Обострение

Музыка кое-как отвлекала от мыслей о друге и его состоянии. Парень никак не мог поверить, что именно их поставили в пару. Что же это за шутка от жизни такая? Хосок смотрел на себя в зеркало, пытаясь избавиться от всех ошибок во время движений, рядом танцевало еще несколько ребят, у некоторых был перерыв, но, несмотря на это, музыка в студии не останавливалась никогда. Внезапно его взгляд скользнул на розовую макушку, отражавшуюся в зеркале. Чимин с самого начала занятия сидел в углу в куче сумок и втыкал в экран своего мобильного. Хосок недовольно фыркнул и, остановившись отдышаться, вытер полотенцем пот с лица и шеи. По пути к Чимину он взял бутылку с водой и осушил ее ровно на половину. Жить стало немного легче. — Пак Чимин! — прикрикнул Хосок, пытаясь заглушить басы. Парень вздрогнул и поднял взгляд. Хосок сел рядом. Чимин поморщился. От друга не воняло, но от него шел такой сильный жар, а еще он был весь мокрый и противный. Правда, парень и сам такой же, когда вкалывает на тренировках. Но только не сегодня. — Почему ты не занимаешься? — Хосок внимательно на него посмотрел. Чимин обычно не позволяет себе такого, он стушевался и вновь уткнулся в экран. — Потому что… — Э, нет. Так не пойдет. Выкладывай, что не так. Чимин нахмурился и твердо уставился на Хосока. — Что не так?! Действительно, что же еще может быть не так, кроме нашего друга, который сейчас с «сам знаешь кем» и сам знаешь при каких обстоятельствах. — А. Ты все об этом… — Хосок удрученно почесал затылок. — …я просто волнуюсь за него. — Мы и так делали, что могли. По-настоящему хорошие друзья смогли бы затащить его в больницу. Чимин строго посмотрел на него. — Не говори так, Хосок. Ты знаешь, что это не правда. Хосок нежно улыбнулся и потрепал Чимина по голове. Младший смешно сморщил нос. — Давай просто не думать об этом. Намджун большой мальчик, пора это уже запомнить. — Может и так… Чимин вздохнул, смиряясь с их положением, и уже более бойко вскочил на ноги. — Ладно, нужно отвлечься. Пошли, потанцуем? Парень с улыбкой протянул другу руку, соглашаясь. … — Намджун! Он вздрогнул и обернулся. Под удивленными взглядами учащихся прямо к нему бежал Чимин. Его сумка моталась из стороны в сторону и била по бокам. Если честно, то Намджун узнал его только по голосу и по мягкой радостной улыбке. Нежно-розовый цвет волос парня сменился на строгое и холодное серебро. Которое, кстати, совершенно его не портило, а придавало его милой детской наивности более собранный вид. Чимин сразу стал каким-то… Другим что ли? Но вот его характер остался прежним. Парень крепко обнял Намджуна и расплылся в улыбке, которая стала еще шире. — Чимин-и, ты меня как будто вечность не видел! — Ты на звонки не отвечал, я волновался. Хосок мне тоже не звонил. Что прикажешь думать? — Чимин толкнул его кулаком в плечо. Джун усмехнулся. — Тебе очень идет этот цвет. — Не отходи от темы! — парень немного смутился, но радостная не исчезла. Ребята пошли по направлению к классу. — Эти выходные… просто… В общем, мне много о чем нужно было подумать. Еще и этот проект. — Ты решился?.. На операцию? — прошептал Чимин. Ким вздохнул, сжав в кулаке ремень своей сумки. Его друг выжидающе поглядывал на него. — Да, знаешь…. Думаю, да. В любом случае, это тяжело. — Решиться? — Нет… Знать, что ты не можешь находиться рядом с ним, не задыхаясь. Чимин опустил глаза. Весь оставшийся путь он упрямо смотрел себе под ноги, словно провинившийся мальчишка. Он знал, что пока не может понять Намджуна в полной мере, что не может ничем ему помочь, и это удручало больше всего. — Все время, что мы вместе работали над проектом, я медленно умирал, — начал Джун. — Помимо цветов в легких, меня еще душили и мысли в голове, — внезапно он замер с окаменевшем лицом, судорожно бегающими глазами. Принялся что-то вспоминать. — Черт… Цветы. Чимин удивленно уставился на него. — Цветы?.. Что ты имеешь в виду… — Точно! Вот черт! — Намджун замельтешил. — Чимин, иди на урок, а я… я… скажи, что опаздываю. Прошу тебя! Я побегу в цветочный магазин, я забыл купить цветы для проекта! — А не легче будет позвонить Сокджину