My Demon

Самое, наверное, тяжёлое утро в моей жизни. На душе гадко. Хоть и всем видом я старалась этого не показывать. Проснувшись, мы принялись готовиться к отбытию, разделив в очередной раз обязанности. За утренним перекусом Сампфир поведала о своём состоянии и готовности продолжить наш путь, что было отличной новостью. Вроде та же атмосфера, что и всегда: бодрая, весёлая, все дружно общались, занимаясь каждый своим делом. Но я не могу отделаться от изменившегося взгляда полуэльфа в мою сторону — или я просто раньше его не замечала, или не хотела замечать. Что уже гадать? С некой нежностью в глазах он бросал свой взгляд на меня, я же в ответ смущённо улыбалась, стыдливо кипя внутри, пытаясь его избегать. После ночного поцелуя меня провели в наш лагерь, наказав отдыхать, перед сном кротко снова поцеловав. Это долго не давало мне заснуть: перебирая в уме случившееся, не зная, что с этим делать. Мне нравилось внимание парня, его забота, поддержка, но ответить тем же, даже при большом желании, я не могла — внутри всё так же зияла пустота. Он помогал отвлечься от моих проблем и переживаний, но не больше. И это понимание съедало меня. Он этого не заслуживает, я его не заслуживаю… Даже сейчас он окружал меня заботой, помогая собираться, интересуясь моим состоянием. Короткие, но многозначные прикосновения, теплом обжигая кожу, не проникали глубже. Мальчишеская беззаботная улыбка, что должна топить льдины. Пытаюсь ответить, но стоит мне это огромных усилий. Друзья кидают понимающие взгляды, отпускают колкости, заставляют краснеть. Ла отвечает, что это наше дело, но в голосе — счастье. Которое я не разделяю. Дотрагиваюсь рукой до места, где стучит сердце, но по ощущениям как будто его нет: оно где-то далеко, затерялось, было кем-то украдено… «Что мне с этим делать?» — очередной навязчивый вопрос, на который не могу дать ответа. Вроде всё так просто: поговорить, признаться, но мне страшно. Страшно остаться одной, лишиться хоть и фантомного, но тепла. Мне хочется, чтобы меня любили, хоть и эгоистично с моей стороны. Но стоит ли держать в ладонях этот хрупкий огонёк, если он чужой? Я боюсь, что отпущу — и тьма снова поглотит меня… Закончив саморазрушаться, отгоняя гнетущие мысли, мы завершили свои сборы. Наблюдая за преображением бывшего ректора, я затаила дыхание. Хрупкая на вид женщина обращалась в свирепое, гордое существо, отливающее золотом чешуи. Зрачки сузились, светясь ярким изумрудом. Взмах огромных крыльев потоком гнул деревья. Рога вытянулись. Конечности обратились лапами с длинными острыми когтями. Воздух наполнился древней магией, ощущаясь каждой клеткой тела. Случившееся завораживало наши взгляды, в который раз лишая дара речи. Опустившись в лёгком поклоне, нам разрешили залезть верхом. Ощущая под ладонями гладкую, прохладную чешую, мы дождались, пока устроимся. Дракон взмахнул повторно крыльями, поднимая пыль потоком, нарушая очередной покой деревьев, ломая их ветки. Сильными лапами он оторвался от земли, взмыл ввысь, навстречу чистому бескрайнему небу, оставляя под собой леса, пока те не превратились в крошечное пятно. Вспоминая далёкое прошлое: я летала как-то на самолёте — чувство страха, новизны, потом, расслабившись, привыкнув, наслаждаешься видом из иллюминатора. Неповторимо, тогда я так думала. Тут же это не передать. Свобода. Настоящая свобода. Поток ветра обволакивает лицо, развевая волосы. Тело то ощущает опору, то ты уже чуть ли не в свободном полёте. Хочется кричать, смеяться от переизбытка эмоций. Блаженство, как будто весь мир твой… Ребята разделяли мой восторг, звонко смеясь. Наслаждаясь полётом, мы преодолевали километры. Местность, что можно было разглядеть с такой высоты, стремительно менялась. В ушах звенело. — Мем! — приходилось переходить на крик, чтобы перекричать звуки ветряных потоков. — Куда мы летим? — Лес Эльфов, — только и прорычала дракониха. Лес Эльфов? Да, их владения были недалеко от нашего конечного пункта, что не могло не радовать. Но удивляло то, что народ, решивший не участвовать в войне, позволил расположить на своих землях лагеря сопротивления. Это давало пищу для раздумий, ожидая скорых ответов на невысказанные вопросы. За день мы преодолели расстояние, что в обычной ситуации растягивается на недели. Добравшись под вечер, Сампфир замедлилась, кружа над раскинувшимся древним лесом, что с первого взгляда завораживал, давая понять, что магия живёт во всём: в листве, в воздухе, в свете, даже в пыли. Выбрав место, дракон снижался. Лес встретил нас широкими объятиями, как будто поглощал: вначале раздвигая высокие кроны, после накрывая, закрывая листвой небо, заменяя его собой. Приземлившись, мы покинули спину ректора, позволяя глазам хаотично забегать, не успевая за что-то зацепиться. Я читала, слышала рассказы, представляла, но, увидев своими глазами, понимала: всё преуменьшалось. Это просто непередаваемо, поражая воображение. Воздух, наполненный запахом мха, влажной коры и цветущих трав; лёгкий туман, клубящийся между корнями и ветвями. Гулкий шелест листвы, как шёпот старых историй; иногда — почти неслышное пение или зов флейты, от которого по коже бегут мурашки. Деревья — древние, с широкими, изогнутыми стволами, в которые вросли кристаллы или мягко светящиеся жилы, освещающие всё вокруг, будто пульсируя. Их кроны соединялись мостами из ветвей, образуя естественные переходы, размещая на себе огромный, многоуровневый город. Необычные жилища — в дуплах, в стволах. Балконы на ветвях, висящие