the hardest parts

      Я очнулся, кажется, от скрежета веток по окну. Ночь уже сгустилась. Задрав голову обнаружил в окне луну, что нависла над моей головой. Во рту был неприятный привкус, виски щипало секундными болями. Я лениво сел на постели, сонно пялясь перед собой. Опустил взгляд - джинсы. Почему я сплю в джинсах?... Ноги затекли. Ах, сквозняк, точно, вечером было слишком прохладно. Точно.       Широко зевнув, я нагнулся к кожанке, брошенной мною прошлым вечером на пол, и порыл в карманах - пусто. Ни сигарет, ни зажигалки, ни жвачки, вообще ничего. Ладно, сигареты кончились, но где всё остальное? Поток воздуха хлынул прямо мне в лицо и я недовольно зажмурился. Хреново окно. Как прошлые хозяева жили здесь? Тут можно умереть от холода. Как я не заметил вчера, что рама неплотно соприкасается с подоконником? По-моему, я захлопывал ее до конца... Или мне просто так казалось...       дерьмо.       Немного посидев, позевав, уговорил себя подняться. Нужно было что-то поделать, чтобы снова устать и уснуть. Работа мозга довольно примитивна в такие моменты. Чертовы ветки поломали весь сон и так и продолжали биться о стекло. Погода, судя по звукам, с ума сошла. Что ж, видимо, настало время попробовать чем-то подоткнуть эту чертову дырень, но если я буду шуметь, то тут же прибежит неугомонная сука и начнет верещать. Этого мне не надо. Придется действовать тихо, никаких попыток захлопнуть проклятую раму.       Я оглянулся, в надежде найти какие-то ненужные тряпки. Не могу сказать, что мне жалко своих вещей, но в комнате все еще было грязно - за своими делами я не успел обустроиться, потому коробки хоть и были в комнате, но оставались нераспакованными. Тяжело выдохнув, представил комнату в первую ночь. Конечно же, она была пустая, за исключением матраса.       что поделать... ладно, пожертвую полотенцем.       Потянулся и схватил с одной из коробок свое банное полотенце, подошел к окну и уже было хотел подоткнуть злосчастную щель, как просто встал в ступоре.       быть не может...       За окном было лето. Клянусь, чертово лето! Зеленая трава, никаких гирлянд вдоль дороги, никаких снеговиков, никаких мокрых от снега дорожек, ни намека на зиму, все деревья одеты в листья, чертовы полноценные зеленые свежие сочные листья!       я сплю?       Я подставил руку к щели в попытке понять, какой же все таки воздух дует мне в комнату, и тут же оторвал ее. Поток попал прямо по ладони, и не оставлял к себе вопросов. Ледяной воздух.       так не бывает. или я сумасшедший, или сплю.       Я услышал слабую вибрацию телефона, который покорно ждал меня под подушкой. Не раздумывая, тут же нагнулся, схватил его и глянул на экран:       "Ближайший перекресток, скорее."       в смысле ближайший перекресток? это шутка какая-то? как можно назначать какую-то встречу на ближайшем перекрестке? перекрестков тысячи, миллионы...       Я медленно обратил взор на окно.       только если ты не знаешь, где твой оппонент.       Я смерил телефон хмурым взглядом. Номер не определился, что было еще более мозговыносительно на тот момент. Тут же пришло новое сообщение. От неожиданности я чуть не выронил мобильник.       "СКОРЕЕ."       Брови поползли вверх. Не знаю, что происходит, но если это все-таки сон, то хрен с ним. Из сна всегда можно выйти сухим из воды. Подумаешь, кошмар. Мне эти кошмары снятся регулярно, ничего сверхъестественного в этом нет. Любой здравомыслящий человек со мною согласится.       Я еще раз глянул в телефон. Сообщения мигали в тулбаре, я оставил их непрочитанными.       что ж. скорее так скорее, но для начала мне нужны сигареты. игры подсознания меня все же подождут.       