Сожги меня дотла

      — Ну и хрупкие же поджигатели пошли, — съязвил Локи и, не церемонясь, сбросил бесчувственное тело Эйтри Ригсона на кровать в его комнате.       — Как-то не похож он на поджигателя, — с сомнением протянула Катарина. — А вообще, он живой? — девушка взволнованно вгляделась в лицо Эйтри, пытаясь уловить признаки дыхания.       — Даже не вздумай купиться на его внешний вид. И да, живой, куда он денется, — раздраженно выдохнул Локи.       — Эй, Эйтри! — Катрин подошла ближе к изголовью кровати и легко похлопала парня по щекам. — Эйтри, подъем!       Простонав что-то неразборчивое, Эйтри поморщился, медленно открывая глаза. Стоило его взгляду сфокусироваться на Катарине, парень резко поднялся, взмахнул рукой, и Катрин почувствовала, как ей в бок влетает какое-то слабое заклятие. Боли почти не было, но от неожиданности девушка дернулась в сторону, оступилась и рухнула на пол.       Мельком оглядев Катарину и убедившись, что она в порядке, Локи схватил паникующего Эйтри за шиворот, стащил с кровати и стиснул ладонь на его горле, впечатывая парня в стену.       — Возьми себя в руки сейчас же! — прошипел Локи.       — Вот так он точно не возьмет! — нервно выпалила Катарина, вставая на ноги. — Отпусти!       Локи нехотя разжал пальцы, и Эйтри осел на пол. Он был белым, как полотно, трясся и тяжело дышал, осознанно или нет закрывая пострадавшую шею рукой. Взгляд Эйтри бешено метался от Катрин к Локи и обратно, и в нем не было ни капли узнавания или осознанности — ничего, кроме панического ужаса.       Стараясь не делать резких движений, Катарина присела рядом и спокойно сказала:       — Дыши глубже, хорошо? Мы здесь, чтобы поговорить, вот и всё.       За пеленой страха Эйтри явно слабо понимал, что происходит, и Катрин, надеясь, что не сделает хуже, осторожно взяла его руки в свои, заглядывая в лицо.       — Мы не приговор выносить пришли. Мы просто хотим понять, что случилось. Не бойся, ладно?       Несколько бесконечных минут Катарина и Эйтри смотрели друг другу в глаза, делая глубокие вдохи почти в унисон, и в какой-то момент дыхание парня наконец начало приходить в норму, а во взгляде мелькнула осмысленность. Катрин медленно отпустила его руки, отстраняясь, и негромко спросила:       — Ты как?       — Простите, — растеряно выдавил Эйтри, вытирая пот со лба дрожащей ладонью. — Со мной никогда такого не было, я не понимаю…       — Паническая атака, я думаю. Неприятно, но жить будешь, — Катарина ободряюще улыбнулась, и парень выдавил слабую улыбку в ответ. — Встать сам сможешь?       Эйтри кивнул и осторожно поднялся, опираясь о стену. Всё также не отлипая от стены, дошел до кровати и сел на край, неловко сложив руки на коленях. Катрин держалась рядом, готовая поддержать в случае чего — парень еще нетвердо стоял на ногах. Локи же стоял где-то в стороне, и Катрин не нужно было его видеть, чтобы буквально кожей чувствовать исходящую от трикстера неприязнь в сторону Эйтри. Впрочем, скрывать её Локи, кажется, и не собирался.       — Может, присядете? — несмело предложил Эйтри и подвинулся в сторону, освобождая место на постели — стул в его покоях был всего один.       Катарина с готовностью села рядом, а Локи, пробормотав что-то очевидно едкое и колючее, облокотился о стол рядом, скрещивая руки на груди. Угрожающий вид Бога Обмана, возвышающегося над Эйтри, заставлял парня нервничать, и в попытке спрятать глаза от Локи Эйтри обратил внимание на яркое пятно крови на рубашке Катарины.       — Я тебя ранил? — ужаснулся парень.       — А, это… — только сейчас Катрин заметила небольшой порез на боку. — Ерунда, царапина, — отмахнулась она.       — Мне очень жаль.       — Жаль? — если на корабле вдруг и были тараканы, то теперь точно нет — такое количества яда в голосе Локи не щадило никого. — Жаль, что тебе пришлось вливать в бездарно созданный огонь топливо и сжигать пол корабля? Жаль, что два человека чуть не сгорели живьём из-за тебя?       — Локи! — шикнула Катарина. Эйтри всё ещё выглядел беспокойным, и провоцировать его новый приступ явно было плохой идеей.       — Нет, он прав, — с неожиданной твердостью в голосе произнёс Эйтри. — Это я сделал.       Катрин и Локи переглянулись, и девушка быстро отвернулась, не желая наблюдать торжествующее «я же говорил» в глазах трикстера.       — Рассказывай всё, — потребовал Локи. — С самого начала и в подробностях.       Эйтри ненадолго замолчал, собираясь с мыслями и глубоко вздохнул.       — Это произошло не случайно, я готовился, — начал он. — Сначала нашел в отсеке канистры с топливом, смог забрать одну так, что никто не заметил, спрятал в этой комнате. Выбрал время, когда в хранилище почти никого не бывает. Заблокировал основной вход…       — Как ты это сделал? — перебил Локи.       — Я учился на Хале какое-то время. Хорошо разбираюсь в технике.       Нахмурившись, Катрин украдкой посмотрела в сторону Локи. Но либо он не замечал разительных изменений в поведении Эйтри, либо просто не подавал виду.       Эйтри больше не выглядел нервным или напуганным — он выглядел пустым. Взгляд его был отсутствующим, даже остекленевшим, а то, что он рассказывал, звучало так же безэмоционально, как выученные реплики бездарного актера, который еще и ненавидит играть.       — Обошел эту часть корабля по правому крылу, зашел в хранилище через запасную дверь. Я не знал, что там будут люди, — Эйтри продолжал говорить монотонно, как металлический голос в навигаторе автомобиля. — Создал огонь, влил топливо, чтобы разгорелся лучше, и ушел, вот и всё.       Катарина и Локи вновь озадаченно переглянулись — истории, хоть и звучащей складно, не доставало мотивации.       — Зачем ты это сделал? — спросила Катрин.       — Не могу объяснить, — безразлично отозвался Эйтри.       — Вот только не надо морочить нам гол…       — Давай поставим вопрос иначе, — внезапно сказал Локи. — Кто заставил тебя это сделать?       — Никто, я сам, — быстро ответил Эйтри. Слишком быстро и слишком нервно после столь равнодушного рассказа.       — Катарина, ты была права, — не сводя глаз с Эйтри, Локи улыбнулся. Но Катрин знала, как подобная улыбка в сочетании с пристальным ледяным взглядом трикстера влияет на его собеседника, и даже немного посочувствовала Эйтри. — Он не похож на поджигателя. А вот на лжеца — очень даже.       Эйтри опустил взгляд на сложенные на коленях руки, нервно кусая губы. От былой отстраненности не осталось и следа, парень снова начал паниковать, пытаясь справиться с участившимся дыханием. Эйтри будто боролся с собой, отчаянно желая сказать что-то, но отчего-то не имея возможности это сделать.       — Он убьет меня, если я расскажу, — наконец, выдавил парень.       — Кто? Эйтри, мы должны знать, — мягко, но убедительно проговорила Катарина.       — Он сказал, нужно поджечь хранилище, — быстро заговорил Эйтри. — Чтобы все подумали на девушку с пламенем в крови. Он сказал, ей опасно находиться среди асгардцев, и нужно убедить людей избавиться от нее.       С еле слышным стоном Катрин опустила голову к коленям, зарываясь руками в волосы. Если бы что-то пошло не так, огонь мог захватить большую территорию, а в пожаре могли пострадать минимум две женщины, одна из которых — мать Катарины. И всё это только ради того, чтобы всё-таки вышвырнуть Катрин с корабля.       — Назови имя, — жёстко приказал Локи. — Нам нужно знать.       Эйтри закрыл глаза, стиснул руки в кулаки и прошептал на выдохе:       — Тюр.       Сказать по правде, мир не рухнул. Катарина ожидала услышать именно это имя уже после слов Эйтри о необходимости подставить девушку. Да, она была немного напугана тем, как далеко Бог Войны оказался способен зайти, но точно не шокирована. В общем-то, фраза «разочарована, но не удивлена», кажется, становилась её жизненным девизом.       