The Midnight Sky

Lucky Guard: В конечном счёте. Может быть, после Битвы Представителей. Виндиче будут выглядеть живыми, как и до проклятия, но всё равно будут прокляты до такой степени, что не постареют, и могут быть технически классифицированы как нежить, если кто-то рискнёт проверить сердцебиение. У Бермуды уже есть Туман. Ещё с тех пор, как был Гарри, хотя он и не осознавал этого. Бермуда выжил благодаря смеси его наследия: у него было два типа Пламени, и как только один вырвали, магия вырвалась на волю. Sakura Lisel: Вероятно, через пару месяцев или год после Битвы Представителей, хотя и не через письмо. В то время как Джагер мог бы, Бермуда не отвечает на почту, поэтому она никогда не доходит до него. Особенно письма из магических сообществ. Одно слово: Бьякуран. Хотя это не было свиданием для Бермуды, он просто нашел Приятеля-по-поглощению-сладостей, который не будет пытаться съесть его торт.

***

«Это шутка, да? — Хранитель Виндиче не мог не спросить, хотя видел по решительному блеску в золотых глазах, что явно было не так. — Джагер, ты ведь понимаешь, что технически я двухлетний ребенок, верно?» «Да, Лорд Бермуда, — подтвердил золотоглазый мужчина, слегка изменив позу. — Итак, у меня уже есть для вас оправдание». «Ой?» «Ты карлик». «Карлик...» — не в первый раз с начала разговора, Бермуда беспокоился за рассудок старшего. Хотя волшебники могли принять его за карлика — хотя любой, кто на самом деле видел их, понял бы, что это не так, — «нормальный» мир никогда даже не согласился с этим утверждением. «Джагер, мне нужен честный ответ. Ты снова воровал растения Маленького Джиа?» Собеседник нахмурился, сжав губы: «Лорд Бермуда, я серьёзно». «Я боялся этого». По крайней мере, в случае воровства растений можно было списать идею на галлюцинацию, вызванную ядом, но, очевидно, нет. Если честно, Аркобалено Мрака не возражал против празднования годовщины — у них никогда не было настоящего медового месяца — но была причина, по которой они отказались от морских путешествий. Пронзительные крики и тяжёлый чёрный дым наполнили воздух, пока огонь распространялся по кораблю, пассажиры и члены экипажа объединились, вооруженные всем, похожим на оружие, пытаясь спасти «младенца» от «живых мертвецов», которые держали малыша в «заложниках», никогда не позволяя ему покидать плечо существа. «Джагер, если бы я согласился с этой идеей, куда бы мы пошли?» Нормальные люди всегда предполагали худшее и не могли следовать простому приказу «Не беспокоить», поэтому дела в гражданской части мира всегда заканчивались полной катастрофой. Лично Бермуду обвиняли в том, что фаза зомби-апокалипсиса, казалось, застопорилась в гражданском мире. Мир мафии не был вариантом, — в тот единственный раз, когда они ступили на остров, место опустело за считанные секунды, — в мафии не было места. Дерзкий мальчишка однажды пригласил их на рождественскую вечеринку, и, поскольку в тот момент им было нечем заняться, они согласились. В момент их прибытия раздались крики, выстрелы, взрывы и начался хаос, в результате некогда величественный бальный зал превратился в груду обломков, где остались только они сами и Джотто. Нахальный мальчишка засмеялся, застенчиво потирая затылок, прежде чем одарил их широкой улыбкой. «Полагаю, это означает, что мы получим все подарки». Затем был волшебный мир, отреагировавший на них так же плохо, как и мафия. Заклинания озарили воздух, когда несколько храбрых душ остались на месте, в то время как другие бегали вокруг, крича, похожие на обезглавленных куриц. «Я приобрёл нам частный остров». …Что?

