The Midnight Sky

Это было похоже на просмотр плохой комедии.

Бермуда присутствовал там, когда Гарри Поттер умер, он сидел на плече Джагера, когда двое Виндиче наблюдали за происходящим, подобные призракам из теней. На самом деле очень печально, что когда-то это было самым тяжелым сражением, с которым он когда-либо сталкивался — что когда-то он боялся этих трусов, как ещё можно назвать взрослых мужчин и женщин, напавших на школьников? — в своей жизни. Но сейчас это не имело значения. Изумрудные глаза наблюдали за вступившим в бой Орденом. Гарри Поттер приближался к концу последнего акта собственной пьесы. Бермуда видел, как Сириус немедля направился к Гарри, отбиваясь от любого, кто осмеливался встать у него на пути, прежде чем встал между ребёнком и Беллатрикс. Гарри Поттер пройдёт сквозь Завесу. Даже если Бермуде придётся самому толкнуть его. Но этого не требуется: всё разворачивается в полном соответствии с его воспоминаниями. Сириус, который никогда не был похож на своего тезку, даже в бою не мог не насмехаться над Беллатрикс. «Давай, у тебя получится лучше». И она делает лучше. Бермуда слегка приподнял шляпу, наблюдая, как проваливается в Завесу ребёнок, которым он когда-то был. Рядом с ним Джагер наконец задаёт вопрос, звучащий шёпотом в окружающем Хаосе. «Ты когда-нибудь сожалел?» Он нисколько не удивлен, что Джагер понял, почему он так вкладывался в выживание Гарри Поттера до этого момента, их маленький друг не мог этого видеть, Бермуда позволяет мягкой улыбке расплыться на лице. «Никогда». И ответ правдив, Бермуда не сожалел о том, — что без раздумий бросил тех, кто называл его Спасителем и другом, — что оставил прошлую жизнь. Он с радостью сделал бы это снова, если бы судьба предоставила такую возможность. «Хорошо. Если бы ты колебался, я бы сам бросил ребёнка в Завесу». И Джагер, честно говоря, поступил бы именно так, потому что Бермуда не единственный эгоистичный Виндиче в комнате. После появился Дамблдор в водовороте ослепляющих красок и бушующей магии, вероятно, надеясь спасти своего протеже, Золотого мальчика. Спасти ещё раз, но слишком поздно. Бермуде не нужно смотреть дальше… «Пойдём, Джагер». …В конце концов, теперь, когда Гарри Поттер «мёртв» и его будущее/прошлое в безопасности, Бермуда наконец-то могут умыть руки с этим магическим сообществом.

***

Бермуда, с ужасом читая отчёт, почти слышал, как нахальный негодяй смеётся над ним. Он задавался вопросом, почему Джагер просто уронил документы на стол вместо того, чтобы по обычаю отчитаться устно, но теперь... Теперь Бермуда знал. Трое сыновей Ноно Вонголы были убиты руками конкурента — что довольно банально — Семьи. Занзас не мог вступить в наследство из-за Магии крови на Кольце Вонголы, — сотворённой собственными руками Бермуды после небольшого конфликта, в результате которого было затоплено несколько островов, — что означало... Савада Тсунаёши станет Дечимо Вонгола, поскольку он был последним кровным родственником дерзкого мальчишки. Хуже всего, по мнению Аркобалено Мрака, Вонгола наняла Реборна для обучения брюнета. Бермуда клялся, что видел призрачный образ нахального негодяя, смеющегося над ним. Может, им удастся колонизировать Луну? В конце концов, теперь, когда эти двое встретились, исчезновение Земли, которую можно назвать домом, лишь вопрос времени. Тихо застонав от горя, Бермуда позволил бумагам упасть на стол. Он был слишком трезв, чтобы думать о том, как справиться с надвигающимися неприятностями. Может, Джагер не будет возражать против собутыльника — совершенно очевидно, куда его верный компаньон сбежал после написания отчёта — на ночь? Если нет, то золотоглазому мужчине просто придется смириться, поскольку Бермуда отказывался продолжать читать бумаги, если не будет абсолютно пьян.

