Глава 20.
17 ноября 2021 г., 21:12
«Мне очень жаль, Джагер. Не думаю, что правильно тебя расслышал». «Нас пригласили на церемонию Наследования Дечимо Вонголы». «...Никаких вторжений не планируется, не так ли?» «Нет, если только Джотто не дал ещё одну клятву, о которой мы не знаем и которая привела к ненужной вражде».
Прошёл почти год с Битвы Представителей и передачи контроля над Новой Системой Аркобалено Шахматноголовым, — который, как выяснилось, был Кавахирой, — Виндиче. Хотя за стенами Вендикаре мало что изменилось — бывшие Аркобалено остались маленькими, но быстро росли — внутри всё было совсем иначе. Бермуда спал на троне, когда его разбудил шум, мгновенно изумрудные глаза устремились к источнику, а их хозяин почти задохнулся, уставившись на гладкую карамелизованную кожу — ни разложения, ни отсутствующей кожи, ни костей не было видно — пока Джагер продолжал снимать бинты, широко раскрыв золотые глаза. «Джагер?» Хотя он узнал другого, прошло много времени с тех пор, как он видел первоначальный облик тёмноволосого мужчины, и нужно было убедиться, что происходящее не жестокий сон. Расплавленное золото встретило нечеловеческий изумруд, прежде чем другой, казалось, поперхнулся воздухом. «Лорд Бермуда?» «Конечно, — в голосе Хранителя Виндиче послышалось замешательство. — Кем ещё я могу быть?» Уже не в первый раз Бермуда был благодарен, что не нуждается в кислороде: иначе наверняка бы задохнулся прижатый к твердому телу старшего — целому и не разваливающемуся — точнее, к груди. Оказалось, что изменился не только Джагер. Хотя Виндиче выглядели живыми, такими же целыми и прочными, как когда-то, они все же были мертвы. Ни у кого из них не билось сердце, и ни одному из них не требовался кислород, сон, вода или еда. Тем не менее, они казались счастливыми, чего было достаточно для Бермуды. С другой стороны, Бермуда тоже изменился. Когда Джагер подтолкнул его к зеркалу, Бермуда ожидал увидеть то же лицо, к которому привык за последнее тысячелетие. Вместо этого его встретил худой подросток с растрепанными черными волосами, бледной кожей и нечеловеческими изумрудными глазами. Подросток с изумрудными глазами принял зеркало за стекло и разбил его, думая, что за ним прячется нарушитель. Вскоре Хранитель Виндиче обнаружил, что при достаточной концентрации магия действительно позволит ему снова принять проклятую форму. Что? Ему очень нравилось кататься на плече Джагера, и хотя мужчина всё ещё мог легко носить его на руках, Бермуда чувствовал себя более комфортно в уменьшенной форме.***
«Хииииии!» Тсуна не смог сдержать пронзительный крик, смотря на дымящиеся обломки, когда-то бывшие величественным бальным залом Вонголы. Честно говоря, всё начиналось хорошо — что, вероятно, должно было быть первым признаком того, что всё, что могло пойти не так, как он планировал, пойдёт не так, — гости прибыли вовремя, включая Виндиче. Хотя ни один из гостей не хотел подходить ближе, чем на десять футов к Стражам Закона мафии, и каждый раз, когда одна из забинтованных теней двигалась, руки дергались в сторону спрятанного оружия. Тем не менее, Тсуна чувствовал себя довольным их появлением. В конце концов, Виндиче были вечными хранителями пустышек, помимо обычных обязанностей, поэтому он сомневался, что у них много свободного времени. Поэтому Тсуна старался быть хорошим хозяином и вовлекать их в мероприятия. Все было идеально, церемония прошла без сучка и задоринки, но после званого вечера всё пошло не так. Всё началось с Бермуды. Очевидно, бывший Аркобалено Мрака любил пирожные и устремился к столу, где вскоре к нему присоединился Бьякуран, с которым Бермуда легко сошёлся, объединившись ради гарантии, что ни один из десертов не переживёт этот час. Было страшно видеть, как два самых сильных врага, с которыми он когда-то сражался, так хорошо общались. Алехандро и Джек были в разгаре соревнования по выпивке, которое быстро переросло в драку, когда Хибари попытался «загрызть их до смерти» — что было возможно, даже когда жертва уже мертва, — за пьянство в общественном месте. Большой Пино и Маленький Джиа оживленно разговаривали с Верде, время от времени их глаза смещались в сторону Бермуды, также раздалось небольшое восклицание: «Что значит, он больше не проклят?!», — которое привлекло внимание остальных бывших Аркобалено, переглянувшихся, прежде чем налететь на небольшую группу, подобно стервятникам. Наконец Джагер заметил, что его Лорд отошёл. Золотоглазый Виндиче бросил один взгляд на Бьякурана, прежде чем взорвался яростным Пламенем Мрака и кинулся на беловолосого подростка, который, должно быть, почувствовав угрозу своему постоянному благополучию, внезапно взлетел, как акробат, стремясь избежать цепи Виндиче. Тсунаёши не знает, как это произошло: в один момент он стоял в величественном бальном зале Вонголы, в следующий — там не было ничего, кроме груды дымящихся обломков, и густого дыма, затуманившего зрение, — хотя он мог разглядеть маленькую забинтованную фигуру Бермуды, сидящего на сломанном столбе с тарелкой шоколадного торта, продолжающего есть, как если бы происходящее было нормально. «Хииии!» «Если ты так сильно хотел получить кусок торта, Тсунаёши-кун, тебе просто нужно было сказать об этом». Возможно, пригласить Виндиче на церемонию Наследования было не лучшей идеей. Хотя Тсунаёши не мог не подумать, что Реборн хотел бы провести некоторое время с не-живыми защитниками, поскольку все они, казалось, были скроены из одной и той же хаотичной ткани. Ради сохранения здравомыслия Тсунаёши притворился, что не видит рядом с собой светловолосого призрака, смеющегося над окружавшим их хаосом.***
