Точка невозврата

      Я тонул в нём с головой… С каждым новым днём мне становилось всё сложнее дышать рядом с ним. Я познал все прелести тахикардии, когда он касался лишь моей руки и моргал своими невообразимо пышными ресничками. Стоило ему только поцеловать меня даже в щёку, как становилось невыносимо жарко. Если бы я был на корабле, я бы бежал от него так далеко, как бы только смог. Это было самой настоящей пыткой, но она мне нравилась. Тремор был у Мейсона, а я словно заразился им от него, ведь при объятиях каждый нерв в моём организме посылал неуместные импульсы и пальцы начинали дрожать. За всё это время мы ни разу не спали — я просто не мог контролировать себя, а Пайнс пока не стремился оседлать меня. Я не узнавал себя совсем. Просто в один момент внутренний стержень раскрошился на осколки. — Хей, не отставай! — смеялся он, обернувшись ко мне.       Глупости… Взрослые люди, а занимались полной хернёй… Он бежал по освещенному неонами коридору. Его кудряшки мило подпрыгивали при каждом шаге, а летящая рубашка развевалась от плавных движений. Пайнс прижался спиной к металлической стене, около которой была дверь, за которую мы еще ни разу не заходили. Мы просто решили исследовать эту базу на все сто процентов, чтобы не помирать со скуки. Так мы уже нашли второй зал для тренировок и пару гардеробных. Я быстрыми шагами подошёл к Мейсону, протянул к нему руки, чтобы заключить в объятия, но он легко проскользнул под ними, нажал ладонью и на кнопку, а затем шмыгнул в открывшееся помещение. — Поймаешь меня — разрешу обняться, — через смех произнёс он, сверкнув глазами. — Я не собираюсь играть с тобой в детские игрушки, — фыркнул я, скрестив руки на груди. — В конце концов, тебе не пять лет. — Откуда я могу знать, что мне не пять, если этого не помню? — выгнул он одну бровь. — Дело твоё. Не хочешь — не получишь обнимашек. — Он пожал плечами, усмехнулся.       Я сделал несколько шагов к нему навстречу. Он же шагнул назад и чуть пригнулся. В конце концов я всё же сорвался на бег в попытке догнать его и прижать к себе со всей силы. Пайнс всё смеялся, изредка бросал на меня взгляды через плечо. Мы добежали до лестницы, ведущей ниже. Мейсон чуть ли не перепрыгивал пролёты, и я делал то же самое. Я уже почти поймал его за воротник, а вместо этого споткнулся о порог двери, через которую мы прошли на новый этаж. Это дало ему фору в несколько секунд. Я прищурился, перекинул ладонью все волосы на одну сторону и побежал за Пайнсом с новыми силами.       Он, видя моё приближение, ударил рукой по кнопке от ближайшей двери и влетел в новое помещение. Там-то я и поймал его. Он, кажется, даже и не пытался больше сбежать. Я обнимал его за плечи, вслушивался в стук наших сердец. Вокруг было слишком просторно. Вероятно, эта комната занимала большую часть подземного этажа. Она была серой и мрачной, пока не зажёгся яркий свет. — Вас приветствует комната симуляции. Назовите любой режим, погоду, небесный объект или координаты. — Голос робота совсем выбил нас из колеи. Мейсон обнял меня в ответ, заглянул в мои глаза с явным вопросом. — Оно… работает на галлюцинациях? — прищурился я. В подтверждение моих слов рядом из пола появилась подставка с какими-то штуками для головы. — Попробуем, — пожал плечами Пайнс, взяв один прибор со стойки. Я, хоть и колебался, но всё же тоже водрузил на свою голову эту… штуку. — Я хочу посмотреть на джунгли, — выдохнул я, прикрыв ресницы. — Никогда не видел их. — Правда? — послышался шепот Мейсона. Я кивнул в ответ. — Знаешь, я ведь тоже не был, если так подумать, — задумался он. — Так что прогуляемся по ним вдвоём.       Я открыл глаза, и передо мной сразу же появился широкий мокрый лист. Стоило только поднять взгляд, как глаза слегка обожгло ярким светом от местного солнца. Пахло цветами; воздух прел от обилия влаги. Пайнс с улыбкой оглядывался по сторонам, трогал всё подряд. Он взял меня за руку и потянул за собой в самую чащу. Всё было слишком реальным… — Я сходил с корабля всего несколько раз, — совсем тихо произнёс я. — Тридцать лет в космосе посреди какой-то посудины, на которую мне закидывали пленников. Даже выходя на бой, я бился только в космическом пространстве или на чужих кораблях. — Мои пальцы Мейсон стиснул только сильнее. Он остановился на несколько мгновений, положил одну ладонь на щёку. — Только представь, сколько всего я пропустил. Я ведь даже не спускался на завоёванные планеты. Я знал только состояние ресурсов и больше ничего… — Почему ты не покидал корабль? — спросил Пайнс, спустившись ладонью к моей шее. Я был готов к тому, что он меня задушит, но он гладил меня и ласково перебирал пальчиками кончики моих волос. — Тебе было страшно, что тебя убьют? — Я просто считал, что не нужно тратить на это время. — Я пожал плечами, закусил нижнюю губу. — Ты представляешь, какой я на самом деле идиот? Пропустить вот так большую часть своей жизни мимо ради самоудовлетворения от растущих карт владений… — Главное, что ты понял всё сейчас. — Мейсон прижался к моей груди, прикоснулся к виску в тягучем поцелуе. — Ты не один, Билл. Здесь мы посмотрим все пропущенные тобой миры и потрогаем всё, что только можно. Поверь мне, мы будем счастливы. — Ты не представляешь, как я хочу тебе верить. — Я щёлкнул его по носу, сам улыбнулся. В своем отражении на росинках я видел, как светились мои собственные глаза.       Мейсон совсем по-детски быстро чмокнул меня в губы и сделал шаг назад. Я уже знал, что это могло значить. — Догоняй! — громко сказал он. Я не мог ему отказать…