***

Бермуда впадал в состояние «спячки» примерно каждые два столетия. Именно в это время залы Вендикаре погружались в жуткую тишину, поскольку обычно непредсказуемые Стражи становились серьёзными и осторожными. Те, кто находился в заключении внутри тюремных стен достаточно долго, узнавали знаки и изо всех сил старались держать голову опущенной до тех пор, пока не пройдёт «Morto di Notte»» — как назвал его один из старейших заключенных. Новые заключенные, никогда не сталкивавшиеся с подобным происшествием, быстро учились делать то же самое. Пока Бермуда спит, Джагер контролирует и Виндиче, и всё, что происходит в стенах Вендикаре. Как долго он пробудет на данной должности, зависит исключительно от продолжительности сна Аркобалено Мрака. Иногда сон длился не более пары лет, а иногда Хранитель Виндиче спал десятилетиями. Если Джагер будет честен, это были самые одинокие периоды времени в его не-жизни. Независимо от происходящего, его Лорд всегда был с ним — младший сидел на его плече, пока ноги несли их дальше в будущее — и не ощущать знакомой тяжести... Это было мучительно. Тем не менее, все, что он — все они — мог сделать, ждать и оставаться бдительным, на случай, если кто-то попытается использовать период спокойствия против них. Прошёл год, потом второй. Они поймали беглеца; Рокудо Мукуро и его сообщников после драки между будущим Дечимо Вонголой, тело которого фиолетоволосый подросток планировал украсть. Тсунаёши ещё раз доказал, что очень похож на Джотто, тщетно пытаясь спасти нападающих из их залов. Третий пролетел в мгновение ока. Рокудо Мукуро попытался сбежать из Вендикаре с сообщниками. Поскольку их побег был самым интересным событием с тех пор, как Бермуда погрузился в сон, они позволили им добраться до ближайшего площадки, прежде чем стать серьёзными в попытках схватить зачинщика. Если они схватят Мукуро, его друзья в конечном итоге вернутся в попытке спасти его. Затем пришло Будущее, которого никогда не было. Золотоглазый Виндиче не совсем понял, как они смогли запомнить ту временную шкалу — хотя подозревал, что это как-то связано с их положением экс-Аркобалено, Пламенем Мрака, которое поддерживало их жизнь, и абсолютным ужасом, затопившим их, — но они помнили. В конце концов, для Виндиче было невозможно забыть ужас, растекшийся по венам, когда они осознали, что сон Бермуды больше не был естественным и что внешний источник пытался убить их Небо, даже не находясь рядом. Сам Джагер мог вспомнить, как провел бесчисленное количество ночей на стороне Лорда, когда здоровье Аркобалено Мрака пошло на убыль. Он мог вспомнить бесчисленные ночи, когда строил антирадиационную камеру, спроектированную Большим Пино, и помнил, как поместил внутрь своего спящего Лорда, чтобы обезопасить его. Был просто еще один день — попытка присмотреть за Лордом, потерпев неудачу с Пламенем Мрака — когда до них дошла весть: Аркобалено умирали. Что-то быстро их убивало. В конце концов, его Лорд остался единственным — Солнце Бермуды исчезло, и Джагер был только благодарен за неестественный сон другого, защитивший от ответной реакции — но Виндиче не осмелились покинуть его. Вместо этого Алехандро послал одну из любимых Пряничных кукол шпионить за источником проблемы. Затем из ниоткуда появились живые Тсунаёши и ещё один Реборн, но моложе; их прошлые «я» были вынуждены переместиться в будущее. Оказалось, что Тсунаёши действительно похож на Джотто. Джагер просто знал, что ему будут сниться кошмары, особенно когда обнаружил, что часть Джотто, спящая внутри кольца, проснулась. Мысленно золотоглазый Виндиче уже представлял застенчивых Тсунаёши и Джотто, пытающихся объяснить новую глобальную катастрофу. В конце концов, Кольца Маре были запечатаны — и украдены посреди ночи, чтобы заменить их на подделки. В то время как оригиналы заперли в сейфе, заковали цепью и бросили под воду, в самой глубокой области океана, — в то время как Бьякуран находился под постоянным наблюдением. Только поэтому Бьякуран не присоединился к своим драгоценным кольцам, но если бы Виндиче поймали его в одиночестве, пощады не было бы. Будущее, которого никогда не было, забыли почти все, кроме горстки людей. Лорд Бермуда продолжал спать. Джагер был с Джеком и Маленьким Джиа, объясняя потомкам Джотто и Козарт клятву, которую их предки дали друг другу — он знал, что она вернется, чтобы укусить их, — когда почувствовал это. Честно говоря, если бы золотоглазый мужчина не ждал этого так долго, он никогда бы не ощутил небольшой сдвиг в глубине души, который сообщил ему о том, чего он так долго ждал. Бермуда наконец проснулся.

