Занимательная физика

      Учебные дни шли, ученики ходили на занятия, ежедневно грызя гранит науки. Однако Алин багаж знаний почти не пополнялся с конца седьмого класса. Её стремление учиться постепенно сходило на нет, а после и вовсе высохло. В отличие от одноклассников, Аля не умела грамотно списывать, что девочке очень мешало. Учителя постоянно ловили её и не давали получить хорошие оценки. Со временем она бросила эти жалкие попытки и пустила всё на самотёк. Оценки покатились, но совсем не в гору. Они стремительно опустились до планки практически троечника, хотя изначально Аля всегда училась прилежно. Увы, в категорию «липовых отличников», которых за уши тянули учителя, она не вошла, зато ей стало гораздо легче без того якоря, который подразумевается под словом «должна», тянущего её вниз. Она спокойна. Удивительно спокойна.       Досуг у 10 «В» был таков: посидеть на уроках, сделать видимость, что учишься, посмеяться с остроумных шуточек одноклассников и уйти домой. Учителя в этом заведении участливостью тоже не блистали. Классный руководитель, пожилая женщина очень щепетильного нрава, пыталась быть для своих учеников полезной и заботливой, но порой её перфекционизм перевешивал, и она частенько ворчала на них. Дети не сказать чтобы обожали её, но в целом относились к ней хорошо. В общем, пока они друг друга терпели. Этот класс не был сильно близок, но лодка, в которой они все были вместе, ещё противостояла бурям недопонимания. Но Але так и хотелось иногда выбросить некоторых персон за борт. По её мнению, без них на палубе было бы гораздо спокойнее и приятнее. Одной из них, безусловно, являлась Инга. Эта девушка не могла не обращать на себя внимание. Она всегда казалась лёгкой на подъём и была за любой кипиш. В её голове дул ветер, и так думали окружающие. Некоторые не воспринимали Ингу всерьёз, но те, кто знал девушку ближе, подмечали некую хитрость. Управлять людьми она могла блестяще. Все всегда шли за ней и жили по тем правилам, которые она диктовала классу. Именно Инга являлась предводителем «элиты» и внегласно поделила их на ведущих и ведомых. Она была хитра и, на самом деле, умна. Чтобы вести за собой людей, нужны или здравые амбиции и навыки лидерства, или хорошо развитое умение манипулировать. Инга имела второе качество. Не стоит преувеличивать и говорить, что она была деспотичным тираном, несущим в массы культ своей личности, всё-таки не всё было так плохо, как могло показаться. Но у каждого общества был лидер, и 10 «В» достался именно такой.       Сейчас, на уроке истории, Инга, как и еще пару девочек, поправляла свой макияж. Соседка девушки усиленно елозила кистью по пудренице, придавая бледный цвет её и без того уже неестественно белому лицу. Макияж Инги был гораздо аккуратнее и изящнее. Её атрибутом являлись кофейные тени, которые подчеркивали серо-зелёные большие глаза. Как и присуще иконе стиля, Инга всегда одевалась со вкусом, можно было приметить парочку её повседневных образов, которые она, видимо, усердно себе состовляла. Аля признавала навыки одноклассницы и в мейкапе. Когда-то ей хотелось уметь это делать так же, как Инга. Когда-то, но не сейчас. Аля начала краситься рано, замазывая поднадоевшие подростковые прыщики. Особенно ей нравилось иногда красить губы красной помадой. Ей казалось это очень эстетичным. Но с переходом в девятый класс, она и к этому потеряла интерес. Сейчас ее не волновало, что будут думать о ней окружающие: заметят ли они ту болячку на лбу, будут ли пялиться на акне на ее лице, даже будет ли им неприятно при разговоре с ней, из-за того что у нее неприятный запах изо рта. Но личную гигиену Аля все-равно соблюдала. По привычке.       На долгожданной перемене все дети, конечно же, бежали в столовую. 10 «В» не был исключением. Ребята брали свои монетки и спешили купить свежие булочки в буфете. Так же поступила одна светловолосая девочка. Она наклонилась над портфелем, чтобы достать деньги, как за спиной у себя услышала язвительный голос: «Ксюха, ты пожалей наши глаза, не всем хочется пялиться на твою габаритную пятую точку». Девушка выпрямилась и обернулась. Инга насмешливо ухмылялась под смешки стоящих рядом. Ксения молча посмотрела Инге в глаза и, ни слова не сказав, вышла из кабинета. Она умела проглатывать обиду и достойно держалась под гнетом издевок. Правда иногда жестоким ребятам получалось заставить ее расплакаться, ради этого они и выводили Ксюшу, ожидая пока терпение девушки лопнет. Но все они лишь пешки, манипулируемые чужими желаниями. В любом классе есть «козел отпущения» и есть тот человек, который превращает жизнь первого в ночной кошмар. Он является зачинщиком и заваривает эту кашу. Зачинщик, как правило, находит жертву, и из личных побуждений, либо по причине непохожести его на других окружающих, вытесняет человека из сложившейся в данном обществе иерархии на самую нижнюю ступень, и самоутверждается за счет него. Оскорбляя другого, мы сравниваем его с собой и находим свои превосходства над ним, тем самым повышая нашу самооценку, совершенно забывая о своих недостатках. Ксюшу не за что было дразнить, она была адекватной и спокойной. Разве что, она «созрела» чуть раньше остальных девушек, имела хорошие женственные формы, поэтому казалась старше и крупнее остальных, и, как бы глупо это не звучало, ребята решили этот факт сделать мишенью для насмешек, но все они были лишь стадом, а командовал ими пастух, и основная причина гнета бедной девушки была далеко не в этом. Ксюша перевелась в эту школу в седьмом классе. Инга не оставляла ее в покое с самой первой их встречи, никто не спрашивал, почему, всех устроил новый объект вымещения негатива, и они третировали бедную девочку на протяжении нескольких лет. С каждым годом подколки были больнее. Росла Ксюша —росла токсичность, и терпеть это было все сложнее. Но однажды Инга перегнула палку… После этой ситуации Ксения не ходила в школу больше недели, и что-то в ней определенно поменялось.       Ксюша уходила в буфет и скупала много чего съестного, в классе она никогда не обедала и куда-то уходила на всю перемену, а затем возвращалась опухшая и подавленная, иногда даже опаздывая на урок. Из-за этого одноклассники еще больше смеялись, даже не подозревая, к каким последствиям могли привести их обидные слова.

