Сабля

Хаким снял мешок с головы пленника. Внешне, он был похож на него. Оба смуглые и кучерявые, но тот, что сидел связанным на стуле был намного старше. Араб что-то проговорил на родном ему языке, за что получил от Хакима не слабую затрещину. - А это не лишнее? – спросил его Пабло. - Это ещё ласково – ответил Хаким – Учитывая род деятельности этого мудака. - Мне казалось «Восток – дело тонкое». - Я родом из Северной Африки. – парировал Хаким и Пабло замолк, оценив аргумент. Между тем, Хаким обратился к пленнику: - Я знаю кто ты – Амар бен Мехмед – сказал он – С этого момента ты будешь говорить по испански, чтобы не только я, но и мой друг всё понимал. Когда Амар изрёк очередной поток брани, то получил новый удар, от которого Пабло поморщился, так как на месте Мехмеда ему на мгновение представилась Марисса. Сердце тут же заныло от боли. Такое бы ему не простили. Так, хватит! Нужно прийти в себя. Не хватало ещё, чтобы у него глюки начались. Пабло встряхнул головой и сосредоточился на допросе. По каналам брата Хакима удалось выяснить, что именно этот человек продал его Мариду. Но Пабло впервые видел его. Как и Хаким, Пабло склонялся к мысли, что Амар не более чем посредник. Настоящего похитителя ещё предстояло опознать. - Итак, первый вопрос: зачем ты продал Пабло Мариду? Амар ответил на этот раз более жалобно, но получил новую оплеуху. - Тоже самое, но по испански! - Он хотел, чтобы Пабло умер. - Марид? – спросил Пабло, на что Амар мотнул головой. - Другой. Он пришёл ко мне и предложил немалые деньги, как посреднику. Я подстраховка на случай если бы копы копнули чуть глубже. - Дерьмовая подстраховка – фыркнул Хаким. - Нормальная, учитывая тот факт, что никто не брал в расчёт наш возможный побег. – сказал Пабло – А также то, что Амар скорее козёл отпущения. Ведь так? Амар разочарованно опустил голову. - Так я и думал. – улыбнулся Пабло и пояснил Хакиму – Видишь ли, мою смерть подстроили идеально. Но даже с фальшивым телом виновных бы не перестали бы искать сразу. И нужен был тот, на кого, в случае чего, нужно было спихнуть моё «убийство». - Ого, а ты глубоко мыслишь – оценил Хаким – Не ожидал. Пабло сам не ожидал. Всего пару дней назад его волновала только Марисса. Весь его разум был забит мыслями о ней. Участие в расследовании Пабло принял не в последнюю очередь от того, что как раз искал способ отвлечься от гнетущих мыслей. - Тебя использовали – с притворным сочувствием сказал Хаким – Но ты можешь отомстить нанимателям, а заодно заслужить у нас милосердие. - Я не видел его лица. Он назначил встречу в трущобах и пришёл в балаклаве. Предложил деньги – если я возьму тебя и переправлю к Мариду, но не я тебя похищал. Клянусь! Амар выглядел жалко. Взрослый мужик скулил, как маленькая девочка. Пабло думал, что неужели вот так выглядят настоящие торговцы живым товаром. Мучают слабых, чтобы самим казаться крепче. - У него были какие-нибудь приметы? – спросил Хаким – Хотя бы что-то, что поможет его опознать. - Не знаю. – покачал головой пленник – Переговоры с ним были короткими. Он никак не представился, сказал, что как только Пабло окажется у Марида, то мне прямо в семь секунд переведут деньги. - Прямо так и сказал? – спросил Пабло. - Да! Клянусь. Он замолчал. Молчали и Пабло с Маридом. Последний выглядел крайне задумчивым и бледным. - Пабло, - наконец прервал тишину Хаким – Выйди ка по дыши воздухом. Пабло послушался. Он знал, что ждёт Амара. Понимая, что тот заслужил свою участь, Пабло тем не менее не желал смотреть, что Хаким сделает с ним. Они сдержат слово и проявят милосердие, даровав пленнику быструю смерть. - Честно, я не знаю, что дальше. – признался Хаким, когда они десять минут спустя сидели на скамейке в парке и разговаривали – Видимо, твой враг тот ещё перестраховщик. - Я по прошу помощи у своего отца. – вдруг сказал Пабло. - Хорошая идея. – оценил Хаким – Он итак тебе постоянно предлагает поддержку, но ты отнекиваешься. - Просто не хочу втягивать свою семью в это – Пабло развёл руками – Но, видимо, придётся. - Сеньор Бустаманте, к вам пришёл ваш сын. – заявила секретарша, как только Серхио вернулся с обеда. Бустаманте-старший немного удивился этой новости. Обычно, сам он не приходил. Это Серхио его навещал или звонил. - Пригласи