Save me

Господи, спасибо тебе за то, что из-за пожара показ отменили! Нет, такому радоваться конечно нельзя, но… И с чего это я оправдываюсь перед собой? Я никому ничего не должна! Коро я сказала, что с семьёй куда-то уколесила, сама не помню куда. Но не в этом суть. Мать умотала хрен знает куда и про меня, кажется, напрочь забыла, за что я этой стерве сердечно благодарна. Акабане тоже успел смыться и сейчас наверняка дома. Надеюсь. Не хочу под вечер иметь выебанный мозг. Хоть какие-то часы отдыха я должна получить, ведь пахать так, как я мало кто сможет. Но есть одно заковыристое «но» — я в десять утра в вечернем платье и туфлях на высоких каблуках хожу по почти пустой улице. Ахуенно просто. Но идти домой не очень хочется. Ну, телефон и наушники, слава богу, исправные и заряженные. Да и тут неподалёку есть живописная набережная со спуском вниз, к воде. Так ещё выискался ларёк-фургончик со сладким! День очень даже неплохо, знаете ли, начался. Сейчас так наемся, что Саре и матери лучше об этом не знать. Подойдя к фургончику, я попросила все булочки, которые у них есть, на что получила наполненный подозрения и недоумения взгляд, может думает, что я шучу, но нет. На такие святые темы, как булочки, покушаться нельзя. Разве что в гастрономических интересах. Через пару минут я уже шагала к лестнице, ведущей вниз с огромным пакетом, который пахнет клубничным джемом и шоколадом одновременно. Просто сказка, а не жизнь. И своей красивой задницей чую, что скоро этой сказке конец. Но я уж лучше потом с судьбой счета сведу, чем сейчас буду бояться быть счастливой. Я этого счастья заслужила, как я считаю. Впрочем, для меня моё мнение — самое главное и важное, а дальше плевать. За этими бессмысленными рассуждениями обо мне любимой

я дошла до песочка. С блаженным предвкушением своего беззаботного отдыха, я скинула туфли и немного постонав от счастья, расстелила на песок свой дорогущий кардиган и, осознавая, что потом его нужно будет стирать, уселась на него. Не мне же, в конце концов, его отстирывать, а слугам, так что, можно не волноваться. В последнее время стала как-то… Ну знаете, по-другому, что ли, на мир смотреть. Людей стала жалеть. В голове пока что. Перестаю считать себя пупом земли. Не знаю, с чего такие перемены. Скорее всего, это потому что меня в «Е» класс перевели. Что-то внутри хрустнуло и сломалось с оглушительным треском. И поняла, что устала. Не хочу больше ночами у камеры крутиться, по подиуму щеголять в коротеньких юбочках и платьишках. Не хочу ездить по городам и чужим странам, чтобы производить фурор. Любая другая девчонка бы посчитала меня ненормальной и удалила бы контакты. Они просто не понимают, что это такое на самом деле. Они не пережили то, что пережила я. После Парижа я никуда не поеду больше. Страх быть изнасилованной во второй раз умерил мой пыл. Я понимаю, что не смогу всегда оставаться моделью мирового уровня, но вот до матери не доходит. Неужели этой клуше не ясно, что пик моего успеха и популярности однажды канет в лету? Красота со временем уйдёт, я останусь без образования и со мной неизвестно что будет. А мне нужно стабильное место, где я не буду бояться каждую минуту, что меня вышвырнут, как больного щенка на улицу. Вот, блять, ей что, так плевать, что её доченька любимая не