Принцесса и ассасин

      Воспитанники главы Огня подошли как раз к моменту, когда он закончил разговор с мессией Добра и вышел из медчасти.       — Босс, — поспешила сообщить Гильяна, подбегая, — старейшины ждут тебя в ближайшее время.       — Мы не застали мудрейшего, — обратил внимание Аран.       — Разве он не появляется только в присутствии главы клана? — полюбопытствовала Мина, смотря на напарников.       — Не обязательно, принцесса, — объяснил Коннор. — Даже возраст не мешает ему периодически интересоваться делами собратьев.       — А наша любимая троица? — между делом спросил Аррани.       — Тут как тут! — почти что воскликнула Гиль, машинально сцепляя кулаки друг с другом. — Ждут не дождутся, когда ты явишься в храм, чтобы внимательно, — съязвила, процедив сквозь зубы (по всей видимости, пародируя их поведение), — выслушать твой отчёт.       На лицо главы клана скользнула хитрая улыбка; глаза слегка загорелись предвестниками чего-то весьма интересного. Махнув рукой для всех, он бросил фразу, чтобы ждали его здесь, и направился к храму старейшин. Первая, кто всегда с особым чувством воспринимала такие действия Аррани — Мина, — с тревогой смотрела в отдаляющуюся спину возлюбленного. Однако притупить это чувство помогали его соратники, ведь они не подавали и вида волнения, а значит, нужно было просто дождаться «развязки». Если даже его воспитанники ничего не сказали, гнуть свою линию смысла не было. Да и она не хотела слишком навязываться, ведь старалась измениться в лучшую сторону и не воспринимать всё близко к сердцу, что порой мешало не только ей, но и, главное, работе Аррани.       — Кстати, Мария, — отвлеклась на постороннее Асонская, присев рядом с девушкой на корточки, — что ты делаешь?       Ребята присоединились на бревно к брату Коннору, который медленно скосил глаза в сторону девушек, чтобы наблюдать за их взаимодействием, а лекарь Огня в это время вернулась к своему занятию. Мина подошла к костру поближе, в тот же момент кот воспитанников главы спрыгнул с плеча хозяина и неторопливо присоединился к дочери короля, пару раз понюхав содержимое деревянных мисочек, расставленных на земле возле костра.       — Пытаюсь экспериментировать с лекарством для клана Земли, — параллельно мешала смеси и продолжала то зажигать, то тушить огонь. В разговоре о её методах и аспектах работы лекарь Огня чувствовала себя, как рыба в воде, а всё то, что трогало душу девушки, автоматически отступало на второй план. — Хотя мы с коллегами из клана Земли нашли способ лечения, делать точные, верные выводы ещё рано.       — Хочешь посмотреть за результатом в динамике?       — Что-то вроде того. Единственная проблема в том, что у меня нет добровольцев для проверки усовершенствованных лекарств.       — Все ассасины Земли уже здоровы? — припоминала положение дел Асонская.       — Можно сказать и так.       — Но, Мария… — размышляла Мина, — тебе не показалось странным, что выздоровление прошло так быстро?       Лекарь Огня задержала руку над миской с намешенными ингредиентами, обдумывая этот вопрос. Положила вытянутую очищенную трубку из берёзы, которой мешала, и снова зажгла огонь. Слух Коннора напрягся, а глаза сместились на подругу. Кот ребят прошёлся шубкой по ноге лекаря, негромко урча. Мария отбросила мысли в сторону и погладила его в ответ за проявленную ласку. Наконец, она ответила:       — Вы правы, принцесса. Я бы не оставила этот факт в стороне. Собственно, поэтому я хочу найти тот состав лекарства, в котором буду полностью уверена.       — Я… — поняв, что в какой-то степени задела чувства девушки как профессионала, Мина хотела сгладить углы своей оплошности, — могу тебе как-то помочь, пока мы ждём возвращения Аррани?       Кажется, слова Асонской произвели должный эффект, потому как Мария улыбнулась, не побоявшись взглянуть на неё, а кот напарников проделал ту же манипуляцию теперь и с ней самой, подставив маленькую головку к её рукам. Затем питомец вернулся к хозяевам, устроившись на коленях у Гильяны. Коннор облегчённо выдохнул про себя — его вмешательство не потребуется.       — Если это будет Вам удобно, — отозвалась лекарь.       — Конечно! — на радостях Мина сложила ладони вместе.       — Тогда следите за огнём. Мне нужно отслеживать поведение смесей при разной температуре.       — А-а-а, вот зачем ты это делала, — восторженно произнесла Гильяна, аккуратно поглаживая питомца по спине.       А пока принцесса Асонии налаживала связи с близкими Аррани, глава Огня стоял перед выступом старейшин. Мудрейший тоже вышел из темноты прохода в личные комнаты.       — Почему ты вернулся один? — спрашивали ассасина. — Тебе не нужны брат Аран и сестра Гильяна для информации?       — Сейчас я пришёл к вам, мудрейшие, чтобы сообщить о том, что начну свой доклад только тогда, когда сестра Абби отойдёт ото сна… — Буквально на секунду он прервался, т.к. заметил мгновенную реакцию некоторых советников, которые уже хотели что-то возразить, однако, ему всё же дали закончить. — Только что я был у неё в медчасти, и она благополучно погрузилась в сон, прерывать который специально я не собираюсь. Вы должны быть в курсе, что война между кланами Земли на данный момент окончена, поэтому считаю своим правом не торопить события и дать сестре Абби отдохнуть — всё же лекарь Мария рекомендовала не тревожить её, пока она восстанавливается.       — Глава! — наконец, подали голос советники клана. — Ты намеренно тянешь время? Чем скорее мы расставим все точки и обсудим все вопросы клана, тем быстрее ты и братья смогут вернуться к миссиям.       — Вы правы, — невесомо кивнул Аррани, — но я смещаю свои приоритеты в сторону сестры Абби. Её присутствие так же необходимо. Для освещения картины на сегодняшний день со всех сторон.       — Не будь столь импульсивным, глава Аррани, — встрял старейшина постарше, до этого остававшийся невозмутимым. — Никто не опровергает твои мотивы в отношении сестры Абби, но ты должен понимать, что наша работа не приемлет серьёзных задержек. Ты вынуждаешь клан бездействовать на какое-то время.       — Не вижу проблем, старейшина, — с каменным лицом стоял на своём Аррани. — С каких пор здоровье наших собратьев ставилось ниже, чем собрание клана?       — Довольно, — спокойно проговорил мудрейший, выставив руку вверх, дабы призвать всех к равновесию. — Братья мои, не будем разводить бессмысленную полемику и дождёмся, когда глава Аррани будет готов присоединиться к всеобщему обсуждению.       — Мудрейший, — подал голос старший из знаменитой троицы (Аррани вообще удивился, что они держались так долго), — в последнее время Вы стали давать главе слишком много поблажек. Не скажется ли это на работе клана в целом?       — Будьте осторожны, старейшина, — приподняв подбородок, Аррани «контратаковал», при этом не смотря прямо на него. — Если братья расценят Ваше обращение к мудрейшему не так, как должно, это точно скажется на настроении в клане.       — Глава Аррани! — вскипел средний старейшина.       — Закрыли рты оба! — мудрейшему вновь пришлось повышать голос и даже стукнуть посохом. — Клан не рухнет за несколько часов, что проведёт сестра Абби вне сознания. Успокойтесь все. Если для выполнения качественной работы есть необходимость ожидания, пускай так и будет. Призываю вас не забывать, что сестра Абби внесла весомый вклад в борьбу кланов Земли. Если бы она не предупредила главу Аррани, исход всего мог бы быть совершенно непредсказуемым. А пока разойдитесь.       Более не желая что-либо добавить и выслушать ещё какие-то возражения, мудрейший скрылся в привычной темноте поворотов храма. Аррани поклонился и, ни на кого не смотря, вышел из здания. Только двое из троицы кипели от возмущения.       Снова оказавшись снаружи, главный ассасин кинул взгляд в сторону домика лекаря, куда ему стоило вернуться, но у него оставалось ещё одно важное дело — Ганз с Арселис. Из-за того, что его ученики передавали старейшинам о его возвращении, ребята были вынуждены покинуть пост слежки за гостями клана. Сейчас у него было время, чтобы наконец-то лично повидаться с ассасинами бывшего клана Иви. Аррани совершенно не беспокоился об их местоположении и даже не напрягался в поисках. Взобравшись на крыши построек владений, он сразу же увидел двух ассасинов возле спален. К слову, они дремали у деревьев не так далеко от медчасти. Глава Огня запрыгнул на крышу каменной постройки и прыгнул вперёд, почти не касаясь ладонями её стенок, чтобы легче приземлиться. Арселис уютно устроилась на коленях напарника головой. У обоих были закрыты глаза, но Аррани знал, что один точно не спит. Когда он стал в паре шагов от них, не успел что-либо сказать, как рот собеседника опередил его:       — Охо-о-о, посмотрите-ка кого к нам наконец-то занесло. — Ассасин Земли говорил тихо, но чётко — видимо, не хотел будить подругу. — С возвраще-е-е-нием~, — с издёвкой в голосе наконец открыл глаза.       — Мечтал о том, как ты меня встретишь с момента окончания Собрания Сообщества, — поморщился глава, уперев правую ладонь в бок. Свободной рукой указал на девушку: — Я так понимаю: не мешать?       — Всё верно понимаешь, дорогой, — не унимался тот. Ненадолго перевёл внимание на Арселис, проведя пальцами по макушке, затем вернулся к собеседнику. — Как всё прошло?       — Хочу похвалить тебя, — отвечая тем же, Аррани присел на корточки. — Несмотря на возраст, бегаешь ты быстро — Пророки поверили, что тебя не было на поле боя вместе с Иви.       — Вот как.       — Ну, ты и сам должен был догадаться, иначе я бы так мирно с тобой сейчас не говорил.       — Прав, засранец.       — Не храбрись, делая вид, будто тебе неинтересно, что в итоге стало с Иви, — по сути, он бил в самые болезненные точки. Ганз не выдавал себя до конца. — В подробности вдаваться не буду. Скоро назначу собрание клана — там всё и расскажу.       — Только дай Арси выспаться.       — Не боись. Времени достаточно. Абби тоже пока не может присутствовать.       — Ха? — удивился Ганз, подняв голову. — Ты отложил собрание из-за твоей сестры?       — А что, твоя просьба — пустословие? — повёл бровями глава.       — А, неважно, — отмахнулся ассасин. — Ты пришёл проверить, не сбежали ли мы? Проверил? Свободен. — Вновь закрыл глаза.       — Как мило с твоей стороны мной командовать.       — Иди ты в задницу, дорогуша, — процедил Ганз.       — Да-да, — повысив тона, отозвался Аррани. Затем уже обычно: — Аран с Гильяной ещё не говорили мне, как вы двое себя вели, но мы это непременно скоро узнаем. Надеюсь, вы были паиньками.       С этими слова он опёрся ладонями о колени, помогая себе встать, заканчивая разговор, как услышал далее:       — Твоя лекарь… Передай ей благодарность за Арселис.       — М-м? — откинул голову на бок. — Что произошло?       — Пока тебя не было, мы, можно сказать, мило поболтали. Она обещала помочь Арси всем, чем сможет.       — И что, — усмехнулся, — у тебя не хватило смелости сказать ей это лично?       — Просто передай, и всё! — взъелся тот.       — Вообще-то тебе было не обязательно говорить мне это, потому что ты спасал Марию уже не раз. Не думаю, что она бы расстроилась, если бы ты оставил всё, как есть.       — Гр-р-р, — прозвучало от ассасина.       Аррани к этому моменту уже ретировался.       Возвращаясь, он издали увидел, как Мина «ассистировала» Марие, а воспитанники были подле и периодически вставляли слово. Заведя руки за голову, глава клана улыбнулся.

• ────── ✾ ────── •

