Границы дозволенности

      Ярослава пару часов разговаривает со своим отцом обо всем, но до сих пор не может понять: почему же он совершил такое по отношению к ней. Зачем он сделал то, что навредило ей. Одинцова никогда не понимала его и, наверное, уже никогда не поймет. Блондинка делает глоток кофе, слушая речь папы, пытаясь найти в них подвох, но в глубине души она хочет ему верить. — Прости, что поступил так, — говорит отец, опустив голову вниз. — Ты не должна была страдать из-за меня, правда. — Он накрывает ее ладонь своей, и девушка улыбается. — Я не злюсь, пап, но пожалуйста, не оставляй меня больше, — просит Яра и всхлипывает. Ей был нужен отец тогда, когда у нее был такой период, теперь же она выросла, но все равно он хочет узнать ее, потому что впереди еще учебный год и институт. Мама была не против, когда узнала об их общении, чему Ярослава обрадовалась еще сильнее, ведь им нужно наладить отношения. Никто не хотел снова становиться семьей после случившегося, но попытаться все же стоит. — Обещаю, что не оставлю тебя больше, — говорит отец, улыбнувшись уголком губ. И Одинцова действительно хочет верить в это, потому что ей нужно столько всего ему рассказать, да и ему тоже.

***

      Вечером Ярослава приходит к Веронике и они долго беседуют, рассказывая друг другу все. Каждая плачет, смеется, вспоминая то время, когда они были детьми и ни у кого не было таких серьезных проблем, как сейчас. А после обе отправляются на костер, отметить семнадцатилетие Ярославы. Одинцова собирает абсолютно всех, обещая, что будет много алкоголя и они смогут напиться нормально перед осенними каникулами. Ерохин приходит со своей новой девушкой, ее зовут Анфиса, и они действительно хорошо смотрятся вместе. Ярослава замечает в толпе Максима и идет к нему. Он здесь единственный из учителей, кто готов понести за них ответственность. — Пойдем, поговорим, — предлагает Одинцова. Тот пожимает плечами и соглашается. — Я больше так не могу, — выдыхает девушка, прижав мужчину к дереву. — Я тоже. — Он обнимает ее за талию, прижав к себе. — Когда это случилось? — риторически спрашивает девушка, она ведь сама и так все знает. — Ты молодец, что исправилась, но нам точно нужно найти своих людей, это больно, но правильно, — говорит Макс. — Нужно уметь отпускать. — Ты прав, — соглашается блондинка. Максим крепче сжимает девушку в объятьях, не желая отпускать, но так нужно, так правильно. Пусть и больно. Когда они оба стали зависимы друг от друга — никто не знал, но правда явно была где-то на поверхности. Сегодня Ярослава выросла, приобрела прежнюю себя и немного ее улучшила.       Денис обнимает Веронику, они что-то весело обсуждают, пытаясь наверстать упущенное. Теперь между ними будет все хорошо. Он просто хочет в это верить, потому что больше он не отпустит ее. — Значит, это все? — спрашивает Ярослава. Подняв голову, она заглядывает в глаза Аверина, тот кивает. — Я вообще не должен был этого делать. — Он пальцами проходится по волосам Яры. — Это все было неправильно. — А когда вообще все бывает правильным? — спрашивает Ярослава, глядя на Дэна с Никой. — Посмотри на них, они вообще не должны быть вместе, но преодолели себя. А я преодолела себя, чтобы стать собой. — Ты молодец, но я твой учитель. Получится ли стать счастливыми? Кто знает, — мужчина усмехается, вспомнив их первую встречу. — Ты тусуешься с учениками, какой из тебя учитель, — улыбается Ярослава. — Ты действительно изменилась, — гордо произносит Максим. — Все потому что я влюбилась. — И девушка впечатывается в губы Макса. Пусть и не сейчас, не завтра и, даже не через неделю, но она будет счастлива. С ним, или без него, просто потому, что не может по-другому. Даже с дурацким протезом, даже с этими авариями, что подстроил отец, чтобы наконец вернуться в ее жизнь, она будет счастлива. Ярослава и Максим возвращаются на костер, взявшись за руки, все только улюлюкают, потому что давно знают, что между ними. Ника подмигивает и девушки смеются, а после обнимаются.

***

      Ребята садятся у костра, Ерохин берет гитару, которую привез с собой. Ярослава разводит руками: — Пожалуйста, только не пой, умоляю, — смеется девушка. — Мы оглохнем! — подхватывает Рита, поглядывая на Милану, которая стоит в обнимку с Егором. — У нас тут педофилия, а вы оглохнете от моего пения? Мне пох, я спою, — улыбается Леша. — Ага, давай нашу, брат, — вмешивается Дэн. — Я помню белые обои! — начинает Алексей. — Черная посуда! — продолжают ребята. Одинцова смотрит на ребят и улыбается, а ведь всего несколько месяцев назад, никто из них не был друзьями. После чего берет Максима за руку и поет вместе со всеми. Она счастлива, здесь и сейчас, а остальное неважно.