ТIII. Глава 14
3 июля 2020 г., 17:27
Следующим утром принцесса Асонии буквально поставила каждого на уши. Проснувшись аккурат к приходу Коннора в сознание, девушка своевольно встала с постели и неожиданно для всех пыталась попасть на склад с припасами. Она мотивировала свой поступок обыкновенным желанием приготовить завтрак для больного собственноручно в качестве извинений перед ассасином за то, что не смогла ему помочь вчера ночью. Аррани, хоть и увидел её действия, не посчитал их слишком необдуманными.
«В конце концов, она же служанка. Значит, такое у неё в порядке вещей».
И всё же, вопреки этому, парень не позволил ей хозяйничать во владениях Накинии, поэтому сразу же отвадил от такой затеи. К счастью, ещё ни один рядовой не спустился в погреб. Аран с Гильяной отреагировали более эмоционально, поскольку в их прошлой жизни не было места слугам, несмотря на то, что каждая из семей могла себе это позволить.
Сестра беспокоилась за Мину особенно сильно. То ли гложущая вина за содеянное, то ли приветливый характер помогали ей проникнуться к человеку, который что-то значил для главы клана, быстрее и осознаннее. Так же, как и спутница Босса рассуждала о них с Араном, так и сестра Гиль думала про неё саму — человек, ладящий с Аррани, не мог оказаться плохим или не внушающим доверие. Посторонние могли бы сказать, что она слишком быстро приняла Асонскую, но всё было не так. Хоть Гильяна и была в каких-то вопросах наивна, но никогда не попадала в ловушку завлекателей, хитрецов и обманщиков. Как наученный ассасин она читала «врага» и могла определить степень его опасности и коварности. Также значительную роль играла ответная реакция светловолосой на её неверный поступок. Сестра сделала ей больно, но Мина не просто не затаила на неё обиду, а постаралась понять ситуацию и её мотивы. И в дальнейшем спутница главы не проявляла в её отношении негативные эмоции. Утверждать, что это было из-за её глупости или недостаточного жизненного опыта, по мнению девушки-ассасина, значило выходить за рамки разумного. Аран же, уделяя напарнице много времени, считался с её точкой зрения и не имел повода не согласиться, что Мина — не просто служанка, а, в первую очередь, человек со своими мыслями и привычками. Отсутствие любви его матери и к нему, и к его отцу не вывело парня на путь ненависти женского пола. Скорее, наоборот, в силу своего добродушного характера он всегда больше всего заботился о девушках. Их ничтожное количество в клане только подкрепило его привычку. По этой причине близость с Гильяной и их единое мышление стояло на высшей ступени. Нельзя было забыть и про отношение Аррани к Мине. Аран изучал манеру речи Босса в разговоре с незнакомыми доселе лицами и только потом делал конкретные выводы: можно было доверять человеку или нет.
Оторванная от своей задумки Мина сначала обидчиво сложила руки, а потом, когда Ар несильно треснул ей по голове, в расстроенных чувствах опустила голову. Они стояли у лестницы на второй этаж.
— Если так не терпится привлечь к себе лишнее внимание, тогда вперёд, можешь перевернуть всю кухню вверх-дном, а Коннор за это обязательно скажет тебе «спасибо», — саркастично проговорил блондин.
— Поняла я, поняла! — негромко ответила Асонская, разъединяя руки.
— Теперь возвращайся в комнату и жди меня. Я принесу тебе поесть.
— Не хочу! — упёрлась та и отвела взгляд.
За разборками парочки следили воспитанники главы, стоявшие за косяком прохода в парадную, где своё начало брали две лестницы на противоположных сторонах. Гильяна была справа, выглядывая глазами, а Аран — слева. Ассасин прислонялся к стене, прикрыв очи, со сложенными руками. Он не только не вмешивался в личные дела Босса, но и показывал своим видом, что и напарнице так делать не стоило. Однако Гильяну было трудно переубедить. Она всегда хотела знать всё и обо всём.
— Аран, Аран, ну посмотри! — шепнула сестра, махая ему ладонью. — Когда ты в последний раз видел, чтобы кто-то чужой перечил Боссу?