платформы, сплетённые из корней и лиан, которые сами переплетаются по воле магии. Реки, раскинувшиеся внизу: вода в них была прозрачнее слезы, отдавая в темноте лёгким свечением от переизбытка магии. Шорох… Где-то в чаще показывается лань с рогами из светящегося янтаря. Над нами пролетают птицы, перья которых переливаются, как драгоценный металл. А магия и правда ощущалась везде — с каждым вдохом, согревая внутри, наполняя собой каждую каплю крови во мне, исцеляя тело и душу. По ощущениям, время тут текло по своим законам: шаги становятся тише, мысли замедляются, а минуты могут тянуться, как часы. Окружение — умиротворение и спокойствие. Узрев всё это, можно было подумать, что мы попали в иной мир — в сказку, в сон, в легенду, ожившую перед глазами. Но нет — это было королевство эльфов. Владения, где каждая травинка, каждый луч света словно знал свою роль. И сейчас они встречали нас — нежданных гостей. Они были дивны. Вечно молодые, прекрасные, утончённые, гордые. Светловолосые и высокие, словно выточенные из утреннего света. Но пусть их облик не обманывает — в глубине глаз, ясных, как горные озёра, таилась многовековая мудрость, холодная и непоколебимая. Народ стоял молча, будто ветер затаил дыхание. В первых рядах — воины, руки на рукоятях мечей. На невысоких возвышенностях — лучники: их силуэты вырисовывались на фоне листвы, пальцы чуть касались концов стрел в колчанах, готовые… но не спешащие. — Дорогие гости… Голос донёсся, как перезвон чистого хрусталя. Из-за толпы вышел мужчина. Его волосы — длинная белокурая коса, спускающаяся до пят. Одеяние — глубокий синий кафтан, расшитый золотом и серебром, с широкими рукавами, что касались земли. Лицо — изящное, без единой морщины. Узкие ледяные глаза, почти как у моего друга, но ярче, острее. Тонкие губы, а на ушах — искусно выточенные украшения из светлого металла, переплетающиеся с венцом. Он шёл неспешно, и трава под его ногами сама расступалась, сглаживая ямы и корни. Бутоны цветов раскрывались, кланяясь, а вместе с ними — и народ. Воздух вокруг него словно мерцал. — Дети мои, прошу, поднимите головы… — сказал он. Его голос был мелодией, где каждая нота вплеталась в следующую, окутывая, успокаивая и незримо подчиняя. Но это были не чары — он был выше их. — Владыка… — произнесла дракониха, единственная, кто осталась стоять как равная. — Да, моя давняя подруга. Рад видеть тебя в добром здравии, — его взгляд скользнул по нам, задержался на Сапфир, и губы изогнулись в мягкой, почти незаметной улыбке. — Благодарю. Прошу повторного разрешения передвигаться в ваших владениях, — её голос звучал твёрдо, даже слишком для простой просьбы. Верховный эльф не спешил отвечать. Его глаза нашли Клэр. — Влад… — начала дракониха, но он поднял ладонь, останавливая. — Дитя, — тихо и спокойно, без тени угрозы, обратился он к вампирше, — прими мои соболезнования. Я скорблю вместе с тобой. Он склонился в коротком поклоне. Клэр остолбенела, и только блеск слёз на её лице выдал, как глубоко эти слова попали в сердце. Она попыталась поклониться в ответ, но он покачал головой. Его взгляд скользнул на Ла, а затем — на меня. Он всматривался долго, словно в глубине моих глаз искал ответ на давний вопрос. — Дорогая Сапфир, как и прежде, желаю тебе и твоим союзникам чувствовать себя как дома. Вы гости, но не забывайте о правилах… — он снова перевёл взгляд на женщину. — Помню, хозяин древнего леса. Благодарю, — ответила она, всё же склонившись в знак признательности. Жестом она позвала нас за собой. Мы двинулись по узкой, почти невидимой тропе, а за спиной чувствовались десятки взглядов — настороженных, изучающих, чуть теплеющих… но всё же держащих нас на расстоянии, пока мы не покинули их. Лес встречал нас тишиной. Но это не была пустота — в ней звучало дыхание земли. Мягкий свет пробивался сквозь листву, превращаясь в золотую пыль. Стволы деревьев возвышались, будто колонны древнего храма, хранящие свою историю, историю своих детей, в конце концов — историю целого мира. Мы шли дальше, и воздух менялся. Он был густой, как мёд, и пах влажной травой, прелыми листьями и чем-то цветущим, едва уловимым. Где-то в тени дрогнула тонкая паутина — в её каплях отражался мир, но перевёрнутый, как в хрустальном шаре. Чем глубже мы входили, тем сильнее казалось, что лес меняется. Он был не просто местом — он наблюдал. Запоминал. Он был живым. Лёгкий ветер коснулся щеки, как чужая ладонь, и где-то далеко прозвучал тихий смех — или шорох листвы. — Мадам, что владыка эльфов имел в виду под правилами? — любуясь видами, держа Ла под руку, поинтересовалась я. (Если что, это он настоял, потому что для нас тропинка была немного ухабистой.) — Эльфы дали кров беженцам, пострадавшим от войны, выделили земли под лагерь сопротивления, снабжают нас провизией, позволяют пользоваться дарами их леса, но всё это лишь с одним условием: прямого вмешательства в войну они принимать не собираются, — монотонным голосом проговорила драконид, не оборачиваясь. — Но почему? Вампиры же и их землям угрожают! — возмутился полуэльф, напрягшись, хоть он и проявил уважение к лесному владыке, по его поведению было видно, что он не в восторге тут находиться. Да, чистокровные не уважали полукровок. Они были против смешения своей крови, поэтому такие, как Ла, — бельмо у них на глазу. Парень никогда не рассказывал о своих родителях, да и вообще мало что — о своём прошлом. Но при этом эльфы жёстко не угнетали ему подобных: полукровки сами не желали жить на своих родных