***

Если Джагер будет честен, он думал, что хорошо спланировал их годовщину, — учитывая тот факт, что он был живым трупом, а Бермуда оказался заперт в ловушке двухлетнего тела — хотя его плану и не доставало романтики в понимании большинства женщин, — и некоторых мужчин, — но для них этого было достаточно. Это был тропический остров, покрытый в основном густым лесом, с небольшим коттеджем на расстоянии в добрую четверть мили. Честно говоря, ничего особенного, но он был тихим и уединенным, поэтому можно было снять бинты, и некому было кричать при его появлении. Приятно было снова почувствовать солнце на коже. Они не держались за руки и не гуляли по пляжу исключительно под лунным светом, не читали стихи о вечной любви, вместо этого, оказавшись на острове, Джагер поднялся с Бермудой на плече на утёс — воспользовавшись моментом, чтобы полюбоваться красотой водопада, падающего в озеро, плющом и цветами, росшими на краю, — прежде чем бросил своего Лорда в сверкающее голубое озеро внизу. Золотоглазый мужчина мог видеть, как нечеловеческие изумрудные глаза расширились, когда внезапное движение вырвало Лорда из мыслей. «Джагер!» Всплеск! Он не мог не рассмеяться. Это не имело значения, когда его Лорд наконец вынырнул — каким-то образом младший обзавёлся морскими водорослями со мхом вместо волос и морской звездой в качестве татуировки. Детское лицо сморщилось, чиби с изумрудными глазами выплюнул рыбу, прежде чем повернулся в его сторону. «Агументи!» — искрящаяся вода водопада, казалось, бросила вызов силе тяжести, поднявшись в виде драконов-близнецов и бросившись на него. Дерьмо. Бермуда продолжал обвинять его в жульничестве, поскольку темноволосый мужчина использовал Пламя Мрака, чтобы ускользнуть, прежде чем удар достиг цели. Хотя двое действительно наслаждались своей годовщиной, по возвращении домой они столкнулись с одной проблемой… Изумрудные глаза медленно моргнули один раз, затем дважды — словно реальность внезапно изменится и отменит то, что разворачивалось перед ними, — к сожалению, такой благодати не существовало. «Мы можем вернуться?» Бермуда не мог не задуматься об этом, глядя на пылающий ад, когда-то бывший тюрьмой Вендикаре. Джагер, не колеблясь, открыл червоточину обратно на их остров. Конечно, Вендикаре могла продолжить работать без них ещё шесть месяцев.

***

Битва Представителей Радуги. Королевская битва между представителями всех Аркобалено. Аркобалено, представители которого выигрывают турнир, получит освобождение от проклятия Аркобалено или, в случае Аркобалено Неба, снятие проклятия, резко сокращавшего продолжительность жизни. Абсолютный обман. Хотя Шахматноголовый назвал это свободой, Виндиче знали лучше. Турнир был еще одним способом собрать Аркобалено вместе, чтобы существо могло украсть Пламя, пустышки и жизни Аркобалено нынешней эпохи. Человекоподобное существо наконец выползло из-под камня, чтобы сделать ход. Обычно трусу всегда удавалось сбежать, но на этот раз Бермуда не позволит ему ускользнуть. Несмотря на все усилия, они никогда не успевали вовремя — всегда слишком поздно, — но на этот раз всё будет иначе. На этот раз они будут участвовать в качестве восьмой — не объявленной и незапланированной — команды. На это раз он рискнёт Пламенем Мрака и самой своей жизнью, потому что, если Монстр победит, Бермуда не останется в живых во второй раз. Хотя для того, чтобы план Аркобалено Мрака сработал, им сначала нужно было приобрести несколько часов Босса — и, возможно, чудо, которое действительно позволит Виндиче, особенно Джагеру, согласиться с его самоубийственным планом, — у одной из участвующих команд. После просмотра счета Бермуда в конечном итоге остановились на команде Черепа, — Аркобалено Облако, по слухам, был бессмертным, — которой каким-то образом удалось сохранить всех участников, несмотря на то, что самым сильным из них был Дечимо Шимон. Бермуде потребовалось три дня бесконечных споров, заверений и компромиссов, прежде чем Хранители Аркобалено Мрака успокоились — и прекратили попытки запереть его в хорошо защищенном, обитом войлоком подземелье в красивой белой рубашке — в достаточной степени, чтобы на самом деле позволить Хранителю Виндиче подробно объяснить план. Некоторые детали были жестоко отвергнуты, прежде чем Джагер составил новый план, включив первоначальный замысел Бермуды по самостоятельному сбору часов. Бермуде строго запретили оставаться в одиночестве, независимо от его попыток узнать причину, — бесчисленные глаза наблюдали за ним, словно ожидали, что он исчезнет, если они хотя бы моргнут, — до такой степени, что Джек действительно попытался схватить Аркобалено Мрака, застав его в залах Вендикаре без Джагера. Бермуда знал, знал, что ему чертовски не везёт, но всё было не так уж плохо, верно? Видимо, было. Мозговое вещество Череп-куна даже не высохло на бинтах его руки — хотя он хотел бы, чтобы до этого не дошло, Бермуда хорошо знал тип Черепа, поскольку Гарри Поттер был вырезан из той же ткани, Облако не сдалось бы, независимо от того, насколько мрачны шансы, и скорее разбил бы собственные часы, чем проиграл, — когда Джагер переместил их в охраняемую комнату в Пещере Аркобалено, где в пределах видимости были только трон, стол и маленькое зеркало. Действительно, мера предосторожности.