Несмотря на то, что подслушивать за главой постепенно выходило у них из списка обыденных поступков, Аран и в этот раз не пожалел, что напарница увязалась за спорящими. В действительности он мог ответить на её вопрос очень просто: «никогда не видел». Блондин буквально никому не позволял лезть себе в душу, когда тот сталкивался с гражданскими на задании. Если ситуация требовала внедрения в доверие или простое, но необходимое общение, то глава Огня обставлял всё так, чтобы у этого человека или у группы людей не возникало к нему претензий, отчего редко кто говорил ему слово «против». Сейчас же Аран мог наблюдать совершенно противоположную картину: Босс позволял так с собой обращаться и при этом не предпринимал жёстких мер по усмирению собеседника. Этот собеседник в лице красивой светловолосой девушки с небесными глазами, толстой косой и прелестными родинками на лице, по всей видимости, отличалась от тех девушек, с которыми блондин обычно имел дело. Ещё бы, один факт того, что ассасин в здравом уме взял ту с собой в путь по королевству, подтверждал отличительную особенность девушки. Ученик главы, как и его напарница, с трепетом относился ко всему, что было связано с их наставником, поэтому размышления по поводу его отношения к новой особе были логичными. В целом, по тому, что воспитанник видел, Аран признавал нестандартность их поведения между собой. Помимо этого, он не мог не обратиться к откровенно кричащему о себе вниманию к Мине со стороны Гиль. Но и нельзя было отрицать, что в тайне следить за ними ему тоже не нравилось.
Искрящиеся от любопытства глаза напарницы веселили его. Хорошо, что он знал, как надо усмирять её пылкость. Ассасин схватил чуть вытянутую к нему ладонь девушки.
— Будешь так давить на ногу, рана не скоро заживёт, и ни один собрат на тебя не взглянет.
— И-ик! Аран! — вырывая руку, пискляво произнесла она.
Грамотные слова подействовали на неё лучше всякого пинка. Гиль имела только один изъян в себе — лёгкую влюбчивость. Если в поле зрения появлялся красивый молодой человек, она тут же могла запасть на него, не разбираясь в его настоящей личности. Тут-то Аран и приходил ей на помощь, спасая от неудачных симпатий. Из-за того, что Аррани никогда жёстко не запрещал им проявлять излишние эмоции, девушка-ассасин развила в себе не самую полезную черту. Одно радовало — она не увлекалась парнями настолько сильно, чтобы каждый раз это была настоящая любовь. По сути, ей нужно было кого-то любить. Аррани и Аран в счёт не брались, потому что к ним она испытывала серьёзные чувства. В конце концов, ей было всего 18 лет. Почти каждая молодая особа в таком возрасте мечтала о тёплых чувствах. По крайней мере, близкие ей мужчины не видели в этом ничего плохого. Да и сама Гильяна осознавала, что всецело отдаваться этой привычке было совершенно неразумно. Так, не совсем приятное высказывание Арана возымело эффект, и сестра перенесла вес на обе ноги, чтобы не тревожить порез.
— Пошли уже, — отпрянув от стены, напомнил парень, — нас ждёт костёр.
— Ага, костерок-костерок! — весело отозвалась Гиль и потопала за ним.
Аррани получилось убедить Мину подождать в своей комнате, но с одним условием: она попросила проводить её к Коннору, чтобы лично убедиться в его самочувствии. Это было нетрудно сделать. Служанка Нины быстрее взялась за ручку двери и уже хотела открыть, но глава клана остановил её в последний момент, поскольку вспомнил кое-что важное.
— Стой! — накрыл её ладонь своей. — Подожди здесь минуту.
Оказавшись внутри, он пнул лучшего друга в ногу. Тот открыл глаза и поднялся, помогая себе рукой.
— Ар, в чём дело?
— Оденься, — сказал блондин, ища глазами майку.
— Зачем?
— Мина проснулась и пожелала проведать тебя, — наконец, взял вещь с табурета. — Не позволил — она бы все уши мне прожужжала про тебя. Держи, — протянул ему.
— А смысл? — недоумённо вопросил Коннор. — Она всё равно видела меня во время работы.
Аррани метнул на него уничтожающий взгляд, который не терпел возражений даже от лучшего друга.
— Делай, как сказал, — процедил парень.
Блондин впустил девушку внутрь. Она ринулась на пол к ассасину, рядом с футоном, а тот остался у двери, придерживая её.
— Она хотела тебя увидеть, — всплеснув рукой, оповестил глава Огня. Саксонский кивнул. — Скажу ребятам, чтобы позаботились о завтраке для тебя, — обращаясь к девушке, прибавил он, — а я пойду, побуду немного с Ви.
