Другой

Юнги кажется не просто злым, а разгневанным. По его глазам открыто читалось беспокойство, только вот почему оно переросло во что-то полыхающее — непонятно. — Эй! — Чонгук начал вырываться из цепких лап Мина, который упорно тащил его за собой. Больше всего, Чонгука возмутило то, что Тэхен спокойно наблюдал. Опасности нет, забрать соулмейта никто не сможет. Вывод: человек в безопасности. Внезапно, Юнги остановился возле Чимина, что слегка беспокойно закусывал нижнюю губу. — Не сделай хуже, ладно? - на удивление спокойно, проговорил Юнги, обращаясь к Чону. — А? — брюнет непонимающе посмотрел на Мина. — Я говорю, береги его. Чон ничего не понял, но все же кивнул. В его душе боролись несколько чувств, совсем не схожие друг с другом. Сердце отбивало громкий ритм, от чего казалось, что скоро на одну тайну станет меньше. А предчувствие никогда не подводило. Парень обернулся в сторону голубоволосого, встречаясь с парой хитрых глаз. Чимин горделиво посмотрел в сторону Кима: — Я же грязь? Зачем пришел? Еще и Чонгука под свою калитку хочешь затащить, что, думаешь Хосок простит тебя за убийство его сестры? — Что? — Гук непонимающе посмотрел на вампиров. — Он, — Пак указал в сторону Тэхена, — предатель. Он бросил меня, высосал из сестры того демона кровь. Теперь вот пытается спасти твою тушку, зная, что демон со мной в дружеских отношениях. — Даже так, — голубоволосый усмехнулся, — а ты в курсе, что у него никогда не было сестры? — Звучит бредово, знаешь ли. — Да что вы говорите. Твой Хосок был по уши влюблен в тебя, когда ты был совсем мал. Его бабушка могла предсказать будущее. И однажды, он спросил у нее, будете ли вы вместе. На ответ: «нет», он был жестоко обозлен, готовый поубивать весь род Мин, чтобы твой соулмейт попросту никогда не рождался. Он сказал мне об этом. Сначала я думал, что он шутит. Но, как показывали его действия, это была абсолютная правда. Я начал умолять его оставить тебя, ведь у него тоже есть судьба, однако.. бессмысленно. И мы заключили сделку, договор, который я прямо сейчас нарушаю. Из-за тебя, чертов Чимин. Мы договорились, что я отдаю ему своего соулмейта в качестве жертвы, что он сможет играть им и использовать так, как хочет. Одной из главных задач, было отвержение по таймеру. Как только бы мы встретились, я должен был настолько обидеть Чонгука, чтобы он меня ненавидел. Но моя гордость, к тому же я дикий собственник. Хотя поначалу думал, что смогу противостоять ради тебя. Но нет. Теперь опасность грозит и Юнги, но теперь ты можешь его защитить, а вот Чонгука я не могу оберегать полностью из-за кое-какой части договора. Его мать тоже натворила много дел, чем воспользовался Хосок. Чонгук вообще ничего не понял, тупо пялясь в одну точку. Реакция Чимина и Юнги, тоже не заставили себя долго ждать, они застыли, ничего не понимая. — И я должен верить? — Пак слегка двинул бровью. — Ты же бросил его, сказав, — Юнги нахмурился, — ты, Ким Тэхен, сравнил его с плинтусом. — Это была часть договора, еще одна. Договоры демонов никогда не бывают выгодными. Я должен был бросить Пака. И так-как мы были весьма малы, особо грубых последствий нет, я надеюсь. Точнее, они есть, но не настолько жестокие, как могли бы быть. Розововолосый тяжело выдохнул: — Чонгук не должен знать чего-то? — Да, иначе умрет. Гук аж поперхнулся, судорожно хватая ртом воздух. — Можно мне домой, пожалуйста. Вы несете какой-то бред, я сплю наверное, — нервный смех. — Идиота кусок, — Юнги остановил идущее вперед тело, — мы тебя защищаем. — Чонгук подойди, — грозно проговорил Ким. — Иди в пень, — парень хотел было сорваться с места, как его хватает Чимин, удерживая. — Ну, Чимин-а, пусти, я хочу домой!!! — Чонгук, подойди к Тэхену. Ты должен слушаться его. — Что?! Но неда- — Все его слова... Я верю, возможно он применил магию, я ведь все ещё не могу утверждать. Но с ним тебе намного безопаснее, в любом случае. — Пока ты не пробудишься, тебе все так же угрожает огромная опасность. Я не могу рассказать тебе, ведь цена слишком велика. Знаешь ли, — Тэхен усмехнулся, — я не привык отпускать свою добычу. — Сам ты добыча, — недовольно фыркнул брюнет. — Ну давай же тогда проверим, — глаза высшего опасно сверкнули. — Стой, что?! — Гук и пискнуть не успел, как оказался в какой-то комнате, прижатым к стене. — Перестань себя так вести перед едва знакомыми людьми, — раздраженно проговорил Ким, — ты не можешь противоречить мне. А ещё, не срывай мой план, который идёт очень гладко. — Могу и мне плевать, — Гук гордо усмехнулся, пытаясь спрятать свою боязнь, которая все равно вырвалась наружу. — Ты пожалеешь, — лицо голубоволосого оказалось слишком близко. Чон чувствовал, как его сердце начало отбивать зверский ритм. Желание выставить свое мнение вперед и страх, все смешалось. Не было страшно, возможно неловко, но.. он громко сглатывает, однако говорит совсем иное. — А ты заставь меня пожалеть, — тихо шепчет Чон, прямо в губы напротив. — Ты только что брыкался и хотел убежать, — Ким нагло усмехнулся, принимая правила игры. Вдруг, Чонгук почувствовал, как внизу живота приятно затянуло. Он замер, не понимая нового чувства. И главное, почему? Надпись на руке сильно закололо, заставляя Чона болезненно шикнуть. — Что такое? Больно? — вампир слегка наклонил голову, не отводя взгляд, — Быть рядом с соулмейтом и не иметь с ним какого-либо контакта, может быть больно. Гук сглотнул, судорожно дергая ногой. Он снова оказался в тумане. Все слова были пропущены мимо ушей, а взор обращен на губы. Брюнет завороженно смотрел на чужие губы, мечтая непонятно о чем. Вроде Тэхен и бесит, но с другой стороны. Запястье болезненно ныло и ему это кажется до жути нравилось. «Чонгук, контролируй себя. Этот вампир ужас.. идеальный, черт его дери, идиота, зачем ты просто..» Гук не успевает что-то понять, как его губы накрывают чужие, чуть теплые. Глаза на автомате закрываются, словно смакуя момент, разум полностью отступает. Тело мякнет, запястье болит, но когда происходит контакт, вся боль сходит практически полностью. Чон хмурится, слегка. Язык вампира горячо проходится по небу брюнета, от чего тот еле-слышно выдыхает. Легкое причмокивание и Ким млеет с такого Гука, который не понимает собственных действий, но пытается ответить. Тело не хочет слушать своего хозяина, который полностью теряется в ощущениях. За дверью послышались шаги и Гук будто отмер, он начал пытаться вырваться, безнадежно упираясь в чужую грудь. Не убежать. Ким ухмыляется, проводя носом дорожку от уха и до самой ключицы: — Совсем скоро, — проносится едва слышно. Вампир исчезает. И Чонгук готов поклясться, что чужое дыхание было настолько горячим, что ожоги по всему телу все еще болели. Но так ли это на самом деле? Он не знает, он кажется вообще связь с миром потерял.