***

По коридору бежала первоклашка с выпачканными в пластилине руками. Она старалась отряхнуть их, но только больше марала ладони. Девочка завернула за угол и забежала в туалет. Маленькие пальчики потянулись к крану, но не успев включить его, девочка услышала странные звуки, доносящиеся с одной из кабинок. Она медленно повернулась на звук. Любопытность взяла вверх и, подходя ближе, малышка вслушивалась. Дверь не была плотно закрыта, и девочка осторожно приблизилась к щелочке, через которую увидела светловолосую девушку старшеклассницу, стоящую на коленях, опершись руками об стульчак унитаза. Новый позыв и она извергнулась потоком рвоты, издавая страшные для маленькой девочки звуки. В перерывах между порывами, она судорожно хватала носом воздух и кашляла, после снова изгибаясь над унитазом. Первоклассница испуганно отшатнулась от двери и попятилась назад. Какое-то время она была шокирована, а когда очухалась, быстро развернулась и убежала прочь из уборной.

***

      Урок литературы. Пару мальчиков собрались в стайку вокруг Евгения, видимо опять поговорить о чем-то очень интересном и явно не о произведении Чехова, о котором они должны были рассказывать сегодня на уроке. Ксения аккуратно обошла одноклассников, встала около своей парты и наклонилась положить рюкзак рядом со стулом. Неожиданно сзади к ней подлетела та самая шестерка Инги, с выбеленным, словно известка, лицом, мимолетно перемигнувшись со стоящей неподалеку «хозяйкой», сделала самую подлую и мерзкую вещь на памяти Ксюши. Она, воспользовавшись моментом, подняла ее школьную юбку, на глазах у сидящих рядом мальчиков, и с насмешкой сказала: «Ребята, никто не проголодался? Гляньте, какие булки!» Уж этого Ксения не могла стерпеть, она с ужасом посмотрела в сторону парней и ее сердце ухнуло в пятки. Смеялись все, и вместе с ними смеялся один блондинистый мальчик в очках. Заливался смехом, даже и не думая скрыть этого. Показалось, что звук стал доноситься, будто сквозь вакуум. Она не помнила четко, как, красная, выбежала из класса, как забежала в туалет, нечаянно толкнув кого-то у двери. Она села на холодный пол, панически отдышиваясь, иногда бесслезно всхлипывая. Сердцебиение никак не хотело униматься. Плач сначала был разрывчатым и нервным, девушка сглатывала слезы, дрожа всем телом. В тот момент она почувствовала на себе весь смысл словосочетания «человек в футляре», потому что все, что ей сейчас хотелось, это спрятаться в футляр ото всех и сидеть там до скончания школы. Укусив свое предплечье, она сдавленно закричала и горько заплакала. Ксения запомнила этот день. Это было слишком жестоко, и это оставило ей на память глубокую душевную рану. Конечно же, виновницей могла быть только Инга, лицо которой, тоже промелькнуло перед глазами Ксюши. Ксюша всегда знала, за что она так изводит ее в школе, но то, что она могла придумать такое — отказывалось вмещаться в голову у девушки. Этого она не могла ожидать от нее. В классе еще не утихал смех из-за такого забавного, на взгляд ребят, представления. Теперь у класса появилась тема для разговоров ближайшие несколько недель. И уже сейчас ее начали активно мусолить, соревнуясь, кто же острее что-то выдаст. Меньшая половина класса многозначительно молчала. Среди них были и Аля, Ева и Сёта и…сама Инга. Она застыла в ухмылке, но тень озадаченности пролегла на ее лице. Казалось, какая-то часть ее осознавала необратимость последствий. Ева с ненавистью глядела в сторону смеющихся. Сёта молча смотрел в стол. А Аля смотрела на дверь, из которой только что выбежала Ксюша, и было уже безотчетно встала, чтобы направиться за ней, но прозвенел звонок, а в класс зашла учительница, и не пускала уже стоящую в дверях Алю дальше, не желая слушать никакие оправдания. Спустя десять минут урока, Ксения не появилась в классе, и Алю не покидало, рвущиеся сквозь глубину сознания, чувство тревоги. Несмотря на запреты учителя выходить под предлогом недавно закончившейся перемены, Аля встала и, не слушая возмущения женщины, направилась прямо в женскую уборную, однако, на удивление Али, там Ксении и след простыл. Недоумевая, куда же тогда могла пойти расстроенная девушка, Аля медленно направилась обратно в класс. Пусть она и получила выговор за непослушание, но ей было все равно, все ее мысли сейчас крутились вокруг уязвленной одноклассницы, и она могла себе представить, как той сейчас было больно и стыдно. До конца уроков и на следующие дни тоже Ксюша не появлялась в школе, а когда пришла, была сама на себя не похожа. Всегда достойная и приятная, сейчас напоминала нелюдимое прозрачное пятно, и можно было заметить, что она немного осунулась. А в Але на миг даже проснулись чувства, и она в очередной раз поняла, как же ненавидит и презирает класс, в котором учится.