Локи тронул Катарину за плечо и красноречиво кивнул в сторону двери.       — Да… — неловко кашлянув, Катрин поднялась. — Спасибо, что рассказал, Эйтри. Мы пойдем.       — Я рано потерял родителей, рисковал остаться на улице, — вдруг произнес Эйтри. — Но Тюр заметил меня, устроил на Халу учиться. И вот, когда мы попали на этот корабль, напомнил обо всем, что для меня сделал, и приказал устроить поджог в уплату долга. У меня не было права отказаться, но клянусь, я не хотел. Я бы ни за что не сделал этого, если бы мог, — горячо прошептал парень.       — Я верю, что это так, — уверенно сказала Катарина, и Эйтри заметно расслабился, неуверенно улыбаясь.       — Спасибо.       Едва Локи и Катрин вышли из покоев Эйтри, трикстер спросил:       — Что думаешь?       — Тюр… — Катарина пожала плечами. — Не скажу, что я удивлена.       — Не уверен, что все так просто, — Локи покачал головой. — В этом нет смысла. Тюр может ненавидеть тебя сколько угодно, но он слишком предан Асгарду и асгардцам, за это Один когда-то и сделал его своим главным советником. Стал бы Тюр настолько рисковать своим народом, устраивая пожар?       — Но и Эйтри ведь не соврал?       — Не соврал. Но он психически нестабилен, ты же видела, как он себя вел, все эти перепады настроения… Не знаю, стоит ли полагаться только на его слова. В любом случае, идем, нужно рассказать Тору.       — Знаешь… — Катарина посмотрела на закрытую дверь в покои Эйтри. — Я догоню, ладно? Думаю, он может помочь мне кое в чем, нужно спросить.       — Как хочешь.       Стоило Локи скрыться за поворотом, Катрина постучала в дверь и, не дожидаясь приглашения, вошла обратно в комнату, помахав вскочившему с постели Эйтри.       — Здравствуй еще раз.       — Вы… — Эйтри понял, что Катрин вернулась одна и с облегчением выдохнул. — То есть, ты… Ты хотела узнать еще что-то?       — У меня скорее просьба. Ты сказал, разбираешься в технологиях… — Катарина достала из заднего кармана джинс смартфон, который носила там больше по привычке, и протянула парню. — Как думаешь, сможешь сделать так, чтобы я отсюда могла связаться с Мидгардом?       Эйтри внимательно осмотрел телефон и кивнул.       — Я, кажется, имел дело с чем-то похожим, могу попробовать.       — Спасибо большое! Буду должна.       — Да брось, я же как-то должен отплатить за то, что сделал. Все нормально. Оставь его мне и зайди через пару дней. Думаю, будет готово.       — Хорошо. Тогда увидимся!       Катрин сделала шаг к выходу, но Эйтри вдруг схватил девушку за локоть, заставляя развернуться. Катарина резко втянула в себя воздух, собираясь или выкрикнуть что-то не слишком цензурное или сразу ударить, но стоило ей увидеть лицо Эйтри, её решимость сошла на нет. Вернулся этот почти мертвый взгляд и отсутствующее выражение лица, и Катрин бы соврала, если бы сказала, что это её не пугает.       — Этот поцелуй был неправильным, — пробормотал Эйтри, смотря куда-то сквозь девушку.       — Что? — Катрина вырвалась, отступая назад. — Какой к черту поцелуй?       Эйтри моргнул, и наваждение исчезло. Голубые глаза снова живо и осознанно загорелись, и парень вопросительно посмотрел на Катарину, склонив голову. Катрин едва удержалась, чтобы не начать пятиться. Все это выглядело довольно жутко. Будто кто-то щелкал в голове Эйтри переключателем, а парень даже не замечал тех моментов, когда он не в себе.       — Все в порядке? — Эйтри выглядел озадаченным. — Я, кажется, задумался в какой-то момент.       — А… Да, конечно… — Катрина усилием воли растянула губы в улыбке. — Спасибо еще раз.       Девушка практически вылетела из покоев и хлопнула дверью, приложившись о неё спиной и затылком.       Если Эйтри настолько психически нездоров, что его слова бывают лишены связности и смысла в целом, то, возможно, Локи прав — всё может быть куда сложнее.