хочет, чтобы трахали её дядьки высокопоставленные, чтобы стать ещё известнее? Сука она натуральная, мамочка моя. Чего же сама не стала, как я, бегать на высоких каблучищах и полураздетой? Заиграла моя любимая песня, выводя меня из мыслей, и я, зайдя в воду по колено, стала качаться в такт мелодии и подпевать слегка охрипшим голосом. Песня довольно своеобразная, но мне дико нравится. Голос певицы был просто изумительным и таким поразительным, что я могла бы слушать эти слова в её исполнении ещё очень и очень долго. И от чего-то стал вспоминаться Карма. Отпетый придурок, эгоистичный и… И на этом моменте все нелестные эпитеты в его адрес куда-то испарились из моей головы. Но всё же пора признать, что он красавчик, что он сильный и умный. Да и честь имеет. Вот же ж. Теперь и не оскорбишь толком человека этого идиотского с довольно смазливым лицом, насмешливым взглядом и запоминающейся ухмылкой, которую так и тянет стереть хоть чем-нибудь уже. Омерзительная боль в висках пронзила голову. Всю, не исключая ни одного нерва, мускула и клетки кожи. Я будто перенеслась в другое место и увидела перед глазами стальной обруч со светодиодами, а в нём… Какого хрена там я? И… Там я младше на два года. Так, это ещё что за ерунда? Голову вновь пронзила ужасающая боль и теперь я видела улыбающееся лицо Кармы и его руки, которые протягивают мне прелестный венок из полевых цветов, причём сплетён он довольно умело и аккуратно, будто делалось со всей душой любовь к делу или… к адресату. Не верю… Это просто не может быть моим прошлым. Просто никак им являться не может. Или моя мать врёт больше, чем я даже думала и надеялась. Моё весьма нереалистичное видение закончилось и я осознала, что до сих пор стою по колено в воде и в наушниках ещё играет моя любимая песня. С желанием выйти на тёпленький песочек и хоть чутка согреться, поскользнулась на единственном камне на всём дне, и больно упала на моё заднее место, при чём на этот самый чёртов камень. Чую, весь день копчик ныть будет. Надеюсь, хотя бы не так сильно, как обычно это у меня бывает на физкультуре. — Забыла в купальник переодеться и решила в платье искупаться? По мне, так лучше вообще без одежды, — хмыкнул до остервенения раздражающий и знакомый голос в паре метров от меня. Я на это лишь злобно фыркнула и с высоко поднятой головой прошла к своему кардигану и, усевшись прямо на него, стала со скоростью кометы поедать булочки. Ну не пропадать же добру, тем боле такому вкусному и манящему своим изумительным запахом. Одноклассник на это лишь беззвучно посмеялся, плюхнулся рядом и стал есть мои булочки. Вот же нахал! Я их, значит, минут пятнадцать тащила сюда, еле доволокла, спустила на это чудо чудесное, диво дивное все деньги, а он, вот так вот, просто пришёл, сел и стал кушать, даже, наверное, не замечая вкуса этого восхитительного блюда. Но через момент вся злость исчезла и в голове стал крутиться один вопрос, который я, в следствии, и задала. — Не скажешь мне, ты случайно не связан с моим прошлым? — спросила я это как бы между прочим, но, думаю это так не выглядело. — А…Что ты вспомнила? — с охрипшим от удивления голос, в ответ спросил он. В его глазах мелькнуло что-то сильно напоминающее надежду. Так-так-так, это что у нас такое? — Стальной обруч и венок из полевых цветов.

