По законам мелодрамы

      В понедельник утром Чимин в школе не появляется. Тэхён терпеливо ждёт его весь первый урок, подозревая, что друг снова проспал. Как только звучит звонок на перемену, Ким достаёт телефон, и пишет Чимину сообщение. Ответа он не получает, и принимается звонить. Телефон друга вне зоны доступа, что Тэхёна удивляет. Чимин обычно не отключает свой мобильный. За субботу и воскресенье Тэхён ему тактично не писал и не звонил, подумав, что Чимин, возможно, проводит время со своим альфой, раз таковой теперь имеется. Но выходные закончились, а Чимина нет.       После окончания уроков Тэхен решает пропустить факультатив по биологии, и спешит покинуть школу, чтобы на метро добраться до Чимина. У ворот школы его ловит Мин Юнги.       — Тэхён! — обращает на себя внимание альфа, беря омегу за локоть, отводя от шумной толпы, выбегающей со школьного двора. Тэхён испуганно дёргается, но расслабляется, как только узнает в парне того самого альфу из кафе. — Тэхён, привет.       Юнги отпускает руку омеги, и проводит одной ладонью по своим волосам на затылке.       — Здравствуйте, — кивает Тэхён альфе, и выжидающе на него смотрит.       — Я Юнги, помнишь меня? Мы познакомились, когда.. — начинает Мин, но Тэхён его прерывает.       — Я помню, помню.       — Я Чимина жду, ты не знаешь, он скоро выйдет?       — А Чимина не было в школе сегодня, — отвечает ему парнишка, и Юнги хмурится. — Я сам его потерял. И телефон у него отключён. Я к нему сейчас как раз собирался.       — К нему домой? Я могу подвезти, — предлагает альфа.       — Спасибо, но я лучше на метро, — вежливо отказывается Тэхён.       — Да брось, на машине же быстрее.       Тэхён сомневается несколько секунд, раздумывая о том, что если этот Юнги теперь бойфренд Чимина, то Тэхён, как хороший друг, должен постараться найти с ним общий язык.       — Ну, хорошо, — соглашается, наконец, Ким.       — Машина тут недалеко стоит, идём.       Юнги указывает ему в сторону парковки, и приглашает следовать за ним. Тэхён альфу разглядывает, пока они идут до его автомобиля. На взгляд омеги, Юнги вполне внушает доверие. Его походка, движения, манеры спокойные и расслабленные. Он вежливый, заботливый, и Чимин от него уже без ума, судя по его рассказам. В глазах Тэхёна же альфе добавляет очков прямое отношение к медицине, которой Тэхён грезит вот уже несколько лет, и намеревается поступать в медицинский университет, следуя по стопам папы.       Дойдя до машины, Юнги помогает Тэхёну усесться на переднее сидение, а его рюкзак с учебниками убирает назад. Сев за руль, Юнги пристёгивается и просит Тэхёна сделать то же самое. Альфа выруливает с парковки, как только омега защелкивает свой ремень безопасности. Тэхён взглядом пробегается по салону автомобиля, отмечая, что он немного неряшливый. Заднее сидение, куда теперь добавился рюкзак Тэхёна, был завален книгами и тетрадями. Несколько книг завалялось и в кармашке между передними сидениями, рядом с фантиками от магазинного кимпаба. К книгам Тэхён и потянул руку, пока альфа сосредоточенно следил за дорогой. Одной из книг оказался отлично проиллюстрированный учебник анатомии, и омега стал увлечённо его просматривать.       — Чимин говорил, что ты интересуешься медициной, — нарушает молчание Юнги, заметив, что омега листает его учебники.       — Да, — подтверждает Тэхён. — Мой папа хирург, и я тоже хочу, как он.       — Быть хирургом?       — Я не определился ещё со специализацией, но точно хочу стать врачом. Думаю, решу ближе к последним курсам университета, когда будет представление о работе более четкое. А вы хотите пойти учиться дальше?       — Ты можешь обращаться ко мне более неформально, Тэхён, — улыбнулся Юнги этой забавной вежливости. — Можешь называть меня хёном, если хочешь. А насчёт дальнейшего обучения я не думал. Посмотрим, может быть. Сейчас главное экзамены сдать и диплом в колледже получить, а там видно будет.       Всю оставшуюся дорогу, которая была совсем не длинной, Тэхён любопытно расспрашивал Юнги об учебе и о его работе в детской больнице. Альфа отметил, что несмотря на то, что парень выглядит младше Чимина, по общению он казался взрослее. У Тэхёна были более четкие планы на будущее, более оформленные желания, меньше романтизма и больше приземленности. Юнги в ответ расспрашивал его о Чимине, и Тэхён очень удачно предупредил, что у омеги вот-вот день рождения. О том, что его последняя встреча с Чимином прервалась звонком его отца, Юнги рассказал тоже, и это более-менее прояснило картину внезапно пропавшего с радаров Чимина. Доехав до дома Пака, Юнги просит Тэхёна обменяться номерами.       — Если что-то узнаешь, напишешь мне, хорошо? Надеюсь, у Чимина ничего не случилось, — немного потухнув говорит Юнги.       — Да, конечно, я напишу.       — Ну, тогда до встречи? Увидимся ещё как-нибудь.       — До встречи, Юнги-хён, — Тэхён, улыбнувшись, быстро кивает, и выпрыгивает из машины.       Забрав с заднего сидения свой рюкзак, Тэхён надевает его на плечи, и махнув альфе рукой, спешит к подъезду. На домофон отвечает папа Чимина, и Тэхён вежливо интересуется, дома ли Чимин, и можно ли ему передать домашнее задание. Зная родителей друга, которые были намного строже, чем его собственный папа, Тэхён подбирает слова осторожно.       Дверь в квартиру ему тоже открыл господин Пак, и запустил внутрь. Тэхён вежливо поклонился взрослому омеге, и принялся расшнуровывать кеды.       — У Чимина течка, и он к тому же наказан, так что давайте не долго. Его отец должен вернуться около восьми, — предупреждает папа Чимина. Он, в отличие от своего мужа, был чуточку терпимее и снисходительнее. Или, может, эта была омежья солидарность, но папа Чимина иногда мог позволить тому чуть больше положенного, в тайне от его отца.       — Конечно, господин Пак, — кивает Тэхён. — Мы только разберём сегодняшние темы и домашнюю работу, и я уйду.       Прикидывая, что у них с Чимином есть около трёх часов, Тэхён поднимается по лестнице на второй этаж, где были расположены спальни семейства Пак.       Все планы Чимина на то, что в школе он сможет связаться с Юнги с помощью телефона Тэхёна разрушились в ночь на понедельник. Из-за начавшейся на неделю раньше течки, Чимин вынужден был остаться дома. Под напором гормонов, обиды и тоски, до утра он плачет в подушку от боли в животе и несправедливости. Папа пичкает его обезболивающими, жаропонижающими, и слабыми безопасными подавителями. Физические мучения к утру отходят на второй план, оставляя Чимина наедине со своей гнетущей безысходностью. До обеда он отсыпается после бессонной ночи, и проснувшись уже во второй половине дня, принимает душ, перестилает постель, и снова ложится под легкое одеяло. Ничего, кроме как лежать, не хочется, и Чимин продолжает разглядывать стенку с полками, на которых расставлены многочисленные флакончики, фигурки, фоторамки, и обнимает большую подушку. Спустя какое-то время в дверь тихонько стучат, но Чимин никак не реагирует, думая, что это отец вернулся домой и зашёл узнать о его самочувствии. После ещё одного стука дверь приоткрывается, и он слышит тихий голос друга.       — Чимини? Ты спишь?       Чимин приподнимается на постели, разворачиваясь к двери.       — Тэ? — удивляется Пак. — Привет.       Тэхён, войдя, закрывает за собой дверь, и усаживается на край постели, пока Чимин поправляет задравшуюся футболку и откидывается на спинку кровати, пытаясь устроиться поудобнее.       — Я тебя потерял, думал, случилось чего. Так тебя действительно наказали? Из-за Юнги? — Тэхён снимает школьный блейзер, кидает его на спинку кресла, и усаживается поближе к Чимину.       — Тебе папа сказал?       — Нет, меня Юнги к тебе привёз, он и сказал.       — Юнги? — в удивлении поднимает брови Чимин.       — Ага. Он возле школы ждал тебя, и меня увидел. Я сказал, что тебя сегодня не было.       — А.. я позвоню ему с твоего телефона? А то у меня отец всё отобрал до конца недели, — безнадёжно вздыхает Пак.       — Конечно.       Тэхён вручает Чимину свой мобильный, и отправляется на кухню, попросить у папы Чимина чего-нибудь пожевать для них. На самом же деле Тэхён просто не хочет мешать разговору, посчитав это чем-то уж слишком личным. Как только Ким скрывается за дверью, Чимин по памяти набирает номер телефона Юнги, и изумляется, когда обнаруживает, что этот номер у Тэхёна уже внесён в телефонную книгу под именем «Юнги-хён». Альфа отвечает на звонок с первого же гудка.       — Да, Тэхён?       — Привет, — Чимин начинает счастливо улыбаться, как только слышит голос, по которому скучал уже третий день.       — Чимин, — радостно выдыхает Юнги. — У тебя всё нормально? Ты заболел?       — Нет, нет, всё в порядке, я не заболел, это просто.. ну, омежьи дела, в общем, — замялся Пак.       — Ясно, — хохотнул Юнги. — Как себя чувствуешь?       — Получше, выпил таблетки. К четвергу вернусь в школу.       — Тогда я могу увидеть тебя в четверг? Во сколько заканчиваются занятия?       — Не думаю, — вздыхает Чимин. — Я наказан до конца недели. Наверное, меня заберёт отец со школы. Прости.       — Брось, Чимин. Не извиняйся, — просит Юнги. — Ты только позвони мне, как только тебя освободят от домашнего ареста, хорошо? Нам нужно будет увидеться и обсудить эту ситуацию.       Голос Юнги звучит по-взрослому серьезно, и Чимин нервно прикусывает губу. Обсудить ситуацию... для Чимина звучит, словно подготовка к расставанию.       — Юнги, ты хочешь порвать со мной, да? — тихо спрашивает Чимин, переживая, что его первые отношения могут закончиться, едва успев начаться.       — Что? — смеётся альфа. — Боже, нет, конечно! Я не хочу расставаться с тобой, Чимин, поэтому нам и нужно поговорить. Не накручивай себя ерундой.       У Чимина от сердца немного отлегает, и он облегченно вздыхает. Тэхён открывает дверь в спальню своим бедром, и заходит, держа в руках поднос с двумя кружками.       — Я свяжусь, как только смогу. До встречи, — прощается с альфой Чимин.       — До встречи, Чимин. Целую.       — Целую, — тихо повторяет Чимин, чувствуя, как заалели щеки.       Смущённо он возвращает мобильный Тэхёна, и берет в руки кружку, которую тот ему протянул. После разговора с Юнги становится легче, и даже понемногу возвращающаяся боль внутри почти не удостаивается его внимания. Он выслушивает болтовню Тэхёна про день в школе, лёжа в постели и обнимая мягкую подушку. Тэхён заваливается на подушки с ним рядом, по-дружески обнимая, и Чимин не удерживается, и делится с ним всеми своими чувствами и переживаниями. Тэхёну такое не знакомо, и посоветовать ничего не может, поэтому принимает выслушивающую и поддерживающую позицию. Напоследок Ким записывает Чимину темы, которые он пропустил, и уходит, когда до возвращения отца остаётся всего ничего.       