Через тернии к звёздам

“Вы уверены?” “Я позабочусь о ней. В Храме, эм... Будет безопасно. Мы...”.       Фразы обрывались, сознание не могло полностью проснуться. Только веки чуть открывались, как глаза ослеплял яркий белый свет. “Серьезного ничего нет, она уже приходила в себя, но ещё слишком слаба...”       Попытка проснуться, придти в себя.       Я должна проснуться. Я должна знать. “Мы можем ее забрать?” “Мы наблюдали ее в течение недели, осложнений нет, так что... ”       Почему я ничего не вижу. Почему я не могу проснуться.       Меня снова поглощает кромешная тьма.

***

      Незнакомый аромат каких-то трав и дерева щекочет нос. Открой глаза и увидишь деревянный низкий потолок. Как в традиционных синтоистских храмах.       Здесь царила какая-то странная благоговейная тишина. Даже с улицы не было слышно ни шума ветра, хотя выдвижная дверь была открыта и яркий солнечный свет заволок все пространство. На какое-то время он даже ослепил девушку, только недавно раскрывшую тяжёлые веки. Шорох ткани, пальцы скользят по матрасу в сторону и нащупывают поверхность пола. Юкино узнает тут же – кипарис.       В глазах не мутит, но она, всё-таки, уставилась прямо перед Где-то вдали слышатся голоса. Знакомый, тонкий женский голос, который я когда-то давно слышала. Слишком туманно в голове. Второй точно был мужчина, и недовольный, ко всему.       Нужно проснуться. Тяжело и тело не хочется слушаться, но нужно.       Шумный вдох, тело слушается, ощущаю пальцами ткань покрывала, а затем открываю глаза. Какие-то мгновения не могу сфокусироваться, но вскоре становится под силу четко разглядеть высокий потолок, однотонные стены, серую Бёбу, ещё... – Томоэ, хватит злится! О! – тут же удивленно восклицает девушка и звук шагов по татами приближается.       Перевожу взгляд и в сознании всплывают фрагменты с недалекого прошлого. Девчонка, моя сверстница, да к тому же, одноклассница.       Милая шатенка про нее часто говорили, что... Какие-то семейные проблемы, кажется? Я видела ее пару раз лишь. А вообще, я редко обращаю на кого-то внимание. Если с человеком не контактирую, то нет причин вдаваться в подробности его жизни и личности. – Юкино-сан, ты проснулась, наконец-то. – чуть тише проговорила она, с накинутым на плечи жёлтым хаори, присаживаясь на пол.       Знает мое имя. Если под напрячься, то, может, и ее я вспомню... Кэй? Нет, Нацуко? Как-то не так... – Нанами? – Нанами Момодзоно, мы учимся в одном классе.       Что же, имя вспомнила, но... Теперь другая проблема стала весомой – что я здесь делаю и почему здесь?       Я приподнялась с футона, прикладывая немного усилий.       Тень в коридоре шелохнулась, наполовину скрываемая за сёдзи. Машинально кидаю туда взгляд, пытаясь рассмотреть силуэт. По коже пробегают мурашки, холодок пробегает вдоль позвоночника. Мужчина не был... Похож на обычного человека. Но я не могла так точно определить, что именно с ним не так. – А, это Томоэ.       Тень ещё раз шелохнулась, видимо, борясь с нежеланием показываться, а потом неспеша переступила через порог.       Сиреневое кимоно до лодыжек, подчёркивающее высокую фигуру, спрятанные в широких рукавах руки, бледное лицо с тонкими чертами. Слишком изящное, такой неземной красоты, это могут подтвердить и сапфировые глаза, с каким-то презрением глядя на меня в упор. И дело было не в цвете глаз, которые сейчас слишком злобно переливались, не в через чур ухоженном лице да и не типичных для японца светлых волосах.       На голове располагались пушистые, такие же серебристые, как и волосы, лисьи уши, а сзади виднелся не менее объемный хвост.       Кажется, у меня даже сперло дыхание... Это как так-то? Это что за костюм или?!.. — Томоэ, ты забыл... – проскрежетал рядом приглашенный голос, не договаривая.       Парень хмыкнул, задирая к верху подбородок, ко всей недоброжелательностью обращаясь к Момодзоно: – Я не собираюсь каждый раз скрывать свою сущность из-за этой смертной, оказавшаяся здесь попросту по твоей доброте. – Томоэ, мы уже говорили! Я решила, а тебе не так уж тяжело скрывать свои уши и хвост! Почему ты всегда идёшь мне наперекор? – с досадой, а под конец и нескрываемой обидой произнесла Нанами.       