Из лучших побуждений

      31 июля, 2013 год       Этой ночью мне не спалось — волнение неустанно захлёстывало меня, сердце колотилось, а мысли перемешались невнятными отрывками. Предстоит самый важный вечер в моей жизни… Я задумчиво вертел в руках маленькую коробочку, покрытую бирюзовым бархатом — любимый цвет Дороти…       Вот так, полусидя, сжимая в руке ценную вещицу, я и проснулся поздним днём — стрелки часов указывали на два. С кухни доносились манящие запахи моего излюбленного завтрака — яичница с колбасками. Странно, мама должна была уйти сегодня в дневную смену, так кто там умело хозяйничает?.. Я наспех оделся, схватив первые выпавшие из шкафа штаны и футболку.       — Доброе утро. Ты как раз к обеду. — шеф-поваром сегодняшнего дня оказался никто иной, как Иен.       — У меня завтрак, — насмешливо фыркнул я. — А запах отличный, молодец. Давай, помогу наложить…       — Хм, с чего ты решил, что тебе тоже достанется? Я сегодня единоличник!       — Ну да, конечно.       Не обращая внимания на возмущённый взгляд братца, я продолжил делить вожделенную яичницу.       — А с каких пор ты ночуешь дома? — по голосу я понял, что Иен рад моему вторжению.       — С сегодняшних. Но не переживай, этой ночью ты отвоюешь комнату обратно в своё пользование.       — Да я не претендую… Оставайся почаще.       — Без проблем, братишка.       Мы замолчали и принялись за еду. Я наблюдал, как ловко он орудует левой рукой, закидывая обед — а для кого-то завтрак — в рот. Парень родился правшой, но сломанное отцовским ударом плечо не удалось восстановить, и теперь одна рука брата плетью болталась вдоль тела. Конечно, он мог немного приподнять локоть или пошевелить пальцами, но это было совершенно бесполезным умением.       С тех пор, как родители развелись, отец уехал в город на заработки, чтобы быть в состоянии выплачивать алименты и не угодить под арест. Бюджет пополняла и мама — с его отъездом ей будто стало легче дышать, женщина нашла новую работу по душе и отдыхала гораздо больше. Конечно, она никогда не забывала позвонить ему вечером, узнать, как дела, и принимает ли он лекарства.       Со мной маме возиться уже не нужно — живу я в общежитии университета, подрабатываю аниматором на детских утренниках. Да и Иен не ребёнок — всё-таки, 11 лет парню. Он вполне способен самостоятельно хозяйничать дома. Кроме того, теперь мы можем позволить приходящего учителя для него, с которым мальчик отлично ладит. По словам мистера Грейпа, Иен — один из лучших учеников в его практике: за год они освоили программу первого и второго классов, что не может не радовать.       Только жаль, что брат всё ещё очень слаб физически. Он даже передвигается по дому, придерживаясь стен. Ну, в прочем, это не так важно, ведь он — отличный парень.       — А когда ты пойдёшь на встречу с Дороти? — его невнятный из-за набитого рта голос вывел меня из размышлений. — Мне можно с вами?       — Не сегодня, друг, извини. Это особая встреча.       Я указал ему на бирюзовую коробочку. Брат понимающе кивнул.       Пару часов после еды мы потратили на уборку. Иен помыл посуду, я прошёлся влажной тряпкой по полкам и вымыл пол. Эта нудная рутина помогла ненадолго отвлечься от бушующего во всём теле возбуждения и волнения.       Итак, уже пять часов вечера. Иен помог мне с выбором одежды — мы остановились на чёрных джинсах и белой рубашке. Что может быть лучше классики?       Я почистил ботинки до блеска и, ещё раз взвесив своё решение, аккуратно положил бархатную коробочку в карман. Иен пожелал мне удачи, и я вышел из дома.       Мы с Дороти встретились у старого кинотеатра. Помню, как мы впервые пошли вместе в кино — это был «Человек-паук», любовь к которому не стёрлась с годами. Питер Паркер всё ещё мой кумир…       Мы гуляли, разговаривая обо всём на свете и не замечая времени. Темнело. Я взглянул на часы — девять вечера.       — Может, наверх?       — Давай. — она с лёгкостью согласилась.       «Наверх» — наше избранное место для проведения вечеров. Это единственная двадцатиэтажка в нашем городке, выход на крышу которой всегда открыт.       Вид, как всегда, завораживал. Закат — самое красивое время суток. Солнце уже не такое обжигающее и слепящее, как днем, а мягко пригревает тёплыми вечерними лучами. Кажется, будто природа замирает. Диск солнца окрашивается в ярко-оранжевый цвет и опускается к земле, подсвечивая облака снизу и даруя им необыкновенные оттенки. На всё вокруг приятно смотреть, да что там, всё вокруг кажется таким родным и дружелюбным, что готов обнять весь мир, прижать к себе и никогда не отпускать.       А Дороти… Как же она прекрасна в своём естестве… Не отрываясь, девушка глядит вдаль, провожая солнце.       Я собрался с мыслями.       — Д-Дороти…       Она повернулась и вопрошающе посмотрела на меня. Моё сердце бешено колотилось, а мысли путались… Соберись! Кто готовил речь неделю?! Давай же! Я глубоко вдохнул и опустился на одно колено.       — Дороти Милланд! Ты — мой лучший друг и любимая девушка. И в моей жизни наступил такой момент, когда я осознал, что моя жизнь невозможна без тебя. Я твёрдо уверен, что хочу дальше идти по жизни только с тобой. Ты пленила мою душу, и я предлагаю тебе руку и сердце. Выходи за меня, и мы каждый день будем дарить друг другу только радость, нежность и любовь. — я выдохнул и открыл коробочку со скромным золотым колечком. — Ты… Ты согласна?       Глаза девушки широко раскрыты, а нижняя губа предательски подрагивает.       — Я… Да… Конечно да, Джонатан!       Всё моё существо ликовало. Я аккуратно взял её дрожащую руку и надел кольцо на безымянный палец. Девушка разрыдалась от избытка эмоций и бросилась мне на шею. Я закружил её в объятиях…       Ночь мы провели на крыше.       Бешеным вихрем залетев домой в шесть утра, я заорал, перебудив домашних:       — Да! Она сказала «да»!       Выбежавшие из спален на мой крик мама и брат спросонья не сразу поняли, в чём дело. Через секунду мама уже обливалась счастливыми слезами, целуя меня в обе щёки, а Иен расплылся в улыбке от уха до уха.       Несомненно, это лучший день в моей жизни…