Вторая часть 1глава
6 апреля 2019 г., 01:03
Открыв глаза, я долго смотрел в каменный потолок грубой работы. Даже балки не были отесаны из-за отсутствия нормального инструмента, но меня сейчас это не беспокоило. Вообще ничего не беспокоило, если быть честным. Казалось, что мое эмоциональное восприятие как бы взяло отгул, запихав все приятные и не очень эмоции глубоко внутрь, снаружи оставив ровное и холодное душевное спокойствие.
Долго побыть в одиночестве мне не дали. Буквально минут пять, а то и меньше, а потом я почувствовал всех своих ребят, что издалека, занимаясь своими делами, ощутили мое возвращение, послав ментальный отклик тепла и спокойствия. И то ладно. Значит, пока я был на Земле, здесь точно ничего плохого не случилось. Олег, было, поспешил ко мне, но я предупредил его, что сам вскоре подойду, только разберусь с небольшим вихрем, который уже несся в мою комнату.
– Андэр! – стремительно ворвались Стрижики в мою спальню, и два яжонка, заметно уже подросших, выглядящих сейчас угловатыми подростками, тут же оккупировали меня с обеих сторон, почти синхронно положив головы на мои плечи. Молодой ярген же остался стоять, чему-то хмурясь и сердито скрестив на груди руки. – Мы соскучились, – выдал Сашка не только словами, но и искристыми эмоциями.
– Как вы здесь, мелкие? – потрепал я их по головам, чувствуя, как постепенно возвращается ментальное равновесие после того, как меня из него выбили на Земле.
– Учимся потихоньку, – холодновато произнес Стас. – Синхронизируемся.
– Кстати, а то, что ты хотел сделать, удалось? – Сергей приподнялся, уставившись на меня огромными глазищами с вертикальными зрачками.
– Удалось, кивнув, согласился я. – Правда, я только начал обучаться, и даже не знаю, получится ли творить здесь что-то подобное тому, что творил там. Но, надо пробовать.
– А где Джэйл и Рэйдан? – Стас смотрел на меня еще более холодно.
– Ты чего такой злой? Не с той ноги встал? – удивился я отношению своего бывшего зама.
– Я не на тебя злой, если ты об этом. А на этих мелких придурков.
– Что-то уже натворить успели? – не поверил я.
– Они постоянно творят! – Стас устало опустился на край кровати. – У меня такое ощущение, что по гормональному возрасту они сейчас не старше десятилеток. Нет, я понимаю, молодость тела и все такое... но твою мать! Один – почти тридцатилетний мужик, второй вообще мне в отцы годится, но почему-то именно мне приходится их постоянно одергивать и призывать к порядку. Кстати, эти прохвосты кроме лени и безделья, еще заимели охренительную привычку устраивать каверзы всем остальным. А втык за это получаю я.
– Ну вы, блин, даете... – я даже удивился. – Ничего, если у меня все получится, то я вас напрягу дальнейшим обучением. А кто откажется – будет наказан.
Оба мелких яга, показав мне язычки, быстро соскользнули с кровати и, хихикнув, умчались прочь.
– Бестолочи малолетние, – Стас покачал головой.
– Не сердись на них, – попросил я своего бывшего зама. – У Сергея была нелегкая жизнь, да и детство, насколько я знаю, было только в годах. Рано пришлось самому учиться выживать. А Сашка... Видимо, решил сбросить с себя всякий контроль. Родители были дюже строгими. Короче, дай им перебеситься. И постарайся чем-то увлечь, чтобы они ерундой не страдали.
– Да я и так, – Стас махнул рукой. – Кстати, ты почему один пришел?
– Я ненадолго. Надо кое-что проверить, с Шанасс поговорить, если та мне ответит, да и научить вас кое-чему.
И отойти от обиды на Родиона. Но это я уже не произнес.
– Понятно, – кивнул головой Стас. – Ладно, не буду тебя отвлекать.
– К вечеру попроси всех собраться в большом зале, – вслед ему добавил я, увидев кивок.
