напоминающем пижаму. Когда я лежал в Центре психологического здоровья округа Кук, все халаты были синими. Светло-синими, темно-синим, иногда бирюзовыми, но всегда синего оттенка. Времена меняются. Я задумался о том, как одевался персонал Адского лагеря, а потом начал думать, почему я этого не помню. Воспоминания о Центре были старше и хорошенько вымочены в «торазине». Почему же я не могу вспомнить цвет формы персонала Адского лагеря? Зиглер сунул мне пластиковый кармашек с «крокодильчиком» и биркой внутри, на которой было написано «уровень безопасности 2». - Посетителям присваивают уровень безопасности? Зиглер прицепил идентификационный бэйдж себе на лацкан. - Похоже, что так. Теперь мы можем попасть в любое из общественных мест хоть сейчас, и охрана в любое время пропустит нас в фармацевтический и административный секторы, но им надо будет назначить нам сопровождающего по отделениям неотложной помощи и интенсивной терапии, чтобы мы не мешались под ногами. Я все равно не горел желанием посещать те части здания, где людей возят на скрипучих металлических каталках. Хотя сейчас, возможно, все уже по-другому, и каталки сделаны из пластика, чтобы их не было слышно. - Ты что-нибудь видишь? Только в своей голове. Которой я отрицательно помотал. - То есть в холле чисто. Я кивнул. - Ты… Готов идти дальше? Я несколько раз моргнул. - Хм? А, да. Как насчет магазина подарков? Мы прокопались несколько часов. В магазине подарков нашелся «повторяльщик» - ремонтник, продолжающий шпаклевать одно и то же место на стене. Призрак выглядел очень старым и его части терялись среди букета разноцветных воздушных шаров. В зале ожидания находились несколько призраков, сидящих в призрачных креслах, в материальных креслах, а некоторые плавали вокруг без какой-либо поддерживающей их мебели. Прозрачная девочка слонялась у лифта, ее рот широко открывался, когда она плакала или, может быть, кричала, но звука не было. А гундосый голос у информационной стойки угрожал подать на кого-то в суд за врачебную халатность. - Ну так что, хочешь перекусить? Я имел в виду то, что говорил тебе про кафетерий. Он не плох. Я всегда мог положиться на Зига – он никогда не позволял нам из-за работы пропустить обед. - Заодно проверим кафетерий. Здание просто кишит призраками. Зиглер посерел. - Конечно. А можем сбегать в пиццерию на Кедзи. У них есть обеденный «шведский стол». Мы зашли в лифт вместе с парнем, который нес горшок с растением и торчащим из середины воздушным шариком с надписью «выздоравливай», и двумя медсестрами в униформе диких расцветок – одна в цветочек, а другая в морских звездах. Взгляд Зига метнулся от двери к кнопкам, когда мы нырнули на самый нижний этаж больницы. На кнопке значилось «Н.У.». Я был рад, что здесь его не называли подвалом. - Знаешь, вообще-то, я бы с удовольствием съел пиццу, - сказал он. - Не волнуйся. Я сообщу, если в кафетерии есть что-то, что испортит тебе аппетит… Если ты сможешь это увидеть. Медсестры уверенно вышли из лифта, а вот парень с шариком, и мы с Зигом – не очень. Я озирался в поисках призраков, Зиг наблюдал за мной на случай, если я вдруг что-нибудь захочу от него скрыть, а парень оглядывался, пытаясь сориентироваться. Как только заблудившийся парень ушел, Зиг достал телефон и позвонил жене, Нэнси. Он звонил ей в обязательном порядке дважды в день – в обед и в пять часов. Думаю, таким образом он успокаивал ее, сообщая, что его никто не пристрелил. Я не большой любитель говорить по телефону, поэтому обычно не достаю Джейкоба, если у меня нет к нему вопросов. К тому же, я верю, что он сделает все, что в его силах, чтобы в него не выстрелили. В этом я