Моя головная боль.

Квартира Кейкбоя.

Гон Фладд быстро передвигался по ванной комнате, помогая своему другу. Сначала он нащупал у Димы пульс. — Так, что же делать? – сам у себя спрашивая, стоял перед лежащим другом Саша, не зная за что ухватиться. Красноволосый бегал по квартире, выискивая аптечку и нашатырный спирт. Он принёс нашатырь и вату. Укладывая голову блондина себе на колени, начиная процедуру. — Очнись же, дурак! – выливая немного нашатырного спирта на вату, аккуратно прикладывая к милому носику, Бузе пытался растормошить своего друга. После нескольких секунд, тот очнулся, резко приподнимаясь с колен Фладда, опираясь на свои руки. — Блять, что за поеботу, я только что понюхал? Боже... – вполне резво говорил Кейк, не замечая присутствия друга. — Убить меня хочешь, чувак, или... – но после Дима повернул голову на своего оппонента, вспоминая всё, глядя на себя, на руки... — Дим, что ты с собой сделал? Ганджа опирался на руки, но одно запястье было полностью "изрисовано" свежими порезами, которые тут же начали щипать, ведь раны раскрылись, он быстро убрал опору, схватясь за неё. Саша взволнованно смотрел на это, не понимая, что ему надо сделать, что сказать. — Ой, кто это пришёл, я-то думал ты сейчас с Настей, собираешь вещи в Доминикану... – с горечью произнёс Кейкбой, отворачиваясь от него, потирая место раны. — Или ты пришёл мне лично сказать, что хочешь без меня уехать в тур? Гон Фладд сначала не понял, но после, осмыслив слова, сказанные Кейком, то вновь не понял, откуда тот знает об этом. Ведь о таком решении знали только он и Настя. Настя. — Откуда ты... — Странно, что ты сам не знаешь о том, что твоя подружка мне целые аудиозаписи шлёт, чтобы я услышал о себе хуйню, а ещё и о отмене моего участия в туре! – перебил того Дима, вставая с пола, заметив, что он испачкался в своей же крови. Красная субстанция была размазана по его футболке и локтю. — Выйди. Мне нужно... – не стал договаривать блондин, указывая глазами на свой локоть, чтобы тот догадался. — Ты ничего с собой больше не сделаешь? – Бузе боялся уже оставлять одного этого парня, вдруг ещё чего натворит. — Даже если и сделаю, как будто тебе с этого плохо станет. – возразил Ганджа, закатывая глаза, но после серьёзного взгляда Фладды, тот всё-таки ответил нормально. — Ничего не буду делать, ведь зачем мне это повторять ещё раз, верно? Потом Саша всё же вышел. С недоверием, но вышел. Дверь захлопнулась, Кейкбой снял с себя всю одежду, заходя под душ. Капли тёплой воды окутывали тело, освежая пьяную голову, отрезвляя разум. — Нахуй он припёрся ко мне? Зачем? Чтобы что? – размышлял Дима, пока капли будто бесшумно падали. Слышны были только его мысли. Порезы начали жутко щипать. Ганджа не понимал, зачем он сделал это с собой, как и не понимал, что ему сейчас делать. — Отлично! Я официально в дерьме. – произнёс блондин, выходя из душа. Вытирая свои длинные волосы, высушивая их феном, после сделав растрёпанный пучок. Пока Дима мылся, не зная, что и думать, Гон Фладд позвонил своей девушке. Ему было похуй, что она сейчас скажет, что бросит его, что, блять, сейчас произойдёт в общем, он просто хотел узнать, какие у неё там планы были. Она не может так просто решать за него. Гудки. Опять долгие гудки. Но после ответ. — Зай, тебе скучно что ли стало на диване? Мне к тебе прийти и развлечь? Если нет, тогда, какого чёрта, ты названиваешь мне в четыре часа утра? – последовал грубый, рассерженный и раздражённый голос Насти. Ожидаемо. — Мне тоже интересно. Какого чёрта, ты отправляешь что-то Кейку, что было строго между нами? Это был какой-то план? Или что? Зачем ты это сделала? Сначала ты отменила нашу с ним поездку, потом совместный тур, а дальше что? Запретишь нам общаться? Не ахуела ли ты, зай? – вспылил Фладда, не зная правильно ли он говорит. — Саш, я просто боялась, что он тебя испортит и ты уйдёшь к нему, забыв про меня... Я что, по-твоему, не вижу его взглядов на тебя? Тот поцелуй, который был прямо на моих глазах! Да, я не выдержала, приняла меры! Наши отношения не нуждаются в нём! – кричала она в трубку, не успокаиваясь, ведь ей казалось, что всему пришёл конец. После этих слов злой Анастасии, из ванной комнаты тихо выходит блондин, но его приход красноволосый не заметил, продолжая разговор. Кейк и не хотел, чтобы