Можно было еще порасслабляться, но что-то не очень-то и хотелось. Точнее, хотелось кое-чего другого, поэтому пришлось вставать и ползти к Олегу.
– Рад тебя видеть, – облапил он меня, а после удивленно заглянул в глаза и приглашая, указал на специальный стул для ягов. – Рассказывай, давай.
Ну, я и рассказал. Кто как не этот мохнатый крокодил, сможет мне помочь с собственной рефлексией.
– В общем, после этого я, заблокировав связь с Родионом, сбежал сюда, – закончил я, попивая местный аналог самогона.
– А ребятам хоть помог откат пережить? – деловито переспросил меня Олег.
– Да, – я кивнул. – Джэйл их вогнала в транс, а я прошелся по ряду, просматривая события прошлой ночи, и тем, кого мое сольное выступление ввело в когнитивный диссонанс – просто стер воспоминания. Вообще, Гном молодец, – я даже головой покачал. – Сумел вовремя сориентироваться и послать всем кто его слышал – вызов, предупредив о возможных последствиях, так что бойцов просто знатно перетряхнуло, правда, пара десятков все же не смогла перебороть позыв, ответив на мой всплеск собственным. Но как-то все у них гармонично получилось, даже без перекоса сознания. Кто-то решил поддерживать отношения с партнером, а кто-то просто принял новый опыт, согласившись с тем, что секс с подобным себе – довольно интересное занятие. Единственные ребята, которые не услышали сообщение – это те два убийцы, которых я закрыл отдельно, но они, что странно, даже не почувствовали моего ментального давления, хотя были довольно близко по расположению к моей комнате. Из этого я вывел, что в конторе очень хорошо поставлена психологическая обработка. Кстати, даже Седой практически не почувствовал. Он из той же сферы, но на нем, можно сказать, тренировались.
– А чем их связь с Давыдовым завершилась?
– Очень крепкими дружескими отношениями, – чуть улыбнулся я. – Можно даже сказать, что едва ли не братскими. Серый прикипел к Давыдову еще больше, а тот, сбросив груз лет – стал адекватнее реагировать на такое приятие, позволив себе пойти навстречу своему бойцу. Короче, «мы с Тамарой ходим парой» – это как раз про них. Увидеть Седого или Давыдова отдельно просто нереально. Я даже заметил, что между ними какая-то ментальная связь наклевывается. Буду чуть позже учить их общаться на духовном уровне.
– То есть, если не считать ваше разногласие с Родионом, то можно сказать, что все разрешилось более чем благополучно.
– Да это даже не разногласие, – я отмахнулся. – Скорее это можно назвать уроком. Что мне, что ему, – Олег хмыкнул, а я объяснил: – мне просто дали по рогам, показав, что мной можно манипулировать, если при этом я ни о чем не догадываюсь. А так же показали, что Родион не так уж и прост, как старается казаться. А я показал, что не собираюсь подобного терпеть. Хочешь чего-то – так и скажи, а действовать исподтишка – это несерьезно.
– И когда собираешься с ним помириться?
– Как только вернусь. Для того чтобы урок был усвоен крепче – я перекрыл им двоим проход на Урею.
– Интересно, как? – хмыкнул Олег.
– Просто. Заблокировал это умение. Джэйл пока не по зубам моя собственная ментальная настройка, а Родион такого точно не умеет, так что ребята нехило попали.
– А не думаешь, что они ответно отстранятся? – Олег озадачился.
– Не знаю, – я покачал головой. – Может, и отстранятся, решив меня ответно наказать, но ссоры – дело семейное.
– Нет, я о другом...
– «Другого» у нас не получится. Мы слишком сильно друг на друга завязаны. А их увлеченность Уреей достигла такого плана, что в случае чего – наступят на горло своей гордости. Да и, ты уж меня прости, но Родион действительно виноват.
– С этим не поспоришь, – согласился Олег. – Ну что, сейчас завалимся, или чуть позже?
