Разбей мои маски

      Знахарь устало выдохнул, складывая все свои вещи в сумку, и, оставляя ослабшего Эррора наедине с собой, вышел из комнаты в небольшой коридорчик, где его уже ждал Инк. — Что я могу сказать, состояние больного вполне поправимо, — сказал он, вновь ныряя в сумку и начиная там копаться. — А почему это произошло? Почему он захворал? — спросил угрюмый наёмник… Видимо, он сильно переживал, об этом, в общем-то, кричал весь его вид, начиная от волнения во взгляде и заканчивая скрещенными руками и излишней дёрганностью. — Скажите… Как давно больной покидал помещение? — в ответ спросил лекарь, смотря на чернильного сквозь толстые линзы очков.       Похититель вздрогнул и понуро опустил взгляд, он никак не ожидал этого вопроса и не понимал, как связаны состояние графа и то, насколько давно он выходил на улицу. — Так я и думал, — вновь вздохнув проговорил знахарь. — Этому монстру, как и любому живому существу, нужен свежий воздух и солнечный свет. То, что он долгое время находился в помещении, плохо сказалось на его здоровье. Я дам вам настой, чтобы он мог хотя-бы на ноги встать, но для полного выздоровления, ему нужно делать хотя бы короткие прогулки, — лекарь протянул Инку склянки с зеленоватой жидкостью, что была немного мутной и, наверняка, имела сильный запах. — - Благодарю вас… — сухо бросил наёмник, принимая баночку с рук человека.       Лекарь молча кивнул и поспешил покинуть дом художника, ведь у него ещё очень много дел. Оказавшись за дверью, он достал из кармана небольшую книжечку и пробежался глазами по надписям. — Значит теперь к Дриимуррам, — с едва заметной улыбкой сказал он, ведь успел полюбить этого маленького монстрика, что болел очень тяжёлой болезнью, но не растерял всей жизнерадосности.

***

      На следующий день Эррору уже стало намного лучше и он, пусть и пошатываясь, но мог стоять и ходить, а голос его вновь стал нормален, а не подобен шёпоту. Поэтому сразу после завтрака Инк принёс ему большую мешковатую рубашку, не менее мешковатые штаны и тёмную накидку с глубоким капюшоном, в которой Ошибка мог полностью скрыть «лицо». Недолго думая, наёмник заставил его всё это надеть на себя… Честно сказать, зрелище крайне нелепое: штаны и рубаха были явно велики для графа, рукава свисали с его рук и он путался в слишком длинных штанинах, а капюшон то и дело сваливался на глазницы.       Увидев эту картину, чернильный прыснул в кулак, немного умиляясь. — Ч-чего смешного?! — немного смущённо выкрикнул Эррор, на его скулах выступил трогательный жёлтый румянец. — Ничего, — с весёлой улыбкой ответил художник. — Просто… Вы выглядите очень мило, — добавил он с некой… Нежностью…       Граф смутился пуще прежнего и поспешил отвернуться и спрятать «лицо» в ладонях, дабы скрыть свои пылающие скулы… Почему? Почему он ведёт себя как легкомысленная девица, которой юноша сделал комплимент? Эта улыбка, что сияла на «лике» наёмника… Почему она показалась ему прекрасной? Почему он уже не кажется таким ужасным?       За своими размышлениями Ошибка не заметил, как похититель встал к нему уже вплотную, и очнулся он только в тот момент, когда мучитель взял его руку, подворачивая и застёгивая рукав. — Почему вы так очаровательно выглядите, когда смущены? — с доброй ухмылкой спросил он, застёгивая уже второй рукав. — Неправда… — пробубнил в ответ дворянин, отводя взгляд… Вот только ему на глазницы вновь свалился капюшон и пришлось его поправлять свободной рукой.       Инк лишь тихо усмехнулся, но промолчал. Осторожно посадив Эррора на кровать, он подвернул ему штаны и нацепил маленькие, словно детские ботиночки, что сели как влитые, ведь у Ошибки всегда была небольшая нога.       Поднявшись на ноги, наемник отошёл и вернулся уже с веревкой средней длины, которую после недолгих колебаний стал завязывать на запястье Ошибки крепким узлом. — Это зачем? — спросил граф, с интересом наблюдая за умелыми движениями рук похитителя. — Зачем вообще всё это? — Мера предостережения на случай, если вы решите сбежать, — немного холодно отозвался художник, заканчивается с верёвкой. — А всё это потому, что сейчас мы идём на прогулку. Вы рады, граф? — с некой ухмылкой добавил он, смотря в глазницы дворянина. — Ну всё… Вы готовы, идёмте, — сказал он и направился к выходу из комнаты.       Эррор вскочил на всё ещё немного слабые ноги и направился за своим мучителем. Он понял, что это, возможно, его единственная возможность сбежать… Но так ли он этого хочет?

Мне света мало, с каждым днём всё хуже… Недуг другие чувства глушит. Но ты помог мне, ты захотел спасти… А так ли сильно хочется уйти?