Не входи в маленькую дверцу

      За окном ярко светит солнце, когда Хиро сонно раскрывает глаза. Он краем уха улавливает утреннее щебетание птиц и трёт веки, пытаясь окончательно проснуться. Поднявшись на локтях, Хиро слегка затуманенным взглядом окидывает комнату. Всё-таки это был сон? Он не удивляется, но отчётливо чувствует подступающее к горлу неприятное послевкусие разочарования.       — Худшая реальность, — тихо бормочет Хиро.       Конечно, ему и раньше снились сны с участием Тадаши. Но не такие странные и не такие реальные. Каждый из них трогал его за живое, заставлял сердце учащённо биться, а руки дрожать. Из-за таких кошмаров Хиро в испуге просыпался в холодном поту посреди ночи, чувствуя, как ему не хватает воздуха. В этих ужасных снах ему приходилось раз за разом терять старшего брата и наблюдать за тем, как он умирает. Это невыносимо, неприятно и больно. Однако были и другие сны. В них Тадаши был жив, он тянул к нему руки и что-то говорил, но Хиро никак не мог дотянуться до него в ответ, дотронуться до его кожи хотя бы на одно мгновение. Из-за таких снов наутро ему подолгу не хотелось вставать с кровати и с кем-либо разговаривать. Но этот сон был другой. Проснувшись, Хиро наконец-то смог почувствовать что-то отдалённо напоминающее… ностальгию?       Подросток скидывает с себя одеяло и поднимается с кровати. Он смотрит на фотографию Тадаши, стоящую на тумбочке. У «настоящего» Тадаши есть его красивые карие глаза. «Настоящий» Тадаши способен с теплотой смотреть прямо на него хотя бы с фотографии. Хиро улыбается одним уголком губ. Он касается кончиком пальца его щеки. Хоть сон и был странным, Хиро хотя бы посчастливилось снова «дотронуться» до него. Хотя бы так. Хотя бы во сне.       Он отводит всё ещё немного сонный взгляд от фотографии. Яркое солнце за окном и звонкое щебетание птиц подсказывают ему, что сейчас, должно быть, раннее утро. Он выходит в коридор и окончательно убеждается в этом, услышав, как тётя Кэсс собирается на работу, ходя по гостиной и кухне. Но Хиро не хочется с ней сталкиваться, ведь в «настоящей» реальности у них произошёл неприятный конфликт, а не милый ужин с блинами и вафлями.       Подросток направляется прямиком в ванную. Он принимает душ, делает всю необходимую рутину и натягивает на себя чистую одежду, которую снимает с сушилки. Когда Хиро выходит, он замечает, что тётя Кэсс всё ещё в доме, поэтому сразу же сворачивает в свою комнату, стараясь её избежать. Войдя, он останавливается и задумчиво смотрит на куклу с пуговицами вместо глаз. Она сидит лицом к его кровати. Её «передвижения» в его сне смогли напугать. Хиро подходит ближе к комоду и берёт её в руки, ещё раз внимательно осматривая. Игрушка всё ещё кажется похожей на него, будто её специально такой сделали. Вдруг Хиро хмурится, нащупав у неё под футболкой нечто твёрдое. Он вопросительно изгибает бровь, задирая футболку. Из-под неё выглядывает чёрный ключ, украшенный сверху резьбой в виде пуговицы. Хиро удивлённо моргает и снимает с шеи куклы находку. Это точно такой же ключ, который был в его сне. Но разве он всегда был на ней? Может, Хиро просто невнимательный и не сразу его заметил?       Он кладёт куклу обратно на комод и выходит из комнаты, несмотря на нежелание встретиться с тётей Кэсс. Хиро подходит к маленькой дверце. Он присаживается на корточки и проводит рукой по дереву, с которого ещё вчера днём сорвал обои. Вставляет ключ и напряжённо поворачивает его, а затем уверенно открывает дверцу. Ничего. Пусто. Треснувшие в некоторых местах кирпичи, которыми заделали проход, кажутся очень старыми. Ночью здесь не могло быть никакого тоннеля. Это действительно лишь сон. Хиро немного разочарованно касается ладонью жёстких кирпичей, отдающих прохладой. Он слышит позади себя осторожные шаги.       — О, ты всё-таки нашёл ключ, — произносит тётя Кэсс со спины.       Хиро встаёт с пола и закрывает дверцу на ключ. Он держит его в руке и уходит обратно в комнату, так ничего и не ответив женщине. Ностальгия и приятное чувство находящегося рядом близкого человека так и остались во сне. Хиро снова окунается в свою серую реальность.

