Один из вас.

      На следующее утро Спасатели и их новый…гость?.. кандидат?.. собрались на кухне за завтраком. Рокфор, сияя от счастья, потчевал всех фирменной сырной похлёбкой, а на десерт приготовил сырные пончики. К всеобщему удивлению (и особенно Рокфора), Мепсу блюда пришлись по вкусу. — Никогда бы не подумал, что коту может нравиться сыр, — не скрывая удовольствия, отметил австралиец. — Среди моих клиентов такие — большая редкость. Мепс, слегка покраснев, лишь смущённо улыбнулся в ответ. Сыр он и правда любил, и ему было всё равно, что он кот. «Наверняка и мыши бывают, которые терпеть не могут сыр, а обожают рыбу», — подумал он. Вкусы — вещь странная. Пока шла неспешная трапеза, Чип украдкой наблюдал за котом. Да, он не выгнал его вчера — как, впрочем, и остальные, хотя позже щедро наградил Дейла подзатыльником за самоуправство. Но окончательно доверять Мепсу командир не мог. Чутьё подсказывало: здесь что-то нечисто. Не бывает, чтобы враг просто так переметнулся на сторону добра. Чтобы развеять свои подозрения, Чип решил спросить напрямую. — Мепс, мне нужно кое-что выяснить, — бурундук отложил ложку и устремил на кота проницательный взгляд. Тот сразу же напрягся. Не дожидаясь ответа,Чип продолжил: — Объясни мне, что тебя заставило прийти именно к нам? Я не против, просто поступок твой… весьма внезапный. От Крота я бы ещё чего-то такого ожидал, но не от кого-то из вашей братии. Даже Толстопузу такое, думаю, в голову не пришло бы. Есть какая-то другая причина? Более личная? Бывший подручный Толстопуза и не думал увиливать или лгать. Причина была. Веская и болезненная. История эта случилась давно, и касалась она не его самого, а одного очень близкого ему существа. Мепс тяжело вздохнул, собираясь с мыслями перед погружением в давние воспоминания. — Ладно, Чип, — тихо, но твёрдо произнёс он. — Я расскажу. Вчера я кое-что упустил. Не всё сказал… Была ещё одна причина. Самая главная. Он снова вздохнул, на этот раз не так глубоко, а словно смиряясь, и начал свой рассказ. Рыжий кот помнил каждую деталь. Он запомнил это на всю жизнь.

