Истинность — великий дар или проклятие?

Рэйгар пришёл в сознание уже несколько дней назад и с ужасом осознавал, насколько был неправ. Восстановить силы было куда сложнее, чем он думал. Простые движения: пошевелить рукой, привстать — требовали слишком много сил, и он падал обратно. Май хлопотал над ним и детьми, помимо этого ещё помогал местным. Халотон видел, как сильно изматывал себя юноша, но ничего поделать не мог. Дети в основном спали и находились вне досягаемости Рэйгара. Он не мог за ними присматривать, а про кормление старался не думать. Молока, как выяснилось, у него практически не было, да и он едва ли знал, как обращаться с такими малютками. Омеги, что приходили к нему и помогали с кормлением, лишь качали головами и упрекали, что он безответственный папа. Ведь какой омега будет рисковать детьми и на последних сроках поедет в такую даль? Диву давались, как он смог разродиться и никого не потерять. В глубине души Рэйгар понимал, как они правы, но что он мог поделать? Да, он должен был позаботиться об этом заранее. Опасность его в любом случае поджидала вне замка, и он благодарил богов за то, что придали ему сил и позволили выжить. Использование камня до сих пор давало о себе знать, и Рэйгар беспомощно отлёживался. Смотря на своих малышей, он стал чаще вспоминать родителей. Очертания лица папы становились чётче, он помнил тёплую улыбку, что согревала его и по сей день. Отец всегда крепко обнимал, и Рэйгар жаждал таких же крепких объятий, что смогут скрыть от всех невзгод и защитить не только его, но и малышей. Вот только этому не суждено сбыться. Стоило думать совершенно о других вещах. Десять дней, как они прибыли сюда, и Май вполне неплохо описал быт проживающих здесь людей, ничего опасного не заметив. Вот только настораживал главный, что так и не пришёл к нему, лишь его помощник с отвратительным взглядом. Альфа не скрывал своего интереса к омеге, что так сладко пах. Омеги после родов на какое-то время теряли запах метки, и альфы обновляли её, а бывало, феромон возвращался сам. Рэйгар чувствовал себя уязвимым и старался держать дистанцию, но альфа лишь недвусмысленно обводил его взглядом и уточнял детали его путешествия. К счастью, они с Маем довели до совершенства легенду, и он вполне уверенно повторял одно и то же. Казалось, альфа искал поводы увидеться с ним. Рэйгару требовалось ещё время, чтобы восстановиться, и тогда он уйдёт. Уйдёт как можно дальше от этих альф, особенно от братьев Вурманг. Оба брата причинили ему немалую боль. Джон никогда ему не нравился, и, несмотря на то что альфа шёл на небольшие уступки, Халотон списывал это на своё положение. Сейчас, когда он родил наследников, ему становилось страшно за себя: что помешает Джону убить его и объявить о его смерти от родов? Кто присмотрит за малышами? Сердце сжималось при виде омежки. Маленький и слишком слабый, он станет вещью, и его выдадут замуж за какого-нибудь принца соседней страны, лишь бы укрепить власть Джона. Так делают все правители. Рэйгар не хотел политического брака для своего сына. В глубине души Рэйгар желал возвращения Каина и думал, что сможет договориться с ним о будущем, своём и малышей, но Каин дал понять, что Рэйгару не на что надеяться. Не будь там Мая, он бы погиб от клинка истинного. Истинный, он всегда был так близок к нему и так далёк. Рэйгар лишь раз посмотрел на Каина как на альфу, но это было лишь мгновение, что спровоцировали обстоятельства: алкоголь и приближение течки. Что значит быть истинными? Неужели лишь запах делает их такими? Как тот, что предназначен тебе, мог замахнуться клинком? Он ничего не значил для альфы, как и тот для него. История Рэйгара разнилась с папиными рассказами о встрече с истинным. Папа всегда с придыханием рассказывал, как испытал целую палитру чувств при первой встрече с отцом, как они поняли всё с первого взгляда, первого вдоха. Взгляд? Холодные синие глаза всегда смотрели на него с долей презрения. Рэйгар прекрасно знал почему, ведь он бета, который в девятнадцать лет стал самым молодым командиром. В него не верили. Альфы рода Вурманг приносили ему лишь боль, и ему хотелось бежать от них на край света. При этих мыслях он ловил себя на том, что понимает своего отца, которого осуждали за выбор. Несмотря на разногласия с правителем, отцу предлагали вернуться и быть вновь приближённым ко двору, но он отдал предпочтение тихой семейной жизни. Согласись тогда отец, всё было бы по-другому, и Рэйгар наверняка бы испытал такие же чувства, что и папа при встрече с истинным. Вот только рано или поздно семью настигло бы горе и они бы потеряли главу семьи, что был болен. Отец скрывал свою болезнь и хотел лишь побольше побыть с семьёй, а не распутывать интриги двора. Вот только кто знал, что правителю нанесут удар через семью Халотон. Рэйгар так и не осмелился со временем спросить, кто прислал к ним этих людей и кому понадобились изгнанники. Вместе с образом папы приходили и далёкие воспоминания о той ночи. Он всё слышал, и если маленьким он не понимал, что за звуки исходили сверху, то с возрастом осознал, через что прошёл его папа перед смертью. Гибель родителей оставила глубокий след, и ему пришлось стать сильным и подавить свою сущность, но, несмотря на пройденные испытания, он вымотался и провалился. Он не смог защитить своего брата, оставил его на незнакомца, что оказался парой брата. Он всё ещё не в состоянии защитить своих детей и Мая, у которого есть шанс покинуть его, но он всё ещё рядом. Он бесполезен. — Рэйгар. — Вбежавший Май был сильно взволнован. — Что такое, Май? — Приподнявшись, Рэйгар насторожился: слишком испуганным казался юноша. Май поспешил пройти вглубь и, оглядываясь назад, упал на колени перед омегой. — Главный здесь, и он не один. Я увидел их издалека. Там был Рик и Повелитель. Но они остановились пока в шатре Лара, что нам делать? — Где дети? — Сердце забилось быстрее, и Рэйгар не без помощи, но встал, чуть пошатнувшись. — Кормят. — Я соберу что смогу, а ты за детьми! Май тут же выбежал из палатки. Халотон принялся сбрасывать всё необходимое на простыни. Денег не было, но шкуры вполне можно было продать. Завязав узелок, он едва не упал, в глазах на мгновение потемнело. — Они у меня. У омег я разузнал, что путники прибыли издалека и заблудились. Похоже, они скрывают, кто они. — Это хорошо, уходим. На улице темнело. Рэйгар, накинув на голову капюшон, последовал за Маем, что, держа детей, быстрым шагом пробирался к высоким деревьям. Углубившись в лес, Май остановился и замешкался: дальше он не ходил, — но Рэйгар проскользнул вперёд и уверенным шагом повёл его дальше. — Нам лучше не останавливаться. Дети могут проснуться. — Рэйгар не различал дорогу. Тьма окутывала их, и он едва не падал. Корни деревьев и поваленные стволы сильно тормозили его. Силы были на исходе, но он должен вывести их отсюда. Май оглядывался по сторонам и каждый раз вздрагивал, когда впереди идущий омега спотыкался или опирался о дерево. Он тоже устал, и освещающая дорогу луна лишь наводила на самые худшие мысли: что, если они не выберутся из этих дебрей?