Принцесса проводила его неопределённым взглядом и сначала поинтересовалась об этом у правой руки главы.
— Вы опять что-то сделали? — не церемонясь, узнал тот.
— Ничего я не делала… — пробурчала принцесса, но с явной неуверенностью в своих словах. Кажется, вдаваться в подробности она не желала.
— Тогда оставьте его. Главному в клане тоже надо проветриться.
— Ох! — вспомнила она, сложив ладони перед собой. — Как ты-то себя чувствуешь? Вчера ты меня здорово напугал.
— Правда? — изогнул бровь. — Простите.
— Не шути так! — мило ударив его кулачком, проговорила девушка. — Я действительно испугалась за тебя. А когда узнала… — вдохнула поглубже. Коннор принял сидячее положение и непроизвольно напрягся, готовый слушать продолжение. — Короче, — собралась она, — Аррани рассказал мне о твоих обмороках.
Нехорошее предчувствие не подвело его. Ассасин подорвался с места, подхватил балахон и пулей вылетел из комнаты. Мина недоумённо завертела головой, не понимая, что происходит.
Коннор примчался в стойло, где располагалась вся живность ассасинов, в небольшую пристройку слева от входа в дом. Пройдя через главную арку, Саксонский сделал несколько шагов вперёд и повернулся направо. В этой зоне была выделена скромная территория с деревянными постройками на балках, которые служили домом для орлов. Внутри отдыхали птицы других ассасинов и Эс. Ни Ви, ни Аррани не было. Парень уловил шум в противоположном конце постройки. Из крайнего отделения показался глава клана, расчёсывающий гриву Фуго. При виде хозяина Эс окончательно проснулся и хотел порхнуть ему на плечо, но, не до конца поняв причину его скверного настроения, не сделал этого и не успел сделать, поскольку тот стремительно направился к блондину. Тогда питомец полетел за ним.
Глава Огня почувствовал присутствие лучшего друга и посмотрел на него.
— Коннорс, — однако в следующую секунду хорошее настроение вынужденно испарилось.
Он не мог пропустить то чувство, что сейчас витало вокруг рыжеволосого. Жеребец тряхнул головой и фыркнул, ощущая то же самое. Коннор остановился в шаге от парня и выждал какое-то время. Его глаза горели нехорошим пламенем. Орёл главы появился в поле зрения, сев на кромку разделительной дуги. Хищник «просканировал» происходящее и моментально вывернул голову в сторону своего меньшего собрата. Как только правая рука главы внезапно схватил Аррани за грудки, птицы сорвались с места и сцепились в схватке. Фуго кратко заржал и порывался встать на дыбы, но блондин за секунду до этого успел захлопнуть перегородку между ними.
— Зачем ты рассказал Мине?! — яростно выплеснул Коннор, сузив глаза.
Ар сразу понял, о чём говорил друг. Он не спеша взялся за его руку и резким движением вывернул её. Вслед за этим Саксонский замахнулся ногой и впечатался ей в стену, оставив её рядом с лицом парня — глава вовремя отвернул голову в сторону. Коннор продлил удар ногой, но блондин пригнулся и сбил его с ног. В миллиметрах от приземления ассасин Огня проделал то же самое за счёт превосходящей скорости — проехался Аррани ступнёй по голени. Затем они оба поднялись с земли. Вспыхнувший гнев отступил на несколько пунктов. Небольшая стычка дала ему возможность успокоиться.
— Не думал, — подал голос глава, — что тебя заботит её мнение.
— Она стала так важна, что ты сказал ей? Ты прекрасно знаешь, как я к этому отношусь, — сжал кулаки.
Не дожидаясь ответа, он занёс руку для удара одновременно с другом, и они оба позволили ударить себя по лицу, отлетев в противоположные стороны. В этот момент в стойло вбежала растерянная Мина. Она держалась за косяк арки и смотрела на развернувшуюся картину.
— Что вы делаете?! — взъелась девушка.
Потом её взгляд лёг на разбушевавшегося коня и дерущихся орлов. Парни поняли её и подозвали птиц к себе.
— Ви! Ко мне!
