Make Me Smile

      Теперь, когда изменения в законах были ратифицированы, это только вопрос времени, когда Гэвин избавится от Коннора в акте преднамеренного хладнокровного убийства. Это принесет ему большее удовлетворение, чем умышленное уничтожение имущества, он был в этом уверен.       Потому что Коннор был невыносим. Он приводил его в бешенство. Его лицо явно напрашивалось на кулак Гэвина, а излишне понимающий взгляд вызывал зуд. Хотелось вонзить ногти глубоко в свою плоть, только бы избавиться от этого испытующего взгляда.       RK900 его понимал. Он знал Гэвина лучше него самого, ловил его взгляд, когда раздражающая болтовня Коннора разносилась по участку, холодные серые глаза успокаивали мужчину лучше всего. Андроид положил руку на плечо Гэвина в настойчивом, удерживающем жесте, когда к ним подошел Коннор, удерживая его на месте, когда Коннор предположил, что Гэвину может понадобиться помощь в работе, которой он посвятил всю свою чертову жизнь.       — Я могу обработать информацию, детектив Рид, — прощебетал Коннор, улыбаясь. — Я все сделаю в несколько раз быстрее.       — В этом нет необходимости, — сказал ему в свою очередь RK, не допуская возражений, и Коннор на секунду надулся, прежде чем вернуться к облизыванию толстой задницы лейтенанта Андерсона, словно пластиковый уродец, коим он и являлся.       Его тошнило от них, от этой парочки.       — Он пытается снискать ваше расположение, — спокойно заметил RK, возвращаясь на свое место, скин сошел с его руки, когда он прикоснулся к панели. — Полагаю, он хочет улучшить ваши рабочие отношения ради меня.       Гэвин хмыкнул, не поднимая глаз от дела, расследованием которого занимался.       RK сел с неестественно прямой спиной на край дивана, а Гэвин вздохнул и продолжил объяснять:       — Он просто делает это не так. Он такой… такой…       — Вы хотите сказать, детектив, что мой предшественник своеобразен и к нему надо привыкнуть?       Тон RK явно осуждающий, но Гэвин заметил слабый намек на улыбку, промелькнувший на его лице. Он грубовато фыркнул, слегка беспомощно, и уступил:       — Пошел ты, я понял, к чему ты клонишь. Люди говорят обо мне то же самое, я знаю.       — Как и обо мне, — заметил RK, поза которого, казалось, слегка смягчилась — вероятно, лишь в воображении Гэвина, — и мужчина встал, чтобы поцеловать ублюдка в его идеальную щеку, прежде чем успел передумать.       — Я постараюсь, ладно? Это лучшее, что я могу пообещать.       Он и правда старался. Стиснул зубы, чтобы не выругаться, и крепко сжал кулаки, когда Коннор присел на край стола RK, чтобы рассказать ему какую-то бессмысленную историю о том, как он провел свой выходной, уговорив Андерсона с ним поплавать.       Содрогнулся от излишне четкого образа Андерсона в плавках.       — Хороший выбор кардио-васкулярной активности, — сказал RK, прежде чем Коннор успел поведать о том, как мокрое бедро Андерсона прижалось к его собственному. — Мы как раз обсуждали прогрессирование остеоартроза лейтенанта.       Гэвин усмехнулся, прикрыв рот рукой, а Коннор лишь торжественно кивнул и перешел к обсуждению технических моментов анализа улик.       Через несколько минут он ушел досаждать какому-то другому бедному ублюдку. Гэвин распутывал свои наушники, готовясь к обеденному перерыву, когда RK непринужденно сказал:       — Молодец. Мне стоит вас позже вознаградить.       Это просто шутка, к которой они пришли за несколько месяцев, но Гэвин все равно почувствовал жар в животе. В этом весь он.       — Однозначно, — пренебрежительно согласился Гэвин и нарочно не думал о том, как RK900 его хвалит за то, что он был хорошим мальчиком на протяжении всего обеда.       Рид отмахнулся от всех мыслей, которые не способствовали заполнению документов, и спрятал образы глубоко-глубоко внутри, чтобы RK900 никогда не узнал, какой он на самом деле испорченный.       Всю неделю он не мог заснуть, его донимал бесконечный круговорот желания, стыда и страха из-за того, что он плохо их скрывает, и каждый может точно сказать, чего он действительно хочет.       Из-за недосыпа настроение испортилось сильнее, чем обычно, и к тому времени, когда они вернулись в участок после долгого дня бесплодных поквартирных опросов, Гэвину хотелось что-нибудь ударить. А может и кого-нибудь, потому что он совершенно забыл про свое обещание, когда Коннор появился менее чем через тридцать секунд после того, как задница Гэвина коснулась кресла, взволнованно спрашивая RK, получил ли он то, что он ему послал.       — Я получил, — подтвердил RK тоном, предполагающим, что он считает это вполне адекватным завершением их разговора.       — Ну разве он не милашка? — продолжил Коннор. — Его отец из того же выводка, что и Сумо.       Это выдернуло Гэвина из кофеинового дурмана, угрюмый взгляд удался так же естественно, как дыхание. Они уже обсуждали это. Неоднократно. Он ненавидит собак: они тупые, пускают слюни, и ни у одного из них нет времени защищать ножки мебели в его квартире от зубов чересчур энергичного щенка.       Собака постарше ему также не нужна. Он просто не хочет собаку и точка, поэтому когда Коннор решает рассказать о ней подробнее и к тому же показать фото еще и Гэвину, тот достигает точки кипения.       Мужчина схватил куртку со спинки стула и выскочил из участка, бросив RK900, что он может делать, все что хочет. В конце концов, именно это он обычно и делает. Так поступают все, когда уходят, оставляя Гэвина позади, готовые к чему-то получше.       RK900 — самый продвинутый прототип Киберлайф из когда-либо созданных. Гэвину следовало бы считать себя счастливчиком, раз тот является его напарником.       Уж пусть лучше его захлестнет гнев, чем он сдастся злым слезам, выжигающим его веки. Хлопок входной двери, чувство безысходности все нарастало, он чуть не пробил кулаком гипсокартонную стенку шкафа, когда, копаясь в нем, нашел поводок и собачий ошейник, спрятанные под антишоковым одеялом, которое RK притащил когда-то из участка, очарованный им в той степени, что Гэвину даже показалось это милым.       Теперь это воспоминание еще больше выводит его из себя, потому что RK все это время играл с ним.       Возможно, он уже даже внес задаток за дурацкую собаку, протесты Гэвина так же незначительны, как и его аллергия.       Когда андроид наконец вернулся из участка, в обычное время, он определенно выглядел виноватым, холодным взглядом окинул найденное Ридом на кофейном столике, прежде чем просканировать лицо мужчины, чтобы измерить кровяное давление и уровень стресса. С этим Гэвин мог ему помочь, он никогда не стеснялся испортить дерьмовую ситуацию еще сильнее, так что сразу начал речь о доверии, компромиссе и нарушении границ.       Неважно, что он и сам был далек от всех трех стандартов.       RK тоже это знал. Он просто стоял с прямой спиной, в официальной позе, лицо пустое, механическое, в ожидании, когда Гэвин исчерпает свой словарный запас, прежде чем представить свое мнение. Гэвин хотел оттянуть неизбежное. Довел себя до состояния, которое обычно приводит к поездке в отделение неотложной помощи, осуждающему взгляду врача, перевязывающего ему руку или накладывающего швы, делая пометку о том, что стоит откорректировать дозу вырубающих таблеток, которые он получил на той неделе.       RK просто взял ошейник со стола, игнорируя вспышку гнева Гэвина:       — Я должен был обсудить эту покупку с вами, вы ошибаетесь насчет ее цели.       — Какого хрена это значит? — спросил Гэвин, его грудь вздымалась, RK провел пальцем по коже ошейника, это действие стало причиной возникновения жара, уже совершенно не связанного с гневом.       — У меня нет ни малейшего желания приобретать питомца — ведь мне постоянно приходится выкраивать время на дрессировку того, который у меня уже есть.       Не такого ответа ожидал Гэвин, ему было нечего сказать. Это просто сбило его с толку, поэтому он просто стоял и таращился на RK с открытым ртом.       — У нас обоих завтра свободный день. Так что я бы начал тренировку в выходной, если вы не возражаете.       Гэвин словно оказался в мире Бизарро, гнев улетучился, он сел на диван, RK устроился рядом с ним и спросил, поел ли он, будто ничего необычного не произошло. Будто Гэвин не был на волосок от того, чтобы похерить лучшее, что у него есть в этой жизни.       Он все еще думал об этом, лежа в постели, руки RK были сложены по-вампирски на груди, он готовился запустить диагностику. Гэвин молча ерзал. Отвернулся к стене, думая, что ему будет легче не видеть реакцию RK.       — Я правда люблю тебя, — наконец удалось ему прошептать в надежде, что RK уже отключился, но тот слегка пошевелил ногой.       Провел голенью по ступне Гэвина.       — Спасибо.       После этого Гэвин с легкостью заснул.       Он проснулся незадолго до полудня в теплой постели довольный, расслабленный и свежий, готовый к любому извращенному дерьму, которое RK900 для него запланировал. Тем не менее андроид все равно заставил его поесть. Принять душ, одеться и заняться делами, которые он откладывал всю неделю.       