* * *
Забившись в угол спальни, омега смотрел на дверь. Из коридора слышались шаги слуг, и если раньше он не обращал на них никакого внимания, то теперь в сердце поселился страх. Всего несколько месяцев назад он жил беззаботной жизнью. Гулял с одногодками, посещал замок и каждый вечер в кругу семьи рассказывал, как провёл день. Когда же всё началось? Отец души в нём не чаял и всегда охотно поддерживал разговор, но с каждым днём будто угасал. Придя однажды после насыщенного дня, мальчик застал родителей за столом. Они пустыми глазами смотрели на тарелки, в которых не было прежних изысканных блюд и сладостей — обычная каша и кусок хлеба. Юноша возмутился, но главный слуга ударом по щеке пресёк недовольство. Одно слово — и родители, взяв ложки, начали есть. Омежка испуганно подбежал к ним и попытался вразумить, но они ничего не слышали. Его увели в комнату и заперли. С того дня он каждый день получал обычную еду; иногда его отводили помыться, нужду он справлял в ведро. Как бы ни кричал и ни пытался сбежать, всё было тщетно. Слуги стали заправлять поместьем и не стесняясь расхаживали в дорогих одеждах и украшениях. До него доносились и запахи с кухни. Он чувствовал, как поменялся с ними местами. Родителей не было видно, что происходит, он не знал, и каждый раз, когда слышал проходящие мимо шаги, сердце пропускало удар. Сжавшись в углу, он опустил голову на колени. Дверь открылась. — Вы совсем побледнели, молодой господин. — Главный слуга поставил поднос на стол. — Я вам вкусностей принёс. Всё как вы любите. Вздрогнув, омежка отвернулся и стиснул зубы. Он видел на слуге одежду своего отца. Рука у альфы была тяжёлая и беспощадная. Он не раз пытался сбежать, его ловили. Альфа избивал его, но лицо не трогал, ведь оно ему нравилось. А ещё говорил, что совсем скоро всё закончится и они станут парой, и, уходя, оставлял на щеке крепкий поцелуй. Омега молил богов о спасении…* * *
— Ещё семь знатных домов потеряли рассудок, а в двух уже беспредельничают слуги. Надо им отправить предупреждение, чтобы не шумели. В одном и вовсе омег пустили по кругу. — Старик читал доклад, расхаживая по кабинету. «Игрушка» действовала как они и рассчитывали, но слуги, дорвавшись до денег, могли натворить дел. — Пришли лучше им по человеку, и пусть поумерит их пыл. Да и не помешало бы напомнить, чтобы один член семьи оставался нетронутым. — Каин был доволен. Всё шло по плану. — Пусть потерпят семь дней. Скоро собрание. Нам ещё везти этих пустышек. Они должны выглядеть подобающе. Дайте им выучить нужные фразы, а более презентабельных слуг пусть поднатаскают и научат их правилам этикета. Может быть, и заменят супругов или детей. Ничто не должно привлекать внимание. — Да, стоит уделить больше внимания слугам и пустышкам. Как вы и распорядились, почти все слуги в доме Джэхара заменены на наших воинов. Посол также подсажен на «Игрушку», но не достиг последней стадии. Лишь стал послушнее, но и этого достаточно. — Прекрасно. Известно, кто из командиров будет? — Эран и Джей. Мне ещё удалось выяснить, что дети останутся в замке. За ними будет присматривать папа Джона. — Эмилий? — нахмурился Каин. Он плохо помнил омегу. Знал только, что тот почти не появлялся при дворе и был когда-то мужем командира. — Рэйгар также будет сопровождать Джона. Так что мы сможем убить этих двоих, а дети не доставят нам проблем. К этому времени замок будет захвачен. Приказ ведь в силе? — Да, убить детей и Эмилия Вурманга. — Каин долго готовился, и вот череда тщательно спланированных событий мучительно медленно, но всё же приближала его к трону. — Хотя подожди. Оставь омежку в живых. — Зачем? — Старик предпочёл бы сразу избавить детей от страданий. От взгляда альфы и того, как он облизнул губы, по спине пробежал холодок. — Пусть до конца своих дней расплачивается за грехи родителей. — Вы хотите отправить его в бордель? — Он будет моей шлюхой. — Подождите! Он же ваш племянник! — Старик в ужасе посмотрел на альфу. — И что? Ха-ха-ха. Не смог папочка побывать в моей постели, так пусть сынок развлечёт. И он мне не племянник. Я никогда не признаю этого узурпатора своим братом. И никаких самовольных действий. Головой отвечаешь за жизнь мальчишки. — Да, господин, — поклонился старик, но всерьёз задумался о том, чтобы ослушаться и не допустить кровосмешения. Он уже достаточно пожил.