      Для подзарядки на день Абби потребовалось не так много времени, о чём беспокоились старейшины. Солнце ещё не зашло за горизонт, а все участники собрания расселись внутри храма старейшин. Отчёт начался.       — Итак, раз все здесь… — открывал обсуждения старейшина. — Глава Аррани, тебе слово.       — Начну по порядку. — Он встал и обвёл всех быстрым взглядом — Мина, как и в прошлый раз, сидела возле Коннора, Мария специально пристроила Абби рядом с собой, волнуясь за её состояние, а воспитанники главы, само собой, тоже были вместе. В этот раз Ки составлял компанию Ви с Эсом, которые расположились на горизонтальной балке, соединяющей несколько колонн зала. — Первый мой посыл будет направлен к братьям: война двух кланов Земли завершена. Пророки уже вынесли вердикт по этому делу. Теперь об их решении — Его превосходительство рассудил так, что велел оставить бывшую главу второго клана Земли, ассасина Иви, в живых. — Ганз и Арселис, сидящие прямо под орлами ассасинов Огня, заметно выдохнули. Девушка убрала ладони от сердца, показывая, насколько ей стало лучше от этих слов. Они мимолётно переглянулись с напарником и продолжили слушать. — В наказание они назначили ей отправиться в клан Воды, чтобы избавиться от страха перед водой и таким образом доказать готовность вернуться в клан Земли, на светлую сторону. Я обязан сообщить это вам, братья, поскольку вместе с главой Джейкобом взял за ассасина Иви слово.       — Протестую! — мгновенно ощетинился средний из троицы, подскочив на месте. Когда все затихли, он сказал: — Глава, какого чёрта ты полез в это дело? Решать судьбу преступницы Сообщества не тебе, а Пророкам!       Многие советники клана и собратья зашептались между собой, поддерживая его слова. Арселис поспешила схватить руку любимого, чтобы остановить его внезапный порыв — Ганз в негодовании стиснул зубы и хотел подняться, чтобы его заметили. Аран услышал копошение рядом и взглядом указал ассасину на его место. Пока он слишком сильно не привлёк к себе внимание, воспитанник Аррани сделал вид, что устраивается сесть поудобнее, параллельно этому давая Арселис знак жестами. Девушка и так понимала, что делать, но не стала устраивать сцен — от этого сперва нужно было уберечь Ганза.       — Да какого чёрта?! — шептал ассасин Земли себе под нос. Ладонь, за которую держалась Арселис, сжалась в кулак, и ногти практически впились в кожу до крови. — Мальчишка не сделал ничего противозаконного!       Арселис редко видела такие эмоции у напарника, потому только сильнее поддерживала его физически. Она сама не привыкла к таким ситуациям, но лучшим, по её мнению, решением было именно это. Ганз так открыто показывал солидарность и желание пойти против тех, кто вставлял главе Огня палки в колёса, что с трудом верилось. Впрочем, одно то, что они были здесь в качестве гостей, — к этому нельзя было халатно относиться.       — Вас не было на поле сражения, уважаемый старейшина, — защищался Аррани, — поэтому Вы не можете знать всего, что там происходило. К тому же, я только поддержал решение главы Джейкоба, ведь он первый просил помилования у Его превосходительства.       — Хм, неплохой ход, — более воодушевлённо прошептал Ганз, сжав другую ладонь в кулак — этот жест означал совершенно противоположное первому.       — Теперь нам это не изменить, — неожиданно вмешался старший троицы. — Однако считаю верным, что глава Аррани должен понести ответственность за своё слово.       — Пророки так же отправили меня и главу Джейкоба в клан Воды для контроля за исполнением наказания. Они дали чётко понять, что после всего мы не сможем остаться в стороне.       — Нет, глава, — отвечал старейшина, — я говорю о твоей личной ответственности. Перед кланом Огня.       — Верно, — его поддержали другие старейшины. — Ты пошёл на эту сделку, руководствуясь собственным мнением. От этого наш клан пострадает, пусть и косвенно. Следуя указанию Пророков, мы делаем вывод, что тебя не будет во владениях какое-то время, и тебе снова придётся оставлять своего заместителя?       — Да, старейшина, — был вынужден согласиться Аррани.       — Предлагаю компромисс, братья мои, — мудрейший сложил ладони воедино перед собой, размышляя над поставленным вопросом. — Сложно отрицать твои слова, брат, — обращался к рядом сидящему — он и высказал главную суть для парня, — потому заместителя главы Аррани выберем мы. Согласны?       Ни одна мышца предводителя клана не дрогнула — он и сам предполагал поступить таким образом, чтобы успокоить старейшин и некоторых других соклановцев, которым не очень нравилась перспектива оставаться под присмотром сестры Абби. Да и сейчас мессия Добра была не до конца дееспособна на эту должность.       — Мудрейший задал вопрос, — напомнил самый молодой из старейшин с не спадаемой с лица улыбкой.       — Согласны, — наконец, ответил старший троицы, хотя было видно, что ни для него, ни для среднего брата эта идея была не тем вариантом, который бы их полностью устроил. И всё же это было хоть что-то.       — Мы услышали главную информацию на сегодня, глава, — продолжал вести обсуждения мудрейший. — Скажи совету, что Пророки решили насчёт наших гостей? Все понимают, что с момента расторжения ассасином Иви пакта о ненападении, они снова стали врагами, но клан всегда держит своё слово, поэтому даже после этого их никто не тронул.       Рука воспитанницы главы Огня поднялась над головами собратьев, и старший советник дал ей слово.       — Ассасины Ганз и Арселис ни разу не давали повода к сомнению и предосторожности. Мы были ответственны за них вместе с братом Араном, и за всё время от нас не поступало жалоб на гостей клана.       — Некорректные высказывания? — спрашивал мудрейший.       — Никак нет.       — Вмешательство в дела братьев Огня?       — Никак нет, мудрейший. — Она осталась невозмутима и после этого вопроса, хотя соклановцы могли это оспорить — вспомнить хотя бы фрагмент, когда Арселис занималась стрельбой кинжалов по мишеням с Араном (несмотря на её слабое физическое здоровье и то, что она была под его личным присмотром). — Контакт происходил только через меня и брата Арана.       — Спасибо, сестра Гильяна.       Девушка опустилась на место обратно, гордая за себя — любимица главы редко вмешивалась в разговоры со старейшинами, но это не относилось к случаям, когда она выступала с информацией о выполненной миссии. Не сговариваясь друг с другом, они условились, что говорить в этот раз будет именно она.       — Пусть глава Аррани скажет, что думает по этому поводу, — не торопясь сказал молодой старейшина. — В любом случае ассасины Земли обезоружены и постоянно находятся под наблюдением наших собратьев. Чего же бояться сейчас?       — Спасибо, старейшина, — первым делом поблагодарил за поддержку Аррани. — Прежде чем высказать мою точку зрения, я скажу о том, что Пророки приняли донесение мудрейшего о том, что оба ассасина не были замешаны в битве кланов Третьего королевства, т.е. их участие в войне — решённый вопрос. Его превосходительство поручил заняться вопросом этих ассасинов главе Джейкобу, по праву их нынешнего главы клана.       — Пророки сохранили им жизни? — уточнили советники клана.       — Верно, — кивнул глава Огня. — Что касается моего мнения… Глава Джейкоб доверил мне обеспечение их неприкосновенности в клане Огня до тех пор, пока мы не решим, что делать дальше…       — «МЫ» не решим?! — взъелся средний троицы. — Как ты смеешь употреблять это обращение? Теперь это головная боль главы Земли — решать, что с ними делать!       — Сохранять дисциплину, брат! — осадил его другой старейшина. — Какой пример ты подаёшь собратьям?!       — Даже при том, что сказала сестра Гильяна, мы не можем быть уверены, что они по-прежнему верны каждому решению бывшей главы Земли, — встрял ещё один советник. — Кто знает, что у них на уме, когда с ней покончено?       — Поддерживаю! — присоединился и младший тройки старейшин, до этого как будто не собиравшийся что-либо говорить, словно сегодняшнее собрание никак его не трогало. На самом деле внутри него всё ещё были живы противоречия, от которых, с одной стороны, ему хотелось побыстрее избавиться, а с другой стороны, осуществить это было трудно из-за самой их сути. Но и сидеть всё время молчком было для него равнозначно подставить себя под удар перед старшими братьями, т.к. его поведение могло посеять в них некоторые сомнения. Как ни крути, ему всё равно бы пришлось показать себя и сделать хотя бы что-то. — До меня дошли сведения, что ассасина Ганза видели, когда он куда-то отлучался с территорий клана. И это было в то время, когда ассасин Иви уже не придерживалась соглашения!       Пока Аррани слушал этот вздор, ему хотелось обернуться назад и посмотреть на реакцию Ганза, ведь он переживал, что у этого дурака не хватит выдержки, чтобы дослушать всё, что старейшины Огня о нём думали, до конца. Однако внутреннее чутьё подсказывало ему, что ради сохранности их обоих Арселис должна была его усмирить. И потом, как бы трудно ни было, Ганз не подставил бы напарницу под такой тяжёлый удар, если, конечно, не тронулся умом окончательно из-за собственной гордости.       — Откуда вам известно, что это случилось именно при таких обстоятельствах дела?       Услышали негромкое ассасины Огня, когда наступила напряжённая тишина, где обе стороны «противостояния» обдумывали, что стоит говорить, а что — нет. Взглядом Абби осторожно попросила Марию убрать руки и не спеша поправила лёгкую накидку, которую подруга взяла для неё специально, чтобы прикрывать основные раны — несмотря на возможность оставаться в тепле вне зданий, внутри храма старейшин было прохладнее, чем снаружи, и лекарь не хотела, чтобы образовавшиеся углубления в коже сестры подверглись негативному воздействию. Одновременно с этим Мария подумала о том, что Аррани привёл сестру в чувства не только из собственной прихоти. Благодаря этому сейчас Абби могла говорить уверенно; ничто постороннее не влияло на её рассудок и мышление, что отлично сказывалось на результатах собрания. Если бы глава не разобрался в её глубоких переживаниях хотя бы на половину от всего содержимого, присутствие и голос мессии Добра клана Огня могли бы пойти против них самих, когда сторона защиты ассасинов Земли добивалась противоположного эффекта.       «Как позорно врать самой себе… — думала Мария. — Я же расстроилась не из-за того, что он смог проникнуть в глубины души Абби и подарить ей облегчение, показать ей, что она может опереться о него, не бояться этого. Хах, нет. Настоящая причина в том, что я… хотела, чтобы он сделал то же самое со мной. Почему у меня никогда не хватает смелости отринуть свой статус и, наконец, признаться ему в чувствах?»       «Расскажи ему. Я уверен, тебе станет легче».       «Я не могу…»       «Можешь… Как раз ты — можешь».       Вспомнила она слова Инграма. В эти минуты смысл в них был намного сильнее для лекаря Огня.       — И второе, — оспаривала утверждение старейшины Абби, — надеюсь, вы не забыли, что глава Аррани назначил меня своим заместителем. Ассасин Ганз не подходил ко мне с просьбой уйти куда-то. Конечно, в сопровождении брата Арана.       Это была ложь. И о ней знали все, кто был в этом замешан. Однако сущность истинного ассасина сестры Абби отрабатывала свою роль, как всегда, превосходно, потому её слова звучали так, что не оставляли возможности в них усомниться. Пущего эффекта в её пользу добавляли и травмы — частично сломленного физически ассасина редко трогали.       Но всё произошло слишком быстро, чтобы Мина успела оценить случившееся как следует. Невозмутимое, настроенное лицо Абби ни на секунду не дрогнуло, она даже не моргнула, тогда как в миллиметрах от него плавала в зажатой ладони Ганза рука младшего старейшины, который зашёл слишком далеко в попытке доказать что-то самому себе. В зале храма воцарилась мертвенная тишина. Её не смел тревожить даже случайно залетевший поток ветра, принёсший бы с собой упавшие с деревьев листья.       В пик напряжения атмосферы зала орлы Огня разом закричали во всё горло, расправив крылья в стороны — так они отражали ненормальность происходящего.       — Кгх! — хрипел от напряжения и боли советник клана.       Рука Ганза сжималась сильнее при любой попытке вырваться. Осознав, что произошло, Мина, независимо от себя, тронула предплечье Коннора, заставив его нутро дрогнуть от неожиданности. На лице принцессы отразилось беспокойство; брови её свелись друг к другу, вызывая разделявшую их складку. Но это были лишь цветочки по сравнению с выражением лица Ганза в этот момент. Он стоял слева от неподвижной Абби, держа нацеленную на неё руку младшего старейшины, не достигшего своей цели.       — Чёрт, пусти! — выдал он, наконец.       