Catfished

— У нее покупатель, — шепчет Гермиона, щурясь в попытке рассмотреть сквозь омнинокль вход в магазин на противоположной стороне улицы, где высокий изящно одетый волшебник оглядывается и затем спешно заходит внутрь. Гарри усиливает поле Отвлекающего заклинания вокруг них. — Я видел его раньше. — Он работает в госпитале Святого Мунго, — рассеянно отвечает Гермиона, пытаясь проследить передвижения мужчины в лавке. Гарри фыркает и смотрит уже в тысячный раз за неделю на обшарпанную старую деревянную вывеску, которая вольготно расположилась над дверью магазина. “Атлантический аквариум Мюриель”. Гарри улыбается самому себе, одновременно с тем как голос Гермионы из воспоминания просачивается в его сознание: “В этом нет никакого смысла, — пожаловалась она, когда впервые увидела эту вывеску. — Даже отсюда я могу разглядеть, что все ее рыбы — речные. У нее вообще ничего нет из океана”. Гарри считает, что это не так уж и важно в данный момент, но какая-то часть него уважает тот факт, что Гермионе просто жизненно необходимо видеть логику в происходящем вокруг. На самом деле, это именно то, что делает их такой потрясающей командой — она привносит эту самую логику и способность принимать хладнокровные решения, а он привносит… ну, он, вероятно, тоже привносит нечто важное. Умение видеть картину целиком, возможно. Вроде того факта, что достоверность вывески рыбного магазина не имеет такого уж большого значения, если учитывать тот факт, что этот самый магазин является и не магазином вовсе, а всего навсего эффектным прикрытием для весьма успешного бизнеса по продаже Хромии. Они наблюдают за Мюриель уже на протяжении двух недель и наконец-то собрали достаточно прямых улик, чтобы получить ордер на арест. Они наблюдали, как она получает доставки из отдаленных компаний вроде “АкваТех”, “Подводный мир” и даже от “Джакартской компании по продаже речных рыб”; они видели ее покупателей: многочисленных и богатых, как они приходят и уходят; они прослеживали ее банковские счета и следовали за ней на рынок, когда она совершала покупки. Чего они не видели, так это хотя бы одного человека, который покинул бы ее магазин с рыбой в руках. — Он выходит, — говорит Гермиона, слегка прикасаясь к плечу Гарри. Вместе они наблюдают, как высокий мужчина аккуратно закрывает дверь магазина, быстрым шагом спускается вниз по улице и скрывается за углом соседнего дома. — В лавке больше никого, — шепчет Гарри. — Самое время начинать. Гермиона убирает омнинокль и кивает. — Сообщи Анджелине и Дэвиду: скажи им, чтобы встретили меня по ту сторону живой изгороди, — и со взмахом мантии она встает и стремительно направляется к зеленому ограждению. Гарри смотрит, как она исчезает из его поля зрения, и только затем поворачивается в противоположную ветру сторону, чтобы отправить уже ставшим привычным сигнал, который вызовет его коллег из уютного теплого офиса. Когда он поворачивается обратно, на мгновение ему кажется, что он видел какое-то движение краем глаза. Хмурясь, он еще раз оглядывает улицу, а потом просто пожимает плечами и рысцой устремляется к дому, чтобы нагнать остальных: Анджелина и Дэвид как раз появляются из-за живой изгороди и вместе с Гермионой направляются к “Атлантическому аквариуму Мюриэль”, палочки в стандартной скрытой-на-изготовку позиции. После того, как они открывают дверь в магазин, одновременно происходит несколько вещей: для начала Мюриэль кричит что-то отчаянно непристойное, стоит ей заметить аврорские мантии, и прячется за прилавком, позволяя Оглушающему заклинанию Гермионы безвредно отскочить от огромного постера, на котором изображены разнообразные виды водных растений. — Какого Мерлина здесь происходит? — тем временем требует объяснения мужской голос. Гарри инстинктивно поворачивается в его сторону, с палочкой наизготовку, только чтобы мгновение спустя обнаружить, что он смотрит на вполне знакомое, хоть и не вполне ожидаемое в данной ситуации, лицо. — Малфой? — зачем-то уточняет он, в то время как Анджелина и Гермиона перемещаются за спиной Мюриэль в подсобку. — Поттер? — Я думал, здесь никого нет! — кричит Дэвид, яростно бросая одно заклинание за другим в сторону прилавка, в то время как Мюриэль посылает в него отвратительного вида проклятье, выглянув на мгновение из-за своего убежища. Гарри смотрит на Малфоя еще пару секунд, обращая внимание на его темную