землях, по крови. — Юный Ла, и не кривись так, я спиной чувствую твой недовольный взгляд, — в голосе слышалась усмешка. — Твои сородичи просто-напросто не желают проливать кровь своих друзей. Это заявление даже меня ошарашило. Как будто почувствовав это, женщина, вздохнув, начала пояснять: — Дорогие мои, эльфы не любят бессмысленных войн, не проливают кровь союзников… — Союзников? Вампиры уничтожают города, мирное население держат в страхе, свергают королей… — тут уже не выдержал Эраст, но, опомнившись, что идёт за руку с любимой, поник. — Прости. — Я понимаю, что ты хочешь сказать, любимый, — только и улыбнулась вампирша, легонько поцеловав того в щёку и крепче прижавшись к оборотню. — И вы правы, но эльфы считают, что их это не касается. Они готовы помогать по мере, но это всё, так как… И, кстати, Клэр, ты должна это понимать: они были хорошими друзьями с твоим народом, когда ими правил погибший царь вампиров, — последние слова она проговорила с опаской, аккуратно косясь в сторону девушки, что грустно опустила глаза, смотря под ноги. — А что они будут делать, если вампиры всё же повернут свой взор на их земли? — не унимался полуэльф, словно даже хотел этого. Идя рядом с ним, не спеша, он кидал на меня короткие взгляды, будто проверяя, всё ли в порядке. Я же украдкой отводила взгляд. — Хочу посочувствовать этим вампирам, — сказала она, как отрезала. Мы переглянулись. — Жалко, что некоторые уже выпустились, а то бы заставила писать доклад, — неожиданно причитала она. — Как вы уже могли почувствовать, это не обычный лес — он по-настоящему живой. Я не просто так привела вас к Владыке: он и этот лес — одно целое, и они оба будут защищать свой народ и детей до последнего. Никто из ныне живущих древних (высшие расы) до сих пор не разгадал эту загадку, эту магию, поэтому я бы посмотрела на этих безумцев, что сунутся сюда без разрешения. Закончив объяснение, Сапфир больше не проронила ни слова. Мы же не спешили продолжать ей докучать. Идя вслед за ректором, тропинка вывела нас к широкой опушке, что занимала огромное количество палаток, среди которых маячили разнообразные создания — от мала до велика. Каждый занимался своим делом. Кто точил оружие, проверял припасы, кто-то стоял и помешивал что-то вкусно пахнущее в огромном казане. Женщина средних лет с короткими русыми волосами, опираясь на костыль — ведь ей не хватало ноги, — присела к плачущему ребёнку, что давился слезами, мягко его приобняла… — Что же, дорогие мои, добро пожаловать в лагерь сопротивления, — гордо проговорила драконид, обведя увиденное перед нами рукой. Я же, хоть и слышала, но удивлённо смотрела вокруг, всё больше понимая, скольким сломала жизнь эта треклятая война… Продвигаясь вглубь лагеря, мы понемногу всё больше ловили на себе взгляды, заставляя смотрящих перешёптываться, а кого-то даже восклицать от радости, видя Сапфир живой и невредимой. Присутствующие по-разному на нас реагировали: недоверие, непонимание, некоторые даже с презрением смотрели на Клэр, сплёвывая себе под ноги. — Алисия?! — голос удивлённый, но тихий, слегка дрожащий, но до жути знакомый. Аккуратно поворачиваю голову в сторону звука, встречаясь взглядом с серо-зелёными глазами, что по очереди менялись от сильного удивления и непонимания, а потом — к грусти, вперемешку с неописуемой радостью. Мы обе сорвались с места, заключив друг дружку в крепких объятиях, одновременно радуясь, что каждая из нас жива и невредима. — Эмбер, не могу поверить! — отстраняясь, оглядываю девушку с ног до головы, сверяясь с воспоминаниями, не веря своей удаче. — Дорогая, могу сказать то же самое! — снова крепко та обняла меня, звонко смеясь. Боже, как я скучала по ней. — Но как? Мне сказали… Я мотнула головой, мягко улыбаясь. — Я потом тебе всё расскажу, долгая история. А, точно… — забыв, что я тут не одна, я немного отодвинулась, давая девушке обзор, указала на своих друзей. — Знакомься: Эраст, Клэр, мои бывшие однокурсники. А это… — указала я на светлого, пытаясь не встречаться с ним взглядом, — Ла… — и на этом как-то оборвалось. Я не знала, что сказать: он друг, но и нет, что-то было больше, но я не уверена. — Тоже её друг и соратник, что вытаскивает её мягкое место из передряг, — высказался тот, поняв моё замешательство. Краем глаза я заметила что-то в его глазах, но не смогла определить, что именно. Как-то неловко улыбнулась, кивнув. — О, я вижу, Алиса, у нас пополнение в строю. Что же, парень, сочувствую — она ещё та заноза в… — смеясь, начала подруга. — Эй… — перебила я девушку, вызвав всеобщий смех, что был заразителен. Решив больше не преграждать путь, Эмбер забрала нас, ведя к себе. Сапфир же сказала, что ей надо уладить свои вопросы, пообещав, что, как закончит, найдёт нас, на что мы кивнули. После чего на весёлой и радостной ноте пошагали за мечницей, ведая о недавних приключениях. Проходя огромное поселение из палаток и шатров, смеясь и шутя, забыв, наверное, обо всех проблемах и задачах, мы приближались к нужному месту. Ребята как раз оживлённо обсуждали какую-то интересную тему, когда Эм остановилась, смеясь, и, отдёрнув ткань, пропустила нас внутрь… — Аль!.. Стой! — неожиданно она поменялась в голосе: страх, сожаление… Но было уже поздно. Смех мгновенно застрял в горле. В груди что-то хрустнуло. Мои глаза сузились — в них искрилась первобытная злоба, а меня переполняла сильная злость. Сжимая до хруста в костях рукоять, я занесла оружие над виновником сего состояния. Но, к сожалению, оно не достигло цели: меня успели