Адский лагерь (ПсиКоп#5)

Я моргнул. Мертвая Дарла стояла посреди дурацкого фильма, где женщина падала и разбивала голову об раковину, которая уже не существовала. Раковину я не видел. Зато видел кровь. Дарла закрыла глаза и подняла руки, приставив ребрами поднятые вверх ладони, как будто ловила капли дождя. - Мне кажется, это женщина. Так я сказала. И все произошло внезапно. Несчастный случай. Скольжение. Трещина. Кровь. Да, мне тоже показалось, что это была случайность. Я обнял себя за плечи, зубы начали стучать. Я думал, изо рта пойдет пар, но ничего не увидел. - Ты тоже это чувствуешь? – Дарла открыла глаза и лучезарно мне улыбнулась. – Как насчет деталей? Можешь что-нибудь разобрать? - Детали, вот на них тебя и поймают. Я обернулся. Из кабинки вышел человек, прозрачный и изможденный. Висящие впереди руки, были взрезаны от запястий до локтя. Чарли-суицидник из Клиники ментального здоровья говорил, что это верный способ, если действительно собираешься покончить с собой. Заговорившему со мной человеку это удалось, судя по его прозрачности. - Вик? Я взглянул на Дарлу. Женщина, в которой она стояла, подошла, поскользнулась и разбила голову. Снова. - Я рассказал им, что увидел, - сказал мужчина с порезанными руками. – Все. Это было ошибкой. - Мне здесь не нравится, - сказал я Дарле, отступая к двери. - Это не злобный призрак. Она не причинит тебе вреда. - Верно, - сказал кровоточащий. – Опасайся местных шишек. И федералов. Видишь ли, они велят сделать все, что в твоих силах. А когда выполнишь их требования… Большинство призраков просто умирали, снова и снова, и только этот заговорил со мной. Если бы тут не было Дарлы, я мог бы задать ему парочку вопросов. Но я был рад ее присутствию, потому что тот факт, что он со мной разговаривает, напугал меня до усрачки. Я почувствовал, что меня вот-вот стошнит, но между мной и ближайшим унитазом торчал призрак. Я вывалился в коридор, молясь, чтобы питьевой фонтанчик работал. Рычажка не было. Я бросился напротив, в мужской туалет и заперся там. - Вик? – Мертвая Дарла постучала в дверь. - Дай мне минуту, - я подошел к раковине и покрутил ручки смесителя. Неохотно, но вода потекла. Я ополоснул лицо и посмотрел на диспенсер для бумажных полотенец. Он был пуст. Я вытер лицо подолом футболки и, пару раз глубоко вздохнув, выровнял дыхание. Отлично. Приоткрыв дверь, я выглянул наружу. Там стояла Дарла, хлопая густо накрашенными ресницами. - Эй, - окликнул ее я. – Я сейчас под завязку набит лекарствами. Просто хочу побыть тут. Недолго. Она явно обдумывала, что я имел в виду – то ли пытаюсь шпионить, чтобы увеличить свои шансы на успешное прохождение теста, то ли у меня началась диарея, то ли я просто чудик. В любом случае, мне хотелось побыть одному, а это последняя вещь, которую Дарла хотела слышать. Но и сжигать мосты она тоже не спешила. - А, ну ладно. После обеда у меня семинар по уровням шестого чувства. Ты пойдешь? Может, потусуемся после. - Не уверен. Может быть. Там посмотрим. - Ну что ж, хорошо, - она, наверное, хотела обнять меня, но я приоткрыл дверь всего сантиметров на пятнадцать. - Черт, - брякнул я вслух. Дарла почувствовала холод? Ощутила присутствие женщины? А я мог бы рассказать ей, какие сережки были у женщины в ушах, на какой именно плитке она поскользнулась и как далеко разбрызгалась ее кровь. А еще там был мужик с располосованными руками. Я слышал его, словно он находился в одной комнате со мной. Хотя технически так и было. Я понятия не имел, что делать с тем, что рассказал мне призрак о тестировании. А еще я не знал, могут ли умершие врать. А если могут, то зачем ему это делать? Он ничего не выиграет, вынудив меня провалить тест на способности. Да я даже не знал, чего собственно мне стоит бояться, но что бы это ни было, этого хватило, чтобы парень выбрал свою судьбу с помощью лезвия бритвы. Или кто-то ему помог, обставив все, как самоубийство. Я решил, что могу пойти и спросить. Да, точно. Я подумал, что мог бы пройти тест и без общения с Мертвой Дарлой или ее весьма мертвой подружкой, из-за чего мой обед попытался вырваться наружу, и мне пришлось его удерживать силой. Просто сказать, что-то типа «ощущаю», вместо «вижу» или «слышу». Может, даже ошибиться в паре деталей, вроде возраста и пола. Указать неверное место. Согласно предварительному психо-тесту, я действительно видел призраков, а не страдал шизофреническими галюцинациями. Проклятье. Хорошо, что на первом этапе «торазин» подавил мою болтливость. Я