«Джагер?» «Да, Лорд Бермуда?» «Почему бывшие Аркобалено разбивают лагерь у наших ворот?» Золотые глаза моргнули, глядя на Лорда, растянувшегося у него на коленях, а затем переместились к окну — хм, так и есть — прежде чем появился хмурый взгляд. «Я не уверен, но думаю, что они бастуют». Либо так, либо у них странное хобби — размахивать плакатами возле тюрьмы, расположенной посреди ледяной пустоши. Его Лорд наклонил голову, изумрудные глаза моргнули в лёгком замешательстве. «Но они даже не работают на нас. Какая у них причина для забастовки?» «Не знаю, Лорд Бермуда. Просто игнорируйте их, в конце концов, им придется уйти». Месяц спустя все семеро бывших Аркобалено всё ещё были там, и, похоже, к ним присоединилось ещё несколько человек, включая женщину с розовыми волосами и подозрительной кулинарией, убивающей все при касании. Ядовитый Скорпион, если Джагер правильно помнил.***
Мальчик-который-выжил мёртв! Автор: Рита Скитер
Кавахира принял угрюмый вид, когда холодные изумрудные глаза уставились на старую, изношенную статью в его руках — либо в волшебном мире полно дураков, либо они считали дураком его. Как кто-то мог поверить в эту чушь — прежде чем позволил Пламени Тумана сжечь газету. Завеса предназначена не для убийства, а для заманивания в ловушку и заключения в тюрьму. Если кто и знал об этом артефакте, так это Кавахира; в конце концов, он помог создать его с девятью другими «истинными землянами». Хотя он и не подозревал, что Завеса всё ещё существует — считал, что артефакт затонул вместе с островом, на котором изначально находился, — но вместо этого кто-то переместил его в недра Министерства Магии. Бесшумно пересекая пустую камеру, существо, обычно известное как Шахматноголовый, закрыло глаза и пальцами провело по жидкой субстанции, служившей Завесой. Мгновение спустя холодные глаза открылись, когда угрюмость существа превратилась в безмолвное рычание. Гарри Поттера не было среди потерянных душ, запертых внутри Завесы. Что могло означать только одно: кто-то опередил его и забрал его внука из артефакта. Так где он? Кто скрывал внука от него? Позже Савада Тсунаёши удивился, обнаружив ждущего его в кабинете Кавахиру. Седовласое человекоподобное существо бросил на него взгляд поверх очков, прежде чем одарил той ласковой улыбкой, собственным почти фирменным знаком: «Савада Тсунаёши, у меня к тебе просьба».***
Ритуал провалился. В комнате воцарилась тишина, пока все смотрели на кристалл, теперь светящийся поразительным оттенком неестественного изумруда с крупинками цвета полуночи и ярко-белыми, — почти как звезды в ночном небе, — кружащимися внутри. «Директор, — заговорила брюнетка, когда ее рука крепче сжимала рыжую девушку рядом с ней, — что означает этот цвет?» «Это значит, — торжественно произнес Дамблдор, его голубые глаза встретились с лицами членов Ордена вокруг него, — что Гарри Поттер жив». После его слов комната погрузилась в хаос, но Альбус Дамблдор ничего не слышал. Вместо этого он сосредоточился исключительно на кристалле, как если бы тот содержал все ответы в мире. Неестественный изумруд должен олицетворять магию Гарри, так что же такое полуночно-чёрные и ярко-белые пятна? А также почему Гарри не вернулся, если выжил?***
В тот момент, когда Бермуда вошёл в тронный зал, он понял, что что-то не так. Трудно было не заметить, потому что Хранитель Виндиче был уверен, что у него никогда не было чайного сервиза в горошек, не говоря уже о ярко-желтом столике из плюща, служившим и ножками. Бермуда чувствовал, как Пламя Мрака движется под его кожей, когда он приближался к фигуре, откинувшейся на троне и напевающей обо всём, когда маленькие нежные руки потянулись из-под плаща с капюшоном цвета радуги к треснувшему грязно-зелёному бокалу. Хранитель Виндиче чувствовал, как его Пламя разрастается в ладонях, готовое испепелить незваного гостя, когда тот повернул голову в его сторону и улыбнулся. Было что-то странно знакомое в фигуре, что-то в его голове, напоминающее подростку с изумрудными глазами связь с Джеком, Алехандро, Маленьким Джиа и Джагером. Это не мог быть... Верно? Он позаботился, чтобы все его Хранители были рядом, должен был, видя, как Шахматноголовый любил выбирать их в качестве Аркобалено. «Привет, Гарри, или сейчас ты предпочитаешь Бермуда?» Это было невозможно, но он знал этот голос и никогда не спутал бы его с другим. «Бермуда», — его Пламя мгновенно утихло, он не мог видеть в госте угрозу. «Тогда Бермуда, — улыбнулся тот, — надеюсь, ты не возражаешь, сколько времени мне потребовалось, чтобы вернуться домой». «Конечно, нет, не может быть Неба Мрака без вечно Сияющей Луны, — губы Хранителя Виндиче слегка дрогнули в нежной улыбке. — Мы ждали тебя». Даже если он не осознавал, что ждал до сих пор.