его заметили, потому решил спрятаться за стеной, подслушивая. — Насть, ты меня извини, но ты несёшь хуйню... Ты не можешь, так просто решать за меня с кем мне общаться, тем более, если разговор заходит о лучшем друге! Кажется, что это ты меня портишь! Приняла меры? Какие? Я оставил Ганджу в хуёвом состоянии, как думаешь, ты сделала что-то хорошее в наших отношениях? – Саша не прекращал говорить, потому что молчать больше не было сил. Слёзы потихоньку стекали с его щёк, он понимал, к чему всё идёт. — Я больше не нуждаюсь в тебе, ведь решать, кто мне нужен, а кто нет... Подло, ещё и за моей спиной. Мы, блять, расстаёмся! Саша сбрасывает звонок, хныкая от злости и печали, переполнявшей его полностью в этот момент. Бузе с силой кидает телефон в стену, разбивая его в пух и прах. Дима с горечью на сердце выходит в гостиную, его мучает совесть. Но душа тихо радуется. От шагов Кейкбоя оживляется и Фладда, вытирая слезы рукавом толстовки. — Ты уже всё? – со своей милой улыбкой, но с капельками воды в глазах оборачивается Саша. — Пошли перевязывать твои раны? — Долго будешь притворяться, что всё у тебя хорошо? – спросил Дима, подходя ближе. — Зачем ты так с собой? У тебя было такое красивое запястье, а ты испортил его. — Не переводи стрелки, блять, скажи уже, что у вас произошло? – прикрикнул Ганджа, чтобы тот быстрее раскололся. — Пиздец! Да, ты же понял, что мы расстались! По мне, блять, не видно? Причина – ты! А главное, что меня это не волнует сейчас! Меня волнует то, что ты ко мне чувствуешь! – говорил напрямую красноголовый, просто взрываясь, как действующий вулкан. — Скажи мне, ведь по словам моей бывшей, ты чувствуешь больше, чем я к ней! Я её кинул, лишь потому, что от неё доверия не было, она думала, что я с тобой буду ей изменять! Скажи мне, как ты невъебенно любишь меня, раз ради этого, я кинул свою любимую!? Бузе понял, что наговорил лишнего. Не то, что лишнего, он сказал то, чего не хотел. Ведь сейчас не он один в таком положении. Всё было сказано со злости. Необдуманно. В углу гостиной до сих пор стоял Дима, который не знал, куда себя деть после этих слов. Хрупкий и маленький блондин с растрёпанным пучком волос, у которого уже солёные капли слёз на глазах, понял, что его вновь променяли на чувства к Насте. — Сука, разберись в себе! Сначала ты заявляешь, что не поедем мы не никуда, ибо твоя тёлка хочет в другое место. Потом, ты соглашаешься с решением, причём, полностью её решением не брать меня в тур! А сейчас, забивая на меня и на мои чувства, винишь в том, что вы расстались? Не вини меня в том, что ты мудак, блять, не мог кинуть её раньше, ведь она порабощала тебя! И то, что я люблю тебя, мог не заметить только ты – еблан! – говорил на повышенных тонах Ганджа, роняя солёные капли на пол. — Дим, бля, извини, что всё так вышло? Давай всё забудем? Прошу, только не говори, что нашей дружбе конец? – Саша умолял его, чтобы дружба никуда не уходила, но всё зря, он наговорил слишком много, чтобы просить о чём-то. — Стоп, ты любишь меня? Димасик, скажи, что ты просто плохо пошутил? — Сань, ты меня уже бесишь! Нашу дружбу, – говорил Кейкбой, не выдерживая всего этого. — Ты закопал, понял? Фладда стоял перед ним, понимая, что зря он тогда послал его, ради какой-то девушки. — Но ведь ты первый закопал нашу дружбу, – тихо ответил Саша, чтобы хоть как-то задеть Диму. — Поцеловав меня тогда. Прямо перед Настей. — По твоей реакции не было видно, что ты против. Всё, Бузе, – говорил Кейк, отходя назад всё дальше от Саши, отворачивая голову, ведь ему было трудно говорить эти слова. Он хотел закончить разговор на этом. — Вали. Наболтались уже вдоволь. — Только не гони меня сейчас... Давай не будем расходиться, пока не решили ничего? – всё не успокаивался Фладда, подходя ближе к блондину. — Не надо сбегать от этого, мы так ничем не поможем нашей дружбе. — Я не хочу с тобой говорить после такого! Что тут непонятного? Свали с моих глаз! Вы обосрали меня и мои чувства, а сейчас, ты хочешь поговорить об этом? – высказался Кейкбой о своих мыслях, отворачиваясь полностью от красноголового. — Только хуйню мусолить... Ганджа уже собрался уходить, но его остановила рука Гон Фладда, которая схватилась случайно за запястье с порезами. Блондин зашипев, отдёрнул её к себе, оборачиваясь, зло посмотрев