– Лучше сейчас, – понял я его намек. – Но сразу говорю, я не очень настроен на секс, так что это будет только обычная ебля, за грань эйфории я не уйду.
– Да ты ни с кем кроме Родиона и не уходишь, – хмыкнул Олег.
– А вообще... – остановил я его, когда он уже поднялся со своего стула. – Рэй прав, говоря, что ты продался мне?
– Знаешь, есть такое изречение: «служить бы рад, прислуживаться тошно». Вот так можно сказать и про меня. Я выбрал службу, когда шел сюда. Знал, что придется встать в полную зависимость, но к тому же знал, что здесь мне будет всяко лучше, чем там, на Земле. А когда оказался под твоим началом, то понял, что такая «служба» равна вольнице.
– Ну... а то, что я тебя использую?
– Андрей, – Олег не мигая, посмотрел на меня. – Ты сам прекрасно знаешь, что мне нужна разрядка не меньше, чем тебе. Так что в этом плане, это скорее взаимное сотрудничество. А как партнер – ты мне приятен. И Джэйл приятна. Так что сексуальным рабом я себя точно не чувствую. А то, что хожу под твоим началом и не рвусь к самостоятельности, так ты уж прости, практически у всех людей и нелюдей с Земли есть особенность: подчинение более сильному. Если ты не лидер, то изволь примкнуть к тому, кто точно знает, что делать.
– А уйти никогда не хотелось?
– Ну ты сравнил, – Олег расшипелся от смеха. – Рутина или предвкушение приключений? Естественно, я выбрал второе. И знаешь, не жалею. А насчет ментального рабства... – он задумался. – Я бы свое положение в твоем клане так не назвал. Да и всех остальных тоже бы не причислил к ментальным рабам. Понимаешь, – он уселся поудобнее, – среди тех, кто с тобой остался – все люди – понимающие. Они сделали свой выбор в твою пользу по причине того, что с тобой можно жить. И жить крайне приятно. Ты первый раз создал крепость, в которой всем и каждому было хорошо в меру их желаний. Сейчас – второй раз создал то же самое. А люди, не знаю как истинные жители этого мира, тянутся к себе подобным. Им нужен социум подобный им же. Разный менталитет двух сообществ может перекрещиваться, дополнять друг друга, но влиться мы не сумеем, как бы ни пытались. Да и выбор между жизнью и смертью вполне логичен. Так что они выбирают жизнь. Притом – насыщенную жизнь в том социуме, в котором им удобно и приятно жить. К тому же, рядом с тобой востребованы их знания и умения, так что те, кого ты сюда привел, прекрасно понимают разницу между жизнью и выживанием. Да и... слушал я некоторых ребят. Ты для них не просто лидер, а талисман удачи. Это если даже не брать во внимание, что к тебе благоволят боги.
– Талисман удачи? – не поверил я.
– Именно. Не знаю, что тому посодействовало, то ли твоя близость богам, то ли твои решения, которые иногда бывают не совсем адекватными, но приводят к очень интересным результатам, то ли твое умение подбирать себе людей... Но живя в мире, который полностью отличен от Земли, мы еще ни разу не попали в настоящие переделки.
– Да это как-то проще простого, – грустно хмыкнул я. – Сам же говорил, что мы закладка земного происхождения в этом мире. И все пошло с меня. И так уж получается, что я – фигура номер один. Я просто строю под себя ту часть этого мира, в которой нахожусь. Желаю, хочу, своевольничаю, и получаю в ответ свои собственные желания уже в материальном исполнении.
– Ну, вот, – Олег развел руками. – Ты – игрок. Родион это правильно заметил. Но не простой игрок. А мы – не твои фигуры. Последователи. Ты – лидер этого сообщества, клана, и ты знаешь, как тут выживать. Мир строится под тебя, ну и под нас тоже, естественно. Да и... – он кивнул куда-то в сторону. – Если бы мы были фишками на твоей доске, то никто и никогда бы не лез к тебе с советами. Просто покорно шли бы твоим путем, заглядывая тебе в рот, ожидая, пока ты решишь наши проблемы. Но все, заметь, все те, кто с тобой остался – активно содействуют твоему продвижению.