Парень отвёл взгляд в сторону, также стоя на месте, подобно древнему изваянию.       Я наверняка сейчас сплю. Иначе, как это объяснять? Это... Какой-то бред. Если бы это была реальность, то парень был просто одет в костюм кицунэ. Но костюмы не бывают такие реалистичные. А Момодзоно... Привиделась просто на подсознании. Те, кого мы видели и встречали очень мало в своей жизни часто могут присниться во снах… – Если она и останется у нас на какое-то время, то пусть знает. Ибо тебе все равно придется многое объяснить. – Нанами? В чем дело? – немного осипшим голосом проговорила я, все меньше узнавая в данной ситуации привычный для меня мир.       Не успела девушка ответить и одно слово, как громко стукнули по полу мужские гэта. Лис приблизился, желая поведать все сам. Ну или не все. — Знаю, у тебя сейчас различных вопросов. Но пока что отвечу только на один, как я считаю, самый важный: кто я? – Глаза переливались всеми оттенками синего, а как только я пригляделась, то смогла отличить узкий, кошачеподобный зрачок.       Было очень неуютно, когда на тебя так, склонив на бок голову, изучающе смотрит антропоморфное существо. А я была уверена, именно это он и делает. – Если коротко, то я — ёкай, лис. Также Хранитель Нанами.       Знакомое слово. Я слышала его от кого-то, может быть, рассказывали на уроках. — Екай? Это тот, о ком я думаю?       В памяти всплывают образы, рассказы. Часто это злобные и беспощадные животные, обладающие волшебной силой. Согласно легендам, большинство из них умеет обращаться в людей. Последнее это в нашем случае. Томоэ... хранитель Нанами? Как ёкай может... — Не бойся, Юкино. — попыталась успокоить меня девушка — Поверь, он не навредит тебе. Лучше скажи… – Она немного замялась, явно не решаясь говорить – Как ты попала в аварию? Может, сейчас ты вспомнишь что-нибудь?       И с этой секунды для меня все застыло. В голову ударило одно единственное слово и осознание поразило.              Проехав буквально несколько метров, остановились на светофоре. Жёлтый свет. Музыка. “Ну успокойся, Сэцуко, все главные документы в сумке..” Игнорируя красный свет, на высокой скорости несётся грузовик. Визг тормозов. Скрип колес по раскаленному асфальту. Удар. Грохот.       Где сейчас... Мои родители?        Робкое прикосновение к руке. Я не сразу его ощутила, слишком была погружена. — Я… мало что помнила...смутно. Потом в нас врезалась машина… красная машина. Грузовик.       Нанами крепче сжимает мою руку. Обычный человек не способен на большую поддержку.       Она явно хочет что-то ещё сказать, но неуверенна и молчит. — Все ясно. — вдруг отозвался Лис. — Что ясно? — Вся информация потом. — монотонно говорил он — Авария. Прохожие вызвали скорую. Вас отвезли в больницу. Ну и мы тебя там встретили. Нанами договорилась с людьми и, в общем, все эти дела и вот ты уже здесь. — объяснил Лис. – Вас. Где тогда... – в горле запершило, я не смогла продолжить и закашлялась. — Отдыхай. Потом тебе расскажу. Тебе нужен отдых, для твоего же блага.       Я ей кивнула, с трудом сглатывая. Нанами поднялась с колен и приблизилась к Хранителю. Снова все это кажется мне полным абсурдом, но погружаться в этот бред сейчас хотелось меньше всего.       Я уже собиралась закрывать веки и погружаться в объятия Морфея, или же очнуться от этого безумного сна, как в друг мысль о месте, в котором я нахожусь, ударила в голову. Это показалось мне очень важным и не стала ждать ни секунды. Момодзоно тогда только вышла в коридор и я во время ее окликнула, прежде чем она задвинула сёдзи. — Стойте! — А? Что такое, Юкино-чан? — Что это за место? — Место? — девушка мило улыбнулась каким-то своим мыслям — Это Храм земли. — последовала пауза и после тихая фраза, полная тёплых чувств — И мой дом.       Плюхнулась на матрас и повторила в голове её слова, после глаза сами по себе сомкнулись и наступила темнота.       Но Храм земли Токио уже как пять лет разрушенный стоит на окраине города, возле парка.