как-всегда-безупречную мантию, на обеспокоенный и какой-то загнанный взгляд, на судорожно сжатую в руках упаковку с рыбьим кормом… и затем бросается в другую сторону, прикрывая Дэвида магическим щитом. Ему приходится повысить голос, чтобы его можно было расслышать за всем бряцанием и грохотом, который доносится из подсобки. — Да, мы думали, что всё чисто! Мы были… Вот же чёрт! — судорожно выдыхает он, пригибаясь и посылая ответное заклинание в Мюриэль, у которой, как выяснилось, гораздо лучше получается вести дуэль, чем управлять магазином. Неопознанное заклятье ударяет Гарри в колено, и он падает, сглатывая крик боли и вслепую выстреливая Incancerous куда-то в сторону прилавка. В странном тускло-зеленом свете он продолжает держаться за покалеченную конечность и яростно осматривается вокруг: как раз вовремя, чтобы заметить, как смертельно опасное заклинание, направленное в сторону Малфоя, ударяется позади него в стену, пролетев буквально в сантиметре от своей цели. — Claro Prospectego! — кричит Дэвид, и в то же мгновение Малфой… исчезает. Гарри стискивает зубы, стараясь не обращать внимания на боль и клокочущую в груди ярость, и повторно пытается применить Опутывающие чары. На этот раз заклинание бьет прямо в цель, но мгновением раньше вспышка красного света устремляется через весь магазин и попадает в Дэвида, который с оглушительным грохотом падает на пол. Игнорируя — насколько это возможно — боль в колене, Гарри зовет остальных и подползает к лежащему ничком телу аврора. Анджелина выбегает из подсобки и падает на колени рядом со своим напарником. Она прижимает к груди закупоренный флакончик Хромии и безумным взглядом смотрит на Гарри. — Он…? — Он дышит, — отвечает Гарри, несколько расслабляясь, когда его пальцы легко нащупывают на запястье Дэвида уверенный и ровный пульс. Анджелина опускается на пятки и позволяет себе немного расслабиться. Гермиона создает Патронуса и отправляет его с посланием в госпиталь имени Св.Мунго, в то время как Гарри накладывает на неподвижное тело Дэвида заклинание, позволяющее уменьшить его вес. — Что здесь произошло? — спрашивает Анджелина, пока они ждут, аккуратно стряхивая ладошкой сладко-пахнущую пудру со своей мантии. — Малфой, — отвечает Гарри все еще несколько шокированный этим обстоятельством. Боль в колене немного утихла: Гарри, впрочем, не уверен, из-за выброса адреналина, или того, что Мюриэль не вложила достаточно магии в само заклинание. — Малфой?! — Анджелина поднимает взгляд и хмурится. — О чем ты говоришь? Малфой? — Он исчез, — шепчет Гарри, оглядываясь вокруг и будто ожидая увидеть его между полок и аквариумов. — Он был здесь и затем просто испарился. — Отсюда нельзя просто испариться, Гарри, здесь анти-Аппарационный барьер, — авторитетно поправляет его Гермиона. — Ну, а он исчез, — тихо отвечает Гарри, пожимая плечами. — Как ты думаешь: он был здесь, чтобы купить Хромию? — внезапно спрашивает Анджелина. — Я имею в виду, мы же достоверно знаем, что Мюриэль в основном продавала свой товар богатым и влиятельным… Он ведь как раз подходит под ее целевой рынок. Гарри уже почти открывает рот, чтобы с ней согласиться, когда вспоминает нечто важное. — Нет, — вместо этого отвечает он, качая головой, — он был здесь, чтобы купить корм для рыбок — я видел упаковку в его руках. Анджелина смотрит на него с явным сомнением, поэтому Гарри встает на ноги и ковыляет в сторону того места, где он последний раз видел Малфоя. И, конечно, он тут же замечает коробочку с гранулами для прудовых рыб. Он подбирает ее с пола и бросает Гермионе, которая аккуратно ее ловит. — Может он не знал,— замечает она, очевидно о чем-то размышляя. — Может он и правда думал, что это настоящий рыбный магазин. К слову, у него вообще есть рыбки? — В Мэноре есть пруд, — говорит Анджелина и встает на ноги, заметив, что сотрудники госпиталя начали прибывать. — Мой отец работал в качестве ландшафтного дизайнера там пару лет назад. Сюда! — обращается она к Целителю. Указывая на все-еще-сражающуюся с Опутывающими чарами Мюриэль, она добавляет: — Это она наложила заклинание — возьмите ее палочку для диагностики. Я укажу это в отчете, так что проблем не будет. После короткого обсуждения, Гарри и Гермиона соглашаются вернуться в Министерство с Мюриэль, чтобы начать допрос и неизбежное заполнение документации, в то время как Анджелина сопроводит