– Потому что подмял вас, – я вздохнул.
– Потому что возглавил! – припечатал Олег.
– Но Родион сказал...
– Позволь старому и умудренному жизнью меховому крокодилу дать тебе практически отеческий совет, – послал мне Олег ментальную улыбку, и я кивнул, готовый его слушать. – У вас с Родионом сейчас кризис перераспределения ролей. Я помню, ты мне рассказывал, из какой моральной задницы его вытащил. Ты, можно сказать, поднял его, отмыл, приставил к себе, почти как равного. Но человек, ты уж прости, существо дурное. Что ты, что он – вы, два дурня, которые так и не смогли найти золотую середину в ваших отношениях. Он потерял свою силу благодарности за то, что ты сделал, а ты считаешь, что он недостаточно прогнулся, и не достаточно раз сказал тебе «большое спасибо». То есть, на данный момент вы еще находитесь в стадии подчинителя и подчиненного. Ты – требовательный хозяин, а он – твой пес. И ведешь себя ты соответственно. Не перебивай, пожалуйста. Я утрирую осознанно, – заткнул он меня, стоило только пасть открыть. – Всех, кого ты, так или иначе, осчастливил своим вниманием – тебе что-то должны. Да, мы знаем, что должны, но иногда ты борзеешь, начиная с некоторых личностей требовать этот долг. Неосознанно. Просто давишь, «ставя на место», показывая, где ты, и где они. Это из лидера превращает тебя в сатрапа. Нет, в чем-то ты конечно прав, но ты должен понять, что можешь требовать подчинения только в вопросах, связанных с общей безопасностью и поддержанием жизнедеятельности клана. А вот когда ты переходишь на личностные приказы, вот тут уже играет ретивое. И твои подчиненные, понимая, что ты прихватываешь их за ментальный ошейник, начинают сопротивляться. И своего пса ты тягаешь за этот ошейник чаще всего. Только ты, когда надевал этот хомут ему на шею, не разглядел, что поймал волка. А те, твари свободолюбивые. И естественно, твой питомец начинает огрызаться, требуя свободу. Если бы Родион не был умен, то он бы давил силой, угрозами, скандалами, или чем-то подобным. Но я бы сказал, ты уж меня извини, что он умнее тебя. Так что посуди, что ты делаешь. Дергаешь за ошейник хищника, который может тебя обхитрить. Притом, по тому, что ты рассказал, этот хищник тебе до сих пор преданно верен. Вряд ли бы он раскрыл свою авантюру, если бы не доверял.
– Хочешь сказать, что он показал свою силу?
– Хочу сказать, что он не выдержал, и огрызнулся. Накатило. Бывает. Поставил себя выше, решив все холодной логикой подчиненного, которому необязательно объяснять хозяину, как его используют. Просто если бы подошел к тебе с таким вопросом, ты бы резко отказал, снова прижав его «к ноге», не услышав доводов.
– И что, предлагаешь поставить этого «волка» на своем уровне?
– Я предлагаю извиниться, и перестать ставить его на место подчиненного, требуя от него слушаться и не подавать голос. Вы оба – очень сильные личности. По-разному сильные. Ты – руководитель, он – силовик. Если силовика постоянно давить, то он скрутит руководителю шею. Не в буквальном смысле. Но скрутит. Так что, ты уж меня извини, но то, что ты наказал своих эннэшше – не добавляет тебе баллов. Ты снова указал им место. Придавил своим авторитетом, своей волей. А в ваших отношениях «я начальник, ты – дурак» – не катит. И если и дальше будешь так действовать, то откаты от Родиона пойдут куда как сильнее. Неосознанно, но он начнет тебя подставлять все крупнее и крупнее, пока ты не увязнешь в собственных проблемах настолько, что сам передашь ему руководство.