***

      Хиро не может найти себе место. Он раз за разом прокручивает в голове сегодняшний сон. Воспоминания, конечно, имеют свойство искажаться со временем. С момента того, как Хиро проснулся, проходит всего лишь пару часов. Но сон всё ещё не уходит из головы подростка. Он может поклясться, что помнит каждую деталь. Тётя Кэсс уже успела уехать на работу, даже не заглянув в его комнату. Хиро полулежит на кровати, задумчиво уставившись на противоположную стену. Периодически его взгляд переходит к кукле на комоде. Её чёрные глаза-пуговицы особенно напоминают о моментах сна, когда Хиро с отчаянием всматривался в лицо «другого» Тадаши и ловил столь знакомые черты.       Хиро озадаченно сжимает губы. Внезапно он вспоминает кое-что. Ведь вчера он сам лично отнёс эту странную кукольную копию себя своей соседке. Он бросил игрушку прямо в её руки и ушёл, захлопнув за собой дверь. Неужели она как-то смогла её подкинуть в его комнату? А если так, то зачем? Слишком много вопросов.       Неожиданно Хиро ловит себя на том, что во время всех этих размышлений он слегка приподнял правый рукав толстовки и начал гладить ладонью левой руки рубцы на предплечье. Эта странная привычка появилась у него сразу после того, как ожёг более-менее зажил. Хиро одёргивает себя и спускает рукав. Он встаёт на ноги и подходит к комоду. Переживания об их с тётей Кэсс проблемах, кажется, окончательно уходят на второй план. Всё сознание Хиро заполняется мыслями о глазах-пуговицах и «другой» реальности в его сне. И ещё большим количеством вопросов, которые ему нужно срочно кому-нибудь предъявить, иначе его пытливый мозг не выдержит. Хиро решительно сводит брови и берёт в руки кукольную копию себя. Он должен задать Коралине пару вопросов, пусть даже это и значит, что ему снова придётся выйти из дома и разговаривать с девчонкой.       Время близится к обеду. На улице стоит на удивление ясная погода, хотя каждый день с тех пор, как Хиро приехал в Розовый дворец, здесь всегда было пасмурно. Он огибает дом и поднимается на крыльцо соседей, держа самодельную куклу в руках. Позади раздаётся шорох, и Хиро моментально оборачивается. Худой облезлый чёрный кот садится у подножья ступенек, ведущих на крыльцо. Он смотрит своими голубыми глазами на Хиро и дёргает хвостом из стороны в сторону. Подросток решает его проигнорировать, отвернувшись. Он стучит в дверь соседей.       Коралина не сразу, но открывает дверь, вопросительно смотря на побеспокоившего её Хиро. Должно быть, её возмутило, что прошлым вечером подросток бесцеремонно пришёл к ней, начал обвинять в глупом розыгрыше с куклой Вуду и ушёл, даже не выслушав до конца. Потому что вопросительный взгляд девчонки изменяется в недовольный за считанные секунды. Она хмурит брови и скрещивает на груди руки.       — Чего тебе, мелкий?       Точно. Хиро сразу же вспоминает, почему они не поладили с самого начала. Он в ответ поднимает руку с куклой и вопросительно смотрит на девчонку, изогнув бровь:       — Твоё?       Коралина сразу же меняется в лице.       — Подожди... Когда ты ушёл, я хотела сжечь её в камине, — менее дерзким тоном произносит она, задумчиво смотря на куклу, пока Хиро мысленно себя спрашивает, зачем ей вообще было прибегать к таким радикальным мерам. Конечно, кукла слегка жутковатая, но почему её нужно было сжигать? Коралина продолжает: — Я ушла за спичками в другую комнату, а когда вернулась, её уже не было.       Её голос звучит встревожено, а в глазах появляется опасение. Но Хиро ничего не понимает. Он уже от всего устал.       — Бред, — рассерженно цокает языком он. — Не могла же кукла сама прийти в мою комнату!       — Хватит на меня кричать! — вдруг серьёзно произносит Коралина и хватает Хиро за свободную руку, потянув его на себя и тем самым заставив войти в дом.       