своего напарника в госпиталь. Когда в магазине снова наступает тишина, Гарри, прихрамывая, направляется к ближайшему аквариуму и внимательно рассматривает его разноцветных обитателей. — Тебе тоже стоит показаться врачу, — говорит Гермиона, но он полностью игнорирует ее. Если Малфой исчез и при этом совершенно точно известно, что аппарировать он не мог, даже Гарри логика подсказывает, что он все еще должен быть где-то здесь. И эти рыбы — единственные свидетели того, что на самом деле произошло. — Может нам тогда стоит взять Улику и вернуться в офис? — пробует Гермиона снова и выразительно смотрит на Мюриэль. — Дааа…дай мне минуту, — он поворачивается к ней лицом и хмурится. — Куда он делся, Миона? — Я не знаю, — говорит она, и выражение на ее лице тоже становится задумчивым. — Расскажи мне еще раз по порядку, что здесь произошло. Гарри подтягивается на руках, чтобы усесться на прилавок. Пока он вспоминает детали, он краем глаза смотрит сверху вниз на взбешенное лицо Мюриэль. Стараясь ничего не упустить, он пересказывает Гермионе всё, что случилось, пока она и Анджелина исследовали подсобное помещение. — Она выстрелила проклятием в Малфоя… оно пролетело мимо, и Дэвид… Дэвид наложил какое-то заклинание прямо перед тем, как Малфой исчез, — неожиданно вспоминает Гарри и судорожно пытается выудить из памяти точные слова заклятия ДО того, как Гермиона спросит его об этом. — Что-то вроде Кларо Просперо. Гермиона удивленно моргает и затем: — Ооо... — Что ты хочешь сказать этим своим “Ооо”? Ты знаешь, что оно делает? – спрашивает Гарри. — Видишь ли, Гарри, это заклинание ясного видения. Claro Prospectego... оно создано, чтобы защитить что-то, спрятав его на видном месте, — терпеливо объясняет Гермиона, начиная внимательно осматривать аквариумы. Гарри пристально смотрит на нее. Он думает, что начинает понимать, и не уверен, что все это закончится хорошо… для него или для Малфоя. — Ты хочешь сказать, что Дэвид пытался защитить Малфоя, превратив его в рыбу? — все-таки спрашивает он, почесывая затылок и отчаянно надеясь на то, что каким-то образом он понял всё неправильно. — Да, именно так я и считаю, — подтверждает Гермиона опасения Гарри и начинает изучать емкости с водой с уверенностью человека, который безо всяких проблем сможет отличить Малфоя-рыбу от остальных обитателей аквариума. — Дэвид, наверное, просто запаниковал… Что, впрочем, неудивительно: он ведь не ожидал обнаружить гражданского посреди всего этого хаоса. — Хмм, — выдавливает из себя Гарри, сглатывая чувство вины. Конечно, если тем движением, которое он заметил краем глаза, перед тем как начать операцию, был Малфой, входящий в магазин, тогда вся эта катавасия его, Гарри, рук дело и, — О, Мерлин! — Малфой непременно убьет его, когда об этом узнает. — Возможно, нам стоит искать очень, очень злую рыбу, — говорит он вслух. — Возможно, тебе стоит помочь мне искать его, — парирует Гермиона. Гарри упрямо смотрит ей в затылок еще пару секунд, затем сдается и обреченно ковыляет в другой конец магазина. По пути назад он наклоняется и заглядывает в каждый аквариум, пристально разглядывая всех рыб, которые попадают в его поле зрения. Неплохо было бы еще знать, что конкретно он ищет. Он удивлен и каким-то образом приободрен тем, что все рыбки Мюриэль в достаточно неплохой форме. У них маленькие яркие глаза и легкие парящие плавники, а вода в аквариумах чистая и наполнена мельчайшими пузырьками воздуха. Гарри вовсе не эксперт в данном вопросе, но ему всегда нравились рыбы. Ко времени, когда он достигает середины магазина, он умудряется почти полностью забыть о своей нелепой задаче и взамен просто наслаждается разглядыванием маленьких подводных миров. В одном из аквариумов он обнаруживает жирную, сияющую золотую рыбку; в другом стремительных, красочных гуппи; в третьем гладких, похожих на мурен созданий со смешными усиками. Он легонько стучит по стеклу, за которым крутится стайка обыкновенных сомиков-нижеротов, и зачарованно наблюдает, как косяк маленьких ярких неоновых рыбок плавает кругами вокруг растения смутного похожего на папоротник. Он долго смотрит с огромным интересом на аквариум полностью посвященный улиткам всевозможных форм, размеров и цветов. Когда Гермиона обращается к нему, ее слова словно бы доносятся до него издалека. — Я думаю, я нашла его, — и что-то в ее голосе говорит о том, что