оттянуть, откинув в сторону. Друзья, что, словив, разделяли моё мнение. Но путь нам преградила русая, раскинув руки, смотря на меня с… с мольбой?! — Киса… давно не виделись… — проговорил несостоявшийся труп, сидя в кресле позади Эмбер, довольно улыбаясь. — Крисс… — сквозь зубы прошипела я так ненавистное мне имя, пытаясь испепелить того взглядом, не расслабляя хватки. — Алиса, спокойно, позволь мне всё объяснить… — каждое слово воительница проговорила с сильной мольбой, вгоняя меня в полное недоумение, заставляя смотреть то на него, то на неё, не веря своим глазам. «Что происходит?» Время как будто застыло для меня. Вот он — мой злейший враг, ублюдок, что убил отца, гнида, что довела до смерти меня. Я снова закипала, готовая взорваться от переполнявших меня эмоций. Стоило только вспомнить ту ночь в родном замке, как он одним лёгким движением… Нет, я убью его, сейчас же убью! Но от моего желания и моей цели меня отделяет подруга — девушка, что не раз меня спасала, та, кто прекрасно всё знает и уж точно знает о его прегрешениях. Но стоит передо мной и умоляет не мстить. Выслушать. «Что слушать! Он должен умереть, поплатиться за всё! Жалко, что тот взрыв его не убил…» — Алиса, я прекрасно понимаю твой гнев и то, что не вправе тебя просить о милости, но прошу — ради нашей дружбы выслушай меня… — она говорила тихо, поникши, не сводя с меня глаз — глаз надежды на понимание. «Что делать, я не знаю. Моя злость очень сильна, вперемешку со скорбью…» — снова перевожу глаза на Криса. — «А эта тварь сидит, смеётся надо мной, урод!» Но что-то в нём поменялось — это не ускользнуло от моих глаз. Вроде всё тот же, как я его помню, но худее, слабее. Такое чувство, что он не потерял в себе только ехидство и желчь. Неважно. Ещё какое-то время подумав, я круто развернулась и просто покинула злополучный шатёр. Ребята хотели пойти за мной, но я запретила, желая побыть одной, остудить голову. Надо всё обдумать, взвесить. Шатёр остался позади, словно чужой мир, где кипит ненависть, а я шла в темноту, стараясь найти хоть каплю тишины. — Аль, вот ты где. — Из-за деревьев вышла Эмбер, медленно ко мне приближаясь. Не знаю, сколько прошло времени. Пройдя вглубь волшебного леса и найдя всё же укромное место, опустившись на траву возле широкого ствола дерева, я приводила в порядок шпагу, что так и не спрятала в ножны. Заметив девушку, я даже не шелохнулась, продолжая метаться в своих мыслях, всё так же не находя ответа. А находиться рядом с убийцей и мучителем моей семьи желания не было. — Поговорим? — спросив это, я подняла на неё короткий взгляд. Она же ждала ответа, выдерживая всю неловкость данного момента. Я же не спешила отвечать. — Я присяду? На это я кивнула, продолжая точить лезвие, наблюдая исподлобья за девушкой, что умостилась рядом. — Мы столько не виделись… Хотя, когда ты училась в академии, там срок был побольше, конечно… — короткий неловкий смешок. — Но мне доложили, что ты умерла. Но ты тут сидишь рядом, злишься, и знаешь… Краем глаза я замечаю, как она пытается сдержать слёзы, тяжело дыша, маша руками, пытаясь прогнать капли. Девушка, что была как сталь в моих глазах, непробиваемая, сидит рядом и сдерживает накопившуюся боль. — Знаешь… господи, прости… — она рукавами куртки вытирает предательские слёзы. — Прости меня! Я отложила оружие, повернувшись к девушке, и крепко её обняла, не понимая, за что она извиняется. — Прости… — уткнувшись мне в плечо, она подрагивала всем телом. — За что? За что ты извиняешься? — гладя её по спине, задаю волнующий вопрос, пытаясь понять, что происходит. — Алиса, это моя вина. Это я не состоялась как командир… — О чём ты? И она поведала мне всё, что произошло накануне бала: как она с выделенными ей солдатами отправилась на задание, как по пути они наткнулись на группу вампиров, завязался бой, хоть они и хотели сначала всё решить мирно. Врагов оказалось больше. Эмбер ранили, она бежала, желая любыми способами доложить о засаде, но её нагнали, и был это Крис, что почему-то её не убил, а заточил в своём лагере, что был неподалёку… — Крис, твою ж… Что происходит?! — кричала русоволосая на парня перед собой в тусклом свете, что придавало ему большей зловещности, сжимая прутья клетки, находясь в наспех поставленном шатре. — Вторжение, милая. Моему командиру надоело играть в детские игры, — пожимая плечами, поведал парень, наблюдая за расширенными глазами девушки. — Как… Какого… Царь Ватори предал нас? — вначале тихо, непонимающе, потом, переходя на крик, не унималась девица, чем всё больше забавляла парня. — Тише, отец мёртв, так что не переживай… — подойдя ближе, он мягко дотронулся до щеки пленницы, приложив палец к своим губам, и как-то неестественно мило улыбнулся, вселяя ужас. — Не верю… — голос дрожал, она опустила взгляд, пытаясь переварить услышанное. — Твоё право, но я же сказал — детские игры закончились. Но не переживай, скоро ты сможешь увидеться со своей подругой, — говоря это, он излучал радость и уверенность в своих словах. — Подругу… Алисию! Урод, не приближайся к ней! А то… — снова перешла русая на крик. — А то что? — злобно улыбаясь, обведя заточённую взглядом, перебил вампир. — Ну, я слушаю… Но девушка лишь поникла, осознав своё положение, всё сильнее сжимая прутья. «Прутья? Металл…» Ошарашенным взглядом она подняла глаза на своего заточителя, после чего начала колдовать, от чего клетка дрогнула, но не в пользу пленницы, вызвав истошный крик девушки и довольный смех парня. — Неужто думала, что с твоей