– А если передам самостоятельно? – заинтересовала меня эта мысль.
– А сможешь?
– Да тут... Как бы тебе сказать... – я потер самый кончик носа, что до сих пор оставался единственным чувствительным местом на поверхности моего тела. – В общем, я понял, что Родион как руководитель, в некоторых моментах, довольно неплох. Ты прав, говоря, что он умен. Но кроме этого, он еще и думать умеет, а я – только решать проблемы и могу. Может, стоит ему дать свободу?.. В смысле, «снять ошейник».
– А ты на это готов?
– После разговора с тобой – более чем.
– Тогда я бы тебе посоветовал вернуться как можно скорее, и дать ему это понять.
– Я так много хотел здесь сделать...
– Андэр, – Олег чуть прижал меня взглядом. – Иди, извинись, реши проблемы, а после возвращайся и делай то, что хотел. Миры как-то подождут твоих стремительных решений.
– Спасибо, – я послал ментальную улыбку. – Умеешь промыть мозги.
– За это меня начальство и не любило, – миролюбиво согласился Олег. – Иди. Это вам действительно нужно.
И я пополз в свою комнату, чтобы расположить тело, перед тем как снова покину этот мир.
– Он ушел! – Родион, белый как мел, влетел в комнату к Джэйл.
– Господи, ты и здесь успел напортачить, – простонала Анжела. – Я тебе сколько раз говорила, перестань гнуть свою линию с этим упрямцем! Не переубедишь, не согнешь! Сломать – запросто. Он и так на вечном изломе ходит! Дождался? Доигрался? А что теперь делать будешь?
– Джелли, да я же не думал, что...
– Не думал?! Используя человека, который тебе дорог, не думал, как он отреагирует на твое «использование»?!! Родя, ты совсем дурак, или притворяешься? Или ты еще не понял, что его столько раз ломали, подгребали под себя, что сейчас можно действовать только убеждением?!! Я вообще охреневаю с того, что ты сотворил. Лично я, если бы ты меня использовал в таком ключе, забила бы тебя до полусмерти, а после ушла бы, не оглядываясь! Ты, придурок великовозрастный, самое сокровенное, что вас единит, поставил на кон! Что ты делать будешь, если он тебя бросит? – сузив глаза, прошипела она. – За всю свою жизнь, что я тебя знаю, это первый любовник, который тебя идеально устраивает. Он готов терпеть твое насилие, испытывая при этом удовольствие, подстраиваться под твои жестокие и кровавые игрища, требуя продолжения! Ты же шизоид в плане секса! Ты это понимаешь?!! Что ты делать будешь, если он уйдет?! На улицы выйдешь?!
– Вряд ли он такого же найдет, – с сомнением выдал Родион.
– Идиот! – припечатала Джэйл. – Как есть – идиот! Ты нашел идеально подходящего тебе мужика, Родя. Притом, у вас не просто встречи для расслабления, а отношения. Чувства! Вам и поговорить о чем есть, и в постели вы дополняете друг друга, и стремления в дальнейшей жизни у вас построены примерно одинаково. Вот чего тебе не хватало?!
– Чего, наверное, в избытке было, – буркнул Родион.
– Давления, да, – согласилась Джэйл. – Но прими его таким, как он есть. Не просто же так, от балды давит. Он знает, как действовать. Он выживал там, где другой не сможет! Ну, так подстройся!.. Сделай вид, что все устраивает! Смирись!
– Я не баба, Джэйл, – Родион покачал головой. – Это вам, женщинам, ничего не стоит подстроиться под мужика, а я так не могу. Не сумею!
– Ты, кстати, знаешь, что он сделал? – Джэйл, видимо, не услышав последних слов, повернула к бывшему супругу голову, смотря на него отрешенным взглядом. – Он нам путь на Урею перекрыл...
– Да быть такого не может! – Родион попытался дотянуться до нитей связи со вторым миром, окунувшись в пустоту.
