The Midnight Sky

«Итак, эта организация…» «Мафия». «Верно, мафия надеется сформировать тайное общество с людьми, одарёнными...» «Пламенем Посмертной воли». «…Пламенем Посмертной воли, похищая людей, способных на такие подвиги?» Вопрос Джагера звучал нелепо, и Джек, очевидно, думал так же, но скованно кивнул. «И они действительно ожидают, что это сработает?» «Да». Честно говоря, Бермуда чувствовал, что должен быть озадачен, но, припоминая его послужной список в Тайном обществе, охотно открывшем двери в его одиннадцатилетие, он не удивлён. Создание мафии, многочисленные попытки похищения или прямого убийства, предположительно, тайные магические силы и целое общество, которое знало об этом задолго до него — почему, чёрт возьми, нет? Это просто его своеобразная удача. По крайней мере, Джек, наконец, решил добровольно сказать правду вместо воды, чтобы какой-то Тёмный Лорд с приспешниками внезапно появился на их пороге. «..а Лорд Бермуда — Небо?» «На самом деле Облачное Небо». «Есть какая-то разница?» «Один из элементов главный». Что ж, по крайней мере, реакция Джагера была хорошей: даже если он казался немного скептичным, он не попытался сразу запереть его в хранилище, что Бермуда счёл победой.

***

Если честно, Джагер считал Джека сумасшедшим. Тайные общества, Мафия, суперсилы, Облачное Небо, Дождливые Облака, Ураган, Гармонизация. Всё это было похоже на что-то из остросюжетного романа или сказки. Тем не менее, его Лорд, казалось, серьёзно отнёсся к разговору, и сам Джагер не смог уловить ни капли лжи в словах рыжего, только предупреждение о быстро нарастающей угрозе для него. В конце концов, если он правильно понял Джека, новая организация была нацелена на Небеса и Облака или кого-то ещё, Лорд был Небом, и притом могущественным. Они уже неоднократно пытались заполучить младшего; было невозможно предсказать, когда они потеряют терпение из-за постоянных неудач и, так сказать, улучшат свою игру. Если он правильно истолковал слова Джека, единственное, что могло спасти его Лорда, - некая мифическая магическая «Гармонизация», которая обеспечит того Хранителями. Очевидно, чем больше Хранителей, тем в большей безопасности был бы Лорд, но он не мог заставить Бермуду гармонизировать с кем угодно, и в данный момент являлся единственным Хранителем. Наверное, он мог бы просто запереть Бермуду в безопасном месте, например, хранилище с мягкими стенами? Тогда не было бы необходимости в Хранителях — Бермуда не нуждался в ком-то ещё — поскольку Лорд был бы в безопасности и вне чьей-либо досягаемости. Тем не менее, Джагер знал, что если действительно так поступит, то только расстроит Лорда, даже если у него самые лучшие намерения. Его Лорду никогда не нравилась идея заключения, и он крайне ненавидел, когда кто-то использовал рассуждение о Высшем Благе. Тёмноволосый подросток тяжёло вздохнул и перевёл взгляд с фигуры Джека на задумчивое выражение лица Лорда. Он знал этот взгляд — Джагеру до сих пор снились кошмары, причиной которых был подобный взгляд — ничего, кроме неприятностей, никогда не следовало за ним. Постепенно взгляд остановился на багровых глазах Джека, младший подросток был Ураганом, так что, возможно, он мог бы завербовать его в качестве помощника по сохранению Лорда живым и невредимым. Разделить безумие и всё такое. «Поздравляю с новой работой, Джек». «Спасибо те… Подожди ... Что?!» Не в первый раз Джагер задумался, как это на самом деле стало его жизнью. В конце концов, золотоглазый подросток уверен, что никому другому не приходилось мириться с безумием, с которым он сталкивался ежедневно.