магией я посажу тебя за обычную решётку? Ох, умора, — наблюдая за всем, он лишь насмехался, показательно стерев невидимую слезу. — Что ж, милая, ты забавная, но долг зовёт… — откланявшись, он направился к выходу из своей палатки, но резко остановился, повернув голову к пленнице. — Передать что-то Алисе? — с мальчишеской улыбкой, что ему не свойственна, неожиданно поинтересовался тот. — Пошёл ты… — прохрипела девушка, содрогаясь от отката, испепеляя мучителя взглядом. И он ушёл, оставив её одну. Время шло. Облокотившись о прутья, поджав ноги к груди и обхватив их руками, девушка замкнулась в себе. Глаза были опустошёнными, подтверждая то, что она сдалась, не видя выхода для себя. Одежда пропахла кровью, будучи ею пропитанной. Но это уже её не волновало. Ей оставалось лишь ждать своей участи и надеяться, что у Криса ничего не получится. Взрыв. Далеко, но прекрасно слышный. Она подскочила, метнув взгляд в сторону шума, но из-за ткани шатра ничего не было видно. Прислушавшись, приметила, что в лагере врага какая-то непонятная суета, крики, паника. Через время в шатёр вошли пара солдат, внесли тело, уложив на спальный мешок, после чего удалились, позволив рассмотреть израненное тело блондина, что почти не дышал, кривясь в гримасе боли. Увиденное не могло не радовать пленницу. Наблюдая за развернувшейся картиной, она самодовольно ухмылялась, мысленно поздравляя Алису… — Что нам делать… — пара вампиров снова вошли в шатёр, один из них присел рядом, осматривая парня, жестом руки попросив замолчать другого. — Он был слишком близко к эпицентру взрыва, наш господин лишился силы, — тихо проговорил первый. — Как лишился?! — ошарашенное лицо врага, как и услышанная весть, всё больше радовали девушку, она только не плясала от радости. — Да так, придурок. Из него высосали магию, он сейчас не сильнее низшего вампира или человека, и процесс, скорее всего, необратим, — продолжил тот, опустив от безысходности голову. «Получи, гнида!» — Доложите королю, — на этих словах они снова покинули шатёр. — Надеюсь, тебе очень больно, уёбак! — прошипела девушка, не сводя злорадного взгляда с потерпевшего врага. — Хех… — неожиданно раздалось со стороны парня, что удивило её. — Очень, милая, но знаешь… Кашель — сильный, обрывистый, заставляющий сгибаться от боли. Но парень всё же находит в себе силы приподняться на локтях и посмотреть прямо в глаза пленнице, улыбаясь. — Я хоть остался живой, по сравнению с кое-кем… Услышанное оборвало всё. Слова раздавались эхом в голове русой, как и понимание того, что он имел в виду. — Не верю… — руки обмякли, голова опустилась вниз, смотря на колени, снова пустым взглядом. — Надеюсь, её разорвало на куски, хоть я провалил задание, — хрипя, он вернулся в удобное положение, чтобы очередная попытка дышать не вызывала адскую боль. Девушка только молчала, переваривая услышанное. Она хотела злиться, кричать, материться, но силы покинули её. Душа как будто отделилась от тела, весь мир просто рухнул — от понимания того, что одно из основных заданий она провалила, от понимания того, что человек, что относился к ней как к равной, к другу, больше нет. Да, она дочь герцога, хоть и приёмная. Да, она была лучшей на курсе, хоть и не смогла завести настоящих друзей. Да, она дослужилась до высокого звания, заслужив уважение. Но та, что в ней разглядела личность, друга, опору, больше нет… — Господин, вы как? — вернулся один из вампиров, подойдя ближе к парню. — Хреново, не видно?! — хрипло воскликнул блондин, прижимая ладонь к груди, прерывисто кашляя. — Племянник… — неожиданно в шатёр вошёл мужчина со шрамом на лице, осматривая покалеченного родственника. — Ты в очередной раз подвёл меня, Крис… — Дядя, прошу… — блондин резко поднялся, с умоляющим взглядом таращась на мужчину, что вселял животный страх. Он ничего не делал, но аура вокруг него была зловещей, заставляя забывать, как дышать, содрогаться, желать, чтобы он только не обратил на тебя внимания. — Крис, хватит. Это был твой последний шанс, — голос жёсткий, стальной, как острый нож, что легко режет плоть. — Тебя бы наказать, но ты, я вижу, и сам прекрасно справился, поэтому прошу: сдохни где-то в канаве, не позорь род Ватори и дальше. От услышанного глаза Криса больше расширились, а челюсть отвисла. Он хотел было что-то сказать, но слова не приходили. Мужчина же, поморщившись, круто развернулся, готовясь покинуть шатёр… — Король, а что с этой? — окликнул один из сопровождающих, указав на пленницу, что так и не поменяла своего положения. — Это — сами решайте. Но сворачивайте лагерь. Из пленных брать только тех, что я указал, — голос доносился всё тише и тише, удаляясь. Проводив нового короля взглядом, вампиры хищно зыркнули на девушку, начав приближаться к ней. — Чур, я первый, — сказал один из них. — Какого? Я тоже голодный! — возражал второй, выхватив обмякшее тело девушки у соратника. — Ладно, но оставь и мне… На этих словах вампир готовился прильнуть к шее русой, где пульсировала артерия. Но, к их сожалению, пировать сегодня не получится. Неожиданно их головы полетели вниз, встречаясь напоследок взглядами, перед тем как рассыпаться в пыль. Девушка поднялась, держа в руках выращенный клинок чистого серебра. Не поднимая головы, она поплелась ближе к блондину, что страшно хрипел. — Вот болваны, учи, учи… А ты молодец, — зачем-то говорил парень, наблюдая за ней, что приближалась, таща за собой окровавленный металл. Подойдя ближе, она занесла его для удара. — Давай, убей меня, мне всё равно жизнь