***

— Так куда путь держите? Нечасто мы встречаем заблудившихся путников. — В столицу Лаурмы. Приняв кружку у омеги, Джон внимательно следил за каждым движением альфы. Он нутром чувствовал, что не ошиблись. Как только они поняли план Каина, то погнали коней в горы, откуда уже расползались слухи о кровавой бойне. В живых остался один командир и несколько воинов. Из доклада он понял, что Рэйгара среди погибших нет, а по словам одного воина, три всадника поскакали прочь. Первое, что они нашли, это растерзанный конь и копьё Рэйгара. Взяв оружие, они пошли в глубь зарослей. Рик, напав на след, вышел к обрыву и посмотрел вниз, где бурлила река. Хэйлан чувствовал, что Рэйгар сорвался вниз, и убедил его искать дальше. Через пару дней они нашли повреждённый клинок и пропитанные кровью тряпки. Рик в недоумении всматривался в клинок и нахмурился, проведя по пустому месту, где должен стоять камень. Джон прекрасно помнил, какой камень стоял в клинке, и так же, как и Рик, чувствовал остатки энергии от сильного всплеска силы. В мирное время это было редкостью, но на войне считалось частым явлением, он несколько раз видел, как владельцы редких камней теряли их при неправильном использовании или брали слишком много, отчего камни не выдерживали и разрушались. Владельцы уничтоженного оружия впадали в прострацию и не сразу осознавали, что потеряли, некоторые корчились от боли. Рэйгару было опасно использовать камень, и о последствиях Джон старался не думать, но запах омеги смешивался с запахом крови. Рик, в свою очередь, подметил другие детали и указал на следы того, что здесь были не только Рэйгар и слуга. Картина складывалась, и они пришли к выводу, что Рэйгара кто-то забрал. Передвигаться с охраной Джон не стал, ведь была вероятность спугнуть. Отдав оставшемуся командиру особый приказ, Джон собрался с Риком в путь до ближайшего поселения. Там, напоив одного из местных, они выяснили, что в лесу скрываются предатели. Дезертиров было не так уж сложно найти: так как им нужно было питаться, они ставили ловушки, и было решено попасться на одной из них. Провалившись в яму, они прождали недолго — горе-охотники вызволили их и повели к главному. Рик старался скрыть своё лицо, оставляя всё на Джона. Вурманг не так себе представлял укрытие дезертиров: небольшая поляна, окружённая лесом, и омеги с детьми? Казалось, они ошиблись, но Джон чувствовал, как Рик осторожничал. — Путь неблизкий. Ночью тут чёрт ногу сломит, так что можете остаться, и утром мои люди выведут вас к нужной дороге. — Лар старался быть расслабленным и, взяв кружку, выпил воды, но сидящие напротив не спешили. — Твоё лицо мне знакомо. Лар. — Едва Рик произнёс имя, несколько клинков опасно блеснули. Джон был быстрее — вогнав клинок в левую ладонь альфы и тем самым пригвоздив его к столу, он со всей силы ударил его по голове. Рик тем временем сразил одного противника за другим и, вытирая кровь об одного из них, бросил взгляд на притаившегося в углу омегу. — Подойди. — Рик видел, как омега, сотрясаясь от ужаса, на четвереньках подполз поближе. — У-умоляю, н-не убивайте, п-пощадите! З-здесь есть и маленькие дети! — Насколько маленькие? — Н-новорождённые, д-двое, и ещё малыши двух и пяти месяцев. Пощадите хотя бы деток. — О большем омега и просить не мог. Он упал к ногам альфы. — Отведи меня к новорождённым и их папе. В глубине души Джон почувствовал облегчение: нашёл. По дороге он вновь встретил омег и детей, и в голове встал вопрос, что с ними со всеми делать, ведь защитников они