***

Отказ причинил боль, — особенно когда исходил от одного из Хранителей, — но, если честно, Бермуда ожидал подобного. Реборн был эмоционально привязан к Тсунаёши, и ничто не связывало его с Бермудой кроме уз, о существовании которых другой пока не знал. Пламя наемного убийцы почти кричало, ему все еще не нужно Небо. Хотя они были близки к желанию Связи с Пламенем Неба молодого Тсунаёши, окутывающим их. Джагер не воспринял отказ хорошо, особенно после того, как понял, что неосознанно пыталось сделать младшее Небо, и решил устранить угрозу. Хотя Бермуда пытался спасти ситуацию, — и жизнь дерзкого сопляка 2.0, — отозвав золотоглазого Виндиче и извинившись; Аркобалено Мрака знал, что это бессмысленно. Он видел в глазах своего Солнца, Реборн был не на их стороне. Джек. Алехандро. Маленький Джиа. Большой Пино. Винсент. Селина. Побежденные подростками, на сотни лет младше их. Хотя Бермуда не мог их винить: каждый сделал все, что в их силах, — без колебаний отдавая всё, — то, о чём он когда-либо их просил. Тем не менее, у него всё ещё был Джагер, более чем готовый убить любого, кто встанет на пути, хотя воздерживался от прямого убийства детей — постоянное ограничение их возможностей было совершенно другим делом, — кроме Суперби Сквало, который считался взрослым; ребенок, но всё же взрослый. Который должен знать лучше, чем пытаться подкрасться к Виндиче.

***

Гиперинтуиция существовала исключительно для того, чтобы вызывать у него ненужную головную боль. Хотя Тсунаёши был не совсем прав, Бермуда остался на плече Джагера, потому что это было его место и часть компромисса. Ему не нужно было прикасаться к Сильнейшему Воину Виндиче, чтобы передать Пламя Мрака, хотя теперь, когда брюнет так громко озвучил правду для всех, Бермуда знал, что они будут пристально следить за ним. Джагеру просто нужно было закончить битву с тем, что у него было. Поначалу было легко просто кружить вокруг, наблюдая, как золотоглазый мужчина прорубается сквозь любого, вставшего на его пути, пока не угодил в ловушку Тумана и Облака. Если бы его сердце всё ещё билось, Бермуда уверен, оно бы остановилось, когда Икс-баннер пробил грудь Джагера. Хотя он слышал, что бывают случаи, когда время для людей словно замедляется, Аркобалено Мрака никогда не испытывал подобного, пока не увидел, как золотоглазый мужчина падает на землю. «Тсуна, заканчивай». Именно это и делал брюнет, несомненно, взбешённый работой Джагера. Бермуда чувствовал злой умысел в Пламени, разгорающемся в руке молодого человека, и знал, что тот намеревается уничтожить Джагера. Даже он не сможет спасти Джагер после Икс-баннера. Он нарушил один из компромиссов — «Что бы ни случилось, пообещай мне, что ты не будешь участвовать в битве, Бермуда», — появившись между атакой Тсунаёши и парализованным мужчиной. «Я не позволю тебе». Это странно — больше не быть малышом, проведя почти тысячелетие в детском теле, но сейчас не самое подходящее время для воспоминаний. Пять минут — это немного, но, если он серьёзно отнесётся к делу, более чем достаточно. Ему даже не понадобилось бы столько времени, если бы он использовал магию, но... Голос в его голове, его интуиция, говорил не делать этого. Хотя он и не знал почему; Бермуда научился доверять интуиции. Раньше она никогда не сбивала его с пути. Так что вместо использования магии, он разжигает Пламя, позволяя ему излиться из него.