и попро… — начал говорить парень, но Джуна уже не было. … Идти в понедельник в школу Сокджину, мягко говоря, не хотелось. Тем более после выходных, которые они с Джуном потратили на проект по биологии. Лучшие выходные за последний год. Джину давно ни с кем не было так весело. Порой они с трудом отрывались от увлеченной беседы и возвращались к книгам и просторам интернета. Правда, Сокджин замечал, что парень сдерживается, старается не кашлять при нем и терпит, наверное, чертовски сильную боль. Ему было от этого немного неловко. Сокджин пару раз уговаривал Намджуна пойти домой, но тот говорил, что все в порядке и что он не хочет скидывать всю работу на плечи Джина. Тот молча соглашался, ведь на самом деле ему никуда не хотелось отпускать Намджуна, потому что с ним и правда было комфортно, весело и непринужденно. И даже тот факт, что они проводили время вместе лишь из-за проекта, не мешал ровно до тех пор, пока за Джуном не захлопнулась входная дверь, и водитель семьи Джина не увез его. Хорошо, что Сокджин не знал о том, что, придя домой, Намджун еще долго давился лепестками, но никак не мог их выкашлять, оттого и мучился. Из глаз уже текли слезы, и только выпив залпом пол литра теплой воды, он почувствовал, что, наконец, может дышать нормально. Никогда такого раньше не случалось и ничего хорошего не предвещало. … В проекте Сокджин был уверен: они с напарником хорошо потрудились. Но, сидя в классе уже после звонка, Джин начал волноваться. Намджуна нигде не было, а он еще должен купить цветы. Также он заметил, что Чимин сидит один и его напарника, Чон Хосока, тоже нет на месте. Но все же староста влетел в класс вовремя и… просто замер, уставившись на Пака. Чимин сначала не мог понять, в чем дело, а затем Джин заметил, как краснеют его уши. Хосок стоял посреди класса и, не скрывая своего восхищения, рассматривал новый образ друга. Учителю пришлось лично сказать ему сесть на свое место. Извинившись, он стушевался и поспешил к напарнику. Чимин, что было видно по его выражению лица, отчитывал друга, на что тот что-то виновато отвечал и никак не мог отвести взгляд. — Почему ты не отвечал на звонки? Я весь извелся, думал, что с Намджуном что-то случилось. — Я потом тебе объясню, — шепотом бросил Хосок и начал готовиться к выступлению. — Тебе чертовски идет этот цвет… … Намджун ввалился в класс, как только Джин вышел к доске и приготовился объяснять то, почему он выступает с проектом один. Сокджин уже кипел от злости и обиды, не понимал, как Джун мог так несерьезно отнестись к заданию и бросить его одного, не предупредив. Еще у парня промелькнула мысль, что что-то могло произойти из-за его болезни, но она отпала сама собой, ведь Хосок и Чимин здесь. А они-то точно бы все узнали раньше всех. Но все негативные эмоции пропали, стоило огромному букету роз ярко-розового цвета появиться в дверном проеме. А из-за него выглянул Джун, с глупой и виноватой улыбкой он прошел к Сокджину, поприветствовав всех. — Техническая заминка, — прошептал он Сокджину, поймав его облегченную улыбку. — Мы готовы начинать, — приподняв подбородок, сказал Джин. Чимин, внимательно наблюдавший за всей этой картиной, немного нагнулся к уху Хосока и, не переводя взгляда с происходящего у доски, спросил: — Ты когда-нибудь видел, чтобы Джин так улыбался? Хосок лишь пожал плечами, задумавшись. Он действительно не мог вспомнить ни одного раза, кроме дня их знакомства на баскетбольной площадке. … — Ты обещал мне кое-что рассказать! — напомнил Чимин своему другу, когда началась перемена. Хосок кивнул. Он явно был чем-то, а вернее кем-то обеспокоен. — Эти выходные Джун работал вместе с Сокджином. Его состояние крайне нестабильно. Он рассказывал мне, что пока находится рядом с Джином, чувствует себя отлично, но стоит им поспорить или расстаться, как ему становится трудно дышать. Лепестки он больше не может откашлять: они застревают в горле, — парень поджал губы. Чимин его внимательно слушал. — Мне кажется, что у него внутри уже окрепли бутоны… Надеюсь, это не так, но… — Хосок немного помолчал, а затем сказал, глядя Чимину в глаза: — Ему нужно