Если его когда и накрывало безысходностью, то только в момент, когда узнал о смерти дочерей. И сейчас это был второй раз в жизни. Джэйл смотрела на бывшего супруга с такой же растерянностью и отчаянием, что была в нем. Довольно легкая интрига, которая была нужна в создавшейся ситуации – раскрылась бездной. Мир, что успел притянуть их к себе, более был недоступен. Словно часть души отрезали, покалечив и тело. А после проверки собственных сил, Родион с ужасом осознал, что магии, наполнявшей его тело, хватит только на очень короткий период, после чего все его умения угаснут, и он станет обычным человеком. Притом даже не тем, кто сможет влиться в «армию нового поколения». Само осознание нитей силы стало им недоступным. Разве что резистентность к ядам останется, и возможность управлять собственным телом, да и то ограниченно.
На миг Родион испытал панический ужас. Осознал, чего лишился и кого лишился. А после понял, что именно его беспокоило больше всего. Пустота в душе. Зияющая болью пустота, в которой не было Андрея. Как говорил Мрис: «изъяли двигатель».
– Джэйл... – прохрипел он.
– Дошло, да? – жестко припечатала его бывшая женушка. – Проняло. Наигрался? – Джэйл была полна ментального яда. – Наманипулировался, лядь?!
– Я не этого хотел...
– Знаешь, вот меня совсем не ебет, чего хотел ты. Меня ебет то, что с твоей подачи и меня в расход пустили, моральный, но, тем не менее, – Джэйл пахнула яростью на бывшего. – А хреновее всего то, что мы, может быть, даже попроситься назад не сможем. После того, как Андрея «отпустили» на свободные хлеба, и каждый год его в этот мир не тянет, то он может забить на свои проявления. А после того, как ты его прогнул, считая этот прогиб верным, даже если придет, можешь не надеяться на то, что нам снова доступ откроют. Знаешь, что мне сейчас сделать хочется? Прибить тебя, – выдохнула она, а после сморгнула слезу с ресниц. – Я же сына из-за тебя, выродок, лишилась... Андрей его там сам воспитает, а я так и не узнаю, кем мой мальчик вырастет.
– О дочерях ты не беспокоилась так, – вызверился Родион, но как-то слабо. Потеря и пустота в душе отзывались холодом.
Когда Андрей просто закрывался, все еще оставаясь на базе, он еще мирился с этим. Осознавал, какую силу мог пробудить, какой силы коснулся. Робко пытался восстановить отношения, но был отстранен холодностью эннэшше. А вот когда сегодня вечером вернулся в комнату, найдя на полу окаменевшее в своей неподвижности тело человека, к которому испытывал чувства – вот тут и проняло.
– Те от тебя были, – буркнула Джэйл. – А сын – от Андрея.
– Принципиальное отличие есть, что ли? – злобно хмыкнул Родион.
Джэйл не стала отвечать. Она бросила свое тело вперед, в момент перетекая в яргена, полоснув когтями по месту, где всего мгновение назад находилась шея бывшего. Но Родион вовремя сориентировался, тоже перетекая в тело ящера, успев нанести удар. Но ему было не тягаться с Джэйл. Когда он предавался лености и отдавал себя сексу с Андреем – Джэйл тренировалась. Так что не прошло и минуты, как она прижала бывшего мужа к полу, с хрустом вывернув ему из суставов руки, готовясь нанести последний удар.
– Отставить! – гаркнули от дверей, и Джэйл, узнав этот голос – с надеждой обернулась, а после, сменив ипостась, не замечая, что голая, бросилась Андрею на шею.
Родион, вправив суставы рук, поднялся с пола, а после, осознавая, как обидел того, кого любит – без сопротивления собственного разума – встал на колени, понуро опустив голову.
– Я искренне прошу меня простить, – тихо, но твердо произнес он. – Прошу наказать, и принять назад.