Схватив кожанку я вышел из комнаты, аккуратно, чуть не на цыпочках проходя мимо спальни отца и этой... Этой. Самое стремное меня поджидало на лестнице - она создавала такой шум, будто у нас на первом этаже вовсю идут военные действия. Пришлось скатиться по перилам. Они неприятно накренились, будто намекая, что не стоило этого делать, но приземлился я удачно, и даже тихо. Однако, повторять этого я не стал бы. Жаль, что в доме нет еще одной лестницы, пожарной там, и все такое. И из окна особо не ускачешь, слишком высоко. Потолки высокие.       так сон это все-таки или нет? как это проверяют? щипают себя?       Я пролез рукой в рукав толстовки и с силой щипнул себя за предплечье. Боль отозвалась такой силой, что я невольно зашипел и тут же затих. Прислушался - идеальная тишина.       чертовщина.       Прошел в прихожую, аккуратно потрогал отцовскую куртку на предмет чего бы то ни было в карманах, и нашел, что искал. Поспешно запихал себе в кожанку и одарил весь первый этаж взглядом, но на кухне остановился, тяжело вздохнул и заскулил внутри.       и почему я такое ссыкло? почему я не могу обойтись без этого? трус.       Без особого энтузиазма я прошел на кухню, взял из выдвижного шкафчика кухонный нож, попробовал острие на палец и тяжело вздохнул. Интересно, этот ли нож прилетел вчера мне в руку? Я как-то не обратил внимания. Рана зияла на том же месте, но боли я почти не ощущал, будто рука затекла. Никакого дискомфорта.       Нагнувшись, я закатал штанины по самое колено, делая своеобразные карманы, и впихнул в один из подворотов нож. Как показывала практика, оттуда нож было достать гораздо легче и быстрее, чем откуда бы то ни было еще. Если бы я не исхудал, и подворот не мотался бы на моей ноге мешком, и если бы я не выглядел, как ебанный японский школьник, было бы идеально, а теперь же при каждом шаге я ощущал легкий удар рукояти о ногу.       Я осмотрел входную дверь. Черт, тоже будет скрипеть, как и лестница. Все-то в этом доме разваливается. Сколько денег нам понадобится на полноценный ремонт этой развалюхи?... Впрочем, какая разница, с этой белобрысой мымрой их все равно не будет. Перевел взгляд в окно перед собой - и окна все открываются наверх, без шума не обойтись. А почему меня вообще беспокоит шум, я ведь во сне? По идее, за лишний шум мне ничего не будет.       ну, это если я действительно во сне.       Щипок все еще зудел. Я решил сохранять тишину. Аккуратно протиснувшись через парадную дверь, я тяжело вздохнул, на цыпочках прошел по крыльцу и, ступив на траву, облегченно выдохнул. Одной проблемой меньше, хотя бы выбрался из этой халупы. Уже достойно награды.       Ближайший перекресток располагался в стороне, противоположной пути до Макдональдса.       что? путь до Макдональдса? Я ходил до Макдональдса?...       Пытаясь отогнать свои параноидальные мысли, я двинулся вдоль по дорожке, которую так тщательно расчищал вчера, которая теперь была без единой капли воды, без льда и снега, а сквозь старый бетон прорывались молодые травинки. Я не торопился, пускай и следовало бы, глазел вокруг - летом здесь довольно уютно. Очень много деревьев. Много кустов, много зелени.       райский сад прямо, а не погост. и все-таки, ходил ли я до Макдака? я не помню этого...       У нас до маразма вычищенная лужайка, кажется, даже траву покрасили. Настолько идеальная, что ничуть не уступает домам по соседству. Удивительно. Хм, о домах по соседству...       Я перевел взгляд на дом напротив и, кажется, даже отпрянул от неожиданности. На крыльце стоял полненький темноволосый мужчина. Дурачок. Он не двигался и неотрывно смотрел на меня. Одним плечом он опирался о колонну, ноги были скрещены, как и руки на груди.       - Долго же ты меня не видел. Я уж подумал, что я призрак.       