уверен. То, как Зиг смотрел на свой телефон, заставило задуматься, получил ли Стефан мое сообщение или он не проверяет рабочие звонки в выходные. Он же психотерапевт, верно? Значит, должен держать руку на пульсе на случай, если один из его пациентов-алкоголиков окажется на грани срыва. Так ведь? Или для этого и существует «дополнительное меню» в его голосовой почте? Наверняка он проверил сообщения, решил я, потому что Стефан терпеть не мог откладывать все в долгий ящик. Когда мне хотелось потянуть время перед каким-нибудь тестом или проигнорировать большую противную таблетку, он всегда говорил мне перестать мучиться и покончить со всем как можно скорее. Так что, если он вообще собирался ответить на мой звонок, то тянуть не станет. Я похлопал по карманам, чтобы проверить, вдруг Стефан звонил, а телефон не был включен, или у него села батарея. Но телефона в карманах не оказалось. Он все еще лежал в холодильнике. - Зиг. - Погоди секунду, Нэнси, - он посмотрел на меня. - Надо заехать ко мне домой. Зиг нахмурился. Он понял, что что-то происходит, но не мог сказать точно, что именно. - Заодно заедем в пиццерию. Зиглер пару секунд смотрел на меня в упор, а потом кивнул. Если уж я был готов удовлетворить его выдуманную страсть к пицце, то ему придется отвезти меня домой без уважительной причины, во всяком случае, ни одной такой я не готов был ему предоставить. Он припарковал свою «импалу» на единственном свободном месте в квартале, рядом с моей дорожкой. - Это… Не то, что я ожидал, - сказал он, разглядывая лепнину в виде лотосов, окаймляющую слегка расклешенную крышу. - Да уж. Раньше это был консервный завод, - я мог бы пригласить его войти. Возможно, Зиг даже намекал, что не против осмотреться внутри. Но я слишком переживал, не нашел ли Джейкоб мой замороженный телефон, чтобы вспомнить не валяется ли где-нибудь что-нибудь этакое гейское, что может создать напряжение в наших с Зиглером отношениях, если он это что-то увидит. - Я всего на секунду, - сказал я. Какая-то отважная душа или просто тот, кто знать не знал историю про призраков консервного завода, повесил на ручку входной двери полиэтиленовый пакет с каталогом Avon. И каждый раз, когда я вставлял ключ в замочную скважину, пакет падал и выбивал его. Я сорвал пакет, открыл дверь и вошел внутрь. Телефон нашелся там, где я его и оставил. Но это не говорило о том, видел ли его Джейкоб или нет. В конце концов, он был достаточно хитер для того, чтобы просто оставить телефон в контейнере для овощей, тем самым вручив мне веревку и мыло, чтобы я сам сплел себе петлю. Откидывая крышку телефона и заходя в сообщения, я чувствовал стук пульса в висках. Экран запотел, и я протер его рукавом. Автоответчик сообщил, что я получил одно сообщение этим утром. От Руссо и Кляйн. Я сглотнул. Во рту пересохло. Я нажал «прослушать» и приложил телефон к уху. Он был чертовски холодным. «Виктор Бэйн», - начал Стефан. Его и без того глубокий голос упал еще на октаву, когда он произнес мою фамилию. Нехорошо. – «Вот имя, которое я не слышал год или два. Или четырнадцать. Мое расписание не такое простое, как в те дни, но полагаю, я смогу уделить тебе время завтра в три часа, если ты хочешь поговорить. Встретимся у меня в офисе. Ты же знаешь, где он находится? Уверен, ты вполне способен найти, потому что согласно записи на автоответчике, работаешь в полиции. Пятый участок? Детектив. Уверен, что за этим стоит захватывающая история». Я понял, что не дышу. Сделал пару вдохов и приказал себе успокоиться. Стефан сказал, что увидится со мной. Но тон, которым он это произнес, не оставлял надежд, что при встрече меня будет ждать букет из воздушных шаров.