К четвергу течка заканчивается, и Чимин возвращается в школу, но, как и ожидалось, без каких-либо средств связи. Утром его подбрасывает до учебы папа на такси, по пути на работу, и сообщает, что заберёт его отец. В таком режиме подходит к концу неделя, за время которой Юнги связывался с ним посредством телефона Тэхёна, за что влюблённые были ему безмерно благодарны. В субботу днём Чимину наконец-то возвращают мобильный и ноутбук, и он, окрылённый какой-никакой свободой, спешит позвонить Юнги. Альфа отвечает тихим сонным голосом, и Чимин узнает, что он, как оказалось, спит после ночного дежурства. Чимин пытается извиниться за то, что так беспардонно оторвал ото сна, но Юнги заверяет, что всё в порядке, и добавляет, что очень хочет Чимина увидеть. Юнги соскучился.       Отца дома нет, и вернётся он не раньше ужина. Папа на кухне пьёт пустой кофе, дабы не навредить стройной фигуре, и щёлкает тонкими длинными пальцами по клавиатуре новенького ноутбука, подаренного мужем.       — Пап, что делаешь? — спрашивает Чимин будничным тоном, заходя на кухню, будто ему и не надо ничего.       — Тест для студентов составляю, — отвечает он. Допечатав предложение, он прикрывает крышку ноутбука и переводит внимание на сына. — Ты что-то хотел, верно?       Чимин, немного помявшись, присаживается напротив папы. Родитель смотрит на него внимательно, словно догадываясь, о чем хочет поговорить Чимин, и тот решает, что откладывать разговор нет смысла.       — Пап, я хотел поговорить о Юнги, — начинает Чимин, теребя в руках салфетку.       — О ком?       — Юнги. Это мой.. мы.. он мой истинный, и мы встречаемся, — объясняет Чимин, и заглядывает в лицо папы, на котором не появилось ни одной эмоции.       — Мы, кажется, уже говорили о том, что с ним видеться ты больше не будешь, разве нет? — спокойно интересуется он, поднимая в Чимине ураган эмоций. Младший Пак, уже собираясь подскочить со стула, и начать отстаивать свои права и чувства, всё же находит силы совладать с эмоциями. Криками он ничего не добьётся. Он взрослый, он должен доказать, что у него есть голова на плечах.       — Я не хочу расставаться с Юнги. Он действительно мне очень нравится. И он хороший. Мы не делаем ничего такого.. мы просто гуляем, — оправдывается Чимин.       — Твоему отцу это всё не понравится, и ты это знаешь. Я тоже не в восторге. Твои оценки в школе на плаву только благодаря репетиторам и Тэхёну. И вместо того, чтобы ещё усерднее заниматься, ты связываешься с альфой. Я против, Чимин. После совершеннолетия делай что хочешь. Но пока ты живешь в этом доме и являешься нашим несовершеннолетним ребёнком, ты будешь слушаться и делать, что говорят. Вопрос исчерпан?       Чимин смаргивает с ресниц слезы, и встаёт со стула.       — К Тэхёну сходить можно хоть? — разбито спрашивает Чимин.       — Иди. До восьми чтобы был дома.       Вытерев рукавом глаза, и посмотрев на висящие в гостиной часы, показывающие пятый час, Чимин бредёт в свою спальню, и пишет Юнги, что будет готов через пятнадцать минут. Юнги отвечает, что уже выехал, и скоро будет на месте. Умывшись прохладной водой, Чимин вытирает насухо лицо, и не наносит никакой косметики. Он надевает простые джинсы и худи, и выходит из квартиры раньше, чем заканчиваются пятнадцать минут. Постояв возле подъезда, успев ещё раз потереть слезящиеся от обиды глаза, он замечает подъезжающий хёндай. Машина останавливается чуть дальше, где её не будет видно из окон, и Чимин торопится к ней. Из автомобиля выходит Юнги, сразу же хватая Чимина в объятия, и вовлекая в поцелуй. Касания губ выходят жадные, ненасытные, и Юнги прижимает к себе Чимина сильнее. Омега, не сопротивляясь, льнет ближе, зарываясь пальцами в светлые волосы,и Юнги, тихо простонав в губы омеги, отрывается.       — Я так дико соскучился, — с шальной улыбкой признается альфа, но улыбка меркнет, как только взглядом он натыкается на покрасневшие глаза. — Ты плакал?       Чимин кивает, и прижимается к Юнги снова, уткнувшись носом в его грудь.       — Давай сядем в машину, и ты мне расскажешь.       Чимин согласно кивает снова, и усаживается на переднее сидение хёндая. Юнги усаживается за руль, и отъезжает подальше от дома. Припарковавшись неподалёку, он разворачивается к омеге, и берет его ладошку в свою. Рука Чимина холодная, и он берет вторую, согревая их вместе в своих ладонях. Чимин молча разглядывает их руки, размышляя, как он жил раньше без этих прикосновений, без тягучего и обволакивающего аромата шоколада. Как-то жил, и не подозревал даже, что вот-вот жизнь его бросит в объятия истинного альфы. В семье Чимина истинность и вовсе никогда не обсуждалась, считаясь какой-то блажью, или вовсе выдумкой романтиков. Его родители, так же как и дедушки, истинными не были. Дедушки что по одной, что по другой линии занимались бизнесом, бедности не знали, но и детей особо не баловали. Родителей Чимина поженили по договоренности, да они и против не были. Пятнадцать-двадцать лет назад это не было чем-то ненормальным. Но сейчас другое время, и Чимин не хочет жить под диктовку! Он не желает выполнять родительский план, в котором он успешно оканчивает школу, затем престижный ВУЗ по направлению бизнеса, а потом выходит замуж за сына каких-нибудь родительских друзей, и получая в приданое один из ресторанов. Чимин в гробу видал все эти планы. Он хочет жить сейчас, любить, строить свои собственные планы, и принимать самостоятельно решения. Но только Чимину всего-то без малого шестнадцать, и это удручает.       — Папа понял, что я был с альфой в прошлую пятницу. И он запретил мне. Сегодня я попытался поговорить с ним снова, сказал, что ты мой истинный, но он снова запретил, — трёт пальцами глаза Чимин, не желая расплакаться перед Юнги. Они только-только начали встречаться, и Чимин не хочет при нем из-за него же лить слезы. — Отец ещё ничего не знает. Но там реакция может быть ещё хуже.       — Понятно, — Юнги предполагал, что с Чимином могут возникнуть проблемы, когда размышлял о нем после самой первой встречи. Омега совсем юный, неопытный, наивный. Ребёнок ещё, хоть и до безумия привлекательный. И Юнги бы найти кого-то постарше, оставить мальчишку, да только отказаться от него теперь не может. В голове сразу загорается лампочка «моё», и организм требует присвоить, защитить, не отпускать. Юнги эти порывы не может контролировать. С истинностью он никогда ещё не сталкивался. Ни среди знакомых, ни среди приятелей по колледжу не было ни одной истинной пары, и не у кого было узнать, как всё это работает. Альфа теперь всё это познает опытным путем.       Под гнетом долгого молчания Юнги, смотрящего куда-то через лобовое стекло, Чимин всё больше уходил в себя. На лице альфы отображались какие-то неведомые омеге размышления. Он хмурился, из-за чего между его бровей пролегала морщинка. Когда его поджатые губы, наконец, приоткрылись, чтобы начать говорить, сердце Чимина пропустило очередной удар.       — Чимин, у нас пока только один правильный выход из ситуации, — серьезно говорит Юнги, отрываясь от разглядывания улицы.       