Танцы на битом стекле

Намджун не ложился в эту ночь. Утро встретило его в студии, где они с Юнги трудились над очередным треком первого альбома. Мин ушел спать не намного раньше, но свои три часа сна он урвал, а лидер — нет. От усталости трудно было сосредоточиться. Он сохранил всю работу и потер виски, пытаясь не уснуть прямо за столом: сейчас умыться холодной водичкой, а потом сразу к руководству, на совещание. Опять будет обсуждение кандидатур участников будущей группы, от которого он устал. Он уже давно определился и написал свой список. А на попытки «влиять» (давить) реагировал всегда одинаково: «Вы директор, Бан-ши, вам и решать, но если интересно мое мнение, то оно не поменялось». Ему нужны талантливые и яркие личности. Да, он в курсе, что с такими никогда не бывает скучно, придется терпеть их загоны. Но в жизни неминуемо приходится что-то терпеть, не одно, так другое. И он с большей охотой потерпит тараканов в голове, чем отсутствие таланта. Это — его личный приоритет. … — Какие новости? — Никаких, директор-ши, — пожал он плечами, невольно опуская глаза от пронизывающего взгляда напротив. — А до меня дошло, что Мин снова устроил перфоманс. Ладно, не выгораживай, — прервал он набравшего воздуха лидера. — Если сейчас начать говорить о Мине, то это затянется до завтра, пожалуй! Поговорим о другом. Дело в том, что у нас совсем нет денег, поэтому дебют группы с большой вероятностью переносится. Агентство переживает не лучшие времена, ты ведь в курсе? — Мы как-то можем на это повлиять? — Не думаю. Если только подтанцовка и подпевка всех популярных групп в ближайшие полгода не будет состоять из нас. — А если будет?

***

Когда Намджун спустя два часа бурных обсуждений вышел наконец от директора, он был просто выжат. А ведь ему еще сообщать об этом разговоре парням. Как и о принятом совместно с агентством решении. Единственное, чего сейчас хотелось — это стаканчик кофе, но идти за ним не было сил. (Еще хотелось спать, но это уже из области смелой мечты). С трудом передвигая ноги, он дошел до подоконника в коридоре… и обнаружил на нем Сокджина. Парень быстро отвернулся, увидев его. То, что он плачет, Рэпмон понял сразу. Но сам двигался на полном автомате, и вытирать чужие сопли у него сейчас просто не было сил. Но он все-таки присел рядом. Он ведь лидер, мать вашу, опора и поддержка! Даже если самому хочется взвыть. — Что случилось? Джин глухо проговорил из-под рук: — Ничего страшного, успокаивать не надо. — Я просто посижу рядом. Не возражаешь? — Нет. Намджун кивнул и закрыл глаза, слыша рядом приглушенные всхлипы, которые постепенно становились все реже и тише. Каждый из них идет своей собственной дорогой, спотыкается о свои камни. Утешать тут в общем-то бессмысленно. Да и не нужны Джину его утешения — хён старше него на полтора года. Он спокойный и разумный, никогда не истерит и всегда подчиняется руководству. Идеальный мембер… был бы. Но дебют Джина тоже под огромным вопросом. Он прошел кастинг как актер, им и хотел быть, но его уговорили попробоваться в группу. Стажируется он год, и особых успехов нет. Ни рэп, ни танцы, ни вокал ему не даны в той мере, что остальным. Каждый в чем-то его превосходит. Даже Юнги, поначалу танцевавший не лучше, сейчас оставил его далеко позади. Из-за яркой внешности Джину снова и снова дают дополнительные шансы, и из-за неё же частенько принижают — и товарищи, и даже преподаватели. Но он никогда не жалуется, и это настоящее мужское поведение уже давно заслужило уважение лидера. Вопреки мнению, что все красивые люди избалованные и высокомерные. Видно, сейчас случилось что-то по-настоящему серьезное, и Намджун потом обязательно его расспросит подробнее. Но потом. Сейчас он так устал, что просто хочется сидеть, молчать и не двигаться. Хоть пять минут. …Ага, мечтать не вредно. — Чимин, куда ты собрался? К Бан-PD нельзя, он занят! — Мне нужно с ним поговорить, — Пак от неожиданности шуганулся и побледнел. Он явно прислушивался перед тем, как зайти в узкий коридорчик, ведущий к кабинету директора. И не зашел бы, если бы знал, что здесь кто-то есть. — Говори со мной, — предложил Рэпмон, рассматривая его вежливо, но со скрытой неприязнью. — А я уже решу, нужно ли беспокоить Бан-PD или мы справимся своими силами! Но Пак замялся, опуская взгляд. — На Мина решил нажаловаться? — уже не сдерживаясь, отчеканил лидер. Злость поднялась в нем, так что Сокджин даже испугался перемены в его лице и схватил за руку. Но Джун вырвал ее и соскочил с подоконника. — Хватит разводить здесь склоки, Чимин! Ты без году неделя в агентстве, а уже собрался стучать на кого-то! Юнги далеко не подарок, но он если и нарвется где, то не жалуется, в отличие от тебя! Чимин вжался в стенку, но кричащий Рэпмон все надвигался на него, пока Сокджин не оттащил его. Намджун сам понимал, что его несет, но ничего не мог поделать: нервы сдали. — Иди на занятия! И берегись, если я еще увижу тебя возле кабинета Бан-PD! Чимина как ветром сдуло, а Намджун, все еще тяжело дыша, сбросил со своих плеч руки Джина. — Я устал. Нет, не так: я заебался! — Понимаю, — Сокджин, не обижаясь, снова мягко взял его за руку. — Пойдем в столовую, покушаем чего-нибудь, и ты сразу успокоишься. — У нас диета, — мрачно буркнул Рэпмон. — Мне нужно скинуть минимум два килограмма к концу недели. — Тебе надо успокоиться, — Джин схватил его и потащил за собой. Каким бы лидером и хёном ни был Намджун, ему всего восемнадцать лет. Как часто, глядя на его серьезное лицо, они забывают, что это их сверстник. Который так же, как они все, иногда чувствует боль, разочарование и усталость от всего. Только большую, потому что — «тыжелидер»! Он не может расслабиться, показать свои эмоции. Потому что должен и обязан, причем всем одновременно, и им, и компании. Связующее звено между ними и руководством, пытающееся балансировать между молотом и наковальней. Щит, прикрывающий их. А еще нянька, психолог и еще бог знает кто. Вот и сейчас: не успевали они сесть за столик, не успел Джин налить ему кофе и достать из сумки запрятанную пироженку, как… — Хён, я хотел… Вонхо в своем репертуаре — вваливается и начинает излагать. Ему плевать, чем занят лидер. А как же, сам Ли Вонхо пришел, значит, его должны обслужить немедленно и поинтересоваться, чего изволит. — Свали отсюда, — перебив на полуслове, прошипел Сокджин. Намджун слабо дернулся, но Джин придавил его за плечи, вынуждая сесть обратно. — Ешь! Он умел утешать только так, через еду. Интуитивно чувствовал, что Намджуну сейчас нужно именно утешение, но слова подбирать всегда был не мастер. Но, сам того не ведая, Джин сделал все абсолютно правильно. Допивая кофе, Намджун как-то обмяк и немного расслабился. Даже его лицо стало гораздо менее напряженным, между бровей разгладилась морщинка. — Как они все задрали меня, — пожаловался он, но уже без надрыва в голосе. — Спасибо, Джин-ши, если бы не ты, я бы… Его прервал Чонхён, вихрем влетевший в столовую с огромными глазами. — Рэпмон-хён, быстрее! Там с Чимином беда!