– Сдурел, да?! – Андрей рывком вздернул его на ноги, а после прижался всем телом, заполняя собой ту бездну, которую оставил своим уходом. И Родион, вздохнув полной грудью, осознал, что буквально висел над этой бездной на тонкой веревочке. – Это ты меня прости, дурака, – шепнул он, лаская игольчато колкие чешуйки его морды. – Сорвался. Да и раньше не понимал, что творю. Впредь буду умнее, – он снова прижался, сильно, крепко обнимая тело Родиона, все еще пребывающего в ипостаси яргена, ошалевшего от столь откровенного извинения. – Превращайся, давай, – наконец, буркнул он, – А то, слишком колючий.
– Андрей, я... – попытался начать Родион, но его рот закрыли рукой.
– И я, – Андрей смотрел каким-то другим взглядом, который Родион никогда у него не замечал. – Я совершил много ошибок, Рэй, и ты был прав, когда прижал меня к ногтю. Я хочу сделать тебе предложение, и надеюсь, что ты от него не откажешься.
– Все что хочешь, – шепнул Родион, вжимая в себя того, кто стал сосредоточием его жизни.
– Возьми управление на себя, – спокойно произнес Андрей. – Ты знаешь что делать. Я чувствую, что тебя рвет временами от решений, которые ты считаешь правильными, и давишь их, потому что я, как бы, главнее, – Андрей прильнул к его плечу, и Родион внезапно и как-то ясно понял, что эннэшше отдает ему контроль. – Я буду вашей путеводной звездой, как и раньше, а вот решения, если хочешь, можешь принимать ты. Бери клан в руки, если знаешь, как его вести туда, куда укажу я.
Для Родиона в этот миг мир едва не качнулся. То, что Андрей сделал, было невероятно. И это были не просто слова. Это было приятие своей новой роли. Его ведущий прямым приказом отдавал ему право быть равным. Ставил на свой уровень, показывая, что теперь его решения имеют едва ли не первейший приоритет.
– Это не шутка?.. – не справившись с голосом, прохрипел он.
– Нет, не шутка, – по эмоциям было ощутимо, что Андрей улыбается. – Олег мне мозги вправил. Ну, придурок я, что с меня возьмешь? – хохотнул он, приподняв голову, смотря в глаза эннэшше. – Только об одном прошу, пусть все будет между нами чисто. Если что-то надо, или как-то хочешь с моей помощью на кого-то повлиять, скажи. Просто скажи. Я сделаю, если твои доводы будут верны. Если сумеешь доказать, что это надо... Но не юли, не скрывайся, не предлагай мне узнать позже, как ты меня использовал. Не надо, слышишь?..
Родиона кольнуло болью отчаянной обиды, которую Андрей сумел перебороть. И он сам, мысленно, зарекся, еще хоть раз позволить эннэшше так страдать.
– Обещаю, – поклялся он. – Никогда более. Ты мне дорог. Очень... Я просто не знал, как к тебе подступиться.
– Просто, – Андрей вздохнул. – Сказать. Я же не совсем тупорылый. Я умею понимать нужность того или иного вмешательства. Не сравнивай мой разум с разумом питекантропа. Просто, прежде чем попробуешь вить свои сети новой интриги, вспомни, кем я являюсь в этом мире.
Родион застыл, осознав. Его ведущий не один год владел сетью банков. Не один год выживал, строя свои собственные системы, с которыми успешно справлялся. Завел контору, которая под собой держала город, а может и всю страну. Он просто это забыл. Андрей подал себя как недалекого бывшего пожарного, ведя роль мелкого и глупого царька на Урее... Вел роль. Вот от этого надо было отталкиваться. И ему показали. Наглядно, как можно лишить человека половины себя. Как заставить выть от боли, не трогая физически и не ломая морально.
– Господи, благодарю тебя за то, что до этого идиота, наконец-то дошло! – выдохнула Джэйл, проследив за сменой эмоций на лице бывшего. – И еще больше буду благодарна, если он этого не забудет! – зло прошипела она, резко развернувшись, чтобы оставить мужчин в одиночестве.