Наконец RK тихо подошел сзади, поцеловал в то самое место на шее, которое превращает Гэвина в желе, и сказал, что любит его. Что он не мог поступить иначе, зная, каким хорошим мальчиком может быть Гэвин.       — Ты чертовски оптимистичен, — прерывисто выдохнул Гэвин, и RK целомудренно поцеловал его в затылок, прежде чем аккуратно застегнуть ошейник.       — Вы хороший мальчик. Просто иногда вас заносит. Поэтому вам нужен кто-нибудь, кто бы вас наказывал.       Гэвин вздрогнул. Интересно, что говорит о нем то, что лишь несколько тихих слов могут заставить его член упереться в молнию. Он опустился на колени и прижался лицом к штанам RK. Он чувствовал себя пьяным. Уткнулся носом между ног RK, символизм возымел желательный эффект, хотя прижиматься было не к чему. RK прицепил поводок, обмотав шлейку несколько раз вокруг своей руки, но держа свободно, пока мужчина сидел на корточках и ждал дальнейших указаний.       RK решил, что он должен раздеться. Аккуратно сложить вещи, не скрывая возбуждения. Гэвин сделал, как ему было сказано, краснея так, что щеки жгло, предэякулят капал с члена, оставляя липкие следы на ковре.       RK выглядел крайне довольным собой.       Просто смотрел на него в течение долгих минут, без сомнения, фиксируя каждую секунду происходящего в своем обширном хранилище данных, а затем искаженным механическим голосом сказал, что хорошие домашние животные любят радовать своих хозяев. Что они любят демонстрировать свое признание.       Гэвин не совсем понимал, куда он клонил, но энергично закивал. Окинул взглядом красивое лицо RK, его облегающую рубашку, и послушно открыл рот, когда RK поднял руку. Он не понимал, как это работает, почему так завораживает RK, но он знал, что, когда обсасывают его пальцы, это заставляет его дрожать, поэтому Гэвин не тратил время зря.       Облизывал, посасывал и прихватывал зубами так, что синтетическая кожа уступала место гладкому пластику, механический голос RK становился выше от дополнительной стимуляции.       Это было так горячо, приятно, что Гэвин потянулся рукой к своему члену, практически неосознанно, пальцы на его языке ощущались столь правильно, что он отчаянно нуждался хоть в каком-нибудь контакте.       — Не… Не стоит, — предупредил RK, явно слышалась модуляция, и одного только звука его срывающегося голоса было достаточно, чтобы послать дрожь желания через все тело мужчины. Чтобы он застонал вокруг пальцев RK, отчаянно пытаясь взять их глубже, в то время как андроид свободной рукой схватил Гэвина за запястье, застыв, словно он не мог решить, что с ним делать.       Финишная черта близко, он скулит, двигая головой, насаживаясь на скользкие от слюны пальцы RK, а тот дрожит, диод мигает как сумасшедший, голос потерял всякую человечность, когда он сказал Гэвину, что он хороший мальчик. Что он так хорошо себя ведет.       Гэвин не останавливается даже тогда, когда пальцы RK начинают слабо подрагивать, подвижные детали гремят, а процессоры RK перегружаются. Все жужжит, подрагивает, слышится щелкающий звук чего-то перезапускающегося, который заставляется забытый член Гэвина дернуться. Но он не притрагивается к себе. Он не трется о ногу RK или диван, несмотря на отчаянное желание, и андроид вознаграждает его, вытаскивая пальцы изо рта, размазывая слюну по щеке.       Ведет вниз по шее, кончиками пальцев забирается за ошейник и тянет его вверх, целуя.       RK крепко держит его за ошейник, так, что даже слегка тяжело дышать. Может быть, даже очень, и Гэвин не мог молчать. Не мог перестать умолять RK, чтобы тот сделал что-нибудь, хоть что-то, RK обхватил его член рукой, и мужчина напрягся всем телом. Не переставая его целовать, андроид воспроизвел голос через динамики:       — Давай, Гэвин. Будь хорошим мальчиком и кончи для меня.       Его имя, сказанное холодным голосом RK. Похвала, приказ и усиление давления на горло. Что-то из этого стало последним толчком, в голове был туман.       Он содрогался рядом с RK. Хватался за черные брюки, кончая, а андроид лишь зарывался рукой в его волосы, говоря, что он прекрасен.       Всегда прекрасен.       — Ты говоришь полный бред, ты в курсе? — проворчал Гэвин, все еще не в силах пошевелиться, и услышал, как RK улыбнулся, когда сказал:       — Хорошие мальчики не спорят.       Он вздрогнул — это скорее последствия оргазма, чем реакция на слова, — строя планы, как потом возьмет реванш. RK — единственный, кто мог с ним это делать. Единственный, кого он подпустил достаточно близко, чтобы он понял, что это то, что ему нужно в первую очередь.       RK осталось недолго упиваться этим знанием.