Истинность — великий дар или проклятие?

Flashback Держась за колено и едва сдерживая слезы, юноша смотрел на тренировочную поляну. На ней тренировались подростки, что, разделившись по парам, атаковали друг друга деревянными мечами. Ему повезло меньше всех: партнером оказался наследник престола, который был старше и крупнее его. Каин был зол, что ему достался самый младший. И вот Рик после третьего удара рухнул на землю, схватившись за колено. Каин посмотрел на него свысока и, кинув, что он жалок, покинул поляну. Наставник усадил пострадавшего в тенек и вернулся к остальным. До конца тренировки оставалось немного, и Рик мог бы кого-нибудь попросить отвести его к лекарю. Он не заметил, как задремал, прижимая ноги к себе. Прохладный ветерок разбудил его. Уже темнело. Он подскочил и, вскрикнув, осел на землю: колено дало о себе знать. Рик бросил растерянный взгляд на пустую поляну. В замке он всего две недели, еще толком не освоился и сам добраться до лекаря не сможет. Вдалеке суетились слуги — можно было окликнуть их, но Рик не мог себе такого позволить, да и не представлял, что скажет. Казалось бы, это слуги, а он молодой господин, но не хотелось, чтобы его видели в таком плачевном состоянии. Вздрогнув, Рик перевел взгляд на мишень. До цели не хватило немного, и вот стрелок вновь натягивает тетиву. Нахмурившись, он кое-как встал и увидел, как вторая стрела пролетела мимо. — Я думал, здесь никого нет. Стрелявший — мальчик лет тринадцати на вид — опустил лук и засобирался прочь. — Подожди! Ты знаешь, где лекарь? Мне нужна помощь… — Стушевавшись, Рик опустил взгляд. Скорее всего, этот бета — единственная надежда. — Они в южной башне. — Не мог бы ты проводить меня? — Рик прикусил губу. Юноша, поправив колчан со стрелами, подошел к нему. — Ты ранен? — Колено ушиб. Мне бы опереться. — Глупо хихикнув, Рик почесал затылок: так нелепо он себя еще никогда не чувствовал. Бета, потоптавшись на месте, все же взял лук в другую руку и, приблизившись, подставил альфе плечо. У Рика было много вопросов, ведь он видел бету впервые. Одежда и знак рода были ему незнакомы. Юноша оказался немногословным. Не спеша они дошли до башни, и на винтовой лестнице альфа невольно стиснул зубы, оперевшись о перила. — Может, кого-то позвать? — Нет, я справлюсь. Спасибо, что проводил. — Рик не мог не заметить, что бета устал. Все же он был столь юн и помимо того, что тащил на себе альфу, нес еще и лук со стрелами. В свете от факела он смог лучше разглядеть лицо беты. Первое, что привлекало внимание, — глаза. Только один род был известен редким цветом глаз. — Рэйгар Халотон, тебя ищет твой дядя и Повелитель, — прорычал Каин, приближаясь к ним. Альфа не понимал, почему должен искать этого мальчишку, но заметив стрелы, рассмеялся. Рик напрягся: Каин источал угрозу. Однако он приобнял бету и что-то прошептал на ухо. Рэйгар отвернулся от наследника и, посмотрев на Рика, поджал губы. — Рик, давай сыграем в игру. — Выхватив у беты лук и стрелы, он отошел на несколько шагов назад. — Возьми что-нибудь. Если я первым попаду в эту вещь, то ты на коленях доползешь до лекарей, а если Рэйгар, то, так и быть, отпущу вас. — Но если вы не попадете, то я… — Рик не хотел додумывать эту мысль. Наследник уже бросил ему надкушенное яблоко. Поймав, он поднял яблоко над головой. — Начнем! — Кха. — Рик едва удержал яблоко, чувствуя, как по руке стекает кровь. Стрела просвистела мимо, но задела его. Рэйгар в ужасе смотрел, как вторая стрела вновь задевает руку альфы. Наследник намеренно причинял боль, а Рэйгару ничего не оставалось, кроме как принять участие. Рик понимал, что наследника может остановить только Повелитель. Вся надежда была на то, что ему надоест. Когда Рэйгар взял лук, сердце пропустило удар. Он зажмурился, готовясь к худшему. Яблоко выпало из рук, пронзенное стрелой. — Ого, я думал, ты убьешь его! — нахмурился Каин, потрепав бету по голове. Тот явно обладал талантом к стрельбе, но почему-то отдавал предпочтение копью. Так или иначе спор проигран, и он поспешил оставить их двоих наедине. Дождавшись, когда наследник скроется из виду, Рэйгар подошел к альфе, что, согнувшись, переводил дух. — Думал, реально помру! Давай дружить! — Охваченный эмоциями, Рик сгреб бету в объятия, пачкая того кровью. Юноша сдержанно высвободился. — Рик Хэйлан. — Альфа протянул израненную руку, надеясь, что бета останется с ним. — Рэйгар Халотон. End of flashback

