The Midnight Sky

«Так что тебе больше всего нравится в жизни в Вендикаре?» «Крики». «!»

«Бермуда, я знаю правду». Хотя никто не мог этого видеть, бывший Аркобалено Мрака нахмурился, услышав строгий голос Дечимо Вонгола, наполненный абсолютной уверенностью. «О? Ты знаешь?» Бермуда знал, кого искал Дечимо и где он находился, но части его было любопытно, действительно ли брюнет что-то узнал. Тсунаёши-кун одарил Хранителя Виндиче уверенным — полным уверенности, но без высокомерия — взглядом, когда они встретились глазами, — или, по крайней мере, он так считал. По этим бинтам было трудно сказать. «Да, я знаю». «Знаешь что?» «Я знаю, что Джагер — Гарри Поттер!» В офисе воцарилась тишина, когда Бермуда тупо уставился на Дечимо Вонгола, прежде чем прямо ответил: «Неправильно». Неправильно на многих уровнях. Если бы Джагер был им, а он остался собой, их брак перешёл бы на совершенно новый уровень неловкости. «Так что не отрицай… Подожди... Что значит неправильно?! Все подсказки указывают на него!» Какие подсказки этот ребёнок — подросток, есть ли разница — имел в виду? «Тсунаёши-кун, послушай внимательно. Я не знаю, кто твой источник, но тебе нужен новый, потому что Джагер не Гарри Поттер. Несмотря на цвет волос, они даже не похожи». «Но Бьякуран сказал, что Гарри Поттер его лучший друг». Ха, Приятели-по-поглощению-сладостей стали лучшими друзьями? «Тсунаёши-кун, — Хранитель Виндиче говорил медленно, как с маленьким ребёнком, — Джагер ненавидит Бьякурана. Он пытается убить его каждый раз, когда их пути пересекаются. Я не знаю, почему ты решил, что «лучший друг» Бьякурана — Джагер, но если бы он услышал твои слова, сомневаюсь, что даже я смог бы найти достаточно частей, чтобы опознать твой труп». Что? Это была не что иное, как правда, поскольку по какой-то причине Джагер действительно ненавидел Бьякурана и любого, кто упоминал одержимого зефиром подростка в его присутствии. Бермуда боялся думать, что случилось бы с Дечимо Вонгола, если бы Сильнейший Воин Виндиче действительно присутствовал на этой встрече, как ему и положено. Судя по быстро бледнеющей коже, Тсунаёши-кун тоже понимал, что его едва не настигла Судьба. В другом месте Джагер сузил глаза. По какой-то причине золотоглазому Виндиче внезапно захотелось найти Дечимо Вонгола и разорвать его на микроскопические кусочки.

***

Это, должно быть, шутка, и притом ужасная. Медленно нечеловеческие изумруды переместились с письма в руках на Хранителей, которые забились в его кабинет, как только заметили сову, направляющуюся к Лорду. «Письмо от Риддла. Он хочет, чтобы Виндиче выступили на его стороне». В комнате воцарилась тишина, несколько бровей поднялись, а другие нахмурились. «Это шутка, да?» — прямо спросил Алехандро, в голосе Виндиче звучал намек на «кем он себя возомнил». Забинтованные руки выхватили письмо у Бермуды, золотые глаза скользнули по написанному, с каждым прочитанным словом Джагер, казалось, хмурился всё сильнее. «Нет». Там было все: вежливость, высокомерие, обещания богатства и удачи, тонкие угрозы, всё и вся и все направлено на его Лорда. Судя по слегка дрожащим словам, чистокровный — и тот, с кем Бермуда хорошо знаком, — писал письмо, пока полукровный «Тёмный Лорд» диктовал его вслух. Хотя большинство могло бы счесть письмо признаком важности, — что было бы правдой только в том случае, если бы его написал член королевской семьи или кто-то с более высоким статусом, чем у того, кому адресовано письмо, — Риддл был малозначительным Лордом, чуть выше четвёртого класса гражданских, поэтому ему не хватало статуса, чтобы написать им письмо. Для так называемого «Тёмного Лорда» это было признаком высокомерия, необразованности и, что еще хуже, по мнению Джагера, явным оскорблением в адрес его Лорда. «Что будем делать, Лорд Бермуда?» Действия Воландеморта не могли остаться безнаказанными. Хранитель Виндиче откинулся на спинку стула: «Малфои — главная финансовая поддержка «крестового похода» Риддла, — нечеловеческие изумрудные глаза скользили от одного Виндиче, стоящего перед ним, к другому, прежде чем вернулись к Виндиче с платиновыми волосами, и Бермуда продолжил: — Алехандро, изначально ты должен был унаследовать состояние, но тебе отказали из-за несоответствия пункту о наличии магии. Но теперь другое дело». Бермуда чувствовал, как его ухмылка растет, когда понимание вспыхнуло в серебряных глазах: «Я хочу связаться с гоблинами и подорвать власть Малфоев над богатством, лишить их всего, кроме необходимого минимума. Допустим, четыре галеона в месяц».