Коннор просто громко свистнул. Орлы практически сразу расцепили хватку и встали в сантиметрах друг от друга. Разгорячённые и готовые защищать своих хозяев, величественные птицы Сообщества ассасинов несколько раз расправили крылья, чтобы освободиться от выдранных перьев. Они ещё смотрели друг другу в глаза, но потом огонь разборки погас, и они приземлились на предплечья напарников.
— Босс! — прозвучало сзади.
Аран и Гильяна стояли за Асонской и с выпученными глазами смотрели на ассасинов. Физические недопонимания между лучшими друзьями очень редко попадались им на глаза, но парочка в принципе могла рассудить, что, в любом случае, сейчас не стоило вмешиваться. Они остановили Мину от попытки броситься к ним. Та с ещё большим удивлением обернулась на них. Ученики главы серьёзно помотали головой.
Аррани вытер свободной ладонью кровь с губы и встал, отряхнувшись. Коннор сделал то же, только кровь у него шла из носа. Парни задержали взгляд друг на друге, а затем вернули птиц на место. Прежде осмотрели на наличие повреждений, убедились, что дело ограничилось лишь выдранным опереньем.
— Аран, что там с… — было начал глава клана.
— Глава, у нас срочные новости! — перебил появившийся соклановец. — Патрульные сообщили, что видели возле наших границ ассасинов-предателей.
— Понял тебя, — подал ему знак. — Аран, Гильяна, живо за мной!
Он забрал Ви обратно и поспешно направился к выходу из владений. Саксонский задержался на месте, оставшись ответственным за принцессу. Мина была единственной, кто не могла ничего толком понять, но жест Аррани распознала достаточно уверенно. Если он взял Ви с собой, значит, уже собирался воплотить их вчерашний план.
— Коннор, что между вами произошло? — обеспокоенно спросила она.
— Идёмте. Сейчас нет времени.
Как только Мина с Коннором прибыли к Тропе, кот ассасинов уже шёл по собственным меткам и вывел их к наиболее точной дороге. Аррани увидел следы от кинжала на деревьях, которые он оставил в предыдущий раз. Подозвал девушку к себе.
— Показывай, — затем повернулся к собратьям: — Вы ждёте нас сзади. К озеру выйдем только мы.
Ассасины кивнули. Светловолосая осторожно повела их к проходу в замок Шилсы. Сова Госпожи, висящая за спиной Коннора, встрепенулась в верёвках, узнав родные места. Они прошли заросли кустарников и плотную занавесу деревьев. Перед ними расстилалось широкое озеро, вдоль которого шёл мост.
— Так вот, как они пробираются к замку, — шепнул себе глава клана.
Он остановил девушку рукой, заставив присесть на корточки. Они ещё не ступили на пятачок травы перед мостом. Аррани поманил Ви на землю, достал из-за пазухи свёрток и вручил ему в клюв.
— Давай, напарник, доставь им сюрприз.
Золотистый орёл взмыл в небо, на достаточно высокое расстояние. Теперь оставалось только ждать ответной реакции врагов.
┈───ᗊ───┈
Вся вторая половина прошлой ночи показалась для обитателей замка сущим адом. Любимая сова Хозяйки не вернулась с охоты в положенное время, из-за чего женщина рвала и метала. Ни секунды не сомневаясь, что это было дело рук ассасинов Огня, Шилса не желала ничего слушать и кричала на каждого, кто попадался ей под руку. Мавн был первым в этом списке, поэтому поспать ему так и не удалось. Однако, надежда была лишь на него одного, потому что ассасины знали, что только молодой человек мог усмирить её вспыльчивый характер. В принципе, так и получилось. Перед этим он дал ей как следует выпустить пар, а уже потом убедил её, что в кромешной тьме они никогда не смогут найти птицу. Он добавил, что она ещё не до конца выздоровела, поэтому лишний стресс не пойдёт ей на пользу. Мавн уложил её хотя бы вздремнуть на пару часов спустя большое количество времени. Утром же слуга лично вышел из замка в сопровождении нескольких подручных. Но не успели они дойти до моста, как дозорный с башни нагнал их и передал бумагу в руки. — Я нашёл это у моста. Мавн при всех развернул послание, из которого выпало серебристое перо. Сомнений не было. Ассасины Огня не просто держали сову Хозяйки у себя, а также прознали о точном местоположении входа в их