***

У Бермуды нет сомнений, что Савада Тсунаёши — клон нахального паршивца. Никто другой не мог вызвать столько головной боли. Клятва была нарушена — во второй раз. Он знал, что однажды она вернется, чтобы укусить их — благодаря манипуляциям бродячего ананасового привидения: Деймона Спейда. По крайней мере, на этот раз дух, наконец, двинулся дальше. Бермуда стал весьма раздраженным из-за того, что ему приходилось сражаться с ним каждые два столетия с тех пор, как Джагер убил... Он имел в виду, как с другим произошёл несчастный случай. Хотя, в конце концов, Виндиче не арестовали проигравшего. По какой-то причине его Стражи буквально бросили их в червоточину, когда Бермуда встал, направляясь в офис, чтобы заполнить необходимые документы для новых заключенных, прежде чем его затащили обратно в кучу тел. Честно говоря, они никогда не были так ласковы, когда он выходил из обычной спячки. Что-то случилось? Джотто и его Хранители превратили свои кольца в вместилища душ — очевидно, они были всего лишь крестражами, если убили кого-то заранее — и теперь их духи появлялись слева и справа. Он всегда знал, что дерзкий мальчишка найдет способ и дальше терроризировать его из могилы. Может быть, пришло время научиться проводить экзорцизм? Затем был Джагер, категорически отказавшийся позволить Бермуде покинуть его плечо по какой-либо причине... Не то чтобы чиби с изумрудными глазами возражал, плечо Джагера было его любимым насестом, одновременно удобным и безопасным. Тем не менее, трудно работать с документами навесу, а не за столом. Тем не менее, все его Хранители казались счастливее, когда он оставался на плече, поэтому Бермуда полагал, что мог приспособиться. Хотя ему очень хотелось, чтобы они перестали смотреть, словно ожидали, что он потеряет сознание в любую минуту.

***

«Я чувствую себя нелепо». И, наверное, также выглядит. Если честно, Бермуда не большой поклонник танцев, он всегда чувствовал себя неуместным и неуклюжим. Единственная причина, по которой он согласился учиться, заключалась в том, что Джагер постоянно беспокоил его, говоря: «Практика ведет к совершенству». Хотя с тех пор, как Бермуда стал Аркобалено Мрака, они сделали все возможное, избегая таких «занятий», и не зря. Джагер был добрых семи футов, а он сейчас едва достигал двух. Джагер всегда был выше Бермуды, но это было просто смешно. «Ерунда, — привлек внимание мягкий голос, — у тебя отлично получается». Они, вероятно, были посмешищем: семифутовый мужчина низко присел, чтобы держать забинтованные руки двухфутового «ребёнка», стоящего на его ботинках, в насмешке над танцем. «Я даже ничего не делаю». Это была правда, самое большее, что он делал, держал Джагера за руки, в то время как партнёр скользил под мягкую музыку вальса, заполнившую пустую комнату. Золотоглазый мужчина тихонько усмехнулся, его глаза искрились весельем. «Ты пытаешься. Это больше, чем делает большинство, и более чем достаточно для меня». Хотя Джагер не мог увидеть из-за бинтов, Бермуда чувствовал, как лицо покраснело. Слегка сжав руки мужчины, изумрудноглазый чиби фыркнул. «Просто... Скажи мне, что делать дальше». Бермуда упрямо притворился, что не слышал смеха партнёра.

***

Иногда легко забыть, что Джагер — садист высшей степени, а иногда... Ну, это было настолько очевидно, что было больно. Обычно для тех, кто привлекал его внимание в определённое время. Хоть убейте, Бермуда не понимал, что так разозлило золотоглазого мужчину. В ту ночь Аркобалено Мрака ничего не делал, просто посетил новую кондитерскую и насладился моментом покоя, пока не появился беловолосый подросток с цветом глаз, похожим на лунный свет, и татуировкой под правым. Бермуда мгновенно понял, кто он такой. В конце концов, его работа заключалась в том, чтобы знать всех в мафии. Бьякуран, глава семьи Мильфиоре. Любил зефир, но ненавидел торт, обычно заказывая тот только с целью съесть с него зефир. «Не возражаете, если я присоединюсь к вам?» Он не возражал. За столом много места, и Джагер был пока занят. «Место свободно», — улыбка мужчины с серебряными глазами во многом напоминала чеширского кота. Удивительно, но они действительно прекрасно поладили, заключив молчаливый договор: Бермуда не касается зефира, пока Бьякуран не касается торта. Для них обоих это был беспроигрышный вариант. В конце концов, они заговорили — Бермуда помнил обсуждение возможности приготовления торта только из ассорти зефира, — а потом появился Джагер. Поначалу Виндиче был очень взволнован — если не доволен, Бермуда, наконец, предприняли попытку познакомиться с кем-то за пределами залов Вендикаре — пока не рассмотрел, с кем был Аркобалено Мрака. Один взгляд. Один взгляд — вот и всё, что потребовалось, чтобы знаменитое спокойствие Джагера разбилось вдребезги, словно хрупкое стекло. Бермуда не совсем понял, что произошло: в один момент он сидел за столом в кондитерской, а в следующий — оказался снаружи, в слишком крепкой хватке, пока магазин горел в злобном Пламени Мрака. «Джагер, что только что произошло?» Позже Бермуда будет сожалеть, что не держал рот на замке, когда Виндиче наблюдали за побитым Лордом, убегающим от разъяренного Джагера. Никто не осмелился заговорить, опасаясь вызвать гнев золотоглазого мужчины и получить дополнительные боевые «уроки» — кашель, полное и абсолютное избиение, кашель.