***

Оставшийся день мы много гуляли. Он оказался довольно-таки интересным собеседником, много о чём знает и много чем интересуется. Я в последнее время стала смотреть «Мстителей» и все фильмы о них. Карме тоже это интересно и мы очень долго спорили, кто лучше: железный человек или капитан Америка? Я за капитана Америку. Да как его можно не любить, он же такой классный! А этот идиот сказал, что все мы девчонки по красавчикам. Я в ответ сказала, что ему богатых только подавай. На этом наш спор был окончен. И похоже, что навсегда. Я то всегда готова говорить всем и вся, что капитан Америка лучший персонаж в Марвел! Но, знаете ли, быть избитой где-нибудь в тёмном переулке не очень то и хотелось, я знаю, чем иногда такие разговоры оканчиваются. После я потащила его на аттракционы, он сильно и не сопротивлялся, а то мне — миниатюрной бедной девушке не утащить на себе такого коня. Мы катались на американских горках, где я визжала так, будто меня зарезать хотели. Сходили даже на колесо обозрения. На нём весь город как на ладони. Ну, если я дальше буду описывать наше с парнем путешествие, то никакой бумаги не хватит. И кстати, он неплохо шутит. Я всю дорогу смеялась, как угорелая. Думаю, о нём своё мнение мне пора бы уже поменять. Он, если захочет, может быть заботливым и ласковым. Когда я дрожала от холода, то он дал мне свой пиджак, так как мой кардиган я с отличием и гордостью где-то успела проворонить. Впрочем, ничего нового. И тут я вижу Рена. Я вся затряслась, меня просто колотило от страха. Улыбка с лица пропала тут же исчезла. Ноги стали ватными и по голове будто ударили пыльным мешком. Перед взором встала та самая кошмарная ночь, которая снится мне и по сей день. Я будто перенеслась назад во времени. Ничего не говоря, я развернулась и пошла в противоположном направлении. Через несколько секунд Акабане догнал меня и стал спрашивать, почему я ушла. А я отмахивалась, мол, всё в порядке. Он же не отставал и лез ко мне дальше. Нет блин, забить на это, как я просила, так нет же, мы такие умные и крутые, как варёные яйца, и пристаём ко мне дальше! Я уже хотела на него накричать, как он припёр меня к стволу дерева и сказал, если не отвечу, что случилось, то не отпустит. Я и не знала что и делать. Выходит, что один вариант — дать волю чувствам. Я обхватила руками его грудь и положив голову ему на плечо, никого не стесняясь, расплакалась. Он же не растерялся, стал гладить меня по волосам и просить прощения, за то, что заставил плакать. Я же от этого ещё сильнее расчувствовалась и ещё сильнее разрыдалась. И спустя пару минут я уже немного успокоилась, сидела на лавочке в пиджаке нового друга и пила горячий кофе. — Слушай, если расскажешь — отпустит, — посоветовал он, а я опять разревелась и от того, что закрыла лицо руками, выронила картонный стакан с кофе. — Не сейчас, — ответила я и положила голову ему на плечо. Дул лёгкий ветерок, охлаждая моё лицо от слёз и развевая немного запутавшиеся волосы. Слишком много произошло за эти семь часов. Думаю, судьба меня к такому ещё не готовила, что я буду обнимать главного хулигана школы и сидеть в его пиджаке. Мда, весело. Но теперь у меня есть настоящий друг, который видимо знает обо мне больше, чем я сама. Зато он пообещал, что поможет мне найти истину в этой ситуацию с потерянной памятью, за что я его долго благодарила. Карма, кстати, мой самый первый настоящий друг. Тех шлюх разукрашенных из модельного агентства я даже девушками не считаю, продажные бабы, не больше. А он… Такой добрый и внимательный, что создаётся такое ощущение, будто он знает меня так долго, что представить страшно. Блять, мать звонит и спрашивает где я. Пришлось делать до омерзения приторный и радостный голос и говорить этой клуше, что я уже бегу и спотыкаюсь. Ну, а она, назвав меня по традиции цветочком, сказала что ждёт меня. После того как я положила трубку, скорчила гримасу омерзения, от чего Карма посмеялся, перань предложил проводить до дома. Я отказалась и, легко чмокнув его в щёку, помчалась на своих туфлях домой со скоростью метеорита. Я оглянулась, чтобы последний раз на него взглянуть и увидела, что он приложил тыльную сторону ладони к той щеке, в которую я его поцеловала. Сердце сладостно защемило, а к щекам прилила кровь. И тут-то я поняла, что влюбилась в него. И это самое лучшее чувство, которое я ощущала за всю за свою чёртову жизнь.