Казалось, все тучи мира собрались вокруг Ганза, нависая над головой ассасина и тем самым создавая для него ещё более устрашающий вид. Его серые глаза словно потемнели под натиском внутреннего гнева, и на фоне русых волос ассасина этот контраст ощущался намного сильнее. Он сжимал руку старейшины настолько крепко, что на частично оголённых предплечьях (нарукавники он снял на время пребывания в клане Огня, будучи безоружным) проступали вены, лишний раз подчёркивая более тёмный оттенок кожи. Если у кого-то возник бы вопрос, как выглядит машина для убийства — разъярённый ассасин, ждущий только приказа, — можно было смело указывать на Ганза.       — Да отпу-…       — Ганз, убери руку, — произнёс Аррани. Он быстро пришёл в чувства после неожиданного выпада старейшины в сторону Абби и подал старшим собратьям знак, чтобы взяли нападавшего под контроль. — Мудрейший, это…       — Не утруждайся, глава, — поспешил перебить его старик. — Всё всем и так понятно. Я же прав? — главный после Аррани человек в клане провёл по залу своим тяжёлым взглядом, не упустившим ни единого несогласного человека.       Все молчали для собственной сохранности. А когда к сестре Абби подходили собратья, чтобы увести нарушителя порядка, она вдруг всмотрелась в его глаза и поразилась тому, что увидела в них. Его выражение лица более не походило на то прежнее, из-за чего он пытался сделать это с ней. Наоборот, Абби прочитала в нём... сожаление? По крайней мере, глаза старшего словно говорили ей:       «Я не хотел этого».       Пока ассасины Огня занимались устранением небольшой заминки собрания, Абби тихо выдохнула, стараясь убедить сознание и логику, что это ей всё почудилось, и повернула к Ганзу голову, чуть приподняв её вверх, чтобы как следует рассмотреть его. Внимание ассасина Земли было до конца направлено сначала на старейшину, пока он не исчез из поля зрения, а потом на главу Огня, с которым, как она подумала, они перекинулись словами ментально.       — Ты в порядке? — практически одними губами спросил Ганз.       Абби только кратко кивнула, не меняя выражение лица. Мария поправила накидку сестры, проводив парня глазами — он вернулся на своё место. Орлы ассасинов замолчали и сложили крылья.       — Прошу наших гостей простить поведение брата, — далее озвучил мудрейший. — Могу я спросить тебя, почему ты защитил сестру Абби?       — Ненавижу, когда пытаются доказать своё превосходство. — грубо процедил Ганз, не имея в виду оставшихся в храме. — Тем более над теми, кто пока не в состоянии дать отпор.       — Полагаю, что с этих пор ни у кого не осталось вопросов насчёт того, какие у ассасинов Ганза и Арселис мысли после поражения их предводителя, — подытожил Аррани, в душе радуясь такому раскладу.       — Каково твоё окончательное слово, глава?       — Ассасины Земли останутся в клане Огня, пока мы с главой Джейкобом не придём к какому-либо решению.       Над головами ассасинов Огня поднялась рука лекаря. Мудрейший так же разрешающе кивнул ей.       — Клан Земли продолжает восстановление после постигшей его чумы. Полномочия лекаря дают мне понимание полной картины, в которой нахождение ассасинов Земли во владениях — лучший вариант на данный момент. Советую братьям не прибегать к методам, побуждающим к транспортировке ассасина Арселис. Ей по-прежнему необходим постельный режим. Это также поспособствует тому, чтобы моя работа была завершена до конца и качественно. У меня всё, уважаемые старейшины.       — Хорошо, — забрал слово обратно себе. — Закончим обсуждения на этом. Последний вопрос, который я хотел бы поднять, касается главы Аррани и… принцессы Асонии. Всех незаинтересованных лиц я бы попросил покинуть собрание, но, так вышло, — прошёлся взглядом по всем участником, — что сегодня таковых попросту нет. — Ганз с Арселис закатили глаза, подозревая, кого он имел в виду. — Глава, — посмотрел прямо на него, — мы не могли оставлять это без внимания так долго. Боюсь, пришла пора объясниться.       Режим истинного ассасина заработал на полную, стоило советникам клана лишь частичкой коснуться этой темы — Аррани не проявлял какой-то определённой эмоции, если вообще проявлял; он всё так же смотрел прямо на возвышенность старейшин, сосредотачивая взгляд преимущественно на месте старшего, правой рукой держался за отличительный широкий пояс главы клана. Его ни разу не могло смутить то, что их с Миной романтические отношения, по сути, выставляются напоказ, потому что не считал это какой-то запретной темой. Все братья его клана — соратники, от них у него не могло быть громких тайн. Даже наоборот, когда ассасин его уровня приобретал партнёра, с которым в будущем строил семью, он был обязан показать этого человека клану, чтобы каждый запомнил, как этот человек выглядит и как его зовут.       — Не буду отрицать, мудрейший, — сразу влился в поток заданного настроения Аррани. — Я собирался сам это сделать, если вы позволите. На Собрании Сообщества Пророки дали мне ясно понять, что в курсе моих отношений с принцессой Миной и от своего лица дали ей позволение быть моим сопровождающим.       — Означает ли это, — хотел поскорее унять любопытство молодой старейшина, — что она — твой выбор?       Дочь короля до сих пор неосознанно держалась за предплечье брата Коннора, и даже когда прозвучали слова, касающиеся её непосредственного участия. Правая рука главы оставался невозмутимым, но внутри него всё было совсем неспокойно, однако при этом он не спешил привлекать внимание принцессы на этот мелкий факт. Даже через бинты он ощущал ладошку Асонской, через которую ему передавались большинство её чувств. Он старался не смотреть туда, фокусируя взгляд то на Аррани, то на советниках клана, чтобы не упустить главную нить переговоров. Но когда прозвучало слово «выбор», контекст которого могли понять только ассасины светлой стороны Сообщества, Коннора как будто пронзила молниеносная стрела осознания происходящего. Это действительно было правдой, это происходило на самом деле. Мозг кричал ему, что нужно поскорее сказать принцессе убрать от него руку, но выполнить эту, казалось бы, мелочь почему-то было трудно. На небольшое количество времени ассасин выпал из реальности, словно потеряв слух; звучащие голоса соклановцев перестали для него существовать, он даже не видел, как шевелились их беззвучные губы. Коннор приложил огромные усилия, чтобы наконец-то подтянуть свободную руку и самому обратить внимание Асонской на «проблему», но до того, как он успел сделать это, как только его ладонь почти достигла её, Мина слегка вздрогнула и повернула к нему голову, тут же отдёрнув руку к себе.       — Ох, Коннор, прости, — тихо проговорила девушка.       Но и её лучший друг Аррани не услышал. Слух вернулся к нему только в следующие секунды, когда услышал от друга ответ:       — Да, старейшина, это так. Чтобы сразу развеять ваши возможные сомнения, король Асонии знает о нашей связи, и он дал нам своё одобрение.       — В таком случае… — медленно поднялся с места мудрейший. Поставил посох перед собой, положив на него обе руки, и обратил свой взор на дочь короля. — Принцесса Мина. Подойди, встань рядом с главой Аррани. — Девушка на долю секунды обернулась на Коннора, но быстро взяла себя в руки и поняла, что лучше этого не делать и поскорее выполнить просьбу. Когда она встала рядом с Аррани, парень даже не кинул на неё быстрый взгляд, словно был неподвижным камнем. Не то чтобы это расстроило её, ведь она понимала, что сейчас не время и не место для подобного. Скорее это придало ей сил, чтобы выстоять под натиском его подчинённых, его собратьев, которые долгое время значили для него всё. — Скажу Вам прямо: будь Вы обычной девушкой и глава Аррани — рядовым клана, я бы не придавал всему такого пристального внимания. Однако, как Вы сами догадываетесь, ситуация сложилась непростая и неоднозначная. Потому я как человек, равный с главой Огня по статусу, должен убедиться в том, что Вы отдаёте себе отчёт о происходящем. Принцесса, Вы понимаете важность и роль главы Аррани для клана Огня?       — Да, мудрейшество, — не запнулась Мина.       — Глава выделил один очень важный момент до этого — Пророки нашего Сообщества дали Вам позволение влиться в его жизнь. Конечно, я полагаю, что это из-за Вашего статуса. Как Вы могли заметить, при нашей первой встрече я тоже не проявлял различных форм недовольства. Прошу Вас обратить внимание на то, что Пророки обычно не вмешиваются в дела, касающиеся выбранных ассасинами партнёров. Эти вопросы решаются внутри самого клана. К чему я это… — перекинул друг с другом ладони, — по правилам выбранный партнёр члена клана обязан доказать, что достоин быть таковым.       — Глава Аррани говорил мне об этом.       — Значит, эта новость для Вас не нова. Прекрасно. Тогда мне будет легче сообщить Вам об этом.       — Хочу заметить, братья, — тоже поднялся кто-то из старейшин, — что как раз из-за своего статуса принцесса может быть помехой для главы Аррани и его работы.       — Старейшина, не будьте так категоричны… — немедленно заступился блондин, но старший советник не встревал. И потом, у всех было право высказать своё мнение, и соклановцы должны были его выслушать.       — Если вы будете вместе, твой статус может ослабнуть, — продолжал он. — Принимая также во внимание позволение Пророков.       — Соглашусь с братом, — поднимали руки те, кто поддержали его точку зрения. — Мы считаем, что ты можешь быть в отношениях, но только в том случае, если это будет… сестра Мария.       — Старейшины! — подскочила на месте лекарь Огня. — Что вы такое говорите?       Мина по привычке гражданского лица металась взглядом то на советников клана, то на брюнетку, и, наконец, на Аррани. С первого взгляда ассасин держал себя в руках и не выдавал эмоций, но скосившиеся в недовольстве брови и слегка зажатый край губы говорили лучше слов.       — Как верно сказал мудрейший, — развивал мысль старейшина, — если бы принцесса была простой барышней Четвёртого королевства, у нас бы и разговора этого не возникло. Однако в данном положении публично заявляю, что ваш союз затруднителен из-за статусов каждого из вас.       — Хотите сказать, что мною будет труднее управлять, раз я принадлежу к королевской семье? — вдруг разозлилась Мина.       Гильяна в ужасе посмотрела на Арана, словно его поддержка могла что-то изменить или облегчить её состояние.       «Глупая принцесса! — думала ученица главы. — Зачем ты полезла?»       Но это указывало лишь на то, что она переживала за неё, ведь порядки клана ассасинов разнились с устоями жизни обычного гражданина. В это же время Ганз еле сдержался, чтобы не усмехнуться, покрутив головой.       «Девчонка — огонь! Это, конечно, не моё дело, но она уже доказала, что достойна Аррани!»       — Мы проявляли к Вам уважение, принцесса, — настороженно отозвался старейшина. — Позвольте вести себя так же с нами.       — Прошу старейшин продолжать сохранять рассудительность, — разрядил обстановку глава Огня. — Принцесса сказала так, потому что Вы задели её чувства. Я услышал ваши мысли и говорю: нет. Узнаем, что думает сестра Мария, раз вы предлагаете её кандидатуру. Не думаю, — сощурился больше, — что не вовлечённая в это дело сестра так просто пойдёт на ваши условия.       — Мне остаётся только согласиться со словами главы Аррани, — подтвердила Мария. — У меня нет желания изменять выбор главы, поэтому несогласие — мой ответ.       Она никогда не хотела принуждения. Она понимала, что Аррани любит только Мину, поэтому у неё больше не будет шанса на взаимность. Даже если бы что-то подобное случилось раньше, и ей бы предложили такой расклад вещей, она бы всё равно отказалась. Она не могла позволить, чтобы её любовь к Аррани так безжалостно топтали в грязи и неуважении. Это было слишком низко. Нет, она бы никогда не пошла на это. Лучше быть отвергнутой по истинной причине, чем видеть, как он страдает из-за навязанной идеи старейшин. В конце концов, Мария больше не была уверена, что действительно хочет быть с ним. Сердце, пока ещё не совсем уверенно, но шептало ей верный путь, однако оставшиеся чувства по-прежнему затмевали эти позывы из глубины, чтобы она смогла услышать их. Им с Аррани не быть вместе — это факт. И Мария приняла его. Она сильная. Она умела принимать любую правду, даже ту, что причиняла неимоверную боль.       «Когда, как не сейчас, — вдруг подумала лекарь, — наконец, решиться?»       Слова против были озвучены обоими, но окончательную точку поставила принцесса Асонии, ступив на шаг вперёд:       — Уважаемые старейшины клана Огня, — приложила ладонь к груди, откинув в сторону другую руку, тем самым открываясь настолько, чтобы все были уверены в искренности её слов, — я справлюсь с любой задачей, с помощью которой вы сможете принять меня в качестве той, кого выбрал глава Аррани! Я докажу вам, что могу стоять с ним плечом к плечу, и не упаду в грязь лицом, осуществляя это! Только дайте мне шанс и увидите результат!       — Мы больше ничего не можем сделать, если сестра Мария и глава Аррани уверенно заявили о несогласии с предложением собратьев, — заключил мудрейший. — Всё, что остаётся нам, советникам, назначить принцессе испытание, как это обычно и бывает, правда же, братья мои? — Переместил посох в правую руку и смерил всех старейшин вопросительным взглядом. Никто более не решился возражать. — Глава Аррани, — стукнул предметом один раз, — приступай к своим обязанностям, а мы возьмём для себя время, чтобы всё обдумать насчёт принцессы Мины. Это решение устроит всех?       Посох старика издал звук во второй раз. А когда в храме воцарилась тишина единого согласия, он стукнул и в третий раз, завершая собрание.       Снаружи Аррани специально дождался, пока собратья разойдутся по делам, стоя в стороне от входа. Мина, следовавшая прямо за ним, пристроилась рядом с главой. Ей хотелось почувствовать крепкие руки любимого, чтобы он прижал её покрепче к себе и унял дрожь. Принцесса была привыкшая вести разговоры с высокопоставленными людьми королевства, присутствуя на встречах с королём, но старейшины ассасинов — совсем другое дело. Это другие личности, другие порядки и мнения. До сих пор Аррани молчал, хотя прекрасно видел состояние девушки, но не мог ничего сделать, т.к. они были не наедине. По правде, ещё ни одно собрание клана так не выматывало его изнутри. И всё же он не жалел о том, что произошло. Дорога на обратный путь давно ускользнула от него. За этими мыслями его застал старший собрат клана, подойдя, чтобы сообщить ещё об одной вещи. Выразив главе честь, ассасин доложил:       — Глава, о преступниках, что разбойничали по княжествам.       — Удалось добраться до источника?       — Никак нет, глава. Они промчались по королевству так же быстро, как и исчезли. Случай в Саксонии был одним из последних. Дальше — абсолютная тишина.       — Займись распоряжениями для глав княжеств. Нужно убедиться, что нападки действительно закончились. Пусть следят за ситуацией ещё минимум неделю.       — Слушаюсь, глава.       — Спасибо, брат, можешь быть свободен.       Ассасин Огня исчез из поля зрения, и, дождавшись этого, Мина обратила на Аррани заинтересованный взгляд, отодвигая неуёмное волнение в сторону.       — Неужели это обычные воры драгоценностей?       — Пока у меня нет предположений, — убирая пальцы с подбородка, выдохнул глава Огня. — Точно ясно только одно: они охотились за ювелирными лавками. Возможно, искали что-то конкретное…       — Почему ты так решил?       — После инцидента с принцессой Ниной и принцем Зэсли Коннор рассказал мне, что в тот день принц Зэсли заметил у одного из нападавших странное поведение. Как раз с ним принц и бился. Но самое главное здесь то, что тот мужчина не бежал с соучастниками, заинтересовавшись кулоном принцессы Нины.       — Кулоном? — задумалась дочь короля. — Насколько я знаю, Нина сохранила его из-за Раниса.       — Что?! — поразился глава Огня, под натиском импульса отстранившись от балки храма, о которую облокачивался. — Я думал, это её новое украшение, не больше.       — Думаешь, это может быть как-то связано с Шилсой?       Аррани не знал, что ответить. Воспоминания выбросили его к женщине, которая назвалась его родной тётей, но у него вовсе не было желания сейчас думать об этом. Группировка черноволосой женщины подавлена, но главный организатор сбежал. В принципе, слова Асонской могли иметь смысл, но у ассасина не было веских оснований, чтобы думать так. В конце концов, насколько мог судить, Ранис не был в хороших отношениях с Шилсой, поэтому связывать их было неоднозначным решением.       Переключиться ему помог, наконец вышедший Ганз с Арселис, за которыми по-прежнему следовали воспитанники.       — Сейчас вернусь, — быстро бросил он Мине и привлёк внимание Ганза, подзывая к себе, одновременно с этим показав своим ученикам не вмешиваться.       — Чего хочет незаменимый глава Огня? — с усмешкой оскалился ассасин Земли.       — Для начала поставь Арселис на землю.       — Гу, — насупилась девушка, — я хочу, чтобы Ганз держал меня.       — Ги-хи, моя девочка не хочет, чтобы я делал, как ты говоришь, глава. Потерпишь, а?       Аррани прикрыл глаза, сделав каменное лицо, но решил пропустить это мимо ушей. Прочистив горло, перешёл к делу:       — Чисто между нами… Что такого произошло в моё отсутствие, что ты решил вести себя, как благородный рыцарь?       — Тц, — тут же скривился он, обхватив напарницу покрепче, — никогда больше не называй меня так…       — Тебе можно, мне — нет? — состроил обиженную мордашку глава Огня, как незаконно обвинённый рассматривая свои ногти. — Как-то несправедливо получается. Я всё старейшинам расскажу тогда.       — Ты мелкий!.. — было сделал небольшой выпад в сторону парня, выставив несколько пальцев к нему, но Арселис мягко остановила его. Впрочем, Ганз сделал это больше автоматически, чем серьёзно. — Пха-а-а, ладно.       — Ну, и?       — А что, прикажешь, мне нужно было делать? — сделался по-настоящему серьёзным Ганз. — Сестра Гильяна первая соврала, чтобы прикрыть наши с Арселис задницы. Потом и сестра Абби подключилась, хотя склероза я у неё что-то не заметил после стычки с Рамси — я ей лично говорил, что собираюсь поговорить с Иви ещё раз, чтобы хотя бы попытаться отговорить её от глупостей.       — Вижу, прогресс на лицо, — усмехнулся Аррани, похлопав ассасина по плечу.       — Ты это к чему? — скривил губу тот. — Твоя рыжеволосая бестия науськала меня насчёт обращений.       — Спасибо, Ганз. — резко переменился глава. Оба напарника несколько удивлённо уставились на парня. — Это был рискованный поступок во всех смыслах. Мои ребята и Коннор не допустили бы, чтобы Абби и пальцем тронули, но ты успел быстрее всех.       — Не придумай лишнего, — не хотел признаваться себе в очевидном ассасин Земли. — Кто-то должен был наконец заткнуть этих уродцев. Они мне не понравились с самого начала.       — Подумать только… — делая вид, что это слишком низко для истинного ассасина, ворчала Арселис, — так изощряться из-за такой мелочи.       — Арси. — с укором произнёс напарник, выдавая себя с потрохами именно благодаря таким мелочам.       — Ну, что скажешь? — вернулся к обычному себе глава Огня. — Нравится у нас тут?       — Бесит, что приходится плясать под вашу дудку, — нахмурился ассасин Земли. — Впрочем, как будто у нас есть выбор. Если Джейкоб так решил.       — Эй, Ганз! — остановил его словами. — Это не значит, что он плюнул на вас с Арселис, когда Тёмный клан развалился. Вообще-то… — почесал висок пальцем, — это я сказал ему не беспокоиться, потому что сам позабочусь о вас до поры до времени.       — А ты, — уставился на него, грозно сверкнув совершенно безобидными глазами, — бесишь меня больше всех здесь!       Ганз порывался тут же сплюнуть, но он уважал территории этого человека. Аррани хмыкнул и больше ничего не сказал.       «Значит — нравится», — сделал вывод он и попрощался с ними.       Переключился на своих воспитанников и выкинул большой палец вверх, говоря таким образом, что всё в порядке и они могут продолжать миссию. Прежде чем посвятить всего себя планам напополам с Джейкобом, глава Огня имел в голове мысль сделать ещё одну вещь, которая посетила его сегодня во второй раз. Он приметил проходящих мимо Марию с Абби. Обернулся на вход храма старейшин — рядом с Миной появился его лучший друг — и махнул обоим, чтобы шли за ним.       Они снова собрались вместе внутри медчасти на первом этаже. Аррани стал свидетелем сцены, как Абби боролась с Марией за право посвятить самой себе время, чтобы никто её в это время не трогал. К «разборке» подключился и Ки, когда хозяйка подала ему знак вмешаться. Всё это выглядело до боли весело, ведь он ни разу не почувствовал гуляющую в воздухе атмосферу неприязни.       — Абс, — прервал перепалку девушек он, — как ты?       — Что на тебя сегодня нашло? — нахмурилась и отвернулась мессия Добра. — Столько внимания ко мне. Недалеко до того, что я повешусь прям тут.       — Абби! — с высокими, но не злыми нотками в голосе произнесла лекарь Огня.       — Ки, ты собираешься помогать или нет? — настаивала та, в очередной раз делая попытку отойти от своей койки.       Орёл издал фирменный клёкот на всю медчасть, предоставив хозяйке возможность уйти без препятствий — через окно. Но не обошлось и без самого Аррани, который остановил брюнетку, когда та выкинула руку к подруге, чтобы остановить её. Парень покрутил головой в разные стороны.       — Мара, оставь её. — отпустил руку. — Дай ей передышку.       — Я знаю, Ар, — печально выдохнула девушка. — Ничего не могу с собой поделать — волнуюсь за неё.       Мина с Коннором вскоре присоединились к ним, появившись друг за другом.       — Коннорс, — кивнул в сторону открытого окна, где исчезла мессия Добра.       Правая рука главы всё понял и вернулся на улицу.       — Ай-яй, — прицокивала Мария, сложив руки на груди. — Значит, мне говоришь не беспокоить её, а сам что? — чуть изогнула шею, чтобы быть ближе к нему пристальным взглядом.       — Ну-у-у, ах-ха, — неловко положил ладонь ей на плечо, — это всего лишь мелочь, чего ты?       — Ну-ну.       — Выходит… — почесала затылок Асонская, разряжая атмосферу, — мы застряли в ожидании решения старейшин?       — Как ни прискорбно, но это так, — ответил Аррани. — Но могу тебя заверить, что долго это не продлится. Старейшины всегда оперативно находят выход.       — Не думаю, что мою ситуацию можно назвать выходом… — отвела глаза Мина.       — Сильно испугалась?       — Что? Нет! — поспешно замахала руками принцесса. — Просто было непривычно так открыто говорить о нас с тобой, да ещё при старших клана.       — А я тебе говорил: не лезь на рожон! — победоносно задрал подбородок, раззадоривая её.       — Ха! — подключилась Мина. — Да, признаю, что все эти разговоры были для меня непросты, но это потому, что такое со мной впервые. И вообще, — хитро прищурилась, подойдя к нему ближе, — ты сам-то стоял, как молчаливая ры-ы-ыба.       — Не трогай святое, — с задором приятной перепалки скалился глава, в ответ приближаясь к ней.       — Аррани! — вдруг вырвалось громкое от Марии. Оба вмиг замолчали и посмотрели на девушку в недоумении. Сначала лекарь растерялась от собственной смелости, но больше не могла отступить назад. Она взялась за край балахона парня и проговорила: — Мне нужно с тобой кое о чём поговорить. — скосила взгляд на принцессу. — Наедине.       Парочка ещё раз заинтересованно переглянулась. Можно сказать, уже привычная для них небольшая стычка облегчила душу Асонской, потому как она чувствовала себя гораздо лучше, нежели минут десять назад. Сердцебиение установилось на ровной отметке, а настроение хорошенько скакнуло вверх. Так, Аррани с радостью отметил, что возлюбленную можно было оставить на какое-то время. В какой-то степени она была не против побыть одной, чтобы всё для себя обдумать, уже в другом настроении. Не дожидаясь намёка или каких-то слов парня, Мина взяла всё в свои руки и сказала:       — Я тут пока приберусь, — нарочито мило принялась застилать постель Абби, — а то беспорядок — это нехорошо.       Намёк девушки облегчил задачу обоим, и они вышли из медчасти.