указал в каких ячейках морга наблюдается движение, но был слишком одурманен, чтобы повторять безумные истории обитателей, которые они постоянно повторяли. Я снова поплескался под краном, поставил ирокез вертикально, распутал серьги в виде английской булавки и прижался щекой к прохладной кафельной стене, думая о том, что безопаснее, наверное, было остаться в сумасшедшем доме. Прошло довольно много времени, и я решил, что надо уходить, если не хочу разбираться с отправленной за мной поисковой группой. Я надеялся пробраться на свой этаж незамеченным, но мне не повезло. На верху обнаружился арт-панк с разноцветными волосами и в пиджаке Неру. Он стоял ко мне спиной и был очень занят, колотя торговый автомат. Он прекратил трясти машину и оглянулся через плечо. Подводка на его глазах была идеальной. - Он сожрал мой четвертак, - заявил он. Голос у него был ровным и глубоким, как у диктора радио. - Ты ничего не добьешься, тряся его, - сообщил я. – Они устроены так, чтобы удерживать банки, - мне была знакома эта марка и модель. У нас стоял один такой в психушке – неплохой источник дополнительного дохода для меня. Голодный шизофреник пойдет на все ради какой-нибудь конфеты. Я опустился на колени и открыл желоб. Если правильно повернуться, можно засунуть руку в трубу и вытащить. Это было нелегко. Пришлось практически вывернуть руку из сустава, к тому же внутри было холодно, насколько могло быть без заморозки. Но это был единственный трюк в моем арсенале. Он и еще разговоры с мертвецами. Я напрягся, потянулся и наконец-то ткнул и ткнул достаточно сильно, чтобы какой-то внутренний механизм поддался. Раздался глухой удар, звук перекатывания (Скольжение. Трещина. Кровь. Не думать об этом…) и покрытая изморозью банка имбирного эля упала в желоб. Я вытащил замерзшую руку и протянул добычу парню с подведенными глазами. - Мне нравятся мужчины, умеющие пользоваться руками, - сказал он с очень похабной улыбкой. – Возвращайся. - Ладно. - Мы в твоей машине. - Какой машине? – Моей? Моей собственной? Смешно. У меня даже плеера не было. - Я буду считать снова, от десяти до одного. И на этот раз ты вернешься. Нет, это не то, что он собирался сказать. А что тогда? Он сказал, что я достоин награды. Взял мою окоченевшую руку своими ладонями, такими большими и теплыми, и подышал на нее. Это была самая сексуальная вещь из всех, что когда-либо со мной происходили. А потом… - Десять, ты начинаешь осознавать звуки и ощущения настоящего. Мы в твоей машине. В твоей ужасно маленькой машине. У меня нет машины. Если мы пойдем на лестничную площадку, никто нас не увидит. Ею никто не пользуется. Там воняет мочой, и нам это кажется смешным. - Семь, ты чувствуешь свое тело, развалившееся на сидении. Мусорка под твоей правой рукой забита обертками от фастфуда… Мы считаем это… Смешным. Черт. Было так здорово смеяться вместе с ним. - Три, ты думаешь о том, что неплохо бы вернуться, чтобы я смог что-нибудь съесть, пока не грохнулся в обморок… Я открыл глаза. Ветровое стекло было затянуто туманом. Цифровые часы на приборной панели показывали 2:46. Этого не может быть. Было же десять минут первого. - Два, ты дышишь, ты расслаблен. - Срань господня. - И один. Прошу, не заставляй меня считать снова. Я вытаращился на Стефана. Он был таким старым. - Сколько времени? - Почти три часа. Слушай, мы больше не будем заниматься этим с бухты-барахты. Нельзя. Ты должен выделить время, если собираешься нырять так глубоко и так быстро. Позвони в мой офис, прежде чем заявляться. Дай мне шанс утрясти расписание. - Мертвая Дарла. Я встретил Мертвую Дарлу. Я вспомнил ее. Я ей нравился. Пока… - Пока она не поняла, что мы трахаемся. Я отлично помню отвращение на ее лице, когда она застукала нас на лестничной клетке, она тогда еще сказала, что у меня штаны надеты наизнанку, - он улыбнулся. – Это было довольно забавно. Если подумать. Да уж. Такой благодарности за паршивую банку шипучки я не ожидал. - Не смотри на меня так, - отрезал Стефан. – Мое расписание сбито, и я умираю с голоду. И не говори, что страдаешь за компанию. Дерьмо. Я же не смотрел на него «так». Или смотрел? Я немного растерялся. Пять минут назад я был молодым пацаном, выпендривающимся перед «психом» с обаятельной улыбкой и идеально подведенными глазами. А Стефан был мужчиной средних лет, фантазирующим о чизбургере. - Кроме того, - сказал он, - ты больше не в моем вкусе. - Я не смотрел на тебя… В смысле, я не хотел… Не пытался… - А твой любовничек