Хиро оказывается внутри помещения, наблюдая за тем, как девчонка закрывает за ними дверь. Она точно какая-то странная, убеждённо думает подросток, пока Коралина оборачивается к нему, осматривая внимательным взглядом.       — С тобой случайно, — неуверенно начинает она, — не случалось ничего необычного этой ночью?       Хиро недоуменно моргает. Она о его сне? Но можно ли назвать этот сон необычным? Запоздало он тихо отвечает:       — Вроде... да.       — Ты должен рассказать мне всё, — серьёзно произносит Коралина, положив ему на плечо руку. — Пошли.       Они проходят дальше по коридору и оказываются в гостиной с камином, стеклянными игрушечными шарами на нём и портретом грустного маленького мальчика, у которого упало на землю мороженое. Хиро всё ещё не совсем доверяет Коралине. Он с интересом осматривает её синие волосы и серьёзное лицо с веснушками на щеках. Да, она странная. Но как она узнала о его сне?.. Или это просто совпадение? Слегка нерешительно и неуверенно, но Хиро всё-таки рассказывает девчонке о своём реалистичном сне про маленькую дверцу и тоннель, который он обнаружил, про чёрный ключ, другой Розовый дворец и другую тётю Кэсс с пуговицами вместо глаз. Про детали и живого старшего брата, который умер в реальности, Хиро умалчивает.       — Но это был лишь сон, — убеждённо заканчивает подросток. — Я открыл дверцу сегодня утром, но за ней одни кирпичи.       Коралина выслушивает его очень внимательно, будто концентрируясь на каждом слове. Хиро даже начинает это слегка настораживать. Вдруг она снова хватает его за левую руку и тянет за собой. Что за дурацкая привычка?       — Ты должен кое-что увидеть, — решительно заявляет она, не дав Хиро ни единого шанса на протест и возмущение. Коралина подводит его ближе к боковой стене и указывает рукой куда-то вниз. Хиро опускает взгляд и широко раскрывает глаза. Стена обклеена обоями, но внизу сквозь них кое-что виднеется. Подросток чётко видит очертания маленькой дверцы; точно такой же, как в их с тётей Кэсс части дома. Удивлённый взгляд Хиро сменяется на задумчивый.       — Мне кажется, за этой стеной расположен наш коридор, — тихо произносит он, стараясь воссоздать в голове планировку дома. — Эти двери находятся напротив друг друга…       — Послушай, — перебивает чреду его мыслей Коралина, снова кладя руку на его плечо. — Ты ни за что не должен входить в эту дверцу. Никогда. Это был не сон, а реальность. Ты должен мне довериться.       Она настойчиво смотрит на Хиро, в то время как тот лишь недоуменно отводит взгляд, всё ещё неуверенный, можно ли воспринимать слова девчонки всерьёз. Это же какой-то бред, да? Сказанные ею слова не поддаются логике. Ну и что, что у неё есть такая же дверца. Это не значит, что сон, который ему сегодня приснился — реальность. Хиро чувствует, что от него ждут какого-то ответа, но он не знает, что сказать. К счастью, их разговор прерывает звенящий из другой комнаты телефон.       — Мне нужно ответить... Подожди здесь, хорошо? — Коралина отходит к двери, внимательно смеряя его взглядом. Она удаляется в другую комнату отвечать на звонок, а Хиро остаётся один в совершенной растерянности. Он переводит взгляд на маленькую дверцу. Если подумать, то вполне логично, что она здесь. Ведь дверца в их квартире должна куда-то вести. Видимо, между ними было какое-то пространство в стене, которое решили заложить кирпичами, чтобы разбить дом на две части. Но почему эти дверцы такие маленькие? Мозг Хиро, кажется, получил ещё больше вопросов, нежели ответов.       Подросток выходит из гостиной в коридор. Он слышит, как в соседней комнате Коралина разговаривает с кем-то по телефону. Хиро подходит к парадной двери. Он со вздохом трясёт головой, будто стараясь сбросить с себя тяжесть мыслей, и выходит на крыльцо. Это бред. Хиро не станет верить странной соседке, с которой он даже толком не знаком. Он спускается вниз по ступенькам и возвращается к себе в квартиру, сопровождаемый пристальным взглядом чёрного облезлого кота.