***

«Ураган всегда занимает место правой руки!» «Не в этом доме!» Бермуда не мог не вздрогнуть, когда громкий грохот с последовавшим красочным набором слов достиг его ушей. Джек, по всей видимости, был тайным мазохистом, поскольку у рыжего не было никакой другой логичной причины постоянно спорить с Джагером по поводу назначенных должностей. Честно говоря, можно было подумать, что после того, как им пробили стену, — в шестнадцатый раз за последние полчаса — подросток сдался бы или, по крайней мере, осознал, что Джагер — садист, получающий слишком много удовольствия от пыток, — извините, он имел в виду обучение. Может, он мог бы уйти? Ещё не поздно, правда? Изумрудные глаза посмотрели на окно, — расстояние в два этажа не было таким уж большим… Верно? — когда звук разрушения приблизился к его спальне. Одиннадцатилетний мальчик медленно встал и бесшумно направился к окну и, в свою очередь, освобождению. «Бермуда, если ты сделаешь ещё один шаг к этому окну, я выломаю его!» Только для того, чтобы замереть, когда неумолимый голос Джагера раздался с нижнего этажа. «Ха! Угроза Небу доказывает, что ты недостоин быть правой рукой!» Треск! Бермуда услышал, как внизу что-то разбилось, а следом послышался голос Джагера. «Подчиняться каждому его желанию — значит, баловать его, а не доказывать свою позицию, болван. Я правая рука Бермуды, всё, что я делаю, делается ради него, а не ради тебя». Не в первый раз Бермуда задавался вопросом, как это стало его жизнью. Ну, пострадает или нет, он готов рискнуть своими конечностями в попытке избежать безумия, медленно приближающегося к его позиции. Хлопок! Дверь спальни врезалась в стену, когда Джек бросился к нему. «Лорд Бермуда, скажи Джагеру, что я правая рука». Только он так и не вошел в контакт, поскольку цепь вылетела из коридора и обернулась вокруг голеней Джека, лишая того равновесия и вынуждая рухнуть на пол. По какой-то причине Бермуде развернувшаяся сцена пугающе напомнила один из тех фильмов ужасов, которые Дадли, казалось, всегда смотрел, — несмотря на то, насколько сильно был напуган, — когда Джека медленно вытащили из комнаты, — оставив довольно впечатляющие следы от ногтей и, возможно, пару ногтей на дереве — в темноту, где поджидала пара пылающих глаз. «Приношу извинения за то, что позволил ему побеспокоить вас, — раздался голос Джагера из тьмы. — Пожалуйста, продолжайте заниматься оформлением документов, лорд Бермуда». Бермуда вздрогнул, когда дверь захлопнулась, а затем раздался пронзительный крик. Он не видел Джека в течение недели после инцидента а когда, наконец, встретил, у другого был затравленный взгляд, и он вздрагивал каждый раз, когда Джагер небрежно произносил слова: «Правая рука». Бермуда никогда не набрался бы смелости спросить, откуда именно Джагер взял цепи, вместо этого мысленно поместил вопрос в файл «Не хочу знать», пытаясь применить Обливиэйт к самому себе. Он попытался только один раз, и всегда отрицал крик, сорвавшийся с его губ, когда цепи сумели заблокировать заклинание, замотав с головы до пят.

***

Его Лорд был несчастен, это было болезненно ясно в глазах Джагера, пока он наблюдал, как маленькая фигура пытается зарыться глубже в шелк и лоскутные одеяла. Однако Джагер не мог обвинить никого другого, ведь он оставил Джека заботиться о младшем. Это была его ошибка. Он должен был знать, что Джек не может позаботиться даже о золотой рыбке, не говоря о реальном ребёнке. «Ты не можешь кормить Лорда Бермуду подобной гадостью». Золотые глаза подозрительно сузились при взгляде на фиолетовый комок, который был попыткой рыжего «готовить», хотя в последний раз, когда Джагер следил за процессом приготовления пищи, не предполагалось, что он будет испускать зловонный дым, который буквально убьёт близлежащие растения; не говоря уже о движении. Собственно, комок также не должен был мерцать. Слава богу, он вернулся до того, как чудовище покинуло кухню, или, как опасался Джагер, к его возвращению Лорд уже, возможно, был бы мёртв. Багровые глаза недоуменно моргнули, глядя на тёмноволосого подростка. «Почему? В этом нет ничего плохого. Это одна из моих лучших попыток на сегодняшний день». Забудьте об уходе за золотой рыбкой. Джек явно не заботился даже о себе. «Джек, — Джагер сохранил спокойствие в голосе, встретившись взглядом с собеседником, говоря медленно, как с ребёнком, — оно буквально сползает с тарелки». «Подожди, что? Черт побери, я же сказал тебе оставаться мёртвым!» Джагер медленно вышел из комнаты, пока Джек пытал разумную — если это вообще возможно — еду (?) с помощью деревянной разделочной доски. Звук разрушения и проклятий последовал за подростком, когда он повернулся к ближайшей горничной. «Имельда, пожалуйста, отправьтесь в город и купите Лорду Бермуде немного супа. Я считаю, что кухня вышла из строя на сегодня, а, возможно, и больший срок, в зависимости от того, насколько серьёзно заражение». Джагер, не дождавшись ответа, быстро вернулся в спальню своего Лорда и заперся изнутри. Он решил игнорировать крики — которые звучали весьма подозрительно похоже на голос Джека — «Джагер, помоги мне! Он мутировал!» и «О Боже, это пытается меня съесть», звучащие из кухни, в пользу бдения у постели Лорда. Это была дилемма Джека, а не его.