***

      Морщась от неудобного положения, Катарина привстала, чтобы достать из заднего кармана телефон и узнать, сколько времени она уже просидела здесь. На полпути вспомнила, что отдала мобильный Эйтри, тихо выругалась и села обратно, вытягивая затекшие ноги.       Странный разговор с Эйтри отнял время, и начало допроса Тюра девушка благополучно пропустила. Катрин здраво рассудила, что глупо врываться в покои царя посреди разговора, да и полезна она там не будет, поэтому сейчас Катарина не слишком презентабельно сидела на полу напротив двери, ожидая, пока Тор и остальные закончат. В теории можно было не жертвовать поясницей и ногами и ждать результатов допроса в удобной кровати в своей комнате, но любопытство пока побеждало.       Как по заказу, дверь наконец-то скрипнула и начала открываться. Катрин воодушевилась и привстала, но едва оттуда показалась фигура Аморы, девушка застыла на месте и на секунду прикрыла глаза, мысленно считая до десяти. Чаровница вышла и плотно закрыла за собой дверь, давая понять, что следом за ней выходить никто не собирается. Замечательно.       — А, ты тоже здесь, — снисходительно протянула Амора и приветственно, но, как обычно, немного надменно улыбнулась.       Катрин пробормотала что-то утвердительное в ответ, поднимаясь на ноги и отряхивая джинсы. Она искренне надеялась, что хотя бы её лицо сейчас не краснеет, чтобы не делать ситуацию еще унизительнее, потому что… Потому что какого черта Катарина встречает леди Амору, растянувшись на полу? Как собачка, которую хозяева не пускают в спальню из-за грязных лап. Хватит с неё.       — А ты что здесь делаешь? — немного резче, чем следовало, поинтересовалась Катрин. — Вернее, делала там, — девушка кивнула на дверь.       Амора немного помедлила с ответом, будто сперва удивилась, что Катарина заговорила с ней, да еще и подобным образом, но спокойно ответила:       — Я присутствовала, как пострадавшая сторона. И потом, я знакома с Тюром безумно много лет. Хотела понять, что всё-таки произошло.       Амора замолчала, и в воздухе повисла неловкая тишина. Впрочем, неловкой она была, кажется, только для Катарины. Чаровница, скользя по стене рассеянным взглядом, размышляла о чем-то своем.       — Знаешь… — задумчиво протянула Амора. — Он признался.       — Что, прости?       — Тюр признался. Рассказал, как запугал бедного парня, заставил устроить пожар из-за тебя.       Странно, но в голосе Аморы не звучало обвинения или чего-то ещё, что обычно несла в себе фраза «из-за тебя». Амора просто констатировала факт. И Катрин, как бы не хотела это отрицать, была ей благодарна.       — Они сейчас обсуждают, что с ним делать. Меня это не слишком интересует, поэтому я и ушла. Я просто не могу понять… Он всю жизнь служил Асгарду, был предан асгардцам. А тут — такой риск для его народа…       По тону Аморы было ясно, что она скорее рассуждает вслух, нежели хочет диалога с Катариной, но вновь повисшая пауза заставляла Катрин чувствовать неловкость. Молчание в компании с кем-то могло быть для неё комфортным, но молчание с Аморой…       Желая заполнить давящую на уши тишину, Катрин ляпнула первое, что пришло в голову:       — Да, Локи сказал то же самое. Что это всё это не очень похоже на Тюра.       Лицо Аморы оживилось, теряя ауру отрешенности, и чаровница, чуть прищурив глаза, посмотрела на Катрин, говоря:       — Катарина, могу я задать личный вопрос?       От удивления девушка подвисла на пару мгновений. Сказать по правде, хотелось ответить Аморе «нет», потому что обсуждать с ней что-то личное — последнее, чего Катарина бы желала. Но интерес — что же именно Аморе понадобилось узнать? — уже начинал грызть, и Катрин неуверенно кивнула.       — Что за отношения у вас с Локи?       — В каком смысле? — поперхнулась Катарина.       