Не на своем месте

В субботу с самого утра шел дождь, поливая раскаленную от жары землю. Несмотря на то, что сейчас был конец октября, погода радовала жарой. Но и она успела надоесть за лето, потому дождик казался неким спасением, нежели неприятным случаем. Неделя прошла также незаметно, как и первый мой день в этом учебном заведении. Учителя измывались, объясняя кучу заданий, дающихся мне, тем, что «нечего было болеть!»! Я их покорно выполнял (не без помощи Моргана), запоминал все, что узнавал и даже под конец начал более менее разбираться в материале, который преподносили нам учителя. Мои однокурсники, на удивление, не распространялись о моей проблеме, втихаря шушукаясь у меня за спиной. Подходить ко мне боялись. Но я их не виню. По словам Моргана, Урин был тем еще драчуном и чуть ли не за каждый косой взгляд в его сторону давал по морде. А если учесть, что омежка изучал боевые искусства, вроде карате, да и к тому же весьма успешно, то страх был вполне оправдан. Дома тоже было все достаточно стабильно, по крайней мере на первый взгляд. Селен продолжал нещадно закалять мой нюх, чтобы я не перестал жаловаться на столь огромное количество запахов. Лука лишь посмеивался и наблюдал со стороны. По вечерам мы сидели в гостиной и играли в карты, под шум телевизора. Иногда мне даже удавалось узнать что-то новое про себя, точнее Урина, или про его семью, ибо Селен редко затыкался больше, чем на 3 минуты. Книги же, так любезно выданные мне библиотекарем по списку Руна, читались с трудом, хотя это и не помешало закончить их изучение к сроку, т.е. к субботе. Которая сегодня и настала. Я медленно, не спеша, шел к институту, рассматривая из-под зонта окрестности и запоминая детали. Дорогу я выучил совсем недавно, потому шел один, сказав «родителям», что хочу прогуляться самостоятельно. Отпустили они меня только после выяснения того, куда я намылился. Расспрашивали долго. Я честно сказал, что иду на дополнительные занятия, ибо мало что помню из-за амнезии. Но даже это не успокоило Селена. От меня потребовали имя и наш пункт назначения, точнее место, где мы будем заниматься, но как только я сказал, что учителем был Рун, меня отпустили безо всяких дальнейших пыток. Оказалось, что Анвар (имя моего преподавателя) был сыном владельцев одной кампании, что сотрудничала с нашей, потому Селен и Лука, а иногда и Урин, часто их по дружбе навещавшие, хорошо знали Руна и от того были спокойны. За мыслями не заметил, как подошел к институту. Подставив лицо прохладным каплям дождя, посреди пустой мокрой площади у фонтана стоял Анвар. На том расстоянии, на котором мы находились друг от друга, я, конечно же, не смог бы разглядеть его лицо и понять, кто он. Но запах… Смешавшись с погодой, он стал напоминать первый весенний дождик, что многие так ждут, изнывая от затянувшейся зимы. Легкий, освежающий с капелькой тепла. От запаха сразу же разболелась голова, ноги стали подкашиваться, а мысли смешались в кашу. Черт! — Урин… — тихо, так тихо, на грани шепота, сказал Рун, все так же стоя под дождем. — Мистер Рун? — позвал я, закрывая нос рукой. Слишком сильный запах! Анвар вздрогнул и медленно повернул голову в мою сторону, как обычно это бывает в ужастиках. Волосы сосульками свисали с его головы и закрывали часть лица, взгляд был слегка затуманенным, что делало его еще более похожим на какого-нибудь маньяка. — Урин? — уже более осмысленно спросил преподаватель, сфокусировав на мне взгляд. — Эм, здравствуйте! — убрав руку от носа, сказал я. — Да, здравствуй. Прости, что не заметил. Ох, сегодня дождь, потому на природе позаниматься не получиться, так что предлагаю посидеть в кафе! — сказал Рун, подходя ко мне. — А разве нельзя провести занятия в институте? — спросил я, не имея никакого желания хоть куда-нибудь идти. Не очень люблю дождь. -… Нет. Там закрыто, — отводя взгляд, сказал Рун. Вид у учителя был, как у облезлого кота, что никак не походило на обычного альфу. Непривычно, слишком уж собранным он был в институте. — А ключей у вас нет? И охранник. Там ведь должен быть охранник! — Нету его там. А ключи… У меня только от кабинетов. — Ясно, — смирился я со своим положением. — Тут неподалеку есть кафе, давай…те расположимся там, — сказал Рун и пошел