***

— Достопочтимая Юкино! — раздался тонкий детский голос у порога в помещение — Вы уже проснулись?       Светловолосая девушка, до этого задумчиво рассматривая комнату Храма, выделенную для нее, повернулась к открывшимся седзи и от увиденного вздрогнула всем телом.       На пороге стояли маленькие низенькие существа в каких-то масках. Не дети, скорее младенцы, но... Для младенцев хорошо разговаривают и ходят. — В-вы кто такие? — Простите если напугали, Юкино. Мы огневички, помощники Нанами! — Сказал один из них, делая шаг вперёд.       Девушка накрыла своей рукой лоб, прикрывая глаза, забормотала: — Огневички... Этот кошмар ещё не закончился. – прижимаясь спиной к стене, девушка ощутила, что медленно сползает по ней.       Даже не хотелось знать, чем ее ещё удивят. — Моё прозвище Оникири, а его – Котецу. — представил их имена второй. — Вот как. — промямлила она, уже осев полностью на пол и из-под полуприкрытых век смотрит на странных существ.       Загадочные маски на них – одна изображает черноволосую гейшу с ярко-алыми губами, другая – человечка с одним открытым зелёным глазом. Юкино не очень смыслила в японской мифологии и не могла понять глубинный смысл этих масок. Да и не было это так важно. — Приведите себя в порядок, а я пока пойду к Нанами и доложу ей, что вы проснулись. Котецу, а ты, помоги Юкино. – скомандовал Оникири, прежде чем покинуть комнату. — Хорошо! Юкино-сама, следуйте за мной!       Котецу показал гостье, где находится ванная комната. Через некоторое время она закончила процедуры и вернулась в свои покои, дабы сменить домашнюю одежду на скромную белую юкату. В небольшом потертом зеркальце на довольно таки древнем трюмо посмотрела на свое отражение. Расчесала потрёпанные волосы и завязала в высокий хвост, как и прежде. Храм чист и ухожен, в длинном коридоре также есть несколько других сёдзи – другое комнаты. Кое-где пол поскрипывал даже под невеликим девичьим грузом. — Мы пришли! — Котецу остановился перед большим открытым помещением, яркоосвещенным.       На кухне сидели Нанами, Томоэ, а также ещё один человек. Тоже молодой юноша с короткими, такими растрепанными белыми волосами. Лис, сидевший у окна, тут же обернулся к вошедшей, но поприветствовал ее лишь молчанием. — Юкино-сан, как ты? – не замедляясь, ко мне приблизилась Момодзоно. — Уже лучше, спасибо. – Проходи, выпьем чаю, как раз заварился.        Девушка вернулась вновь к столику, а Дреяр, поровнявшись с незнакомцем, сидящим за столом с уважением поклонилась. Спустя мгновение он тут же поднялся из-за стола, повторяя приветственный ритуал. Как-то позабыл, не подумал совсем, что новая жительница Храма ещё следует таким формальностям. И хотя в этом нет ничего сверхвеликого и сложного, парень о людях нынешнего века был иного мнения. – Добрый день. Меня зовут Дреяр Юкино. – Здравствуй, Юкино! Я уже слышал о тебе.       Он был одет в обычное белое косодэ и зелёную хакаму. И что-то в нем было не так. — А Нанами была права. – Девушка с изумлением вскинула брови, смотря на миловидное мужское лицо с ласковой улыбкой – Ты действительно милашка. Кстати, меня зовут Мизуки — я второй хранитель Нанами. — Второй хранитель? – Она вновь обращает взгляд на Лиса, такого же недоброжелательного, темная аура от него так и исходила. Но если бы каждый Екай не светлое существо, то почему Мизуки кажется безопасным? – Очень приятно…Что это значит? – Что? Быть хранителем? – в утверждение девушка вяло кивнула.       Несколько секунд, Мизуки раздумывал, как корректнее объяснить такую простую вещь, но за него ответил второй Екай. – Хранитель обязан защищать Хозяина. У них контракт, по силе даже рядом не стоя с вашими бумажками, которые легко можно подделать. Вся ваша жизнь, не считая совсем малого, искусственна.       