убежище. Слуга поспешил вернуться к возлюбленной и передать слова противников. Она уже ожидала вместе с Ганзом и Арселис в большом зале. — Ублюдки! — яростно произнесла женщина, с силой сжав бумагу и почти разрывая её. — Что они просят? — спросила Арселис. — Вернуть принцессу Нину, — за неё ответил Мавн. — Плюнь на них, — бесстрашно посоветовала девушка, — это всего лишь сова. Шилса моментально окрысилась и вперила в неё не менее жёсткий взгляд. Мышцы всего её лица были напряжены. Она оскалилась, как лев. — У-аа! — громко вскрикнула ассасин Земли, увернувшись от мелкого дротика, пущенного в неё. — Ещё раз скажешь подобное — тебе не жить! Ганз хотел немедленно преподать Госпоже урок за то, что она позволила в отношении его девочки, но сдержался. Сейчас было не время, но он это ей ещё обязательно припомнит. — Вот оно! — подумав, выдала Шилса и вновь посмотрела на Арселис. — Ты пойдёшь вместо принцессы! — В каком смысле? — спросила та. — Переоденем тебя в её одежду и накроем голову мешком, — пояснила Госпожа. — Дальше справитесь по ситуации. Вы же профессионалы, — расчётливо произнесла она. Арселис зрительно спросила мнения Ганза. Тот дал добро. — Я согласна. — Отлично! — она оттолкнулась от стола руками, и тут же последовал ответ. — Мавн, ступай за Ранисом и передай ему поручение — пусть принесёт одежду принцессы Нины сюда. Верный слуга нашёл подчинённого, где ему и положено было быть — в покоях заложницы. Он зашёл внутрь без стука. Ассасин сидел на привычном для себя табурете и… зачитывал девушке одну из книг их ассортимента? — Госпожа просила, чтобы ты принёс ей одежду принцессы Нины. В большой зал. Немедленно. Задержавшись на месте ещё с минуту, Мавн понял что-то про себя, почти незаметно цокнул и вышел. Пара вновь осталась наедине. В комнате повисло заметное напряжение. Нина сглотнула. Ранис отложил рукопись на край кровати. Встал и сразу забрал сапожки Саксонской к себе, оставшись стоять напротив. Она смотрела на это не очень хорошо. Зачем им понадобились её тряпки? — Раздевайся. До этого царившее между ними спокойствие отошло на второй план. Нина больше не считала парня злом всех зол, но всё-таки не учла кое-чего очень существенного: он волей-неволей подчинялся приказам сверху. Исключений быть не могло. Правда, приказы редко были такого характера, но ассасину было всё равно. Принцесса состроила жалобное лицо и посмотрела ему прямо в глаза. К сожалению, этот трюк не пройдёт, в каких бы взаимоотношениях они сейчас ни были. — Нина, я не хочу заставлять, — нажал он. — Сначала выйди, — попыталась ещё раз. Кажется, они уже проходили подобное. — Ты хочешь, чтобы повторилось недавнее? Если так, — стал терять терпение, — то ты вольна вырвать мне руки. Принцесса Саксонии отбросила всё, что они складывали между собой до этих пор, и упёрлась, как это было ей присуще. Она ни за что не будет подчиняться. Видят небеса, Ранис не хотел этого. Он прикоснулся к пуговицам на её рубашке и начал их расстёгивать. Ситуация действительно повторялась. Естественно, девушка опять вырывалась и даже как-то била его ногами. Может быть, она бы и согласилась на его условия, но почему-то при этом была смущена в несколько раз больше, чем в первый раз, поэтому сопротивлялась всеми силами. Когда Нина попыталась отпихнуть его, упираясь ему ладонью в лицо, парень грубо схватил обе руки в захват и вывернул в сторону, сжав только больнее и уже оставляя синяки на теле. Затем он перевернул её на живот и стянул рубашку насовсем. Слёзы уже невозможно было сдержать. Зарёкшаяся больше не плакать из-за него Нина не сдержала собственного обещания. Ранис развязал пояс юбки и развернул её, отбросив чуть в сторону. Железные пластины звякнули друг об друга. Он отпустил её запястья и легко толкнул вбок, чтобы снова мог видеть её лицо. Нина лежала под ним с обнажённым верхом, закрывая заплаканные глаза освобождёнными руками. Первый опустился ниже, всматриваясь в девушку. Он не хотел причинять ей боль, но она вынудила его сделать это. Что-то внутри него было категорически против таких поступков. Что-то говорило