вперед. Мне же осталось следовать за ним. Шел я слегка позади, чтобы хоть как-то спрятаться от запаха. — Вам нормально? — спросил я из чистой вежливости. — А то могу зонтиком поделиться. — Нет, спасибо, я люблю дождь. А я вот не очень. Кафе действительно оказалось неподалеку. Буквально пять минут и в нос уже лезет запах терпкого кофе и вкусной выпечки. Мы зашли в уютное помещение. Сразу после улицы, слегка прохладной и пропахший озоном, тут было даже жарковато. По залу было расставлено несколько небольших столиков, у стены, напротив выхода, стояла стойка, за которой виднелась дверь, скорее всего на кухню. Как только мы объявились на пороге кафе, нас встретила официантка — молодая девушка, лет 16-17. Взяв мой зонт, она проводила нас в зал и усадила за один из свободных столиков. Вообще, народу было не так уж и много из-за дождя, но так было куда приятнее, чем огромная толпа, бывающая тут, наверно, каждый вечер. Девушка, подав нам меню, ушла. Рун снял рюкзак, и повесил его на спинку стула, за который сел. Я же остался стоять, осматривая свою одежду. Шаровары, промокнув до ниточки, представляли собой мокрый мешок, натянутый на ноги, Кофта, что я с таким трудом отыскал в дальнем углу шкафа, также имела весьма плачевный вид. Единственное, что осталось, сухим, была майка с веселым рисунком учебника по английскому. Вот, казалось бы, шел под зонтом, а вымок, ничуть не хуже, чем Рун. Последний, кстати, вальяжно расселся на стуле, ничуть не смущаясь лужицы, уже начавшей образовываться под ним. — Мне всегда было интересно, не холодно ли вам постоянно ходить в этих… шароварах? — спросил Анвар, так же, как и я, осматривая мой прикид. Если б мог, сменил бы к чертям весь гардероб. Но кто знает, может боги меня услышат и отправят обратно в мой мир. А если я поменяю стиль, то Урину может это не понравится. Не то, чтобы я очень уж хотел помочь ему, просто мы в одной тарелке и не трудно будет догадаться, что он будет чувствовать, вернувшись обратно в тело. В общем, делаю я это из чистой солидарности. Да и к тому же, слишком резкая смена вкусов будет подозрительной. Хотя-я, если спихнуть все на переходный возраст… — Не холодно, — ответил я. Как это ни странно, но в этом теле я еще ни разу не замерз. — Пойду, помою руки. В туалет я пошел достаточно быстро. Сказался запах, в тепле и замкнутом пространстве только усилившейся. Было трудно держаться, но то ли тренировки Селена, то ли таблетки давали мне сил не упасть. Черт, Урин, как ты с этим жил? Со штанов ощутимо капало. Не придумав ничего лучше, я зашел в кабинку, снял шаровары и, уже было, хотел их отжать, как вспомнил, что такая ткань имеет свойство мяться. А в влажном состоянии это зрелище будет выглядеть еще более жалким. Но как их высушить? Не ходить же со шлейфом из ручейков! А может… Если бы в тот момент кто-нибудь зашел в туалет, он бы увидел там нечто, немного выходящие за рамки обычного. Полуголый красивый омега, с толстовкой, обвязанной рукавами вокруг пояса, который стоял и сушил мокрые штаны в сушилке. К счастью, конечно, в тот момент люди не откликались на зов природы, занятые распитием кофе. — Что-то вы долго, — сказал Рун, после моего увлекательного квеста в туалете. — Руки очень грязные были, — придумал я не самую лучшую отмазку, подкрепляя ее улыбкой. Вот всегда мне няня говорила «Улыбайся и люди потянуться к тебе!», что сейчас, наверно, очень помогло. По крайней мере расспросов не последовало. Рун пару секунд с какой-то надеждой в глазах смотрел на меня, замотал головой и начал рыться в рюкзаке. Я же сел напротив и взял меню. — Я взял на себя смелость заказать нам кофе. Вы же пьете капучино? — казалось, почти не отрывая взгляда от содержимого сумки, спросил Анвар. — Да, конечно. Спасибо. Через мгновение принесли кофе. Я всегда любил сей напиток, особенно его запах. Вот и сейчас, сидя перед чашкой ароматного капучино я тихо млел от счастья. — Вот список заданий на сегодня. Все нужное у меня с собой, не беспокойтесь. И да, вы прочитали книги? Мы будем заниматься сегодня в основном практикой, так что мне особо не хотелось отвлекаться на теорию. И да, готовьтесь к домашнему заданию! — не успел я сделать глоток, как Рун уже завалил меня словами. — Да, я прочитал… А что