***

В глазах потемнело, и, едва успев закрыть за собой дверь, Рик зашелся в кашле. Судорожно вытирая капли крови, альфа сполз по стене вниз. Он устал. Руки дрожали, длинные рукава едва могли скрыть этот тремор от посторонних глаз. Прикрыв глаза, он опустил голову. Смерть дышала ему в затылок, и что бы он ни делал, становилось только хуже. Хваленый порошок лишь на мгновение придал сил, а дальше последовала агония. Прошло почти пять месяцев с момента назначения новых командиров, и Рик только и делал, что подчищал за ними. От нагрузки он валился с ног. Приходилось часто отлучаться и запираться в комнате в ожидании, когда симптомы отступят. Джон знал о его состоянии и ни капли не щадил его. Альфа понимал, что, умерев, унесет с собой тайну смерти предыдущего правителя, да и много чего еще. Ведь нынешний правитель справлялся со своими обязанностями и восстанавливал страну. Границы были укреплены, торговля налаживалась, посев, по прогнозам, будет хорошим, союзников становится все больше. Лаурма процветает. Рик никогда бы не подумал, что разгильдяй командир, имеющий обыкновение тратить золото на омег и выпивку, справится с управлением страной. То, как Джон дурачил всех, пугало: Рик не знал, что у того на уме. Джон мог улыбаться и в следующую секунду убить. Рик не раз становился свидетелем подобных сцен. Еще больше настораживали отношения Джона и Рэйгара. Как и обещал правитель, Рика позвали на следующий день после того, как у омеги закончилась течка. Рику отчаянно не хотелось видеть Халотона. В комнате его ожидал полуголый Джон, что сидел в кресле и пил вино, а на кровати спал Рэйгар. Одного запаха хватило, чтобы все понять, но Джон настоял, чтобы Рик посмотрел. Ничего не оставалось, как подойти и, радуясь, что тот лежит к нему спиной, отодвинуть пряди волос. Взору открылся четкий след метки. Поморщившись от стойкого запаха секса, Рик поздравил альфу и пошел прочь. Рик не знал, что будет с Рэйгаром после его смерти. Он хотел его защитить, но чем ближе был конец, тем больше он считал, что погубил омегу. Джону ничего не стоит избавиться от Халотона. Стук в дверь отвлек его; он подобрался и, шатаясь, открыл дверь. — Рихман? — удивился Рик и, улыбнувшись, обнял брата. — Смотрю, я вовремя. Рихман Хэйлан, его младший брат. Следующий глава дома и посол Лаурмы. Рик не ожидал так скоро его увидеть. — Рихман, ты был у Повелителя? — Придя в себя, альфа спохватился: всё-таки стоило оповестить Джона. — Нет. — Нахмурившись, альфа отошел от старшего и, проведя пальцами по размазанной крови на стене, развернулся. Командир, которым он восхищался, превратился в тень: бледный, осунувшийся, с темными кругами под глазами. Пройдя дальше в комнату, Рихман остановился напротив подставки, на которой стоял меч их рода. В детстве он боролся с соблазном подержать этот клинок в руках и обижался, что только Рик удостоился чести носить семейные реликвии и оружие. Повзрослев, он осознал опасность этой силы. — Ты с детьми? — Рик видел, с какой грустью брат смотрит на клинок. — Только со старшим. Ему недавно пять исполнилось, младший остался дома. — Прости меня. Прости. Я больше не могу. — Рик упал на колени. Он понимал, что должен сделать, и от этого сердце разрывалось от боли. Едва исполнилось пять… Ему было семь, когда он получил клинок. — Это наш долг. — Рихман, прислонившись к стене, смотрел, как брат заходится в приступе кашля. Кровь так и вырывалась наружу, и он понимал, что больше откладывать не имеет смысла. Его род проклят: за силу, позволяющую использовать все камни, Хэйланы вынуждены расплачиваться втрое меньшей продолжительностью жизни. Предки братьев едва не вымерли, и было принято решение, что только старшие дети будут носителями камней до самой смерти. И так из поколения в поколение. Младшим строго-настрого запрещалось трогать камни, и если правило нарушалось, то впоследствии род снова оказывался на грани вымирания. — Я должен был позаботиться об этом, но не смог. — Рик чувствовал, что подвел брата и всю семью. Если бы он завел ребенка, то брату бы сейчас не пришлось жертвовать своим старшим сыном, но он не успел. Слишком много всего навалилось, и вот он на волоске от смерти. — Я не виню тебя. Это ведь плата не только за силу, но и за положение нашего дома. Мы настолько алчны, что привыкли жертвовать своими детьми. Что нам стоит отказаться от силы? Это ведь так легко — сохранить жизнь ребенку, но никто так не сделает. Я не откажусь от всего, чего добилась наша семья, чего добился ты. Сейчас мы на пике своего влияния. Ты приложил столько усилий. Я благодарен тебе. — Рихман вновь посмотрел на клинок и, приоткрыв дверь, позвал сына. Рик чуть поднял голову и заскрежетал зубами: такой маленький… Найдя в себе силы встать, он подошел к стойке и, взяв клинок, ощутил прилив сил. Три камня засияли, и он повернулся к племяннику, что широко раскрытыми глазами смотрел на клинок и улыбался. — Я, Рик Хэйлан, отдаю свой клинок и камни Лиру Хэйлану. Служи во благо своей семьи и страны. Как только мальчик взял клинок, альфа перед ним упал на пол. — Отец! — Все в порядке. Видишь ту шкатулку? Бери ее, и пошли. — Рихман отошел от сына, что с трудом удерживал клинок и шкатулку. Посмотрев на Рика, он отвел взгляд. — Прощай, брат. Выйдя из комнаты Рика, альфа повел сына прочь. На повороте дорогу ему перегородил Повелитель. Рихман преклонил колено, про себя все еще негодуя, как такой человек стал правителем. Он прекрасно помнил его в роли командира и то и дело слышал о его мерзких поступках в отношении омег. — Рихман, давно не виделись. Куда так спешишь? — Бросив взгляд на стоящего рядом мальчика, Джон нахмурился. Уже? — Я приезжал к брату, чисто семейные дела. — Альфа встал, надеясь поскорее покинуть замок. Ему не нравилось здесь находиться, особенно рядом с правителем. — Смерть командира не только семейное дело. — Он еще жив. Вам наверняка известно о нашем роде, так что позвольте откланяться. — Рихман нервно взглянул на сына, боясь не успеть: тот уже весь дрожал. — Как отвезешь сына, жду тебя во дворе с отчетом. Проводив взглядом альфу, Джон хотел было пойти к Рику, но передумал. Да, все это время альфа помогал ему, и, с одной стороны, хотелось с ним попрощаться, но с другой, Рик слишком много знал. Его смерть была выгодна. Улыбнувшись, Джон подозвал слуг. — Командиру Рику плохо, положите его в постель и позовите лекаря. После осмотра пускай зайдет ко мне.