такая не нужна, хуже инвалида! — кричал тот. Но девушка замешкалась. — Чего ждёшь?! Ты же хочешь! — не унимался он. — Нет, дорогой, так просто ты не сдохнешь, — неожиданно молвила та. Подняв полный злобы взгляд, прижав лезвие к его груди, она сдерживалась из последних сил, обдумывая свои действия. — Я и не сомневался. Что ты хочешь? — в его глазах не было ни страха, ни мольбы, только лёгкое непонимание и смешинка. — Голову того мудака! — выкрикнула девушка. — Виктора? Не смеши… Хотя я тебя понимаю. Я ради его идей рискнул всем, в итоге, как можешь видеть, меня выкинули из игры, — не обращая внимания на лезвие клинка, он умостился поудобнее, закинув руки за голову. «Пижон». — Ты знаешь о его планах? — Допустим. И что дальше? — Ты поможешь мне, а у тебя будет возможность отомстить. — Звучит интересно, но не слышу плана. — Он будет, а сейчас нам надо убираться… — с улицы доносился шум, кто-то приближался. — Ты же понимаешь, что я легко могу тебя предать, — гнул свою палку вампир, наблюдая за девушкой с большим интересом. — Знаю, как и я тебя. Предлагаю заключить сделку. Он приподнял бровь. Она же вся дрожала от того, что сама же предложила, не веря самой себе. — Ты понимаешь, что если меня убьют, ты погибнешь со мной? Она кивнула. Резанув ладони клинком, он — кинжалом, что был на боку, — они пожали руки, заставив жидкость смешаться, проговорили слова клятвы, после чего между ладоней зашипело, но, разомкнув пожатие, порезов уже не было. — Можешь бежать? — поинтересовалась девица, убирая клинок, ища путь для отступления. — Нет, я без сил, благодаря нашей общей знакомой. От услышанного девушку аж перекосило. — Передумала? — Нет, — сказала как отрезала. Собравшись с мыслями, она снова присела рядом, протянув руку. — Кусай, но быстро, нет времени… Жест удивил Криса, заставив бровь поползти ещё выше. — Ну же… Она затаила дыхание, и парень больше не тянул, вонзив клыки в мягкую кожу, делая пару глотков, с каждым дыша ровнее и не содрогаясь от боли. Забрав руку, перевязав её наспех оторванной тканью от одежды, она помогла тому встать. Разрезав шатёр в противоположном направлении от входа, они покинули его, бежа изо всех сил. Уйдя на безопасное расстояние, раздобыли новую одежду и плащи, набрались сил, заживили раны. После же добрались до Милфрида, что ещё не пал, встретились с Сапфир, поведав ей о случившемся, и так начало зарождаться сопротивление, что понемногу накапливало силы, принимая в свои ряды всех желающих и беженцев. — Эмбер… — выслушав, прошептала я, сильнее прижав девушку к себе, не представляя, через какие муки ей пришлось пройти. — Теперь понимаешь, почему я тебя остановила? — шмыгнув носом, она отстранилась, не спеша поднимать взгляд. — Да, но, Эмбер… Ааа… — резко вскочив, во мне боролись противоречия. Обняв себя, я пыталась усмирить мысли, что разрывали изнутри. «Подонок и тут выкрутился, ненавижу!» — Алис, я понимаю твою злость. Он рассказал, что случилось. Поверь, я сама его чуть не перерезала в тот момент, но… — поднявшись, девушка наблюдала за мной, как я мечусь из стороны в сторону. — Какой благородный, чтоб ему… Ладно, не сейчас. Просто ответь: оно того стоило?! — срываюсь на крик, но ловлю себя на этом и выдыхаю, пытаясь успокоиться. Эмбер точно не заслуживает моих криков. — Хоть и стрёмно тебе это предлагать, но будет лучше, если вы сами поговорите. — Услышав это, я сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу, что отдало болью, но мне не хотелось сейчас посылать подругу, что боялась уже не увидеть. — Алис, может, ты хочешь сейчас меня и обматерить и захочешь после того, как я кое-что скажу, и будешь отчасти права. Я сама не до конца верю, но Крис, он… — девушка замялась, переступая с ноги на ногу, пытаясь подобрать слова, — он меняется. Он за нас. Он сдал большинство лагерей, что мы смогли разрушить, и спасти пленных. — Эмбер, ты права, это бред. Такие, как тот уёбак, не меняются. Вот мы сейчас тут с тобой говорим, а у меня перед глазами, как он убивает отца, как издевается надо мной, заставляя убить себя, как он наслаждается всем, — каждое слово я, скрипя зубами, медленно проговариваю, сдерживая себя, чтобы не кричать снова. — И вот скажи, как такой псих может поменяться? — Я не буду переубеждать тебя или молить о прощении его — это твоё право. Я прошу тебя лишь выслушать, и всё. Это будет и тебе полезно. — Она говорила серьёзно. Слёзы уже давно высохли, не оставив и следа, и намёка. Смотря мне в глаза, она ждала моего решения. — Чёрт! — чертыхнувшись, я ударила кулаком об ствол дерева. — Ладно, ладно, но любезничать я не собираюсь! — выставила я свои условия. — Спасибо. Что ж, пошли, а то мы уже ужин пропустили, а тётя Ольга варит очень вкусный кулеш. Надеюсь, нам порция осталась. — Лишь тяжело вздохнув, наблюдая за тем, как девушка мне улыбается, я пошагала за ней, мысленно надеясь, что всё будет хорошо и никто из нас не пожалеет о своём решении. Вернувшись в лагерь, я встретилась с ребятами, что стояли у одной из палаток, среди тусклого света, что дарили жаровни. По их лицам было понятно, что они, как и я, не в восторге, стоя с минами темнее туч. Прохожие, завидев это, обходили стороной, не желая попасть под горячую руку. — Что же я вижу — настроение у всех паршивое, — подойдя ближе, констатировала я имеющийся факт. Мне лишь синхронно кивнули. — Что ж… — начала Эмбер, подойдя ближе, заслужив три презрительных взгляда. — Так, народ, я разделяю ваше негодование, но за Эм готова поручиться. Она не заслуживает