его. - Он в вашем кабинете. Он сказал, что у него для вас подарок, в его руках была подарочная коробка. - Отмените сегодня все встречи. – сказал Серхио и войдя в свой кабинет, удивился тому, что никого там не было. Он уже развернулся, чтобы выговорить секретарше, но Пабло стоял у двери. Закрыв за отцом дверь, он запер её на засов. - Пабло, всё в порядке? – спросил Серхио, которого настораживали холодные глаза сына. - Нет. - Понимаю. – осторожно заметил отец – Ты столько пережил. - Оставь своё лицемерие – холодно сказал Пабло. - Прости? - Сначала ты отдал меня в рабство, а теперь подлизываешься? - Пабло… - Серхио поморщился и примирительно развёл руками – У тебя паранойя. Это не твоя вина, ты слишком пострадал… Серхио прервался, когда на пол упала длинная и тонкая коробка. Теперь Пабло держал в руке заточенную саблю. Отец в испуге вытаращил глаза. - На колени! Руки перед собой, чтобы я их видел! – тихо рычал Пабло так, чтобы его слышал только отец. - Пабло… - Живее! Серхио повиновался. Опустившись на колени, он стал напоминать приговорённого молящего о помиловании. - Если попробуешь вызвать помощь, перережу горло. – пригрозил Пабло и, чтобы прибавить вес словам, приставил саблю к шее. - Хорошо-хорошо Пабло, я на коленях, как ты и хотел. Но я не понимаю, почему мой сын решил, что именно я его отправил в рабство. - Мы с Хакимом вычислили и допросили Амара – человека который временно… владел мной, перед тем, как отправил в пустыню к садисту Мариду. – начал свой рассказ Пабло – Тот раскололся и сказал, что меня схватили по заказу человека в маске. Его личность установить нельзя было, но Амар упомянул, что при договоре об оплате, заказчик сказал, что заплатит в «семь секунд». Пабло замолчал и выразительно приподнял бровь, как бы намекая. Серхио понял, что имел ввиду Пабло и скривил губы. Чёртов Карлайл. - Насколько я помню, это любимая коронная фраза одной из твоих горилл. Впихивал всюду. Есть слова-паразиты общие для всех, а есть такие, по которым можно определить человека. Слишком много совпадений. Тебе не кажется? Серхио нехотя оценил ум своего сына, которого считал самым слабым из всех. Карлайл, был одним из тех телохранителей, который был вхож во все тайны Бустаманте. Глава семейства именно ему доверял все грязные дела. В семье его хорошо знали. Но Серхио не ожидал, что Пабло всё раскусит по одной оброненной фразе. - Умно. – оценил Серхио – Ты молодец. Умнее чем я думал. - И ты даже не будешь отпираться? – Пабло слегка удивился. - А смысл? Ты угрожаешь саблей родному отцу и если смог вычислить меня, то и мои оправдания лишь разозлят тебя. Так что не буду комедию ломать. - Комедию? По твоему это смешно?! – срывался Пабло – Ты пытался сгноить меня там! - Да. – спокойно признал Серхио – Ты разрушил мою карьеру, не мог же я так просто спустить тебе с рук. Так что да, я отправил тебя гнить в пустыню. Глаза Пабло недобро сверкнули. - Но ты не захотел там умирать. – примирительно сказал отец – Ты вырвался и вернулся домой. Я это уважаю, даже восхищаюсь. Я понимаю, что ты сейчас видишь во мне главного врага, но думаю нам пора забыть старые обиды. - Ты серьёзно? Ты впрямь думаешь, что я так просто отпущу тебя за всё, что ты сделал? - Почему нет? Ты упрятал меня за решётку, я отплатил тебе. Теперь мы квиты. Думаю, пора начать всё сначала. Пабло никак не мог понять, говорит ли отец всерьёз или тянет время. - Ну же Пабло. – настаивал Серхио – Ты доказал, что ты больше чем другие достоин наследия Бустаманте. Тебя больше ничто не сдерживает принять свою судьбу. Пабло молчал. - Раньше, ты пытался быть достойным Мариссы, которая запудрила тебе мозги, но теперь ты понимаешь, что она не стоит того. Она даже хуже тех шалашово… Договорить он не смог, так как получил удар ногой в живот. Серхио повалился на пол выдохнув весь воздух из лёгких. - Всё нормально сеньор Бустаманте? – послышался голос секретарши за дверью. Серхио хотел было позвать на помощь, но Пабло напомнил о себе снова приставив клинок к горлу отца. - Всё в порядке, Сесилия. – ответил Серхио – возвращайся к своим обязанностям. - Пабло, - сказал отец, обращаясь к сыну – Ты воздвиг свою женщину к идолу, которым она не является. Ты знаешь, чем она занималась, когда ты исчез? - Она