Out of the Black

      Даниэль невидимой волной отбросило на каменный пол. От сильного удара в голове зазвенело. Она перевернулась на живот и прорычала сквозь зубы очередное проклятие, вызвав смех Долохова.              - Вставай! Ещё раз! В бою никто не будет ждать, пока ты придешь в себя.              За пару шагов он преодолел расстояние между ними. Она увидела носки его сапог в нескольких сантиметрах от своего лица. Невидимые мошки перед глазами кружились в своем танце, затылок нещадно саднил, напоминая о недавнем ударе.              - Вставай, слабачка, - насмешливо протянул он. - Не заставляй меня поднимать тебя.              Даниэль молниеносным движением палочки применила колющее заклятие, вонзив невидимый нож ему в ногу. Долохов взвыл от боли и неожиданности и согнулся пополам. Этих мгновений ей хватило, чтобы вскочить на ноги и, подлетев к нему, ударить его под дых. Задыхаясь, он вновь рассмеялся.              - Недурно. Ты все же не так плоха, как мне показалось в первый день.       - Да чтоб тебе пусто было! Как ты мог применить ко мне ЭТО? Что это, кстати, было?       - ЭТО пока для тебя слишком сложно. Сначала нужно отработать скорость твоего соображения. Ты все ещё слишком долго думаешь, а должна ориентироваться за доли секунды. И отработать скорость владения палочкой. Неудивительно, что авроры нам всегда проигрывали, если их учили так же, как тебя.              Гнев волнами накатывал на Даниэль.              - Не забудь, что именно авроры поймали тебя и упекли в Азкабан, - зло прищурив глаза, ответила Даниэль.       - Им просто повезло. А тебе точно не повезёт, если продолжишь мне дерзить. Послезавтра вечером в это же время. И вспомни основы невербальной магии.       - Я прекрасно владею невербальной магией! - сжав руки в кулаки, воскликнула она. Он усмехнулся.       - Вот и проверим. И захвати заживляющую мазь. Или используй заклинание. Не стоит привлекать внимание к своим ранам, - Антонин легко прикоснулся пальцем к ее щеке, заставив Даниэль отпрянуть от него как ужаленную. - Правильно делаешь, что боишься, - он схватил её за руку и дёрнул к себе. Она охнула от неожиданности и, стараясь скрыть испуг, подняла голову, чтобы посмотреть на него. - Я не доверяю аврорам. И уж точно не доверяю тебе.       - А я тебе! - гневно крикнула Даниэль и выдернула руку из его железной хватки.              Я стала слишком часто повышать голос.              - Счастливо оставаться, Рутланд. И сделай что-нибудь со своей щекой.              Даниэль бессильно закрыла лицо руками. Это оказалось во сто крат хуже, чем она могла предположить.              Малфой-мэнор с каждым днем все больше напоминал военный штаб. Незнакомые люди группами прибывали в особняк, сновали туда-сюда, шушукались, прятались в тёмных углах, скрывая свои лица глубокими капюшонами. Даниэль понимала - Волдеморт что-то затевает и это "что-то" произойдёт весьма, весьма скоро. Никакой информации она не получала, ровно как и заданий, кроме одного - тренировки с Антонином. Она начинала жалеть, что согласилась на весь этот кошмар, поскольку не видела от этого абсолютно никакой пользы ни для себя, ни для Ордена.              Вся ее жизнь свелась к заколдованному замкнутому кругу: Министерство, Малфой-мэнор, Долохов, избегание Эдриана, площадь Гриммо. Даниэль почти переехала к Сириусу, ибо находиться одной в доме стало для неё невыносимо. Но даже его горячие объятия не спасали ее от кошмаров, что следовали за ней по пятам. Каждую ночь она просыпалась в слезах от того, что Сириус тряс ее за плечи в попытке разбудить. Ей снилось, что какая-то неведомая, тёмная сила вселяется в нее, поглощая полностью все ее естество. Это парализовывало. От ужаса она пыталась кричать, но немой вопль застревал в горле, не давая вымолвить ни звука. Мир вокруг начинал сотрясаться, и Даниэль просыпалась, укрытая кольцом сильных мужских рук.              - Тихо, тихо, это всего лишь сон, - шептал Сириус каждый раз, гладя ее всхлипывающую по голове. В первый раз от его ласковых слов Даниэль даже разразилась рыданиями. - Дэни, все хорошо, это просто сон, это не по-настоящему.              