от вас такого отношения. — Алиса, ты себя слышишь? Она заодно с врагом! — первой, как и ожидалось, не выдержала Клэр, начав кричать, жестикулируя резко руками. — Да и насчёт Эмбер уверена в своих словах, — говорила я спокойно, хотя внутри и бушевал огонь. Что там огонь — целый лесной пожар. — Что ты хочешь сказать, Аль? Не тяни, — присоединился Эраст, пытаясь изо всех сил сдерживать свой гнев. Хоть на первый взгляд он и спокоен, но глаза и напряжённые мышцы выдают его с головой. — Так, народ, знайте, что я, как и вы, против, по большей части, и очень не горю желанием, но тому козлу есть что нам поведать. Клэр, не начинай. Я прекрасно понимаю твои чувства и сама еле держусь, чтобы не влететь к тому уёбку и не свернуть шею, но Эм уверена, что его сведения будут нам полезны. — Говоря всё это, я не могла поверить, что сама это и говорю, коря себя за каждое слово, не желая верить, но выхода нет — придётся обуздать гнев и выслушать. Надеюсь, это того стоит. — Блядь… — высказалась вампирша, прижавшись спиной к любимому, сложив руки в замок, отведя свой злобный взгляд в сторону, кусая нижнюю губу от раздражения. — Алис, ты как? — поинтересовался ЛА, подойдя ко мне. Он приобнял, я лишь мотнула головой. Парень — единственный, кто был более спокойный из нас, хотя тоже не был в восторге от затеи. Он положил подбородок мне на макушку, прижав ближе, делясь своим умиротворением, от чего я и сама начала расслабляться. Дружно всё переварив, мы всё же решили поесть для начала и остудить головы перед неожиданной встречей. Пытаясь разогнать накалённую обстановку и расслабиться. И рекомендованный кулеш в этом прекрасно помогал, согревая нас. Мясо нежное, пшено проваренное, рассыпчатое. Вкус словами не передать. Настроение понемногу начало подниматься, и мы все дружно попросили добавки. Но даже вкусный кулеш не мог заглушить мысль о том, что нас ждёт впереди — встреча, о воспоминании которой во мне закипала кровь по-новому. Мы подошли к злополучному шатру. Вроде сделать шаг вперёд — и всё, но я застыла перед входом, упорядочивая мысли. Он там, за тканью, ждёт, ухмыляется, как всегда, и это бесит. — Алиса… — Ла берёт за руку, придавая мне уверенности. Делаю глубокий вдох и медленный выдох, ступаю вперёд. Внутри горит свеча, освещая всё вокруг тусклым светом. Вот он сидит там, где и сидел. Наши глаза встречаются, он слегка улыбается, я же отворачиваюсь, пытаясь держать себя в руках. Эмбер становится рядом с ним, смиряя его взглядом. Ребята же занимают разные места. Я сажусь в одно ещё свободное кресло, напротив гада, Ла становится слева от меня, изучая вампира внимательным, слегка презрительным взглядом. Клэр и Эр остались ближе к входу, присев на пол, пытаясь не смотреть в сторону блондина, что окинул каждого из нас оценивающим взглядом. — Что же, я ставил на то, что у тебя не получится так нас собрать, — голос надменный, насмешливый, режет мои уши, но я борюсь, пытаясь держаться. Это замечает Ла и кладёт свою руку мне на плечо, немного сжимая. Мысленно его благодарю. — Крис, не зли их. Знал бы, каких нервов мне это стоило, веди себя вежливо, прошу, — просила парня русая, на что он лишь пожал плечами, переводя взгляд с подруги на нас с Ла, хмыкнув. — Тебе есть что нам сказать — говори, — через огромную волю обратилась я к нему, смотря себе под ноги. — Есть, киса… Ай, за что? — гнев бурлил, Эм же за его высказывания дала по затылку, в очередной раз смиряя его взглядом. — Понял, понял, — я мысленно считала до десяти. — Ребята ждут, пока ты им скажешь то же, что и мне, — на её слова он вздохнул, снова вернув взор ко мне. — Перед началом я бы хотел узнать, что это за парень? — указал он на полуэльфа. — Тебя это ебать не должно! — всё же не выдержала я, резко подскочив с места. — Тише, тише, К… — успокаивал наигранно тот, почти договорившись. — Алисия, мне просто любопытно, а то как-то странно: наблюдая за вами, видно некую химию. Вот братик расстроится, узнав… — ехидничал тот. Неожиданно к нему подлетела Клэр, врезав кулаком в челюсть. — Ауч… сестрица, с каких пор ты так осмелела? Блин, и правда больно, — потирая ушибленное место, причитал парень. — Любимая, не марай руки, пошли выйдем, тебе надо подышать, — к ним подошёл оборотень, сжав плечи возлюбленной, аккуратно развернув, увёл её из шатра, при этом кидая злобные взгляды, полные негодования, в сторону её брата. — Может, перестанешь паясничать! — проведя друзей взглядом, обратилась к нему. Мой голос был пропитан злобой, держаться всё труднее. — Даже не начинал, просто смотрю на вас и представляю его лицо — прям мурашки по коже. — И правда, он как будто в восторге, довольно лыбясь, как кот, объевшийся сметаны. — Причём тут… ммм… как к этому причастен ваш брат? — да, всё же думать — это не выговаривать, от попытки сразу колет в сердце. — Странно, очень странно, с тобой что-то не так, — как-то резко он посерьёзнел, смотря внимательно мне в глаза, ища в них что-то. — Может, ты уже перейдёшь к делу! — тут уже не выдержал ЛА, позабавив вампира, словив на себе заинтересованный взгляд. — Я всё скажу, но хочу сначала унять своё любопытство. Для меня уже новость, что она жива, — указал он на меня, продолжая разглядывать. — Какой же это будет сюрприз для Виктора. Но мой тебе совет — не лезь неподготовленной на рожон, а то все усилия пойдут насмарку. — О чём ты? — его слова озадачили. Я знала, что причина в моей крови, конечно, но что они хотят этим добиться? — Что ему нужно от меня? — Подробностей не знаю, но благодаря