Лис мог продолжать доказывать свою всежизненную неприязнь к людям, но Момодзоно прервала его монотонную и неспешную речь. – Томоэ, могло бы хватить и первого. Начинаешь свою философию.       Шатенка снимает со сковороды сладкие рулетики из тонким слоев омлета. Сытный и любимый завтрак, который она любит с детства. Под внимательным сапфировым взглядом подает на стол блюдо с тамаго-яки. – Приятного аппетита. – Вот это аромат, Нанами-сан! Должно быть, очень вкусно. – Надо же, в чем подвох? Ничего не подгорело... – спустя краткий миг молчания выдал Хранитель, приближаясь к котацу и присматриваясь к еде. В то время Нанами горделиво поставила руки в боки. – Я говорила, что готовить умею! Ага! – торжественно заявляет она, возвышаясь над парнем.       Злоехидность Лиса проигрывать не собиралась, и, злобно сверкая глазами из под длинной пепельной челки, парень щёлкнул пальцами: – Могу и поджарить, и тогда... – Даже не смей! – Нанами схватила Екая за запястья, будто бы ее слабая женская сила могла противостоять ему. – Не для тебя готовила, ты все равно мою стряпню не ешь!       Кожа Екая на ощупь была словно бархат, но прохладная, и это очень контрастировало с тёплыми руками Богини земли. Томоэ рассмеялся непринуждённо и мягко, слегка дрогнув плечами.       Для гостьи уже считалось чем-то нереальным увидеть улыбку на некогда смурном, неприветливом лице, но вот... И прищуренные от смеха глаза будто светились. И это все... От одного прикосновения Нанами, ее серьезной реакции на его странную шутку? Чего? – Успокойся, Нанами. Присаживайся, я налью чай.       Дальше девушка молча присела, хоть и со внутренним легким недоумением. Юкино пока не знала этих людей, поэтому судить их взаимоотношения не могла.       Но между Нанами – единственным, пока что, располагающим к себе человеком, и переливчатым, странным Томоэ что-то было. Наверное, это из-за "контракта"? Тема для размышлений у Дреяр есть. А вот... Мизуки пока был для гостьи новой, нераскрытой картой. – Так... Кто ты? Екай ведь? – Юкино вновь подняла на Второго Хранителя глаза, пока Томоэ разливал по чашкам черный, парующий чай. – Хм, – он слегка улыбнулся уголком губ – Тебе ещё много придется о нас узнать. То, что Томоэ Дикий Лис – ты уже знаешь.       На мгновение на лице только что упомянутого проскользнула тень. Тень недовольства исказила его черты, никем незамеченная. Ему не понравились уточнения. Про себя он с ядом подумал, что разницы для смертной никакой от этого не будет. – Ну, а я же Змей. Просто Змей.        Хэби. Юкино вспомнила это слово из мифологии. Белые волосы и изумрудные, слишком яркие глаза — образ змеи, затаившейся в высокой траве, мгновенно достроился в её сознании. Она представила его существом, которое либо неподвижно греется у воды, обороняясь лишь предупреждающим шипением, либо ласково, но удушающе обвивается вокруг руки. — Любишь Тамаго-яки? – такой простой вопрос от него, берущего себя сразу три рулетика. — Вкусный и сытный завтрак. Мама часто готовила его в выходной.       Слова застряли в горле. Один образ потянул за собой лавину других. Память услужливо подкинула запах домашней кухни, смех отца, а следом — тишину. Ледяную тишину после удара. – Нанами-сан. – почти беззвучно позвала она хозяйку Храма, путаясь ещё в своих ужасных мыслях. – М? – Та выглядела беззаботно, охлаждая свою кружку с чаем, но в глазах все в мгновение поменялось с следующим вопросом. – Что с моими родителями? – В больнице... Они... Врачи пока не могут точно сказать. – Момодзоно говорила развязно, неуверенно, но не говоря самой сути. — Они без сознания. Ты отделалась ушибами, им повезло меньше, — отчеканил Томоэ. Он не был жестоким, он просто не видел смысла в том, чтобы «жевать вату», как это делала Нанами.       