В одну из ночей она не заснула, помотала головой и, втянув голову в плечи, обняла себя за колени. Сириус сел и, облокотившись на высокое бархатное изголовье кровати, закурил две сигареты, протянув одну из них ей.              - Снова кошмар?       - Да, - тихо ответила она, крутя в пальцах сигарету. - Прости. Наверное, мне надо спать у себя, чтобы не беспокоить тебя...       - О, Мерлин, спаси меня. Нет, тебе точно не надо спать у себя. И ты меня не беспокоишь, с ума сошла? Меня больше беспокоит, что с тобой происходит.       - Понятия не имею, - Даниэль выдохнула в потолок струйку белого дыма. - У меня сдают нервы, мне нужно зелье для сна без сновидений. Завтра же попрошу у Снейпа. И почему я раньше не подумала?       - Ты же понимаешь, что причина кошмаров никуда не денется? - спросил он, чертя на ее спине невидимые узоры. - И его нельзя принимать постоянно.       - Но так я хотя бы уберу следствие.       - Может, тебе стоит отказаться от этой затеи? Поговори с Дамблдором, он же не изверг, он поймёт.       - Да ну тебя с твоим Дамблдором. Ему все равно. Он играет в свою игру, и до нас ему нет дела. Он ничем не лучше Волдеморта.       - Зря ты так.       - Сириус, бога ради, прекрати его защищать! - повысив голос, раздражённо сказала она и повернулась к нему. - Хватит. Ты думаешь, что Дамблдор - свет в окошке? Это ни черта не так! Он играет нами по своим правилам. Он даже хуже Волдеморта, ибо с тем все понятно! А что замышляет Дамблдор? Никто не знает! Даже примерно.       - Мне не очень нравятся твои речи. Попахивает бунтом. Уж не начала ли ты проникаться идеями Волдеморта?       - При чем тут идеи? Я говорю о личности Дамблдора и не оправдываю Волдеморта. Они друг друга стоят, и я бы не доверяла до конца Дамблдору, особенно на твоем месте.       - Что ты имеешь в виду? - нахмурился он.       - А то, что сейчас ты зависим от него более, чем кто-либо другой. И его бесконечное желание запереть тебя тут... С чего бы ему это нужно? Да и вообще вся эта история с твоим арестом слишком уж странная...       - Не думаешь ли ты, что Дамблдор имеет к этому отношение?!       - Нет, я думаю, что он с лёгкостью мог повлиять на это, но в силу своих, одному ему известных, планов не стал этого делать, - она вздохнула и положила голову ему на грудь. Сириус хмурился. - Прости, что подняла эту тему. Я не знаю, куда деться от своего бессилия и говорю всякую ерунду.              Несколько минут он молчал, машинально гладя ее по плечу. Когда третья сигарета подошла к концу, он, наконец, заговорил.              - Не такая уж ерунда, если подумать. Господи, ну почему ты всегда вскрываешь эти только что затянувшиеся нарывы? Иногда я думаю, что ты - мое наказание. Как злой рок.       - Перестань, я вовсе не хочу быть твоим проклятием, - уткнувшись носом ему в шею, тихо ответила она. - Единственное, чего я хочу - чтобы все стало проще. Я не желаю больше прятаться и юлить, я устала. А еще... Ещё я вижу, что происходит, и у меня мороз по коже. Нам не выиграть, Сириус.       - Эй, ну что за мысли снова? Как мне прогнать это из твоей головы? Нельзя идти на войну, заранее думая, что проиграешь.       - Сотри мне память и оставь там только нас вдвоем.              ***              Даниэль глубоко вздохнула - Эдриан опаздывал.              Несколько недель бездействия в итоге заставили ее начать предпринимать хоть какие-то шаги. Первым и пока единственным пунктом ее плана было вызволить из плена Джейсона Аддингтона. Было совершенно непонятно, с чего начинать поиски, поэтому Даниэль решила действовать через один известный ей инструмент влияния в кругах Пожирателей.              Хлопок и перед ней возник он: серьёзный, хмурый и, как всегда, красивый. Смахнув назад непослушную каштановую челку, он посмотрел на нее. Даниэль давно не видела его и поневоле залюбовалась.              - Извини, пришлось немного задержаться. Давно ждёшь?       - Ничего, все нормально, - мотнула головой она, кутая шею в шарф.       - Ты не замёрзла? Пройдемся?       - Пойдем.              Они двинулись по заснеженному парку в неловком молчании.              - С Днем рождения, - решила нарушить тишину Даниэль.       - Приятно, что ты помнишь. Спасибо.       - Пожелание требуется?       - Ты знаешь единственное мое желание.              Даниэль бросила на него хмурый взгляд.              - Как жаль, а у меня есть для тебя подарок.       - Подарок - это интересно. И где он?       - Получишь чуть позже, - она улыбнулась в ответ на его приподнятые брови.       - Надеюсь, это то, о чем я думаю.       - Надейся, - рассмеялась она, стукнув его по плечу. Эдриан улыбнулся.       - Как приятно слышать твой смех. Мне кажется, что последний раз ты смеялась еще до Рождества.       - Примерно тогда, - улыбка Даниэль погасла.       - Я не буду ходить вокруг да около, Дэни, и спрошу сразу. Зачем ты ввязалась во все это? Ты ведь не поддерживаешь его идеи. Ты хотела что-то доказать мне? В этом не было никакой необходимости.       - Но ведь когда-то придётся выбирать? Все идет к этому, ты сам говорил. И вообще мне...       - И вообще тебе стало интересно, да?              Даниэль удивлённо посмотрела на него.              - Я неплохо тебя изучил, дорогая. Ты любопытна сверх меры, хотя иногда даже не отдаёшь себе в этом отчет.       - Да, наверное. В любом случае случилось так, как случилось. Отступать поздно, да?       - Пока ещё возможно. Поэтому советую тебе подумать над этим, пока не поздно.              Даниэль закусила губу. Ей было странно легко, странно спокойно, впервые за последние недели.              - Дэни, - Эдриан взял ее за руку. - Перестань мучить меня своей холодностью. Ты не представляешь, как сильно я жалею о том вечере. Если бы только у меня была возможность все исправить.       - Эдриан, а ты не представляешь, как сильно меня задело твое недоверие.       - Я уже извинился.       - И все, что было после. Ладно, то, что ты явился в Ниццу без приглашения, я могу понять. Но то, что ты устроил после первого собрания...       - Тебя ведь тоже захлестнули эмоции. Не отрицай, я знаю, что это так. Когда я увидел тебя там... Ты и представить себе не можешь, что я испытал. А потом эта ваша приватная беседа. Я чуть с ума не сошёл.       - Я понимаю, что на тебя нашло. Но ты все же должен был отдавать себе отчёт в том, что делаешь. Воспользоваться моей слабостью было низко. Если бы не Малфой...       - Мне снесло голову. Ты обладаешь феноменальной способностью выводить меня из себя.       - Перестань, это просто отговорки.       - Ладно, давай так. Можешь испытывать меня на предмет возможности доверять. Договорились? Можешь мучить меня капризами, плохим настроением, злостью, чем угодно. Только перестань делать вид, будто тебе все равно. Потому что это неправда.       - Ты не знаешь точно.       - Неужели? - он резко остановился и притянул ее к себе. Одна его рука легла на талию, второй он ласково прикоснулся к ее щеке. - Ну, давай, скажи, что ты ничего не чувствуешь. Скажи, что тебе все равно.              Даниэль сглотнула - Эдриан был прав. Как бы ей не хотелось, но она понимала, что безразличие - вовсе не то, что она ощущала. Сердце забилось быстрее, а сильная рука, обнимающая ее за талию, приятно расслабляла.              - Эдриан, пожалуйста, перестань давить на меня.       - Я не давлю на тебя, а хочу знать, что между нами происходит.       - Хотела бы я знать, - пробормотала она, отстраняясь от него.       - Ты знаешь, и я знаю.       - Все это слишком сложно, Эдриан. Почему бы тебе просто не найти себе другую девушку?       - Мне не нужна другая девушка. Мне нужна ты.              Даниэль молча смотрела на него, закусив губу, чтобы скрыть улыбку. Эдриан отреагировал на ее провокацию ровно так, как нужно было, так, как она ожидала.              - Но...       - Никаких но. Сколько еще раз мне надо это повторить? Я не хочу быть ни с кем, кроме тебя. Хочешь проверять меня - пожалуйста. Я, может быть, даже это заслужил. Но мы оба знаем, что должны быть вместе.              Даниэль молчала, не сводя с него глаз. Внезапно ветер стих, а с неба посыпались большие пушистые хлопья снега.              - Ладно, пусть будет по-твоему, Эдриан.              