Иногда они возвращаются

Полковник Каран уже который день ждал сообщения от Катце, но его не было. Почему-то полковник думал, что рыжий Хакер с Амои поспешит вернуться на Койметерион, ведь здесь обреталась величайшая загадка всех времён – первый воскресший мертвец, возвращение из мёртвых которого было официально засвидетельствовано близко знавшими его людьми. Каран не сомневался, что любознательная натура Катце приведёт его обратно к Рики, хотя бы из чистого любопытства. Но Катце улетел и связаться с ним не получалось. Экранирующая защита Амои глушила всякие посторонние вызовы, особенно от федералов. Полковник попробовал пробиться несколько раз и сдался. Оставалось ждать сигнала от самого Катце. Но тут случились гонки на пустынной трассе, окончившиеся несчастьем: Рики Дарк, он же победитель состязаний, угодил в песчаный провал и, естественно, погиб. Как такое могло произойти, полковник не знал. Он часто бывал на Койметерионе, но никогда не боялся утонуть в песке, да и никто не боялся. Не повезло одному Рики – единственному из всех. То ли это какое-то совершенно фантастическое невезение, то ли судьбой черноволосого амойца кто-то управлял… Но это предположение полковник быстро отверг как ненаучное. Больше всего из-за гибели загадочного субъекта сокрушался доктор Ямамото. Он был готов буквально рвать на себе волосы от отчаяния. В каком-то смысле Каран его понимал: Рики был вызовом всей федеральной медицине, и корабельному доктору очень хотелось совершить какое-нибудь связанное в ним открытие. Ямамото даже не возражал бы, если бы Рики просто умер, оставив медицине своё тело для исследований. Но то, что монгрел не просто умер, а совершенно исчез, привело Ямамото в ярость. Открытие поманило его своим волшебным блеском и уплыло из-под носа. Каран сильнее беспокоился за другого своего подчинённого, которого звали Гай. Как он перенесёт внезапную гибель любовника? Но Гай, на взгляд полковника, отлично справлялся при помощи пьянки. На его месте Каран лечил бы разбитое сердце таким же способом. Каникулы техников на Койметерионе заканчивались, и полковник начинал думать, что волнующая история с незапланированным пассажиром «Альбакоры» так и закончится, толком не начавшись. Что ж, наверное, некоторые тайны должны оставаться тайнами. Капитан Мэджерс, к примеру, был только рад тому, что Рики провалился в провал. Хоть и старался сдерживать свою радость. - Уж не знаю, какая тут связь, Каранмидопулос, - как-то сказал он назидательным тоном, - но стоило этому парню утонуть в песке, как моя мигрень прошла. Исчезла, будто её и не было. Факт! - Совпадение, - уверенно заявил полковник, который терпеть не мог, когда его называли полной фамилией. - Ну пусть будет совпадение, - легко согласился капитан. – Главное, что голова больше не болит. Мэджерс был рад, что несчастный случай нагонках избавил его от проблемы по имени Рики. Но Каран его восторга не разделял. Он терпеть не мог бросать начатое расследование, а ведь другого выхода, похоже, не было. Катце пропал, Рики погиб, Гай ушёл в запой, Ямамото обижен на весь мир, Мэджерс ликует. А отпуск заканчивается. А потом… А потом полковник Каран увидел трезвого Гая в обществе совершенно живого Рики. И усомнился в целостности собственного рассудка. Парочка проводила время в баре. Пили что-то похожее на газировку и выглядели точно как влюблённые голубки. Каран подошёл поближе, чтобы удостовериться, что глаза его не обманывают. Гай заметил его и улыбнулся. Улыбка у него была какая-то немного сумасшедшая. - Полковник… - пробормотал