***

«Джек?» «Да, Бермуда?» «Почему дементоры парят по нашим залам, а не находятся в собственном замке?» На мгновение рыжий поднял глаза от того места, где он с застенчивой улыбкой обнимал нескольких своих пожирающих души домашних животных: «Тёмный Лорд попытался завербовать их, пообещав все души, которые они могли бы съесть». Хотя другой не мог этого видеть, изумрудноглазый чиби приподнял бровь, ожидая продолжения. «И я мог бы пообещать им, что они могут остаться здесь, чтобы он не беспокоил их». Конечно. Что ещё могло быть? Джек почти умолял разрешить поселить существ в залы Вендикаре, и теперь, когда действительно была веская причина, рыжий принялся за претворение в жизнь собственного желания. «В таком случае, продолжай. Хотя я ожидаю, что они останутся внизу, Джек». В конце концов, дементоры не могли «случайно» съесть заключенных до истечения срока заключения. Улыбка, которую подарил ему Ураган, была почти ослепляющей, продолжая прижимать к груди одного из дементоров, словно очаровательного котенка: «Ты не пожалеешь, Бермуда. Обещаю». Он так сильно пожалеет об этом. Бермуда просто знал это.

***

«Лорд Бермуда». «Да, Джагер?» Мягкое царапание пером о пергамент наполняло воздух, пока Хранитель Виндиче продолжал работать, не глядя вверх. Благодаря Тсунаёши-куну он уже отставал, чиби с изумрудными глазами не мог позволить себе терять ни минуты, иначе, его похоронят заживо. «У ворот принцесса, которая требует, чтобы мы передали ей её жениха». Что происходило со всеми и с требованиями выдать заключённых? Бермуда отказывал отдавать кого-либо, будь то обычный вор или королевский идиот... Погодите-ка, царапанье прекратилось, когда перо замерло над деревянным столом, как и рука чиби с изумрудными глазами. Лёгкие подергивания бинтов были единственным признаком хмурого взгляда. «Джагер, мы не арестовывали принцев уже двести лет», — потянувшись к столу, бывший Аркобалено Мрака вытащил маленькое зеркало, прежде чем позволить Пламени просочиться внутрь. Вместо двухсотлетней старухи была молодая женщина не старше двадцати шести лет; она пристально смотрела на их ворота, вербально разорвав Маленького Джиа на куски. «Джагер, разве это не тот ребёнок, которого мы спасли двадцать лет назад?» «На самом деле, Лорд Бермуда, вы спасли её. Я был полностью за то, чтобы оставить её позади, — признался золотоглазый мужчина, как если бы он говорил о погоде вместо признания в том, что оставил бы ребёнка на медленную мучительную смерть — если бы огонь не убил, рушащееся здание похоронило бы её заживо, вне чьей-либо досягаемости — прежде, чем одарить Лорда острым взглядом: — Вот почему она требует, чтобы мы передали тебя ей». Бермуда моргнул: «Прошу прощения?» Наверняка он ослышался. Джагер ранее утверждал, что женщина была здесь ради своего принца. В последний раз, когда Бермуда проверял, — сегодня утром, — Хранитель Виндиче не является принцем. Одинокий золотой глаз одарил младшего жалобным взглядом: «Очевидно, потому что ты спас её, ты соответствуешь требованиям «принца». Принцесса довольно упряма, утверждая, что выйдет замуж за тебя и только за тебя. Кажется, она что-то говорила о «родственных душах»». О Боже, только не снова.