* * *

Тяжесть во всем теле и нежелание открывать глаза — вот что испытывал Рик. Последнее, что он помнил, — как отдал клинок племяннику, а дальше пустота. Казалось, вместе с ним он отдал частичку себя. — Рик? — Почувствовав, что альфа приходит в себя, Рэйгар сжал его ладонь. — Рэй… гар. — Едва шевеля губами, Рик открыл глаза. В комнате они были одни. Омега сидел рядом, сжимая его руку, и с такой грустью смотрел на него, что хотелось обнять его и утешить, но альфа понимал, что не может и пальцем пошевелить. — Я видел твоего брата с ребенком. Зачем ты отдал клинок? Это ведь частичка нашей души. — Прикусив губу, Рэйгар сглотнул. Он был зол на альфу. — Я умираю. Скорее всего, и до утра не протяну. — Говорят, в этом оружии есть частичка души наших предков. — Отпустив руку альфы, Рэйгар поднял свое копье. Камень на нем засветился. — Знаешь, когда я потерял свой меч, то на мгновение показалось, что в тот момент меня спас отец. — Ты никогда не рассказывал, что случилось. — Рик помнил сломанный меч, он всегда задавался вопросом, что могло произойти, но омега молчал. — Джон приказал лекарю сделать особый отвар. Это снимет боль, и ты сможешь спокойно уснуть. — Рэйгар отвел взгляд, не в силах произнести самое главное. — Смерть во сне, что может быть лучше? Я выпью. Рэйгар отложил копье и, взяв стакан, поднес его к губам альфы. Тот, глядя ему в глаза, делал глоток за глотком. Когда стакан опустел, его губы сложились в улыбку. Омега сел на место, взял его руку в свою и начал поглаживать. Ему все еще было больно от предательства Рика, но он не был готов с ним расстаться. — Прости меня, Рэйгар. Пообещай мне стать еще сильнее, ни перед кем не склоняться. Живи с гордо поднятой головой. Помни, кто ты… Рэйгар чувствовал, как по щеке стекают слезы. На последнем слове он поднял взгляд. Рик не договорил. Глаза его были закрыты, грудь больше не вздымалась. Рука, что сжимал Рэйгар, ослабла. Рик Хэйлан умер.