порубили. Палатка стояла в отдалении, лёгкий ветерок донёс до него уже ставший родным запах, и, опередив омегу, он первый прошёл внутрь. Вещи были разбросаны, и Джон понял: Рэйгар сбежал. — О-он был здесь, клянусь! Этот омега очень слаб, и если бы не тот юноша, то и вовсе бы был беспомощным. Он даже не мог кормить малышей сам, молока почти нет. — Чёрные волосы и красные глаза? Второй рыжий и зеленоглазый? — Развернув к себе омегу, Рик потащил его к выходу. Он чувствовал Джона и его злость. Рику всегда казалось, что аура альфы у Джона слабее, чем у Каина, но сейчас он, альфа, едва не падал, слишком сильно давил на него Джон. — Д-да. — Рэйгар не мог далеко уйти. Скорее всего, из-за отдачи он ещё слаб, да и с ним дети. — Присев возле двух корзинок, Джон вдохнул поглубже. Молочный запах перекрывал едва пробивающиеся истинные запахи малышей, но он чувствовал. У него альфа и омега. Более сильный напомнил ему море, а другой — что-то освежающе-приятное. Лекарь, что неустанно повторял о возможной болезни второго малыша, ошибся. В запахе не было гнили. С каждым вздохом в нём просыпалось ещё большее желание найти их. Встав, Джон тут же ощутил горечь. Сколько раз он мог стать отцом, но он убивал их всех в зародыше. Омеги умоляли его и проклинали. Он не оставлял им и шанса. Сколько раз он шёл на уступки и заставлял пить отвары, но каждый считал себя особенным и поплатился за это. — Собери всех и отправь в ближайшее поселение. За Рэйгаром я пойду один. — Но… — Это приказ. — Оставив Рика, Джон стал оглядываться и пошёл к ближайшим зарослям, где можно было скрыться и пройти незаметно вглубь леса. У него не было той мистической связи с омегой, но он отдалённо чувствовал связь со своими детьми и шёл вперёд.

***

Упав на колени, Рэйгар боролся со своей слабостью. Они вышли к дороге, и это в несколько раз облегчало путь, но он ощущал, что последние силы уходят из него. Май выглядел не лучше. Нести двух детей было тяжело, да и он проработал весь день. Утренняя роса приятно холодила и не давала полностью погрузиться во тьму. Прислонившись к дереву, Май старался не скатиться вниз. Ему было холодно, а простудить детей он боялся больше всего. К счастью, они спали крепко, и, едва сердце успокоилось, он услышал вдалеке непонятный звук. — Слышите? Рэйгар, прислушавшись, поспешил встать, и вот из-за поворота показалась повозка со стариком, что, хмурясь, приглядывался к омегам. — Вы омеги Лара? — Да, не могли бы вы нас подвезти? — Май, не растерявшись, указал взглядом на мешочки Рэйгара. Старик лишь по-доброму улыбнулся, и Май поспешил забраться на повозку, но едва он устроил малышей, как почувствовал руку на своём колене. — Мы не сможем уйти все вместе. — Сняв кольцо, Рэйгар вложил его в ладонь ничего не понимающему Маю. — Такое кольцо на чёрном рынке будет дорого стоить, старик поможет тебе. У меня нет сильной связи с Джоном, но я нутром чувствую, как он приближается, думаю, его притягивают дети. Запах. Укутай их в шкуры животных и дай мне их пелёнки. Май, стараясь не разбудить детей, осторожно стянул с каждого пелёнку и завернул в шкуры. Если всё так, как говорит Рэйгар, то они не смогут далеко уйти. Но что же ему делать с двумя детьми? Рэйгар мог сам отправить его с пелёнками, но нет, он доверился ему и оставляет детей. — Перейди границу и найди моего брата, но будь осторожен. — Рэйгар не знал, сколько у него есть времени, сердце сжималось от боли: он вновь доверял жизнь близких постороннему. Он не мог отдать их Джону. В Лаукрэй они будут в безопасности.