на парня напротив. — Ой, блять, прости, чувак, я случайно! Я могу помочь! – состроил гримасу искреннего сожаления Саша, а Дима ощущал неимоверно сильное жжение в ране, заставляя слёзы ускорить темп. — Ты думаешь, что только "случайно" причиняешь мне боль? – усмехнулся Кейк, вновь уходя, заворачивая к себе в комнату. Но после крикнул. — Сам себе помогу! Но Бузе и не думал уходить, ведь как он уйдёт, когда тут незавершённые дела остались. Он всё никак не мог поверить, что его лучший друг, который с ним с ранних лет, влюблён в него. Как так получилось? Что вообще может привлекать парня в другом парне? Хотя, красноволосый уже задумывался об этом, вроде, ему даже нравился Дима в мыслях, но всё же – это странно. — Он мне точно не безразличен... Но это ведь, скорее, дружеские чувства... – размышлял Фладда, уже совсем запутавшись в своей ориентации. Дредовый парень прошёл в комнату Кейкбоя, заходя туда. Длинноволосый сидел на краю своей кровати, переодеваясь. В тот момент, когда Бузе приоткрыл дверь и вошёл туда, блондин натягивал на своё тощее и костлявое тело длинную футболку, которая была больше где-то на три размера, чем делала его мощнее в теле. Гон Фладд зацепил его тело без верхней одежды, но почему-то сейчас ему стало стыдно, что он увидел. Сам невольно засмотрелся по ходу дела на своего друга. — Блять, ты ещё тут!? – воскликнул Дима, обернувшись на дверь, где тихо, затаив дыхание стоял Саша. — И много ты успел увидеть? — Немного. – коротко ответил парень, который прошёл внутрь комнаты. — Я не уйду, пока мне не удастся перевязать твои раны. Блондин цокает, но всё же понимая, что Фладда упорный парень и будет стоять на своём, соглашается. — Только не туго, а-то будет хуже. – и эти слова Ганджи означали то, что красноголовому можно обработать раны, после перевязывая их. Бузе с радостью принёс аптечку, которую сам нашёл, открывая её. — Будет не больно. – предупредил Саша, всматриваясь в глаза Димы. — Надеюсь, что и дальше не будет боли... – ответил тому Кейк, отворачивая свои красные глаза, которые приняли такой цвет из-за слёз. Красноволосый понимал, что делает больно просто своим присутствием здесь, но уходить не хотелось. Сейчас Ганджа такой ранимый, казалось, что он похож на хилого котёнка, который полностью ослаб. Тут уже и сам Гон Фладд не сдержался, потянувшись к другу через аптечку, втягивая того в нежный, слегка смазанный поцелуй. Блондин не сразу, но всё же ответил на это неожиданное действие со стороны Саши, хоть и был удивлён. По комнате раздались еле-еле слышные причмокивания, которые заполнили всю квартиру. Ладонь Бузе прикоснулась к месту щеки и шеи Кейкбоя, обжигая того касаниями. Такая близость для парней привела к тому, что оба слегка возбудились. Красноголовый переместил руку на пучок волос Димы, не отрываясь от поцелуя, медленно снимает резинку с длинных волос, хватаясь за них, оттягивает назад, из-за чего голова Кейка, немного накренилась, позволяя узреть Фладду красивую шею. Тут же решаясь прикоснуться к ней губами, он прикусывает нежную кожу, слегка засасывая, создавая алого цвета засос. Этими движениями, Саша заставляет Ганджу чувствовать эйфорию и большое удовольствие. Блондин глубоко дышит, хватаясь своими пальцами за заднюю часть толстовки Бузе, обнимая. Возвращаясь к поцелую, Гон Фладд осознал, что делает, останавливаясь. Томный взгляд Димы, его приоткрытый ротик, который учащённо дышал. Всё это путало его, совращая разум. — Дим, ты прости, я случайно... Точнее, это само так вышло, что-то помутилось в голове... – начал оправдываться Фладда, но он видел ухмыляющийся взор парня, у которого волосы так беспорядочно лежали на плечах. — Всё это в диковинку для меня. Ты уж прости. — Не извиняйся за то, что нам понравилось делать. Я, блять, вижу, где "случайно", а где "нарочно". – возразил Кейк, укладываясь на спину, вытягивая руку в прямом положении ближе к Саше. — Твои оправдания – ложь. А сейчас, можешь подлечить меня, если не передумал. Фладда не знал, что ответить, но он понимал, что ему определённо понравилось всё это действо. Бузе послушно начал проводить процедуру "исцеления запястья". — Ты мне уже помогаешь, – думал Кейкбой, лёжа на спине, смотря на сосредоточенное лицо друга. — Своими касаниями, придурок. Любил он касания, лишь его, никого больше.