ему, чтобы он отказался от этого приказа или хотя бы выполнил просьбу принцессы не смотреть на неё. Его одолели противоречивые чувства. Саксонская плакала молча. И более не проявляла сопротивление. Вдруг он насильно раздвинул ей руки и, наконец, увидел лицо. Откровенно удивившись, ненависти в глазах парень не нашёл. Они смотрели на него не столько жалостно, сколько… понимающе? Или это ему померещилось? Сомнений не было: она была против его действий, но в то же время… не боялась? Действительно не боялась того, что он мог сделать? Очередная слеза скатилась по щеке, и он не выдержал: — Я люблю тебя. Взгляд прямо в глаза. Нина даже перестала дышать на несколько секунд. В ушах загудело; она будто лишилась слуха. Истерика прекратилась. Она приоткрыла рот от шока и правдивости всей ситуации. Теперь в её очах ассасин прочёл ужас. Этого он точно не ожидал. Принцесса вернулась в себя и яростно оттолкнула его. — Не шути так, сволочь! Разозлённый её реакцией Ранис прижал Нину обратно, не дав уйти. Она оскорбила его. И это было очень даже серьёзно. Он не мог такого стерпеть. На неё стремительно полились грубые дорожки из поцелуев. Левой рукой он спустился вниз и жестоко вторгся в святая-святых. Нина непроизвольно ахнула. Она задрожала от всего сразу: от реакции своего тела, от обиды, страха и ненависти. Последнее чувство вырвалось из неё мощным потоком, и она не хотела его сдерживать. Сейчас это были её настоящие эмоции. О том, что Ранис так бы не поступил в обычной ситуации, ей как-то не хотелось думать. Когда-то он обещал ей сделать приятно, кажется, для него такое время настало. Но никак не для принцессы Саксонии. Чем больше парень проникал в неё пальцами, тем слабее она становилась. Тогда руки и ноги расслабились, больше не в силах бить его. Добившись своего, Ранис осмелел и сжал другой рукой грудь принцессы, на что она так же отреагировала. Однако дальнейшим планам не суждено было сбыться. Окрик Мавна прервал ассасина. — Заканчивай! Времени мало! Первый убрал от неё руки и недовольно встал. Собрал оставшиеся вещи девушки и вышел за дверь, стараясь не смотреть на неё лишний раз. Нина вернула над собой самообладание и заглушила рыдания. Слёзы по-прежнему текли из глаз. Её всё ещё трясло от обиды и боли. Сколько он собирался измываться над ней? Почему решился на такой мерзкий поступок? И почему она проявила себя так слабохарактерно? Это было совсем не то поведение, которому она обучалась. Они с Миной специально тренировались для того, чтобы постоять за себя и в экстренной ситуации дать отпор. Так почему сейчас… Она называла себя слабой, никчёмной и ни на что не годной. Принцесса сжалась в комок, даже не одевшись как следует. Она не понимала саму себя. Мысли о Зэсли сопровождали её всё время, но в этот ответственный момент она не подумала ни о нём, ни о том, что могло случиться… Наконец, приказ был выполнен. Мавн передал одежду принцессы Саксонии в руки Арселис. Та переоделась в их с Ганзом комнате и вернулась в большой зал. Напарник не туго сковал её верёвками спереди и надел на голову нетолстый мешок, чтобы ей было легче дышать. Аррани ждал их прихода на другом берегу, на пятачке перед мостом. Сова Шилсы была у него в руках. Мина сидела рядом, поскольку смогла упросить его присутствовать, чтобы она могла точно определить, кто перед ними: точно принцесса или это ловушка. Ещё издалека глава Огня приметил их образы. Безусловно, они были в сопровождении ассасинов. Ганз подошёл к блондину. Асонская стояла чуть позади парня и всматривалась в пришедших. Когда ей на глаза не попалось фирменное кольцо рода Саксонских, а глава протянул птицу, она тут же выкрикнула: — Ар, это не Нина! Ганз виртуозно разрубил верёвки совы, и та взмыла вверх. Она хотела быстро улететь в сторону замка, но молнией пронёсшийся мимо людей Ви настиг хищницу и вцепился ей в тушу когтями. Между ними завязалась драка. В это время ассасин Земли не терял времени и успел с силой отпихнуть более уязвимую Мину в данной ситуации, попутно отражая выпад блондина. Арселис с лёгкостью освободилась от оков и, пока