Омега на секунду застывает, словно его ледяной водой окатили, но берет себя в руки, быстро кивает.       — Да, я понял..— он хватается за ручку двери, стремясь покинуть автомобиль альфы быстрее, чем градом прольются его слезы, но выбежать из машины ему не дают.       — Эй, ты куда это собрался? — хватает его за руку Юнги.       — Ну, мы же сейчас расстались? — всё же всхлипывает Чимин.       — Не дождёшься, — альфа силой тянет его на себя, заставляя перелезть через сидение и усаживая омегу к себе на колени. — Я имел в виду, что мне с твоими родителями придётся познакомиться преждевременно, а не то, что нам нужно расстаться, глупый.       Юнги пальцами вытирает скатившуюся по щеке омеги слезу, и касается чуть влажной дорожки губами. Чимин слегка краснеет, сидя попой на бёдрах альфы, но руками его шею всё же несмело обвивает.       — Сегодня вечером твои родители дома?       — Отец вернётся около восьми. Мне тоже велено к этому времени быть дома, к ужину.       — Вот и отлично, пойдём вместе.       Оставшееся отведённое время Чимин проводит, сидя на коленях альфы, получая поцелуи, нежные невинные касания, и переговариваясь обо всем на свете. Юнги отвлекает Чимина от плохих мыслей разговорами, успокаивающе гладит его спину, и чем дольше они сидят вместе, тем умиротвореннее чувствует себя омега. И каждое прикосновение альфы словно говорит ему, что все проблемы он возьмёт на себя.       К восьми часам Юнги и Чимин стоят возле дверей квартиры Паков, и омега переводит дыхание. На то, что вечер закончится хорошо, у Чимина нет ни малейшей надежды, но и бездействовать нет смысла. Пусть будет, что будет. От Юнги он всё равно не откажется. Истинностью не разбрасываются.       — Ты совсем не волнуешься? — интересуется Чимин, глядя в расслабленное лицо своего парня.       — Ну, может совсем немного, — слегка улыбается уголками губ Юнги, беря Чимина за руку. — Что бы ни сказали твои родители, я тебя не отпущу.       Юнги смотрит со всей своей серьезностью во всё ещё красноватые глаза омеги, мысленно давая себе слово, что из-за него Чимин не будет плакать никогда. Юнги из шкуры вон вылезет, но Чимина не расстроит. Чимин, взращенный в совершенно тепличных условиях, не знающий, что такое проблемы, смотрит на мир иначе, чем Юнги. Чимин ещё не знает, что люди бывают жестоки, что мир бывает жесток, и он сделает всё возможное, чтобы для Чимина всё оставалось таким, каким он это видит.       Толкнув дверь, омега приглашает Юнги внутрь, и они оказываются в просторной светлой прихожей, в которой горит огромная люстра с тысячей переливающихся хрусталиков. Светлая мебель, оббитая чем-то, напоминающем шёлк цвета слоновой кости, словно отражает свет, слепя своей чистотой и дороговизной. Юнги не особо разбирается в дизайне интерьеров, но квартира Паков напоминает ему какой-то дворцовый минимализм. Над этой мыслью он про себя посмеялся. Дворцовый минимализм, ага.       — Проходи, — шепчет Чимин, скидывая с ног свои кеды. Юнги следует его примеру, надеясь, что на его носках нет никакой внезапной дырки.       