***

Эта история случилась давно,в те времена, когда Спасатели были ещё молодой командой, только набиравшей обороты. У них за спиной уже были первые победы, вроде того дела с Клордейном и золотым запасом, но до настоящей славы было ещё далеко. Но речь сейчас не о них. Однажды к Мепсу на завод неожиданно приехали гости — его сестра Ханна и маленькая племянница Флора. Кот был в ужасе. Он-то наврал сестре, что устроился на «Счастливый Том» честным строителем, когда та навещала его в родном городе. Флоре, конечно, ничего не говорил — пусть мать сама решает, что рассказывать дочери. И вот теперь они здесь, под самой крышей логова Толстопуза, а Мепсу приходится разыгрывать спектакль, будто его «рабочее место» — это уютная комната в общежитии для добропорядочных работяг. Хотя на деле его «коллегами» были вся банда — Ничего себе здание! — воскликнула Ханна, оглядываясь с неподдельным восхищением. Она вела себя так, будто попала не в сомнительное казино при заводе, а в роскошный отель. Пока они с Мепсом беседовали здесь, Флору отпустили погулять во дворе. Девочке было всего шесть, но по характеру она была бойкая и самостоятельная — не пропадёт. — Здорово же ты тут устроился, — добавила кошка с лёгкой завистью в голосе. Мепс любя усмехнулся и поддел сестру, по-братски ткнув её локтем в бок: — Ты говоришь так, будто у вас во Франции совсем жить негде. — Ну… — Ханна замялась, подбирая слова. — Вообще-то я не жалуюсь. Просто… я даже представить не могла, что ты приложил лапу к такому огромному проекту. И это всё не для себя одного… «Слава богу,она ничего не знает, — пронеслось в голове Мепса. — И ребята не проболтались, даже Крот удержался. Да и Толстопуз, почему-то, не стал раскрывать карты. Хотя мог бы — только ради того, чтобы поиздеваться надо мной при сестре.» Они ещё долго болтали, но ближе к вечеру безмятежность сменилась тревогой: Флора не вернулась с прогулки. Мепс, Ханна и вся банда (кроме Толстогуза, разумеется) обыскали все окрестности, но девочку будто сквозь землю провалило. Не найдя ни единого следа, они потрёпанные и подавленные возвращались на завод. И вот тут Крота, видимо, попутал бес. — Толстяк нам сейчас такие мозги вынесет… — глухо пробурчал он себе под нос, а потом, словно не в силах остановиться, добавил: — Какая же мы банда, если даже маленькую девочку найти не можем?! Едва эти слова сорвались с его языка, Крот сам в ужасе зажал лапами рот. На него устремились три пары глаз, полных совершенно разной, но одинаково убийственной ярости. Мепс смотрел так,будто готов был тут же растерзать болтуна: Крот только что раскрыл Ханне всю правду одним неосторожным словом. Бородавка и Сопатка смотрели на него не лучше:для них Крот в очередной раз доказал, что является ходячей проблемой, у которой язык опережает мозги. — Заткнись… — сквозь стиснутые зубы прошипел Мепс. Но злость на Крота мгновенно утонула в ледяном страхе. Он медленно обернулся к сестре, затем опустил голову, не в силах встретиться с её взглядом. — Так ты… ты меня обманул? — тихо, с невероятным потрясением в голосе, выдохнула Ханна. — Я считала тебя честным, а ты… преступник! — её голос сорвался на крик. Мепс вздрогнул и поднял глаза. На его морде застыла маска стыда и ужаса. Он не находил слов. — Мисс, я не хотел… — попытался влезть Крот, но Бородавка резко рванул его за воротник, притянув к себе так, что их носы почти соприкоснулись. Взгляд геккона пылал немой яростью, в то время как глаза Крота метались из стороны в сторону в поисках спасения. —Чего? — пискнул землекоп. — Завали варежку, пока я тебе физиономию не начистил! — прохрипел Бородавка и с силой оттолкнул его от себя. — Никогда ты не научишься молчать! Вечно вставляешь свои пять копеек! Язык без костей, а голова — тем более! Последнюю фразу Крот, как всегда, не понял, но на этот раз благоразумно смолчал, чтобы не навлечь на себя гнев ещё и Сопатки, не говоря уже о Мепсе. Бородавка,отдышавшись, обернулся к Ханне, чтобы хоть как-то сгладить ситуацию, но её и след простыл. — Доволен? — язвительно спросил Сопатка, глядя на Крота исподлобья. Тот лишь безнадёжно вздохнул. Слов не воротишь. Возвращались они в гнетущем молчании, и у каждого на душе было по-своему тяжело. Флору не нашли. Мепс, похоже, потерял и сестру — теперь уже навсегда. Ханна была в шоке от предательства, а что она скажет дочери, если та найдётся? Ведь она, по сути, стала соучастницей лжи, повторяя Флоре сказку про «честного строителя». Да, Мепса можно было понять — нужно же на что-то жить. Но Ханна ненавидела подлые, трусливые обманы, которые бьют по самым близким.