напарник разбирался с главой Огня, уловила взглядом светловолосую. Та потеряла сознание от больного удара об землю. Аран и Гильяна имели дело с соклановцами парочки. Подоспевший на выручку Коннор сначала помешал Арселис забрать Мину. Однако в следующую секунду из ниоткуда появившаяся Рамси сбила парня с ног, лишь чудом не проткнув его мечом. Правая рука главы вынужденно переключился на неуравновешенную, потому что с ней были шутки плохи. Плюс к этому, он понимал, что если не возьмёт эту особу на себя, то другие могут быстро попрощаться с жизнью. С нравом такой девушки было невозможно справиться. Бороться с ней ему приходилось редко, но именно она заставляла его проявлять всю свою физическую силу и полную скорость, хотя ассасин больше всего не любил эти два пункта. Коннор забрал её внимание на себя и отбивался столько, сколько мог, пока на поле битвы неожиданно не появилась Абби собственной персоной. Сестра преодолела ассасинов-предателей, что мешались ей на пути, и сразу помчалась на Рамси как на единственную достойную, по её мнению, соперницу. Таким образом Абби дала Коннору свободу действий, освободив от надобности защищать остальных от девушки с кровавым глазом. Саксонский немедленно переключился на осмотр местности. Они были не в лучшем положении. Арселис дала Ганзу знак, что пора было отступать. Напарник понял её и хотел нанести мощный удар, но Коннор не дал ему такой возможности, бросив в него кинжал, от которого, однако, тот увернулся, но это разделило их с Аррани. Ганз быстро оказался возле Арселис и взял Мину на руки. Ассасины Огня оттеснили противников назад и встали напротив них. Даже Рамси решила оставить поединок с Абби. — Только посмейте! — гаркнул парень. Арселис с ухмылкой навела на шею Асонской одну катану. — Дёрнетесь — ей не жить. Последуете за нами — исход будет тот же. Глава клана Огня был в ярости. Он со злостью в глазах сжал кулаки, чуть ли не дырявя кожу, сплюнул кровь изо рта. Ему ничего не оставалось, кроме как принять их условия. Он не собирался рисковать Миной. Особенно тогда, когда поблизости находилась Рамси. На остатки совести главной парочки блондин ещё мог надеяться, но это было не про соперницу Абби. — Ты молодец, глава Аррани, — напоследок сказал ассасин Земли. — Не волнуйся. За тобой мы тоже придём, но не сейчас… — сжал губы, — пока силы не равны. Аррани дал им уйти. Он посмотрел в небо и увидел, как сова Шилсы вырвалась из хватки Ви, но вид у неё был потрёпанный. Правая её часть была практически лишена оперенья, а взмахи крыльями были совсем неуверенными. — Сукины дети! — выругался глава и пнул землю ногой. Ассасины Огня смотрели вслед удаляющимся спинам, но сейчас ничего не могли сделать. Блондин винил только себя. «Не надо было позволять ей выходить!» Соклановцы смотрели на чувства главы. Они были полны сочувствия и обиды за такой позорный проигрыш. Коннор первым развернулся в противоположную сторону и стал возвращаться в лагерь. Утренняя стычка с лучшим другом забылась уже много раз. Теперь надо было подумать, что делать дальше. Абби нашла на руке очередной порез и двинулась за Саксонским. Гильяна с грустным лицом подошла к наставнику и тронула его за руку. — Босс, надо идти. Аррани не срывался на учениках, если его что-то сильно тревожило, поэтому он похлопал по ладони девушки пару раз, говоря, что всё хорошо, хотя это было не так. Посмотрел на ребят и кратко закивал. Они поддерживали его. Пока что этого было достаточно.┈───ᗊ───┈