***

Если бы можно было умереть от смущения, Бермуда уверен, что упадёт в обморок в любой момент. «Джагер, я когда-нибудь говорил, как сильно тебя ненавижу?» Весёлые золотые глаза смотрели на ребёнка с выражением, которое многие сочли бы невинной наивностью, но Бермуда знал лучше, видел демоническое удовлетворение в этих глазах. «Это просто картина, Лорд Бермуда. Каждая семья заказывает одну». Причина смерти Бермуды не картина, а скорее то, к чему подводил Джагер. «Тогда почему я в платье?» Розовое, вычурное, — прямо из его худших кошмаров — платье с симпатичными бантиками и лентами там и сям, предостаточным количеством оборок и шнурков, чтобы подпитывать кошмары на протяжении веков; горы блеска, которые, как он знал, будут держаться месяцами, чулки в виде бутонов роз и, вероятно, худшее из всего: высокие каблуки. Если бы не поддерживающая рука Джагера на его плече, Бермуда не сомневался, что несколько раз поприветствовал бы пол, будучи одетый в это время в продукт Дьявола. Конечно, если бы не рука Джагера на его плече, Бермуда сбросил бы туфли и сбежал. «Потому что вы испачкали свой костюм в припадке детского бунта, Лорд Бермуда. Платье всё, что осталось». Хотя Джагер, возможно, звучал извиняющимся, Бермуда знал, что старший подросток совсем не был таким. Слова Джагера были подлой ложью, поскольку шкаф младшего — полный свежих чистых костюмов — находился прямо вверх по лестнице. На то, чтобы переодеться, не потребовалось бы и пяти минут, но Джагер не допустил этого. «Я уверен, что вы постараетесь быть более осторожным в будущем». Бермуда не мог не задрожать от острой улыбки и садистского блеска в золотых глазах другого. Безмолвная угроза настолько очевидна, что Бермуда уверен: даже мертвец может её распознать. «Не волнуйтесь, милорд. Платье настолько вам подходит, что никто не поймёт, что вы не маленькая очаровательная девочка». Бермуда буквально слышит, как разбиваются потрёпанные остатки его гордости, словно битое стекло, от благонамеренных, но совершенно очевидных слов Джека. Джагер пытается заглушить хихиканье, но Бермуда слышит, как смех эхом отдается в голове вместе со словами Джека, ясными как день. «Что ж, Джек, — он тянет имя собеседника, светящиеся изумрудные глаза смотрят прямо на рыжего, — если тебе так нравится, почему бы нам не купить платье и тебе. Я уверен, что Джагер сможет найти для тебя подходящее по размеру». «В-в этом нет нужды, милорд. Я бы не хотел беспокоить Джагера…» «О, это не проблема, Джек, — есть что-то пугающее в растущей ухмылке в голосе Джагера и в мягком тоне. — Собственно говоря, у меня уже есть одно для тебя». Подросток быстро развернулся, — без сомнения, полный намерения сбежать, — но не успел сделать и шага, как тишину разорвал голос Бермуды. «Ступефай». Когда художник, наконец, прибыл, Джагер единственный человек, оставшийся в заранее подобранном наряде. Мужчина не стал спрашивать, откуда взялись две дочери. В конце концов — ничто из того, что делали аристократы, никогда не имело смысла — ему заплатили за то, чтобы он нарисовал семейный портрет, а не занимал время, задавая вопросы. Когда портрет, наконец, был готов, Бермуда спрятал свою копию в закованном цепями сундуке на чердаке. Джек сжёг при первой же возможности. Что касается Джагера — он повесил собственную копию портрета над каминной полкой в своей спальне, чтобы каждый, кто входил, мог её увидеть. Никакие просьбы, мольбы, подкупы или угрозы не убедили снять картину. Если уж на то пошло, Джагер только приглашал в комнату больше людей, — даже самых маленьких, — чтобы похвастаться.