Лис терпеть не мог человеческую привычку мямлить перед лицом правды. Меньше всего он хотел сейчас эмоционального взрыва, слез или того, что люди называют "стрессом". Но время тянулось, а Юкино молчала. Она не плакала. От неё исходила лишь глухая, вязкая тревога, которая, казалось, заполняла комнату. Парень не сводил с неё глаз, изучая её так, как хищник изучает незнакомое препятствие. Она отличалась от тех людей, которых он сотнями видел в школе, разве что, внешностью. – Юки-сан, попробуй этот чай. Я уверен, он тебе понравится. Потом я тебе как-нибудь сделаю зелёный Кукитя, он...       Мизуки добродушно принялся за попытку перевести тему, к тому же поставить начало дружеским отношениям, но ситуация была не та. Неподходящая. — Почему вы забрали меня из больницы? Почему? Мы же даже не родственники… – вопрос относился конкретно к сверстнице. — Ну… Давай Я скажу сразу, как бы это не было дико. Юкино, этот Храм относится к своей стихии, Земли. Про него все забыли из-за Божества, которое перестало за ним ухаживать, Микаге, бывший Хозяин, передал место мне. Я – Богиня земли. Моя обязанность помогать людям, но... Конечно, не только в пределах Храма, выслушивая молитвы и выполняя прочие ритуалы. Ты моя одноклассница как никак. Поэтому мы не такие уж и незнакомцы и я просто не могла оставить это так. Я узнала тебя на месте происшествия, а... — Обязанность? — Да. Моя обязанность помогать людям и очищать мир от темных духов… У каждого Бога свои помощники и… Так называемые ёкаи-хранители. – Но забирать несчастных жертв обстоятельств не входит в обязанности... – проскрежетал Томоэ, после чего сразу получил ударом локтя Хозяйки под ребра. – Есть злые ёкаи, творящие хаос. А есть более... Чистые, осознанные. Одни из них «хранители» Богов. – Тебя не смущает другая полученная информация? – с иронией поинтересовался Лис, приподнимая одну бровь. – Это вполне правдоподобно, — тихо ответила Юкино. — Божества существуют. Моя семья всегда была верна синтоизму, мы благодарили Вышнего Бога Жизни… просто его храма не было поблизости. Мне только интересно… как именно тебе передали эту обязанность? — Она наклонилась ближе и прошептала, словно боясь оскорбить святыню — Ты действительно… видела верховное Божество? – Мы встретились в парке... – Хаха! Верховное Божество, да сотня людей пройдет и никто в нем не развидит никого, кроме бездомного! – Томоэ! – в один голос вскрикнула Хозяйка на пару с Хранителем. – Не начинай! Не сейчас!       Лис угрюмо сложил руки на груди, презренно глядя на Хозяйку. Все бы было похоже в нем на обиду, если бы не вековая сила, что-то более глубокое и осознанное, которое Юкино развидела в его глазах. Каким бы молодым ни выглядел парень, но присутствовало эфемерное ощущение древнего Екая поблизости. За одним столом. – В парке, вечером, из-за долгов отца меня выпроводили с квартиры и мне не куда было идти. Он предложил мне помощь, взамен на его спасение... – Спасение? Ты спасла Бога?! – Да, от собаки. – Лицо Юкино исказилось в недоумении, но она продолжала молча слушать и пить чай – Он из боится, а одна из них на него накинула и, хах, не давала слезть с дерева. Сейчас вспоминаю, так забавно... И словно было очень давно. – Эх, Нанами-Нанами, тебе ещё много придется обуздать, и много вытерпеть. И много более забавного натворить самой. – Он оставил поцелуй на лбу, метку. И показал путь до этого заброшенного, мрачного Храма. Тогда, в сумерках, он выглядел очень пугающе! – Ага, нарисовал убогую "карту". Как сейчас помню. – пробубнил Томоэ вновь, отвернувшись, даже не сомневаясь в недовольстве на лицах присутствующих. – Я не лучше рисую. – Пыталась защитить Микаге шатенка, но только спровоцировала Лиса на дальнейшие колкости. – Вот, недалеко яблоко от яблони падает – такой Рок на иерархии Богов земли, и мне им