***

Он берёт свои слова обратно. С его интуицией, пулей Посмертной Воли Реборна и «Я почти уверен, что это действительно Джотто» Савадой Тсунаёши Бермуда сомневается, что доживёт до рассвета. Он мог легко уклониться или контратаковать: всё, что сделал Тсунаёши, поднял руку, покрытую мощным Пламенем Неба, но интуиция Бермуды тихо шептала в голове. Говорила не делать этого. Что, если он просто примет атаку в лоб, всё будет хорошо. Что действительно странно, интуиция обычно помогала избегать атаки, а не бросаться в них с головой. Поэтому он рискнул и прислушался. При контакте мгновенно вспыхнула боль — конечно, чего ещё можно ожидать от удара рукой Пламени Неба на скорости света? — когда пламя вгрызается в плоть, прежде чем его подбрасывает в воздух. «Лорд Бермуда! — Джагер звучит разъярённо, и часть Бермуды желает сообщить ему, что с ним все в порядке. Интуиция кричит, чтобы он этого не делал. Взял вину на себя. — Как ты мог?!» На короткое время изумрудные глаза открылись, почувствовав, всплеск Неба при падении золотоглазого мужчины, но Тсунаёши просто уничтожил Часы Босса, поэтому снова закрылись. Мгновение спустя он ударяется о землю. И тогда появился Шахматноголовый.

***

Бермуда фон Вихтенштайн был не таким, как ожидал Тсуна. Брюнет честно ожидал кого-то постарше, — не стоявшего перед ним подростка с изумрудными глазами, на вид лишь немного старше его, — и, может быть, более страшного. Что? Все остальные Виндиче похожи на живых мертвецов, но, если бы не нечеловеческие глаза и тьма, исходящая от него, Бермуда мог бы сойти за человека. С самого начала боя, что-то было не так. В то время как Аркобалено Виндиче был силён, ужасающе силён, что-то в его манере сражения казалось... недостающим. И всё же другой едва не убил его, пока Реборн не вмешался и не выстрелил пулей Посмертной Воли. Он не совсем уверен в правильном объяснении, но если бы пришлось, Тсуна сказал бы, что был слеп, пока не попала пуля. Затем он обнаружил, что может видеть всё в пугающих подробностях. «Мне нужна только месть». Он понимает, что это ложь, в тот момент, когда она срывается с губ другого. Бермуда, возможно, и мстил, но не за себя. Доказательством был тот факт, что Хранитель Виндиче почти намеренно встал между Джагером и собственной атакой брюнета. Несмотря на настойчивое утверждение, Бермуда не нуждался в мести. Ему нужна была семья, которую он построил, которая была его двумя руками, жаждущими мести. Затем наступил финал, когда его кулак столкнулся с лицом другого; и вернулось чувство «что-то не так». И всё же был Бермуда, лежавший поверженным на земле. Он победил, он выиграл Битву Представителей... Даже во время спора с Шахматноголовым Тсуна не смог заставить себя отвернуться от Бермуды фон Вихтенштайн. Брюнет не знал, почему, но он слышал шёпот в голове — может быть, интуиции? — почти кричащий, что другой всё ещё так же опасен, как и в момент прибытия. Тем не менее, Бермуда остается лежать. Поэтому неудивительно, что, когда всё сказано, — Виндиче согласились помочь им, — Тсуна обнаруживает, Бермуда больше не лежит на земле, где оставили тёмноволосого подростка, а скорее присел рядом с Джагером с Пламенем Мрака, распростёршимся по всему парку. Он единственный, кто не удивлен, когда Пламя Мрака, сфокусированное в ладони Бермуды, медленно закрывает дыру в груди Джагера, в то время как остальные несут побежденных Виндиче к своему Хозяину... Нет, это не согласуется с его интуицией. Бермуда — это не Хозяин слуг — на чём настаивали Череп и другие Аркобалено, — а скорее их соратник, их компаньон, их друг и, если теория Тсуны верна, их Небо.