никаких сомнений у нее на самом деле нет. Гарри подходит поближе, чтобы присоединиться к ней, и с неким волнением наклоняется к нижнему ряду аквариумов и тоже заглядывает внутрь. В ту же секунду он понимает, что подозрения Гермионы абсолютно оправданы. Среди группы элегантных, прозрачных рыбок одна буквально бросается в глаза. Ей отчаянно не хватает спокойной грации ее собратьев и, кажется, что только для того, чтобы удержаться на плаву, ей приходится прикладывать неимоверные усилия, а ее плавники и вовсе неуклюже дергаются во все стороны в попытке направить тело к самому верху аквариума (без особого, впрочем, успеха). — Я думаю это он, — говорит Гарри после того как пару мгновений с неким подобием эмпатии наблюдает, как сомик пытается вытолкнуть себя на поверхность и, потерпев поражение, снова и снова опускается на дно. — Что ты делаешь? — спрашивает Гермиона, прижимая пальцы к стеклу и обращаясь непосредственно к рыбке. Маленький глаз резко поворачивается в ее направлении за секунду до того, как сомик еще раз дергается в очередной безуспешной попытке выпрыгнуть из воды. — Я думаю, он пытается дышать, — отвечает за него Гарри. — Как ты думаешь, он может слышать нас? Рыба останавливается, чтобы пробуравить Гарри взглядом серебристых глаз. Это его первый осуждающий взгляд от рыбы и, честно признаться, тот факт, что он вообще об этом думает, вызывает у Гарри некоторое беспокойство. — Драко, не паникуй, — пытается успокоить его Гермиона, но когда она переводит взгляд на Гарри, он отчетливо видит тревогу в ее глазах. Сомик дергает аккуратным, раздвоенным хвостом и недовольно изгибает два длинных уса, которые крепятся к его рту. Очевидно, что он — и Гарри думает, что пора бы уже начать называть его по имени — не слишком впечатлен подобным замечанием, и Гарри совершенно не уверен, что может это как-то исправить. — Мы можем снять заклинание? — спрашивает он без особой надежды, на что Гермиона только морщит нос. — Я, конечно, могу попробовать, но обычно такие защитные чары может снять только тот, кто их наложил. — Именно этого я и боялся, — вздыхает Гарри и бросает в сторону Мюриэль сердечное Silencio, когда она снова начинает ругаться и скрежетать зубами. — Ты можешь и подождать, или я добавлю “сознательное вовлечение гражданского в угрожающую жизни ситуацию” к твоему послужному листу. — И, Миона, давай все-таки попробуем. Глубоко вздохнув, Гермиона фокусируется на рыбе-Драко и накладывает заклинание, окутывающее аквариум пеленой чистого белого света. Вода колеблется с пару мгновений, разрушая элегантный порядок стайки сомиков, но, когда действие чар заканчивается, оставляя за собой едва заметный шлейф тумана и слабый запах горения, Драко все еще здесь, в центре аквариума, и выглядит он еще более взбешенным, чем прежде, если это в принципе было возможно. — Мне кажется, ему это не понравилось, — констатирует Гарри. — Определенно, — соглашается Гермиона и убирает палочку. В течение длительного времени она, Гарри и рыба-Малфой пристально смотрят друг на друга в абсолютной тишине, пока их внезапно не прерывает патронус Анджелины. — Дэвид до сих пор без сознания, но они используют палочку Мюриэль, чтобы воссоздать заклинание, которое она применила — вероятно, одно из ее собственных творений, — так что он какое-то время пробудет в госпитале. Но врачи обещают, что он будет в порядке, — сообщает им призрачно-голубая форма. Гарри и Гермиона обмениваются полными облегчения взглядами. — Полагаю, нам лучше вернуться в Министерство, — говорит Гарри и делает шаг в направлении Мюриэль. — А что насчет ры… я имею в виду, что насчет Малфоя? — шепчет Гермиона. Гарри поворачивается к аквариуму. Остальные рыбы вернулись к спокойному променаду, и только Малфой в передней части резервуара все еще суматошно пытается заставить вытянутое, сверкающее тельце выпрыгнуть за очередным глотком воздуха на поверхность воды. — А что насчет него? — отвечает Гарри, пытаясь изобразить безразличие. Но, конечно, он совершенно точно знает, что именно насчет него. И вообще, он весьма отчетливо видит, к чему всё это катится — а даже, если бы не видел — строгое выражение на лице Гермионы и неприятное чувство вины, поселившееся у него в животе, рассказывают ему эту историю крайне доходчиво. — Кому-то придется… — начинает она, но Гарри поднимает руку, чтобы остановить ее. — Пойду поищу пакет.