***

Шаг за шагом Рэйгар двигался в противоположную сторону, позволяя ветру развевать в руках ткань и уносить запах. Тело всё болело, и в глазах темнело, но он шёл, пока не услышал своё имя. Он сразу узнал этот голос. — Рэйгар! Тяжело дыша, Джон всё же сумел нагнать омегу. Тот лишь на мгновение замер и продолжил свой путь, прижимая к себе два свёртка. Только сейчас в голове Рэйгара возник вопрос, что с ним сделает Джон. Он обманул его и спрятал детей. Слышались тяжёлые шаги за спиной; он замер, когда рука опустилась на его плечо. Джон, нагнав Рэйгара, ощутил страх, исходящий от омеги, и, поддавшись порыву, приобнял его со спины, но, опустив взгляд, сразу осознал, что детей нет. Оглушающая пощёчина. Рэйгару много и не нужно было, чтобы упасть. От альфы исходила ярость. Омега нашёл в себе силы поднять глаза. — Где мои дети?! — Сжимая кулаки, Джон сдерживал себя, понимая, что ещё чуть-чуть, и случится непоправимое. — Твои дети? Да как ты смеешь? — Рэйгар! — Схватив его и приподняв, Джон посмотрел прямо в глаза своего мужа, силясь найти хоть немного раскаяния или страха, но там, в глубине, он видел такую же ярость. — Ты не достоин зваться отцом. Я не позволю такому, как ты, прикоснуться к ним. Ты… Ты думаешь, я не знаю, что ты хотел сделать с малышом?! Ты хотел убить моего сына! Думал, я не узнаю? — Вцепившись в руки альфы, Рэйгар ощутил прилив сил. — Таковы традиции, но запах говорит, что он здоров. Я бы ничего с ним не сделал. — Ты детоубийца. Вы ничуть не отличаетесь. — Лицо Джона было так близко и напоминало Каина. Рэйгар ощутил тот самый страх за свою жизнь. Казалось, перед глазами вновь сверкнул клинок. — Не отличаетесь? — Джон не понял, о чём говорит Рэйгар, и ослабил хватку, по-своему истолковав опасения омеги. Рэйгар боялся за жизнь младшего, и нужно было заверить омегу, что он не тронет малыша, и тогда они забудут об этом инциденте. — Рэйгар. Я не причиню вреда ни тебе, ни детям. Давай вернёмся домой. — Ты уничтожил место, которое я мог назвать домом. — Рэйгар всё ещё помнил свой укромный уголок и те времена, когда он жил с Юкой. — Рэйгар, где дети? — Джон вновь попытался схватить Халотона, но он забыл, что перед ним не просто омега, а бывший командир, и, схватив пустоту, он получил сильный удар в бок. Этого было недостаточно, чтобы повалить его, но вполне хватило, чтобы забрать его меч. Меч Джона был огромным, и Рэйгар едва удерживал его. В голове пульсировала одна мысль: задержать. Нападать первым было безрассудно, да и он неповоротлив. — Решил поиграть? — Джон видел слабость Рэйгара и то, как меч дрожал в руке. — Спрашиваю в последний раз: где они? Рэйгар даже не успел бы ответить. Едва договорив, альфа бросился вперёд. Зная, что не получит сдачи, Джон, не обращая внимания на сильную боль в ладони, перехватил клинок и со всей силы ударился лбом о лоб Рэйгара. Омега тут же потерял сознание. Поймав его, Джон убрал клинок. Рэйгар был слишком упрям. Глядя на дорогу, Джон подсчитывал, сколько они прошли и как далеко могут быть малыши. Рэйгар тянул время, и он попался на удочку. Запах привёл его к пустышкам. Сбросив плащ на траву и положив Рэйгара, Джон стал обыскивать его, но карманы были пусты. Поправляя рукава, Джон приблизил к лицу одну из кистей и быстро опустил взгляд на вторую. Кольца не было. Хотелось встряхнуть омегу и узнать, куда делось кольцо. Неужели омега, почувствовав свободу, выбросил то, что связывало его с альфой?