***

Прошла неделя мучительного ожидания. Мепс, убитый горем и чувством вины, бесцельно щёлкал пультом в своей комнате, как вдруг на экране мелькнула знакомая эмблема. Новости. Репортёр с восторгом рассказывал о громком деле: Спасатели раскрыли чудовищный план профессора Нимнула и освободили десятки похищенных кошек, которых злодей использовал в качестве «живых батарей» для своего климатического оружия. И тут Мепс увидел её. Среди спасённых, мелькнувших в кадре, была Флора. Его маленькая племянница. Живая и невредимая, благодаря им. Всю свою «карьеру» Мепс презирал Спасателей. Ненавидел их со времён той первой истории с рубином, считая назойливыми грызунами, которые лезут не в своё дело. Но сейчас что-то внутри него надломилось и перестроилось. Внезапно он увидел их не как врагов, а как героев. Настоящих героев, которые спасли не просто «его собратьев», а самое дорогое, что у него оставалось. Они вернули ему Флору. В тот миг в его душе поселилось нечто новое — глубочайшее уважение, граничащее с преклонением. Их поступок заслуживал не просто признания, а самой высокой награды. И впервые в жизни у Мепса мелькнула мысль, смутная и почти немыслимая: а что, если когда-нибудь… когда-нибудь он и сам сможет стать таким, как они? Когда придёт время.

***

— Вот… вот такая история, — тихо закончил Мепс. Он выглядел опустошённым, будто рассказ вытянул из него все силы. — Нимнул похитил Флору. А вы… вы её спасли. Когда я увидел это в новостях, во мне будто мир перевернулся. С тех самых пор я только о том и думал: хотел стать таким, как вы. Но уйти не решался. Скрывал эти мысли от всех — и от своих, и от Толстопуза. Даже новости им не стал показывать… боялся, что догадаются. В наступившей тишине робкий голосок принадлежал Тамми: — А… а Флора потом нашла маму? — спросила белочка, её глаза были полы сочувствия. Мепс горько усмехнулся. — После того как Крот ляпнул правду… Ханну я больше не видел. Надеюсь, они воссоединились. Может, Ханна сняла номер в гостинице, а когда Флору освободили… наверное, уехали обратно во Францию. Надеюсь… Нахлынувшая грусть сдавила горло. Как же он хотел снова увидеть сестру и племянницу, упасть в ноги и вымолить прощение за ту ложь… Но тогда он не мог поступить иначе. Признаться, что ты жалкий бандит, куда страшнее, чем сочинить красивую сказку о честной работе. На кухне повисла тяжёлая, звонкая тишина. Завтрак давно закончился, Рокфор прибрал и вымыл посуду. История была рассказана, картина сложилась. Чипу многое стало понятно, но доверять слепо рассказам — не в его правилах. Слова словами, а истинные намерения Мепса ещё предстояло проверить. Один за другим, под благовидными предлогами, Спасатели разошлись по своим делам, оставив в гостиной наедине Чипа и Мепса. Двое уселись на диване, разделённые безмолвием, которое было гуще любого разговора. Кот отлично понимал: бурундук ему не верит. И Мепс его за это ни капли не осуждал. — Так-так… Значит, вот как всё было, — наконец нарушил тишину Чип, больше размышляя вслух, чем обращаясь к Мепсу. — Интересно, что бы этот Нимнул сейчас затеял… Вот бы знать. — Я знаю! — неожиданно выпалил Мепс, всем своим видом показывая, что готов схватиться за эту соломинку доверия. — Что именно? — Чип мгновенно насторожился, его взгляд стал острым и оценивающим. — Перед самым уходом я несколько раз видел Нимнула, — начал кот, стараясь говорить чётко. — Он крутился возле одной лаборатории. И не в первый раз. — Хм… — Чип задумчиво поскрёб подбородок. — И с какой целью, не в курсе? Мепс беспомощно развёл лапами: — Не знаю. Я просто заметил. Но если Нимнул там появляется неоднократно — ничего хорошего от этого ждать не приходится. Чип кивнул. Это было логично: Нимнул не из тех, кто посещает научные учреждения ради праздного любопытства. Раз зачастил — значит, что-то замышляет. Появилась зацепка. — Ладно. Будим команду, — решительно заявил Чип, поднимаясь с дивана. — Если замешан Нимнул — дело пахнет большой палёжкой. Будет жарко. С этими словами он направился будить остальных, оставив Мепса наедине с внезапно нахлынувшей волной надежды. «Вот он…Шанс», — пронеслось в голове у кота. Теперь он может доказать, что ему можно доверять. Он не подведёт своих героев. Ни за что.