сдерет с меня кожу живьем, если я буду слишком долго жать тебе руку. И это уже не смешно. - Это он тебе сказал? Джейкоб? – он не давал понять, что ревнует к Стефану, ни разу с момента их встречи. Хотя кто я такой, чтобы отличать чувства людей от того, что они говорят? - Ну… Не так откровенно. Другими словами, Стефан не собирался вдаваться в подробности. Жаль, что я не мог материализовать из воздуха батончик мюсли, может, удалось бы подкупить его и получить прямой ответ. - Не беспокойся насчет Джейкоба. Он нормальный. И я с тобой не флиртую. Эта регрессия… Она сбивает с толку. Стефан вытянул ноги и прижался шеей к подголовнику, уставившись в потолок. - Это точно. * * * * * Был уже пятый час, когда я вернулся в больницу. «Импала» Зиглера по-прежнему стояла на парковке ЛаСалль, отведенной для врачей. Я встал рядом. И поздравил себя с тем, что владею машиной настолько маленькой, что она может влезть на самое узкое парковочное место. Я нашел Зига в архиве, сидящего между башнями коробок и распечаткой, полной пометок и крестиков сверху и посередине. - Как дела? – спросил я. Он поднял голову. Глаза у него были припухшими больше, чем обычно, наверное, из-за пыли. - Никак. Ты не дал мне ни одного имени для работы, только физические описания, да и те расплывчатые. В документах лишь имена и статистика. Это даже не то, что сравнивать яблоки и апельсины. Это как сравнивать яблоки… - С имбирным элем? – предположил я. Зиг не нашел в этом ничего забавного. - Тебе надо найти кого-нибудь, кто захочет с тобой пообщаться. - Точно. Хорошо, - я не собирался скидывать на Зига всю эту работу, но был слишком занят, пытаясь разобраться, что произошло со мной в Адском лагере, чтобы волноваться о неизвестных людях, умерших еще до моего рождения. Если я хотел продолжать регрессию, то потребуется много времени, а в рабочее время надо заниматься работой, да и подработка у Константина Дрейфуса казалась неизбежной. Похоже, придется перейти на бензодиазепины для ускорения. - Зиг, ты в курсе всех событий в мире «психов». Как много существуют шестерок или семерок? Он поднял взгляд от своего тупикового списка. - Что? - Шестерки. Или семерки. Сильнее, чем Мари Сент Савон. Я знаю о ней. - Йошихиро Харимото, медиум шестого уровня, Токио. Он устанавливает канал, говорит голосами мертвых. Но только по-японски, поэтому интерес к нему ограничен японоговорящей частью мира. - А как насчет Соединенных Штатов? – там, где МППМ могут вцепиться в кого-нибудь. - Джонсоны. Я закатил глаза. Джонсоны были расхожей шуткой в мире людей со сверхъестественными способностями. Никто не знал имен Джонсонов. Встретились на обучении, поженились и продолжили мутную карьеру в тематических шоу второго сорта в Лас-Вегасе, в которых миссис Джонсон копалась в женских сумочках, а мистер Джонсон со сцены, расположенной в тридцати метрах, объявлял оттенок помады или рассказывал, что написано на флакончиках. - Нет, серьезно. - Я серьезно. Есть предположение, что они оба телепаты шестого уровня. И так настроены друг на друга, что функционируют, как единый разум. Если бы они не занялись шоу-бизнесом, кто знает, что бы они натворили со своими талантами? Телепаты шестого уровня? Тесты поднимаются даже до такого уровня? В животе противно екнуло. «Я рассказал им, что увидел. Все. И это было ошибкой». Слова вспомнились так отчетливо, словно я услышал их только вчера. В два часа сорок пять минут, если быть точным. Проклятье. Может, Джонсоны не такая уж пустышка, как все считают. Может, они устроили грандиозное, легкомысленное, усыпанное блестками представление специально, чтобы обязательно кто-нибудь заметил, если они вдруг исчезнут. А я вижу призраков. И нет способа состряпать из этого шоу в Вегасе и не разозлить приверженцев практически всех религий планеты. Тогда мне бы пришлось волноваться не только о МППМ, но и о религиозных фанатиках. - Если сможешь сузить временной период до одного года, у меня, наверное, будет шанс разобраться, кто все эти «повторяльщики». - А что потом? Зиг нахмурился. Я поставил его в тупик. - Это не шоу в Вегасе, - сказал я. – Они не появятся из взрыва блесток и конфетти, если мы поймем, кем они были и как их звали. - Ты видишь еще какую-нибудь зацепку, которую мы можем рассмотреть? Я вот не вижу. Я уперся руками в бедра и оглядел ряды коробок. - Здесь тебе нужен ясновидец, а не медиум. Тот, кто подскажет, на чем сосредоточиться. Зиглер начал собирать свои вещи. - Я не могу использовать то, чего у меня нет.