Без вариантов

— Доброе утро, Сал! — попивая свежезаваренный кофе, отец махнул рукой и улыбнулся. Повстречав Лизу, он стал заметно энергичней, свежей и жизнерадостней. Салли радовали все положительные изменения, и пусть он безумно скучал по матери и по их благополучной семье, было глупо отрицать: отец счастлив. Лиза Джонсон вытащила его из запоя, заставив снова полюбить жизнь. Ради этого Салли готов был вытерпеть многое. Лиза появилась тогда, когда того требовала ситуация, когда отец находился на краю и никто, включая собственного сына, не мог повлиять на него. Лиза спасла любимого мужчину, не подозревая, что теперь Салли Фишер будет благодарен ей до конца своих дней. — Утро, Салли-Кромсали! — неожиданно подкравшись, предмет размышлений мягко улыбнулась, подходя к раковине и принимаясь обтирать недавно вымытую посуду. Лиза всегда была в работе, и даже когда та заканчивалась, она всё равно находила, чем себя занять, порой убираясь в одних и тех же местах по несколько раз в день. — Как спалось? — Хорошо, — солгал Салли, опускаясь на стул и пододвигая к себе горячую чашку чая. К моменту, когда он сможет сделать первый глоток, чай наверняка остынет. Нужно было лишь дождаться, когда кухня опустеет: Салли ещё не настолько привык к новому месту и его жильцам, чтобы спокойно обнажать своё изуродованное лицо, будто это в порядке вещей. Отец с Лизой не смущали его, не подталкивали открыться быстрее, а лишь переговаривались между собой, обмениваясь влюблёнными взглядами. Салли тихо улыбнулся: как школьники, ей-богу. — Мы будем в гостиной, сын. Если что, присоединяйся. — Отец приобнял Лизу за талию, и они скрылись дальше по коридору. Облегчённо вздохнув, Салли принялся неторопливо намазывать тост клубничным джемом. Из приоткрытого окна прохладный ветер позднего августа подхватил праздничную салфетку, унося её со стола. Задумчиво проследив траекторию её полёта, Салли отодвинул протез наверх, открывая рот и почти сразу делая большой глоток холодного чая. Лето закончится через пару дней. Через пару дней он отправится в местную школу, знакомиться с новым классом и новыми порядками. Когда он размышлял об этом, в груди всегда сжималось ощутимое чувство тревоги и страха перед неизведанным. Правда заключалась в том, что Салли никогда не был из тех, кто легко сходился с людьми. — Как спалось, чудила? — широко зевая, на кухню, шаркая ногами, вошёл Ларри. — Как всегда, никак? — он усмехнулся, и Салли торопливо вернул протез на место. Присев напротив, Джонсон сделал вид, что ничего не заметил. Салли был ему за это благодарен. — Мне с трудом даются все эти перемены, — Салли печально посмотрел, как густая капля джема падает на чистый белый стол. — Прости. — Всё путём, чувак, — заверил Ларри, небрежно выхватывая из ослабевших рук начатый тост и смачно откусывая почти половину. Салли удивлённо приподнял голову, но промолчал. Волосы соседа смешно топорщились, а глаза, не подведённые жирной подводкой, смотрелись беззащитно и трогательно. — Вместо овец я считаю, сколько раз ты повернулся. Это усыпляет. Салли улыбнулся своеобразной поддержке и вновь пожалел наличию злосчастного протеза, по вине которого Ларри не может ничего увидеть. — Спасибо, чел. — Не благодари. — Отхлебнув из чужой кружки, Ларри небрежно обтёр руки о спальные штаны. — Не верю, что говорю тебе это, но я думал, будет хуже. Салли растерянно сложил руки на столе, не зная, что сказать. Он, чего уж греха таить, тоже так думал, однако они с Ларри сумели найти общий язык быстрее, чем поделить единственный в комнате шкаф. По вечерам Салли играл для него на гитаре, а потом Ларри врубал свой любимый металл и они трясли головами, пока те не начинали ломиться болью. Однажды Салли тряс настолько интенсивно, что едва не потерял протез, подхватив его в самый последний момент. Это было рискованно, но Ларри, к счастью, ничего не увидел. — Я тоже. — Салли вылил в раковину остатки чая, решая, что он слишком взволнован, чтобы продолжать хотеть есть. — Мне жаль, что я вторгся в твою жизнь так. Я знаю, насколько ужасно, когда нарушают твоё личное пространство. Прости за это. Из меня так себе сосед. Замерев напротив, Ларри удивлённо смотрел снизу вверх, видимо, на что-то решаясь. — Эм… ладно, я принимаю твои извинения, — так и не решившись, он резко отвернулся, махнув волосами, — но больше так не делай. Не люблю, когда прощение просят просто так. — Но… — Никаких но! Салли оставалось лишь молча наблюдать, как Ларри заваривает себе кофе. Потянувшись, он решил сделать ему ещё парочку тостов. Кажется, отец упоминал, что они будут учиться в одной школе. Может, всё не так плохо? — Ты классный, Салли-Кромсали. Позже я обязательно познакомлю тебя со своими друзьями. Будем тусоваться вместе.