тебе он хотел провести какой-то ритуал, что должен был вывести вампиров на новый уровень, сделать ещё сильнее. — Но я умерла, его план провалился. Что дальше? — Ты кое-что упускаешь. Я так понимаю, ты знаешь, что потомок высших, но ты такая не единственная. В тебе просто по какой-то причине больше их крови, от этого ты была так ценна. Да, это подпортило ему планы, но у любого стратега всегда есть план Б, и вот он ищет остальных — всех, у кого есть корни с высшими. Да, их немного, но когда он найдёт достаточное количество, что-то случится. Выслушав его, я начала переваривать информацию, вспоминая слова матери, вспоминая о родных, что в плену у врага, осознавая — я подскакиваю. — Он и моих родных использует в своём плане! — высказав это, в груди всё сжалось. Крис лишь кивнул. — Надо его остановить! Как его остановить? — я забыла уже обо всём: об окружающих, о злости, что меня переполняла. Подскочив к вампиру, схватив того за плечи, смотря прямо в глаза, ожидая ответа, — все мысли о оставшихся родных, что ждут меня. — Аль, успокойся, всё хорошо, — Ла подошёл сзади, приобняв за талию, пытаясь оттянуть от ошарашенного блондина, усаживая после обратно в кресло. — Остановить, — начал тот, придя в себя, — как я уже говорил, Эмбер, почти невозможно. Чтобы убить отца, Виктор использовал редчайший яд, что смертоносен даже для древнейших вампиров, но не советую на это ставить ставку: пока вы будете искать нужный цветок, половина поляжет, а остальные только потеряют время. Нет, тут нужен высший вампир и… — с меня он перевёл взгляд на сумку, что лежала у моих ног. — Бастард, — прошептала я. — Бинго, — воскликнул Крис, хлопнув в ладоши. — Хоть это всё и предположения, истинного способа всё же не знаю, но времени в обрез, — снова пожал тот плечами, начиная скучать. — И на этом с… — выговорить это очень сложно, всё же я его ненавижу и желаю пройти сквозь все пучины преисподней, — ты, на удивление, слегка помог, — всё же по-своему высказала я, кривясь от каждого слова. — Неужто мои уши меня не обманывают — ты поблагодарила меня? — показательно тот прислонил ладонь к правому уху, как будто желая лучше расслышать. — Пошёл ты! — как будто выплюнула слова, испепеляя вампира взглядом. — Кстати, вернусь к своему любопытству. Скучаешь по Каинсу? — неожиданно поинтересовался Крис, довольно улыбаясь. Что он пристал ко мне с этим парнем? Не скучаю, и он по мне, скорее всего, не очень, хоть сердце предательски ноет. Не знаю, что он разглядел во мне, но его глаза поползли наверх, а улыбка становилась шире. — Не, не верю, не могло мне так повезти, — не понимала я такого энтузиазма. — Ты предпочла эльфа ему? — Крис! — не выдержала Эмбер. — Что тебя так радует? — поинтересовался Ла, сжимая спинку стула. — Да ничего, просто как жалко, что я не могу увидеть лицо брата — хоть где-то он проиграл. — Что он проиграл? Ему плевать на меня! — уже не выдержала я. — Он хотел, чтобы я забыла, и я… — осознав, что говорю, я прикрыла рот ладонью, испуганно смотря перед собой. Вампир же был очень удивлён, но длилось это недолго, вернув себе довольную ухмылку. — Бля… — матюкнувшись, Крис разразился диким хохотом, прикрыв глаза. В непонятном блаженстве вздохнул. — Алиса, пожалуйста, скажи это, — я мотнула отрицательно головой, гнев снова закипал во мне, так что пришлось сдавить подлокотники до хруста костей. — Ты правда забыла его? Бля, не могу поверить. Жалко, что я первый не могу ему это рассказать. Высшие, какая жалость! — Крис, угомонись, зачем ты провоцируешь её? — налетела на того русая, схватив за воротник, заставив смотреть себе в глаза. — Прости, Эм, знаю, перегнул, но я ненавижу брата, и данная новость меня очень радует, — не унимался тот. — Пошёл ты, Крис. Прости, Эмбер, но мы уходим, — поднявшись аккуратно, продолжая сжимать кулаки, направилась к выходу, — потому что ещё хоть одно его слово — и я его убью! — после этих слов я покинула шатёр, Ла же вышел следом, не спеша нарушать мои размышления. Идя вдоль чужих палаток, мы нашли Клэр и Эраста, что о чём-то говорили, но, заметив нас, прервали беседу. Поведав детали разговора, Эраст еле удержал Клэр, что вопила об убийстве путём удушения за его выходки, но, будучи прижата к мускулистому телу и заткнута поцелуем, остыла, заставив нас с Ла тактично отвернуться. Он, конечно, приобнял меня, но, к моему счастью, дальше ничего не последовало, позволяя ненадолго уйти в свои мысли. А именно — задуматься о наших отношениях с братом Клэр и Криса. Почему его должно огорчить или обрадовать что-то, связанное со мной? Потому что я видела: он сам был бы рад, чтобы я его забыла, ему, скорее всего, было от этого легче. В омуте воспоминаний было много непонятных мне эмоций, но их причины могли быть разные. Хотя зачем тогда я дралась с Фелицией? «Интересно, как он выглядит?» — промелькнула мысль, что быстро затерялась. — Предлагаю разбить свой лагерь неподалёку, день был насыщенный, полагаю, для всех, — из раздумий меня вывел голос оборотня, что, приобнимая вампиршу, смущённо улыбающуюся, предлагал план действий. — Поддерживаю, жутко хочу спать, — присоединился Ла, слегка ослабляя хватку. Мы же с подругой не проронили ни слова, пошли за парнями, что оживлённо что-то обсуждали своё. — Клэр, Крис прав насчёт твоего брата? — неожиданно спросила я, не понимая, что за муха меня укусила. — Не знаю, что тебе ответить, правда, но не потеряй ты память, я бы сказала: поставь себя на его место… — больше девушка ничего не сказала, ещё сильнее меня озадачив.