он. – Моё вам приветствие, полковник. Как поживаете? Как настроение? - Ты вернулся на станцию? – проигнорировав его совершенно неуместный тон, тихо спросил Каран. – Тебе же запрещено. Хочешь депортацию на Амои? Он нарочно обратился к подчинённому на «ты», чтобы слегка его растрясти. Но Гай не обратил внимания. - А-а, - он махнул рукой, - пропустили и ладно. Сегодня мы улетаем. Вечером. Не беспокойтесь, избавлю вас от своего общества. - Это твой друг? – неожиданно спросил Рики. Он цедил ядовито-зелёный напиток через соломинку и с любопытством поглядывал на полковника. - Друг, - кивнул Гай. – Так… знакомый. Каран подвинул стул и сел рядом. Сцепил пальцы в замок, положил кисти на стол. - Кто это? – вполне дружелюбно спросил он у Гая, кивнув на Рики. - Мой друг, - без задержки ответил Гай и, притянув к себе голову Рики, поцеловал его в висок. - Он что, выжил? – полковник постарался не демонстрировать эмоций, хотя от этого интимного жеста его передёрнуло. – Каким образом? - Кто выжил? – весело спросил Рики, продолжая разглядывать Карана. – Кого вы обсуждаете? Мне тоже интересно! Полковник молча смотрел на Гая. Тот сперва отвёл глаза, потом прямо поглядел на командира, куда-то в район переносицы. - Нет, не выжил, - сказал Гай. – Не выжил, к сожалению. - Гм, - только и смог сказать на это полковник. - Угостить вас пивом? – предложил Рики, обаятельно улыбнувшись. – Я схожу. - Нет, не надо, - Гай торопливо прижал его к себе. – Позовём дроида. Здесь же не самообслуживание… Хотите пива, полковник? Каран пива не хотел, но на кофе согласился. Пока носатый дроид-официант ездил за заказом, эсбэшник пристально разглядывал нового Рики. Тот ничуть не удивлялся такому навязчивому вниманию и выглядел так, будто прекрасно себя чувствует, хоть и не очень ориентируется в происходящем. - Вы, наверное, давно знакомы с Гаем? – спросил Каран самым лёгким тоном, какой он умел изобразить. Рики энергично кивнул. - Сто лет, - сказал он и засмеялся, - с самого детства. Куда он, туда и я. - Мы никогда не расстанемся, - со странной интонацией в голосе подтвердил Гай. - А здесь вы чем занимаетесь? – Каран по-прежнему смотрел только на Рики. – Не в баре, конечно, а на станции? - Пока ничем, - черноволосый пожал плечами. – Но приехали работать. Здесь ведь полно работы, вы знаете? - И что за работа? - Ну-у… всякая. Я, например, могу быть пилотом, - сообщил Рики. – А Гай умеет обезвреживать бомбы. Ну или устанавливать. Без работы не останемся! - Да вы ценные специалисты, - полковник не глядя принял у дроида чашку кофе. – Кстати, как вас зовут, уважаемый друг Гая? - Я Рики! - загадочный субъект, просияв, протянул полковнику смуглую ладонь для рукопожатия. – Рики Дарк. С Амои. - Полковник Каран, - представился эсбэшник, со всей возможной серьёзностью пожав маленькую, но очень сильную руку. – Рад познакомиться. - Я тоже. Вы служите здесь, на станции? – наивно спросил Рики. Гай молчал. - Нет… нет. Я возглавляю службу безопасности на торговом судне. «Альбакора». Не слышали про такое? - Не-а, - Рики мотнул головой. – Красивое название. Вам, случайно, пилоты не требуются? - Увы, но нет, - кофе, сваренный в баре, никуда не годился, но Каран продолжал медленно его потягивать. – А вот сапёр нам бы пригодился. Как вы на это смотрите, Гай? Гай не поддался на провокацию. - Спасибо, полковник, - еле слышно ответил он. – Но я не расстанусь с Рики. Мы поищем работу для двоих. - Найдём, - кивнул Рики, снова присасываясь к своему зелёному зелью. – Но за предложение спасибо. Гай крутой