прислуживать, к сожалению! – он немного пожестикулировал рукой, так, театрально. – Прислуживать?! – Вдруг изумился Мизуки – Не слушай его, Юки-сан, это не так! И тем более, он даже не все свои основные обязанности выполняет! В последнюю неделю, большую часть храма вычистил я! – И ничего не Рок! Нет такого понятия! – Ну, это колея судьбы. Она у каждого разная. Если так суждено... – на удивление поспорила с Богиней Юкино. – Вот! Хоть кто-то меня поддерживает здесь! А то совсем меня здесь эксплуатируют! Я несколько лет приглядывал за Храмом, пока Микаге где-то шлялся! – Что-то ты преувеличиваешь, Томоэ... Не надо тут! – Не верь ему, он все врет. И не стесняйся, Юки, бери, ешь! А то совсем что-то...       Теперь, на какое-то время, все действительно принялись за еду. Мизуки забрал последнее тамаго-яки с блюда, Томоэ допил чай, Юкино кое-как доедала третий рулетик. И это ещё без всяких дополнительных блюд. — Кстати. – Начал загадочно Томоэ – И Курама Синдзюро… Тот самый ваш обожаемый Курама певец. Звезда музыки. Он Тэнгу. — Курама Синдзюро? Не припомню такого. – Ну как же? Все девчонки класса по нему сохнут? – недоуменно добавила Момодзоно – На свету мерцают ярко-белые крылья Вверх вознесись, но не покидай, счастье мне возврати. – Монотонно проговорила она. – Где-то, может, слышала. Но особо не интересовалась им. – Каким бы он ни был, песни его действительно классные!       Томоэ, с застывшей чашкой чая перед губами, с широко раскрытыми глазами смотрел на Дреяр. Надо же, ещё одна причина позадуматься над ней... – Странная. – У всех вкусы разные, как видишь. – Мизуки быстро дожевал рулетик, чтобы деловито добавить.       Юкино почувствовала, как внутри шевельнулось нечто похожее на брезгливость. Неужели можно так просто влюбиться в ёкая? Да, за оболочкой красивого мужчины с бархатным голосом из радиоприемника скрывается хищник. Фанатки, все, готовы были готовы отдать душу за один взгляд, даже не подозревая, что их «кумир» — ворон, существо иного порядка, для которого человеческая жизнь — лишь вспышка спички. И Лис такой же. Она видела, как он смотрит на Иошико. "Чарующий голос… для ворона",— подумала она с мягким, но холодным неверием. Для неё эта «любовь» выглядела как массовое помешательство, опасная иллюзия, в которую она никогда не позволит себе впасть. — Да, — подтвердила Богиня земли, подперев подбородок рукой. — Он — Тэнгу. Поп-звезда. Взял себе образ «падшего ангела», готический грим, всё такое… Черные крылья ему даже гримировать не надо, они настоящие. Просто… знай это. Мало ли, встретишь. — Предупрежден — вооружен, — добавил Змей. — Он опасен? — Кто? Синдзюро? — Момодзоно рассмеялась. — Нет, он совершенно безобиден. Мы даже… приятели, можно сказать. — Приятели… Но в страуса я его превратил не зря, — парень оскалился в хищной, довольной улыбке. — В смысле… в страуса?!       Юкино снова почувствовала, как реальность уходит из-под ног. Екай смеялся , но не злобно, но с той самой пугающей легкостью существа, которое может изменить чужую природу просто ради урока. — Он хотел покуситься на мою Нанами, — Лис вдруг стал серьезным. — В мире людей полно опасностей для юных богинь. Она ведь без меня и шагу ступить не может.       Девушуа хотела было возразить, но промолчала. Юкино уловила этот момент. В глазах Лиса на долю секунды промелькнуло нечто теплое, почти ласковое, но быстро сменилось надменностью и ехидностью.       Они многое пережили вместе. Юкино поняла это, но предпочла сохранить отстраненный вид. Она обязательно попросит Нанами рассказать об этом позже. — Как бы там ни было, — подытожил Томоэ, — в мире людей полно и Ками, и Ёкаев. Падших богов, хранителей, злых духов… — И я, как и все остальные, даже не догадывалась об этом… — тихо ответила Юкино, глядя в свою чашку.