призналась мне, что считала, будто я сбежал и начала встречаться с мужчиной. - А то, что этот мужчина появился в её жизни, до того, как ты пропал, она рассказывала? Последние слова, были подобны поезду, что на всей скорости сбивает стоящего посреди шпал человека. Поняв, что на сына подействовала столь неожиданная правда, Серхио позволил себе смелость и аккуратно поднялся. - Ты лжёшь! – наконец сказал Пабло – Марисса никогда бы мне не изменила. - Технически, он была тебе верна, так как ни с кем кроме тебя, не ложилась в постель. – согласился отец – Но, когда вы не были рядом, она активно принимала его подарки и отвечала флиртом. И не спрашивай, откуда я всё это знаю. У меня много где расставлены уши. По факту, твой побег вместе с тем муслимом – единственное, что я не смог предусмотреть. Пабло вдруг начал вспоминать. Вспоминал, как Марисса злилась, когда в жёлтой прессе всплывали статьи о её романе с каким-то бизнесменом на десять лет старше её. Называла их лжецами. Видимо, нет дыма без огня. - Ты стольким ради неё пожертвовал, - Серхио покачал головой – Желая быть достойным её. Но Марисса всего лишь женщина. А у всех женщин есть одно схожее качество: они любят храбрых и отчаянных мужчин, но выбирают в итоге, надёжных. С кем тихо и спокойно. - Я не верю тебе, - голос Пабло дрожал – Если бы не ты, то она… - Выбрала бы тебя? – скептически спросил Серхио – Может быть, она бы, в конце концов и осталась бы с тобой, но это домыслы. Факт в том, что когда ты пропал, то было много намёков на то, что тебя именно похитили. Но Мариссе было удобно считать тебя предателем, ибо это открывало возможность для новых отношений. - Хватит! Не хочу больше ничего слышать! - Правда глаза колет, а? Сынок. – Серхио наконец решился перехватить инициативу в разговоре. Он вальяжно расселся на своём рабочем месте, не без удовольствия наблюдая, как меняется взгляд Пабло. Парень вот-вот сломается. Годы плена уже подточили его психику, а поданная под правильным углом правда, может окончательно свести его с ума. Возможно, даже удастся направить саблю сына в сторону столь ненавистной девки – Конечно, когда я подстроил твою смерть, она поняла во что превратилась. Всё-таки, она не биоробот с заложенной программой и, какое-никакое, чувство вины у неё проснулось. Впрочем, если бы она действительно раскаивалась по-настоящему, то узнав о твоём спасении, она должна была в слезах кинуться тебе в ноги и, вылизывая ботинки, молить о шансе быть твоей. Обрести искупление. Но она тебя отшила. Причём грубо. Себя она любит больше. Пабло молчал, опустив саблю. Серхио понял, что выиграл эту битву. - Я понимаю твою боль. Сам, не раз обжигался. Женщины манипулируют нами, ломают нас, заставляют ради них меняться, а сами… - Хватит. – оборвал его Пабло – С меня довольно. - Как скажешь. Теперь ты понимаешь, что лучше иметь дело с родным отцом. Может быть я слишком давил на тебя, заставляя отказаться от той же музыки. Я умею признавать ошибки. В качестве моральной компенсации за годы рабства, предлагаю тебе вступить в наследство. – Серхио под деловому скрестил пальцы рук на столе. Не было похоже, что он лжёт. Сейчас он был политиком, который предлагал сделку – Ты сделал то, чего не смог бы никто из твоих братьев. Все мои активы, деньги, недвижимость. Всё это унаследуешь ты. Серхио выжидательно смотрел на сына, который опустив голову, раздумывал. Его бледное, ещё несущее в себе следы рабство лицо, выражало боль, а глаза смотрели не в этот мир. Он думал. - Решайся. – сказал отец. - Я решил – воскликнул наконец Пабло, подняв ледяной взгляд на отца. Взгляд убийцы – Я отомщу всем, кто причинил мне боль. И моё возмездие начнётся тут. Пабло запрыгнул на стол. Сабля – это тип оружия, предназначавшийся для режущих и рубящих ударов. Нанесение же колющих, согласно характеристикам, вызывало трудности. Трудности, которых Пабло не испытал. Острый и блестящий клинок, как нож в масло, вошёл промеж рёбер, пронзил на сквозь чёрное, вероломное сердце, вышел из лопаток и пригвоздил отца к креслу. Серхио Бустаманте в смеси удивления и ужаса выпучил глаза и раскрыл рот, а его крик заглушила ладонь сына, прижатая к губам. Нельзя пытаться заключать сделки с бешеными псами. Особенно с теми, коих создал сам.