Хозяйка замка похвалила ассасинов главы Иви за проделанную работу. Их профессиональные действия и её план возымели абсолютный успех. Женщина была так рада сегодняшнему дню, что забыла про ночные бури и грозы со своей стороны (притом, сова всё же вернулась к ней, хотя и была в плохом состоянии) и удвоила им вознаграждение. — Вот же, вот! — повышая голос, весело говорила она. — Посмотрите на это лицо! Ну, вылитая принцесса королевства. Она приказала слугам увести девчонку в темницу. — Госпожа, — включился Ганз, — было бы неплохо отправить туда и принцессу Саксонии. — Почему ты так думаешь? — По моим нескромным наблюдениям, — вмешался Мавн в спокойном тоне, — Ваш слуга слишком сблизился с принцессой Ниной. К тому же… он позволил себе не совсем пристойные действия в её сторону. Это может доставить нам проблем в будущем. — Ладно. Так и сделаем, — согласилась женщина. — Подумать только! — продолжила восторгаться она. — Неужели принцесса Асонии последовала за своей подругой? Хах, кто бы мог подумать. Обрадовавшись, что добился своего, Ганз передал Мину в руки ассасинов, чтобы те отнесли её на нижний уровень замка. Пока он решал вопрос, Арселис успела переодеться и вернуть одежду принцессе Нине, после чего напарник лично отправился к покоям последней. Войдя внутрь, он сначала не нашёл девушку глазами. Он её слышал. Она сидела слева от кровати в углу, зажимаясь до невероятных размеров и пряча голову в ногах и руках, и плакала. Первый молча наблюдал за эмоциональным состоянием Саксонской в противоположном конце комнаты. Без какой-либо охоты разбираться, что здесь произошло, Ганз свободно отпускает: — Я за принцессой, — прошёл за кровать, к Нине. Ранис будто отошёл от сна и развёл сложенные руки. — Что это значит? — сощурившись, спросил парень и встал с места. — У меня нет ни времени, ни желания всё тебе разжёвывать. Это приказ Госпожи Шилсы. Он грубо схватил Нину за руку и потянул наверх, насильно поднимая на ноги. Вольные позволения ассасина Земли заставили парня помешать ему. Он убрал его руку от девушки и задержал в воздухе. — Не советую тебе этого делать, — почти шёпотом настоял Ганз, отдёргивая свою руку и вновь берясь за принцессу. — Скажи спасибо, что Госпожа не поручила мне запереть тебя в темнице вместе с ней, — эти слова остановили Раниса — он задумался. Теперь Ганз был волен делать, как и хотел. Он потащил с виду безжизненную принцессу Саксонии, что не подавала признаков духовной жизни в данный момент, прочь из покоев, специально задев первого плечом. На выходе задержался, но не успел что-то сказать — Ранис опередил его: — Оставь её под мою ответственность! — Идиот, — усмешка, — ты позволил себе слишком много и приблизился к принцессе на опасное расстояние. — Забирай меня! — вдруг прозвучало женским голосом. Оба не ожидали от неё каких-то слов. — Уж лучше в сырой темнице, чем с тобой, — сухо произнесла она, вперив в парня жестокий взгляд. Ганз ещё раз ухмыльнулся и вроде бы начал понимать всю картину. Реакция Нины ему даже понравилась. Её согласие развязало ему руки, и в итоге он беспрепятственно увёл её. Не в силах хотя бы посмотреть в спину принцессе, от злости и беспомощности Ранис сорвал подвеску с шеи и кинул её в пол. Та с шумом врезалась в каменное покрытие, отскочив немного в сторону. Показалось, или пролетела мимолётная искра от этого действия? Он вцепился пальцами в шевелюру и затем же резко их вырвал. Тяжело и протяжённо вздохнул, посмотрел на вещь. Присев на корточки, парень протянул к ней ладонь и взял в руку. С неопределёнными чувствами он покрутил её на пальцах, приложил ко лбу, закрыв глаза. Нина определённо разбила ему важный орган, отвечающий за перекачку крови по всему организму, потому что сердце такого ассасина, как он, нельзя было назвать чувственным. Несмотря на это, что-то человеческое в нём всё же осталось… В это время Ганз привёл Нину в темницу. Девушка освободила его от лишних прикосновений, согласившись идти самой. Зазвучавшие ключи и взгляд ассасина Земли, направленный определённо не в сторону камеры, в которой она сидела раньше, насторожили Саксонскую. Теперь же он вынужденно взял её за руку и завёл внутрь. В тот момент, когда пламя факела осветило правую сторону прохода, случайно скользнувший взгляд поверг темноглазую в шок. Она увидела бессознательное тело лучшей подруги. Идя на поводу у инстинктов, принцесса начала вырываться из рук ассасина, однако тот сильно толкнул её вперёд, отчего она упала на землю, больно ударившись. Вслед за этим парень закрыл замок и молча покинул темницу. Нина обеспокоенно пристала к решётке, пытаясь разглядеть состояние Мины. Отсутствие источников света не дало ей этого сделать.