сапёр, в «Гардиан» он был первым в выпуске. Мы ещё повыбираем из возможных вакансий. - Точно, - эхом откликнулся Гай. Каран холодно улыбнулся одними губами и отставил чашку. - Ну хорошо, - сказал он. – Приятно было побеседовать. Гай, ты… сообщи, когда будешь улетать со станции. Только сначала договоритесь между собой, остаётесь вы здесь или всё-таки бежите. А то путаетесь в показаниях. - Какая разница, - ответил Гай, и опять чуть слышно. Что-то с ним творилось странное. Но полковник уже торопился по своим делам. Он заглянул в ближайший пункт СБ, чтобы осведомиться у коллег, не замечали ли они что-нибудь странного. Несанкционированного проникновения на станцию, например… Нет, не замечали. А вот о присутствии ставшего персоной нон-грата Гая в службе безопасности знали и сообщили полковнику, что у него есть ещё несколько часов, чтобы убраться с Койметериона. В противном случае эсбэшники обещали выполнить свою угрозу и депортировать смутьяна прямо на Амои. На обратном пути Карана застал звонок с только что упоминавшейся Амои. Катце, на весточку от которого полковник уже и перестал надеяться, сам вышел на контакт. Голос у него был встревоженный. - Полковник? – для проформы уточнил он. – Это Катце. У вас там всё в порядке? Каран оглянулся по сторонам и очень кстати обнаружил проход в подобие зимнего сада – искусственный кусочек тропиков на космической станции. В этот час там никого не было. Он прошёл и устроился на ближайшей лавочке под раскидистым фикусом трёхметровой высоты. - Смотря что понимать под порядком, - ответил Каран. – А у вас? - У меня просьба. – Катце глубоко вздохнул. – Я сейчас не могу покинуть Амои. Но если у вас есть возможность, присмотрите, пожалуйста, за Рики. И за Гаем. Я думаю, им угрожает опасность, особенно Рики. - А, это вы поздно спохватились, - ответил полковник. – Ваш Рики уже погиб. Несчастный случай во время гонок. - Как – несчастный случай? – задохнулся Катце. - Угодил в песчаный провал. Редчайший случай даже на Койметерионе, где такие провалы случаются. Но вы не беспокойтесь, - иронически добавил Каран. – Он уже снова восстал из мёртвых. Я видел его меньше часа назад. - И… какой он теперь? – надтреснутым голосом пробормотал рыжий амоец. - Да такой же, как и был. С той разницей, что ничего не помнит. Ни меня, ни «Альбакору», ничего из ближайшего прошлого. Паренёк снова начал жизнь заново. Впечатляет, правда? – хмыкнул Каран. – Вот такие тут у нас дела… Вы, Катце, можете как-то это объяснить? - Могу, - помолчав, сказал Катце. – Только вряд ли вы мне поверите. Это прозвучит как полный бред. - Очень интересно, - поторопил полковник. – Итак? - Итак, - Катце откашлялся, - Юпитер… Вы знаете, кто такая Юпитер? Так вот: Юпитер схлестнулась в неравной борьбе с каким-то Демиургом. - С кем - с кем? - С демиургом. Это, - ещё одна пауза, - это бог. Полковник пальцами поправил слишком тесный воротничок кителя. - Какой ещё бог? – на всякий случай переспросил он. - Ну такой… бог. Некое существо со сверхъестественными возможностями, которое управляет нашей Вселенной. - Вы это серьёзно? - Серьёзно, - угрюмо признал Катце. – Серьёзнее некуда. В принципе, ничего такого уж невероятного. Вселенная ещё очень плохо изучена, со времён экспансии космоса мы даже до края нашей собственной галактики никак добраться не можем. Кто его знает, как оно там за границами наших представлений о времени и пространстве? Быть может, религии нам не врали. - Действительно, звучит как полный бред, - согласился полковник. – А при чём тут Рики? - Так Рики – это первое и единственное доказательство существования этого… ну, бога. Он создан искусственно, но как – объяснить невозможно. Наша человеческая наука ещё до такого не дошла. - Вот что, - Каран не поверил ни одному слову и по унылому голосу Катце понял, что тот тоже не хочет верить. – Откуда вы всё это взяли? И даже если вы, предположим, правы, то зачем Демиургу штамповать копии мёртвого монгрела? - Вот у него и спросите! – огрызнулся Катце. Потом снова вздохнул. – Юпитер считает, что всё это лишь игра, и я склонен с ней согласиться. Кто-то слишком могущественный развлекается, ставя нас, людей, в проблемные ситуации и наблюдая, как мы себя поведём. Будто писатель, который придумывает историю, понимаете? А мы все – его марионетки. - Круто, - заметил полковник. - Не то слово. Ах да, я же вам не сказал, у нас тут объявился свой Рики. Уже третий, получается. И я не знаю, что будет делать с этим Ясон, но не жду ничего хорошего. И присматривать сразу за всеми я не в силах. Одна надежда на вас. - Гай должен покинуть станцию сегодня до конца дня, - напомнил полковник. – Доступ на станцию ему будет закрыт. За нападение на гостя, то есть на вас, Катце. А Рики, наверное, покинет Койметеорион вместе с ним… - вслух предположил Каран. - Ясно, - в терминале послышался глухой стук, будто кто-то, к примеру, ударился лбом об стол. – Значит, они оба улетают. Ну что ж, может, так будет лучше… - А у вас плохое предчувствие? - Плохое, потому что во всём этом замешан Демиург, про которого мы вообще ничего не знаем. И не узнаем. Но почему-то мне кажется, что хорошие концовки не в его стиле… - Вы не можете знать наверняка… - Не могу, - согласился Катце. Если вы не очень заняты, попробуйте проследить, чтобы Гай и… Рики благополучно покинули станцию. Гай думал. Решение уже было им принято, но далось нелегко… Он наслаждался обществом Рики, этого нового Рики, который был точной копией настоящего. Новый Рики был жизнерадостным, весёлым и беспечным. Ничто его не пугало, ничто не шокировало, ничто не волновало. Он как будто был уверен, что впереди его ждёт только одно хорошее. После первой недолгой вспышки ревности он, казалось, совершенно забыл про Орхидею и ластился к Гаю, будто щенок. Это и напрягало больше всего. Даже не потому, что настоящий Рики никогда так себя не вёл. Иногда вёл, и Гай с радостью вспоминал эти сладостные минуты. Вот только настоящий Рики был независимым и сильным, а этот… он как будто был создан специально для Гая и существовал только ради Гая. И в этом было что-то неправильное и жуткое, как будто Рики заколдовали, насильно сделали кротким, любящим и послушным. И он опять потерял память. Точнее, не так: у него не было и не могло быть памяти того Рики, который утонул в песчаном провале. Потому что это был не он. Это был… Юпитер, кто же это был такой?! В сущности, это не имело значения. Настоящий Рики всё равно был уже мёртв. Гай попросил Рики подождать у двери, и тот легко согласился. Сердце снова кольнуло: стал бы настоящий Рики топтаться у двери, как собачка? Стал бы? Или нет? Увидев Гая, доктор Ямамото сделала удивлённое лицо. - Техник? Что вам нужно? Если чувствуете себя плохо, обратитесь к станционным медикам. Смею вам напомнить, что я на отдыхе. - Я знаю, - сказал Гай и понизил голос. – У меня есть к вам предложение. Необычное предложение. Доктор недоверчиво фыркнул. - И… какое же? Имейте в виду, я не собираюсь заниматься всякой ерундой. - Это очень даже не ерунда, - глаза у Гая были серьёзные и печальные. – Давайте проведём эксперимент…