В квартире пахнет едой, и у Юнги, не евшего ничего с самого утра, невольно урчит в животе. Чимин улыбается, когда слышит звуки, звучавшие прямиком из пустого желудка альфы, и тянет его в сторону столовой. Они проходят через большую гостиную, не отличающуюся по стилю и цветовой гамме от прихожей, разве что обставленную ещё богаче, и попадают в так называемую столовую, посредине которой стоит вытянутый стол с кремовой скатертью. На нем уже разложены приборы на троих, и стоят несколько глубоких посудин с горячими блюдами. В столовой уже находятся взрослые альфа и омега, одетые, словно ужинают в ресторане, а не дома. Впрочем, Юнги в таком даже на учебу не ходит, имея в арсенале лишь две пары джинсов, несколько футболок и парочку простых рубашек. На отце Чимина же выглаженная сорочка, а на его омеге украшенная вышивкой блуза, заправленная в модные брюки. Папа Чимина застыл, не доходя до стола, держа два бокала в руках, и ошарашено разглядывал вошедшую парочку, не веря, что сын осмелился притащить альфу в дом. Чимин, нервно облизнув губу, быстро пробегается по лицам родителей, не предвещающих ничего хорошего, и решается заговорить первым.       — Отец, папа, я хочу вас познакомить кое с кем, — прочистив горло говорит младший Пак. — Это Юнги. Он мой истинный.       Юнги отпускает ладонь Чимина, и вежливо кланяется.       — Здравствуйте. Меня зовут Мин Юнги. Мы с вашим сыном встречаемся, — Юнги снова берет Чимина за руку, чувствуя, как она мелко подрагивает, и проводит по нежной коже большим пальцем.       — Что-то я не помню, Чимин, чтобы ты о чем-то таком упоминал, — невольно кривит губами взрослый альфа, оглядывая с макушки до пят потенциального зятя. Черты его лица абсолютно резкие и неприятные, и Юнги удивляется, в кого же мог пойти своей внешностью Чимин. У Чимина были мягкие, изящные черты лица, склонность к лёгкой полноте, по-омежьи откладывающаяся на его щеках, животике и бёдрах, и невысокий рост. Его родители же были высокими, худыми и неприятно чопорными.       — Мы недавно вместе, — покраснев лепечет Чимин.       Его отец молча продолжает разглядывать альфу сына, и Юнги чувствует себя, словно под лупой. Неприятно, но он терпит ради Чимина.       — Что же, — находится папа Чимина, больше из воспитанности, нежели доброты. — Сейчас принесу дополнительные приборы и будем ужинать.       Омега косится на мужа, не выражающего никаких эмоций, и уходит на кухню. Чимин приглашает Юнги за стол, и они усаживаются напротив. Папа Чимина отсутствует меньше минуты, и возвращается с приборами, раскладывая их перед Юнги.       — Сколько тебе лет, и чем занимаешься? — интересуется отец, не выражая ни капли дружелюбия.       — Мне двадцать два. Я заканчиваю медицинский колледж. Пока подрабатываю в детском госпитале, но скоро буду искать другую работу.       — Вот как, — задумчиво произносит господин Пак, слегка ведя бровью. — И зачем тебе Чимин? Закончились омеги твоего возраста? Или решил с его помощью пробиться в люди?       — Отец! — в ужасе охает Чимин. — Что ты такое говоришь!       — Помолчи, Чимин, — отрезает альфа, и Чимин замолкает.       Под столом его руку снова находит ладонь Юнги, и он немного успокаивается.       — Нет, господин Пак, — отвечает Юнги, с вызовом глядя прямо в глаза. — Чимин нравится мне, и мы истинные, если, конечно, вам это о чем-то говорит.       — Щенок, — надменно усмехается старший Пак, бросая на стол приборы. — Выход сам найдёшь?       — Конечно, — Юнги встаёт из-за стола, откладывая приборы в сторону, так и не притронувшись к еде.       Чимин подскакивает со своего стула следом, пытаясь остановить Юнги.       — Юнги, постой.. — хватает он альфу за локоть, но Юнги перехватывает его ладонь, коротко её целуя.       — Я позвоню тебе, хорошо? Не грусти только.       После этого Юнги разворачивается, и выходит из столовой, а потом и из квартиры, захлопнув за собой дверь. Чимин же остаётся на месте, пригвожденный двумя парами разозлённых взглядов.