Она не могла сказать наверняка, но была почти уверена, что Амора не из тех, кто спрашивает об таком, просто чтобы удовлетворить собственное любопытство и получить материал для сплетен в кругу подружек. Особенно, если учесть тот факт, что в прошлом Амора и Локи были близки, но их дружба (или чем бы это ни было) завершилась по вине чаровницы.       — Локи допускает к себе немногих, — пояснила Амора. — Просто хочу понять…       — «…почему он водится с такой, как ты», — мысленно закончила Катарина и всё так же мысленно закатила глаза.       Девушка не сразу нашлась с ответом. И не только потому, что она не хотела раскрывать Аморе суть их с Локи взаимоотношений. А еще и потому, что Катарина вдруг поняла, что ей стало достаточно непросто объяснить это даже самой себе.       — Мы… «Друзья» будет подходящим словом, я думаю, — наконец, проговорила Катрин, надеясь, что чаровница не заметит сквозившую в её голосе неуверенность.       — Друзья, — повторила Амора и усмехнулась. Так, чтобы этот жест было чем-то едва заметным, но собеседник точно обратил на него внимание.       Катрина не имела ни малейшего желания выяснять, чем именно её ответ позабавил чаровницу — тем более, дверь, за которой скрывалось всё самое интересное на данный момент, открылась снова. Первыми оттуда вышли Тюр и Громовержец. Катрин инстинктивно отступила, вжимаясь в стену, но Бог Войны, проходя мимо неё, лишь поднял голову, мазнул по девушке пустым взглядом и снова опустил глаза. Он выглядел спокойным и отстраненным, шел не быстро, держа руки за спиной, хотя скованы они не были.       Тор, державшийся с ним плечом к плечу, только коротко кивнул Катарине в знак приветствия, и по его суровому хмурому виду было ясно, что спрашивать о произошедшем его не стоит.       А вот Валькирия, вышедшая следом, остановилась рядом с Катариной, устраивая подбородок на её плече.       — Как всё это выматывает, не представляешь, — пробурчала воительница куда-то в шею Катрины. — Не хочешь выпить со мной? Найду для тебя что-то безалкогольное.       — Может быть, чуть позже, — уклончиво ответила девушка. — Так, что с Тюром?       — Ну, он признался, ничего не отрицал, — Валькирия выпрямилась, разминая затекшие плечи и шею. — Тор сказал…       — Что пока запрёт его где-то в отдаленной части корабля, — встрял Локи, показываясь последним и прикрывая за собой дверь.       Амора, до этого больше похожая на мраморное изваяние, подалась вперед, всем своим видом демонстрируя живой интерес.       — Да, большое спасибо, что влез, — раздражённо процедила воительница. — Пойду, пожалуй.       Катрин не успела опомниться, как Валькирия уже скрылась из виду. И девушка моментально почувствовала себя третьей лишней.       — Локи, ты ведь тоже думаешь, что это всё не слишком похоже на Тюра? — доверительно понизив голос, спросила Амора, подходя к Локи куда ближе, чем он подпускал большинство людей.       — Да, он так думает, ведь я буквально только что сказала тебе об этом! — внутренне возмутилась Катрин.       — Безусловно, он не тот, от кого ждешь такого. Но видимо в своей ненависти к Вечному пламени он решил зайти слишком далеко. Я всегда знал, что он кончит плохо, — трикстер безразлично пожал плечами.       Амора дразняще улыбнулась, поднимая бровь.       — Прямо-таки знал?       — Надеялся, — криво усмехнулся Локи.       Катарина, чувствуя себя невероятно глупо, молча развернулась и пошла в сторону своей комнаты, еще долго слыша за спиной приглушённые голоса Локи и Аморы. Вряд ли они остались разочарованы её внезапным уходом без прощаний. Если вообще заметили, что она ушла.       Остановившись посреди коридора, Катрин тяжело выдохнула, запрокидывая голову. Внутри ещё звучал её ответ на тот личный вопрос чаровницы. Друзья. И её голос в этот момент — нерешительный, словно Катрин сомневается. В себе или в нём — не ясно.       Друзья. Была ли она права, когда говорила это?