за задания? — спросил я и сделав глоток. Настолько горького кофе я еще ни разу в жизни не пробовал. Это все равно, что дать горький шоколад ребенку, любящему сладкое, реакция на вкус будет примерно той же. Лишь чудом я не выплюнул все на стол, уже заваленный бумагой. Скривившись так, будто съел лимон, я проглотил столь гадкое пойло и отодвинул кружку в сторону. Впервые в жизни мне не понравился кофе. Я пробовал разные вариации этого напитка, даже самые гадкие, но ни один не вызвал у меня столь отвратные ощущения. Неужели это из-за Урина? — А говорили, что любите кофе. — Я… Просто нету настроения пить его. — Понятно, — слегка улыбнувшись, сказал Рун и позвал официанта. Вскоре мне принесли горячий шоколад, который мой организм принял с радостью. Интересно, а у Урина есть аллергия на что-нибудь? Так мы провели за работой около 5-6 часов, и трех чашек шоколада. Мое недопитое капучино оприходовал Рун, не заметивший, как выдул две порции. Все это время я рисовал записывал, запоминал и опять рисовал. Меня быстренько, но со вкусом прогнали по основам, вбили в голову пару хитростей, дали задание на дом и отпустили, оплатив счет за обоих. — Дождь закончился, — сказал Анвар, выходя из кафе. На протяжении всего занятия мне казалось, что он был напряжен. Вены, изредка вздувающиеся на лбу, стиснутые зубы и кулаки. Словно он злился на что-то. Неужели он так не любит Урина? На улице уже не было дождя, лучики солнца играли на лужах, весело поблескивая. Редкие облачка медленно плыли по голубому небу. В воздухе витал запах озона, вперемешку с феромонами альф и омег, на фоне которых сильно выделялся Рун. — Хорошо… — сказал я, вдыхая полной грудью. Правда, я тут же закашлялся, ибо обостренное обоняние в очередной раз подложило мне собаку. По телу пробежало уже привычное чувство слабости. — В следующую субботу в этом же кафе, в это же время. Согласны? — прервал мои попытки одновременно зажать нос и успокоить дрожь в теле. Этому явно не способствовали вдруг сделавшийся приятными голос Руна, лицо, легкая улыбка, да и вообще его присутствие только усугубляло положение. В довершении ко всему по телу пробежала волна возбуждения. Анвар, заметивший мои потуги лишь молча взирал на происходящее. -… Ни… Урин… Я… — попытался он выдавить из себя хоть что-то, сжимая кулаки чуть ли не до посинения. — Прости, мне надо идти. Рун резко развернулся и пошел прочь. Сразу стало намного легче, даже силы появились, но чувства остались… Пришлось снова заходить в кафе. Вечером я решил разобраться в комнате Урина. Конечно, я и до этого бороздил просторы помещения, но многое оставалось для меня неизведанным. Включив компьютер, я быстренько ввел пароль. Последний я нашел недавно, пытаясь найти одну заметку на стенке у кровати, что была облеплена не мысленным количеством бумажек. Среди них я наткнулся на надпись:

Это тебе. Пароль от компьютера. Можешь заходить, когда захочешь!

Бумажка была перечеркнута, порвана, а затем склеена скотчем. Пароль, конечно, подошел, но я никак не мог понять, кому Урин хотел вручить его, да и зачем? Загадка, да и только. Зайдя в соц. сеть я включил музыку. С доступом на страничку было проще, ибо она была открыта, а после нехитрых манипуляций у меня был уже и пароль от оной. Вот так я получил в свое распоряжение кладезь информации о человеке, в чьем теле я прибываю на данный момент. Правда до переписок у меня пока руки не дошли. Единственное, что мне так и не поддалось, это телефон Урина. Иногда по вечерам я сидел и подбирал разные комбинации, рассматривал стенку на предмет подсказки и прочее, прочее, прочее… Но ничего не выходило. Из колонок раздался звук. Пытаясь изучить музыкальные предпочтения Урина, я гулял по его плейлисту в случайном режиме. Так что сейчас заиграла какая-то странная, но прикольная песня, которая прямо-таки звала в пляс. И так, слегка пританцовывая, я начал разбирать ящики стола. Правда, закончить мне не дало странное ощущение и…желание? Уже под вечер, когда осталось разобрать совсем чуть-чуть, меня настигло то, что я совсем не ожидал от этого тела. Лишь после Селен мне объяснил, что это, почему это происходит и как пытаться с этим бороться. Но тогда я не понимал. Тогда я еще не знал в лицо кошмара многих омег…