***

      Хиро и тётя Кэсс ужинают за столом. Подросток безэмоционально тычет вилкой в разогретый в микроволновке обед-полуфабрикат. Аппетита нет. Тётя Кэсс кажется тихой со вчерашнего вечера. Придя домой, она с ним так ни о чём и не решается заговорить. Ужин проходит в тишине, изредка нарушаемой звонким стучанием столовых приборов о тарелки. Женщина с задумчивым видом трапезничает, явно погружённая в какие-то свои мысли, пока нечто не заставляет её вспомнить о чём-то и поднять на Хиро взгляд.       — Когда я приехала, то встретила у нашего крыльца Коралину, — вдруг произносит она, нарушив тишину. Коралина, точно. Её Хиро игнорировал весь сегодняшний день. Она звонила в дверной звонок и стучалась, но он для себя чётко принял решение, что она всё-таки сумасшедшая и не стоит слушать её бредни. Тётя Кэсс продолжает: — Она была очень обеспокоена и спрашивала, не знаю ли я, где ты. Я не стала её впускать, так как знаю, что ты… не любишь гостей. Что-то случилось?       Хоть что-то тётя Кэсс в состоянии сделать правильно, думает про себя Хиро. Он не хочет ей ни о чём рассказывать. У него совершенно нет никакого желания. Со смерти их с Тадаши родителей она была единственным человеком, который смог позаботиться о них. Конечно, Хиро должен быть благодарен. И он благодарен. Просто она всегда казалась ему заменой. Да, она родная сестра их матери. Да, она искренне хочет помочь. Но и они с Тадаши будучи детьми, и сама женщина всегда это понимали. Она никогда бы не смогла заменить их родителей. В точности как она никогда не сможет заменить Хиро старшего брата.       Подросток невольно цокает языком и вздыхает.       — Нет, просто… не волнуйся об этом. Ничего особенного.       Тётя Кэсс явно улавливает негативный настрой племянника, но предпочитает промолчать. Она опускает руку в карман кофты и достаёт оттуда сложенный вчетверо тетрадный лист. Женщина протягивает его Хиро со словами:       — Это Коралина передала.       Хиро вопросительно смотрит на послание, взяв его в руки. Он разворачивает лист и про себя читает одно единственное предложение, написанное неровным почерком: «Не входи в маленькую дверцу». Хиро хмурится, ещё раз пробегая взглядом по фразе. Что за странная девчонка… Подросток встаёт из-за стола с задумчивым видом. Он безмолвно уходит в свою комнату, так и не доев ужин. Тётя Кэсс лишь провожает его усталым взглядом и решает не вмешиваться с расспросами, за что он, ей-богу, благодарен.       Хиро входит в комнату и кладёт записку на комод рядом с куклой, которую он снова забыл отдать Коралине, поражённый той чепухой, что она ему наплела. Он устало проводит рукой по лицу, быстро переодевается в пижаму и ложится в постель. Очень странно, что при депрессии человек достигает изнеможения и вялого состояния так быстро. Его собственные мысли и переживания будто выжимают всю жизненную энергию. Хиро нужен отдых, но он не может перестать думать. Поведение Коралины всё ещё кажется странным и непонятным. Увидев куклу, она очень испугалась, несмотря на то, что, скорее всего, это она сама её подсунула, а теперь пытается ему внушить, что за дверцей действительно что-то есть. Но Хиро не верит. Да что уж там, он её даже толком не знает. Она точно бредит. Да и что опасного может быть во снах? Хиро проверял дверцу после их встречи целых три раза. Она заложена кирпичами — это и есть настоящая реальность. Значит всё, что он якобы видел за несуществующим тоннелем, всего лишь сон, а она просто сумасшедшая. А может и он сам уже постепенно становится таким…       Хиро переводит взгляд на фотографию Тадаши. На неё как всегда падает тень. Он смыкает глаза и переворачивается на спину. С самого детства посвятив себя науке, Хиро сейчас даже становится смешно, что слова Коралины смогли возыметь на него влияние, и на единую долю секунды он поверил в эту небылицу с дверью. Это всё был лишь сон, а подросток просто перенервничал. Он постепенно засыпает, стараясь отогнать от себя все мысли.       Через некоторое время посторонний звук вырывает его сознание из оков дрёмы. Это скрежет, звучащий в ночной тиши дома. Заспанный Хиро хмурится, поняв, что он донёсся из коридора. Подросток встаёт с кровати, чуть пошатываясь на месте. Он хочет выйти из комнаты, но вдруг останавливается у комода. Посмотрев на куклу с пуговицами вместо глаз, Хиро невольно зевает. Он пожимает плечами собственным мыслям и снимает с её шеи ключ. Затем бросает быстрый взгляд на фотографию Тадаши, обернувшись, но тут же отмахивает от себя какие-либо сомнения. Хиро чувствует себя очень заспанным. Всё вокруг будто окутывает полупрозрачная пелена. Подросток проходит сквозь темноту по коридору и присаживается у маленькой дверцы. Вставляет ключ и систематично поворачивает его, открывая проход.       Тоннель, переливающийся фиолетово-синими красками, вновь озаряет его лицо. Хиро жмурится от яркого света. Он чувствует, как сердце начинает биться чаще, а дыхание замирает. Несмотря на запрет Коралины, Хиро нервно прикусывает губу и заходит внутрь.