Он победно улыбнулся. Эдриан всегда знал, что для примирения с девушкой необходимо доказать ей, что жизнь без нее - не жизнь. Этот прием не раз выручал его, хотя в случае с Даниэль ему даже не пришлось врать, разве что немного преувеличить. Он действительно скучал, и злился, и чувствовал себя виноватым. Не находил себе места, бесконечно прокручивая в голове совместные воспоминания. Он не думал, что Даниэль откажет ему, потому как знал, что она неравнодушна к нему. Но все же ее согласие подарило ему чувство облегчения, будто тяжелый камень упал с плеч и дал возможность вдохнуть полной грудью.              - Неужели моя снежная королева оттаяла? Пожалуй, это стоит отметить.       - Эдриан, мы в лесу, - насмешливо сказала она. - И на улице зима, если ты не заметил.       - Это ты кое-что не заметила, - улыбнулся он, кивком головы указывая за ее спину.              Обернувшись, Даниэль ахнула: прямо позади нее стояла большая открытая беседка, увешанная светящимися желтыми гирляндами.              - Почему я не удивлена? - улыбнулась она. Ее глаза счастливо сияли в мягком свете огоньков.       - Я так скучал по этому взгляду. Пойдем, - Эдриан взял ее за руку и повел внутрь.              В воздухе парила бутылка шампанского и два бокала.              - То есть ты был уверен, что я соглашусь? Потрясающая самоуверенность, я даже немного оскорблена.       - Нет, я бы все равно привел тебя сюда, - ответил он, открывая шампанское. Пробка с треском вылетела из бутылки, оставляя дымящееся горлышко открытым. Эдриан протянул ей бокал. Шампанское приятно щекотало язык легкой кислинкой, одним своим присутствием суля праздник.              Даниэль сделала еще глоток и, отвернувшись, отошла от Эдриана к краю беседки. Сумерки опускались на лес, а снега становилось все больше. Эдриан подошел к ней и, осушив бокал, оперся локтями на перила.              - О чем думаешь?       - О том, что есть кто-то, кто сейчас сидит дома и с тоской смотрит на этот чудесный снегопад, не имея возможности выйти на улицу.       - Интересная мысль, - повернулся он к ней. - И кто же это?       - Кто-то очень одинокий, - протянула она, не глядя на него.       - И что же, по-твоему, мешает ему выйти?       - Обстоятельства. Но прежде всего он сам.              Сириус, Сириус... Надеюсь, ты простишь меня за это, но я просто не могу по-другому. Он - мой единственный шанс справиться. Без него я не смогу ничего сделать. Я не могу вычеркнуть его. Не сейчас.              - Эдриан, ты сказал, что я пока могу передумать?       - Можешь. Только это будет сложно.       - У меня к тебе будет просьба. Знаю, она покажется тебе странной, но мне нужно знать все, чтобы окончательно принять решение.       - Я слушаю.       - Ты можешь показать мне, где и как содержатся пленники.       - Я всегда знал, что ты странная, но теперь понимаю, что ты просто чокнутая. Как содержатся пленники Темного Лорда... А как по-твоему они могут содержаться? Живы и ладно. Не надо быть Трелони, чтобы понимать это.       - Но я...       - Перестань, ты же не сумасшедшая Белла. Зачем тебе это?       - Убедиться, что он жестокое чудовище?       - А ты что, сомневаешься в его жестокости?       - Это значит "нет"?       - Нет, ни при каких обстоятельствах.       - Ты все еще не доверяешь мне?       - Есть вещи, которые тебе не нужно видеть, Дэни. И дело тут вовсе не в доверии. Это зрелище не для девушки вроде тебя.       - Всё так плохо? Они там что, умирают?       - Пока нет. Но подвал Малфоев вовсе не то место, где люди чувствуют себя хорошо. Знаешь, там ведь сохранилась средневековая пыточная.       - Зачем? Ведь есть Круцио. И много других заклятий.       - Некоторым доставляет особое удовольствие делать все своими руками, - брезгливо скривился он. - Макнейр обожает это, не зря работает палачом в Министерстве. Так что нечего тебе любоваться на это.              Значит, они в подвале. Слишком мало информации, слишком.              - Значит, не покажешь?       - Нет, и не проси.       - А в мыслях?       - Что?       - Ты можешь поделиться воспоминаниями.       - А чем это будет отличаться от очной экскурсии? Ты меня не проведешь, красавица моя. Я хоть и очарован тобой, но есть вещи, на которые ты не можешь влиять. И это не тот случай, где ты можешь мной манипулировать. Я вижу тебя насквозь.       - Я знаю, что ты слишком умен для этого, поэтому я бы и не пыталась. Зачем тратить время на заведомо неудачные попытки? Да мне это и не нужно. Это была всего лишь просьба. Если ты считаешь, что мне лучше этого не видеть - пусть будет так, - спокойно ответила Даниэль, легко улыбаясь, будто они за светской беседой затронули тему погоды.              То, с каким достоинством и смирением она уступила, польстило ему. Эдриан не заметил в сказанном ничего странного, только улыбнулся, довольный ее словами и мягкостью, в очередной раз ловя себя на мысли, как сильно ему нравится, что и как она говорит и делает, и насколько идеально она подходит ему. Сделав глоток шампанского, он повернулся к ней.              - Ты не замёрзла? Можем уйти, если хочешь.       - Куда?       - Куда скажешь, - осторожно ответил он, делая шаг и кладя руки ей на талию, боясь, что она оттолкнет его. Даниэль молча смотрела на него, напряжённо ожидая дальнейших действий. - Могу проводить тебя домой.              Эдриан тихо рассмеялся, когда она удивлённо подняла брови.              - Я обещал не давить на тебя.       - Я тоже скучала, но провожать меня не обязательно, - улыбнулась она, наклоняя голову, чтобы потереться щекой о его руку.       - Уверена?       - Уверена. Лучше иди домой и подумай о том, чем мы займемся завтра вечером.       - С удовольствием, красавица моя. Заберу тебя завтра в половину седьмого из дома.       - Договорились. Ты невероятно упрям, ты в курсе?       - Я устал говорить, что хочу быть с тобой. Ещё пара таких фраз, и это начнёт звучать унизительно.       - Ладно, ладно, я поняла, - она шутливо подняла руки вверх и, улыбаясь, вплотную приблизилась к нему. Эдриан с интересом наблюдал за ее действиями. Даниэль положила руки ему на плечи и, встав на цыпочки, почти коснулась его губ своими. - Иногда я рада твоему упрямству. Его хватит на двоих.       - Поэтому тебе стоит прекратить упрямиться и принять уже тот факт, что я никогда не дам тебе уйти. Никогда, - ответил он, целуя ее.              Как всегда под натиском мягких, настойчивых губ земля начала уходить у нее из под ног, будто невидимый крюк рвануло из под солнечного сплетения. Чувства, словно комок ртути, трепыхались где-то под ребрами. Подавив внутреннюю дрожь, Даниэль отстранилась от него, сделала глубокий морозный вдох, пытаясь усмирить дыхание и горячую волну чувств, скопившихся в животе.              - До завтра, Эдриан, - сказала она, а в следующую секунду аппарировала.              Ее трусливое бегство заставило его улыбнуться.              - Это бесполезно, Дэни. Бесполезно.        ***              - Ты с ума сошла, Даниэль, - покачал головой Билл.       - Рутланд, даже не думай.       - Я сделаю это. И мне абсолютно все равно, что вы по этому поводу думаете.       - Никакой самодеятельности, слышишь? Дамблдор приказал сидеть всем тихо, проблем и без этого хватает.       - Грюм, ты не понимаешь! - от гнева и бессилия Даниэль сама не заметила, как перешла на "ты".       - И не собираюсь. Ничего не делать - такой приказ. И ты обязана его выполнять! Разговор окончен, - Аластор стукнул кулаком по столу с такой силой, что стакан, из которого пила Тонкс, опрокинулся.       - Пожалуйста.       - Нет!       - Кингсли, ну хоть ты скажи! Мы должны освободить его, должны. Это крайне важно! Если он доведет до конца свои исследования, Волдеморт получит еще одно оружие! Еще одно, понимаешь?! Вас там не бывает, вы не знаете, ЧТО там творится, кто туда приходит! Вы понятия не имеете, мы должны это остановить! - Даниэль оперлась обеими руками на стол и умоляюще посмотрела на Кингсли. Тот внимательно смотрел на неё, ожидая продолжения. - Да что с вами? Пока мы ни черта не делаем, ОН работает вовсю! И когда он начнёт действовать открыто, мы будем не готовы! И мы проиграем!       - Рутланд, - предупреждающе начал Грюм, но его перебила Тонкс.       - Прости, Грозный Глаз, но Даниэль права. Сколько можно ждать? Аддингтон совершенно точно представляет огромный интерес для Волдеморта. Если мы вытащим его, то не только помешаем ему, но и получим важную информацию.       - Вот сама туда и пойдёшь!       - А я пойду, - решительно улыбнувшись ответила Тонкс. - Пойду, и возьму с собой Кингсли, и Билла, и Вэнс тоже. А ты согласуй это с Дамблдором, - нахально сложив руки на груди, сказала она.       - Вэнс выполняет другое задание.       - Ну, значит без нее.              Даниэль устало села на стул и сжала пальцами виски. Голова нещадно болела. Сириус молчал и внимательно наблюдал за ней. От его взгляда сверлящая боль в виске становилась ещё более невыносимой.              Не смотри так на меня, Сириус, пожалуйста, мне и так хочется утопиться.              - Как вы туда попадёте, Рутланд?       - Не "вы". Я не могу пойти. Если пленники пропадут, а у меня не будет алиби, то моя песенка спета. Но я обеспечу вам вход и выход.       - Как?       - Домовой эльф.              Тишина, воцарившаяся на несколько секунд, была прервана смехом Сириуса.              - Гениально. Нет, черт возьми, это действительно гениально, Дэни. Тонкс, не крути пальцем у виска. Домовые эльфы могут перемещаться сквозь любые щиты и чары защиты, кроме Заклинания Хранителя. И я сильно сомневаюсь, что поместье Малфоев защищено им. Отследить их перемещения невозможно, помешать - тоже. Это просто идеальный план. Никому и в голову не придёт.       - Домовик перенесет вас в подвал и обратно, только нужно будет обезвредить охранное заклинание. Я нашла контрзаклятие.       - Хуки?       - Нет, - покачала головой Даниэль. - слишком опасно. Другой домовой эльф, новенький, из нашего дома в Ницце. Чтобы никто никогда его не видел, - она изо всех сил старалась придать своему голосу уверенности, и у нее даже получилось улыбнуться. Никто, кроме Сириуса, и не заметил, насколько вымученной была эта улыбка.              - Ты хоть понимаешь, что ты затеяла? - спросил он, закрывая за собой дверь на кухню. Луна еле-еле пробивалась сквозь тяжёлые снежные тучи, неровными кусками освещая вестибюль холодным бело-голубым светом.       - Хватит медлить. И Риннон сказала, что надо спасти Джейсона. Сириус, пожалуйста, давай не будем, - чуть не плача ответила она.       - Что случилось?       - Ничего. Пойдем, - сказала Даниэль, отворачиваясь и направляясь к лестнице.       - Нет, - Сириус схватил ее за руку и развернул к себе. - Ты сама не своя. Что произошло?              Ну давай, Даниэль, расскажи ему. Расскажи, сколько на тебя обрушилось, когда Эдриан тебя обнял. Расскажи, как сильно ты его захотела. Давай, чего ты? Расскажи, как хорошо тебе было рядом с ним. Ну, чего ждёшь? Три, два, один.              - Сириус, мы можем просто пойти наверх? - спросила она, резко меняя тактику и подходя вплотную к нему.              Он прищурился: к тревоге в его взгляде присоединился интерес. Даниэль двумя змеями запустила холодные ладони ему под рубашку, легко царапая кожу на животе, пробегая пальцами по кубикам пресса, веревками утягивая его вслед за своими руками. Сириус резко ухватил ее за запястья.              - Не играй со мной. Я вижу тебя насквозь.              Какое дежавю.       Сириус завел руки за спину, тем самым заставляя ее прижаться вплотную к нему. Даниэль жадно втянула воздух - она ненавидела оказываться беспомощной. Он наклонился к ее шее и провел языком вдоль сонной артерии, пуская ослепительную волну тока по её телу.              - Вот теперь ты можешь рассказать мне, что произошло.       - Ничего, - сдавленным шёпотом ответила она, изо всех сил кусая губы, чтобы сдержать рвущийся из груди стон. Возбуждение после встречи с Эдрианом, что немного утихло, разгорелось с новой силой.       - Ты врешь, - сказал он, кусая мочку уха.       - Сириус, пожалуйста, - прошептала она, прижимаясь к нему еще плотнее. Напряжение внизу живота становилось невыносимым. Он отпустил ее руки, продолжая уверенно обнимать за талию. Даниэль ухватилась за его плечи, будто в последней попытке не упасть в бездонную яму, куда ее все сильнее затягивало. Ее рука скользнула на затылок, притягивая его лицо ещё ближе. Несколько секунд они смотрели друг на друга, ведя ожесточенную борьбу. Сириус сдался первый, за долю секунду до Даниэль, и накрыл ее губы своими в долгожданном, томящем поцелуе, подчиняя и одновременно успокаивая бурю, что бесчинствовала в ее душе. Даниэль стало спокойно.              Шах и мат, Эдриан. Никогда тебе не занять его место.