было собраться с силами. Намджун позвонил мне в воскресенье и попросил прийти к ним на семейный ужин. Дело было в поддержке. Ему нужна была поддержка в тот момент, когда он говорил своим родителям, что готов сделать операцию. У Чимина все похолодело внутри, и сдавило сердце. Он смотрел на своего друга и видел, что тому тоже далеко не сладко. — Ему правда тяжело. — Мы обещали, что поддержим любое его решение, и это — самое правильное. Несмотря на последствия… Чимин растерянно кивнул. Он все еще не отошел от шокирующей новости, которая подтвердилась еще и Хосоком. — Я не знаю, что сказать, Хо… Парень посмотрел на своего друга. — То есть?.. — Я думал… у меня есть кое-какие предположения на счет причин такого состояния Намджуна. Старший задумался. — Продолжай. — На различных сайтах и форумах, посвященных этой болезни, ханахаки, я кое-что узнал. Вернее, увидел закономерность в историях, которые рассказывали люди, пережившие эту болезнь, пришедшие к хорошему концу, то есть к взаимной любви. — Как это связано с Намджуном и Сокджином? — Хосок напрягся. Чимин явно отрыл что-то очень интересное и полезное. — Люди писали, что стоило человеку, в которого они влюблены, начать что-либо чувствовать в ответ, то у них случались странные, так сказать, «сухие приступы», как и у Намджуна. Или же наоборот — они чувствовали облегчение, находясь рядом. — Хочешь сказать, все дело в эмоциях? — глаза парня широко распахнулись, он пытался усвоить услышанное. Но если он все понял верно, то все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Значит ли это, что… — Да, — кивнул Чимин, — Джин тоже что-то чувствует к нему. И, видимо, это не только дружеские чувства… … Хлопнула дверца шкафчика. Сокджин облегченно выдохнул и улыбнулся своим мыслям. Еще никогда он так не радовался отличному результату совместного проекта. Никогда еще ему не было грустно из-за того, что все закончилось так быстро. Парень повернулся и наткнулся на все тот же огромный благоухающий букет. Джин поднял удивленный взгляд и столкнулся с немного смущенный взглядом Намджуна. — Эти цветы твои. Сокджин завис на мгновение, но букет взял в руки. — Зачем ты купил так много? — поинтересовался парень. Джун пожал плечами. — Я спешил, а розы продавали только букетами. Так что… — Они дорогие. Мог бы взять какие-нибудь другие цветы. Намджун насупился. В цветочном магазине он немного растерялся. К тому же очень торопился. По понятным причинам он инстинктивно потянулся именно к этим цветам, а на цены и вовсе не смотрел. — Но зачем он мне? Не хочешь подарить букет девушке, которая тебе небезразлична?.. — Что? — Намджун непонимающе изогнул бровь. — Я вовсе не… — он вздохнул, подбирая слова. — Тебе же нравятся розы. Сам говорил, что тебе их часто дарят. Вот и забирай, мне-то они точно без надобности. «Своих лепестков хватает», — подумал парень. Сокджин помотал головой и виновато улыбнулся. — Что мне было делать со всеми этими подарками? Не выбрасывать же. Вот я и принимал цветы. На самом же деле… Я ненавижу розы, Намджун. Парень опешил. Он почувствовал себя очень глупо, принявшись путаться в мыслях. «Что он только что сказал?! Но почему тогда я… Нет… Погодите…» Джун нахмурился. — Врешь. Ты, черт возьми, их обожаешь!.. Парень развернулся и ушел, оставив Джина стоять в недоумении с большим букетом ярко-розовых цветов в руках. Шипы кололи пальцы. Намджун бежал по коридору, прикрывая рот рукой. Парень думал, что еще немного, — и его наизнанку вывернет. Он выскочил во внутренний двор, стараясь дышать как можно глубже и спокойнее. Голова кружилась, но его немного отпустило. — Что происходит? — спросил он у самого себя. Его состояние все ухудшается. Теперь приступ может оказаться еще более непредсказуемым, если его состояние так «скачет». Вот он чувствует себя отлично, но еще секунда — и Джун задыхается, он не в силах избавиться от лепестков, застрявших в горле. Намджуну становилось, мягко говоря, страшно. Он просил лишь о том, чтобы продержаться еще немного, чтобы его не подвели легкие, чтобы не остановилось сердце, чтобы не расползлись внутри тела шипастые стебли, разрывая плоть.