Я растерялся. Я даже не знаю, как его зовут. Все, что мне известно, так это то, что этот мужик извечно вылазит не в тему.       - Ну, чего молчишь? Или язык проглотил? Мой сын сказал, тебя зовут Джерард, так?       Я хмуро пялился на него, теребя в кармане куртки пачку сигарет, борясь с желанием закурить прямо сейчас. Мужик выжидающе пялился, чуть мотая коленом из стороны в сторону. Так оборонился своими перекрещиваниями, кабы в узел не завернулся, хлыщ...       - Так.       Мужчина усмехнулся. Он был в шортах по колено и каком-то непонятном для меня лонгсливе. Ему не помешало бы сбросить пару кило. Очень не помешало бы. И купить новые кроссовки, эти были никудышные. Судя по Майклу, они могут себе это позволить. И вообще, какого черта Майкл - его сын? Им больше десяти лет разницы не дашь. Однако, несмотря на его внезапное появление, он не казался мне угрожающим, хотя желание прибить его появилось еще при первом нашем обмене "любезностями", но желание прибить не говорит об угрозе, так ведь?       - Меня зовут Фрэнк, но сейчас это неважно. Вижу, ты очень хочешь покурить, так вот, если хочешь - кури, я не против.       о, спасибо, разрешил, хрен с горы.       Я все еще пилил его недоумевающим взглядом, но таки выудил из пачки сигарету и подкурился. Руки как-то странно подрагивали, и мне показалось, что он видит меня насквозь. От этого невольно передернуло.       надеюсь, это не он меня вытащил сюда своими смс-ками. иначе это попахивает какой-то херней. он меня своим брюхом придавит, что не отделаюсь. да и откуда бы у него был мой номер? плюсом скрытые номера высокооплачиваемы, ну или говорят о том, что у человека есть связи, позволяющие это сделать, или долж...       - Это не я. Но кое-кто тебя ждет. Так что лучше поторопись, но докурить тебе лучше здесь. Этот человек не обрадуется твоему пристрастию, это уж точно.       Он снова усмехнулся. Кажется, тупое выражение лица меня не покидало.       все происходящее не проблема, ничуть. подумаешь, ночь, ледяной воздух в окно посреди лета, какие-то анонимные сообщения, левый мужик, наблюдающий за мной, нож в одном из моих подворотов джинс. ничего особенного.       н и ч е г о.       и кто этот человек?       Как бы то ни было, перечить мне не хотелось. Мне хотелось задать тысячу вопросов. О том, какого лешего этот хрен делает здесь посреди ночи, почему он следит за мной и следит ли, кто тот человек, сон это или нет, спасет ли меня мой нож, почему у него такой взрослый сын и нахрена они с ним обо мне говорили, и раз он читает мои мысли, то почему тупо не ответит на все это сейчас, не ожидая моих вопросов?       Но ответов так и не последовало. Я глупо курил, всматривался в незнакомого мне толком мужчину, поглядывал в сторону перекрестка, который пустовал все это время. Я успел рассмотреть и дома на улице, которые снова будто вымерли, успел поглазеть на многоэтажки вдали без единого луча света из какого-нибудь окна. Все также. Атмосфера ночей здесь неизменна, время года мало чего решает. Мужчина-Фрэнк так и пилил меня взглядом.       Я задумался об анализе снов. Раз наши сны - это какой-то отпечаток нашего подсознания, сгусток всего того, что мы видели ранее, то почему мне зачастую снятся кошмары? Я не видел, как режут людей, и не попадал в автокатастрофы, и не видел зомби и всякое такое. Но это снится мне, и не как какое-то кино, а как реальный факт происходящего. Будто я верчусь во всем этом и испытываю это на себе. Просыпался бывало в таком ужасе, что готов был вздернуться, лишь бы не увидеть подобного снова. Некоторые люди спокойно проживают всю жизнь, и им не снится практически ничего, два-три сна за всю, ВСЮ жизнь, а вот он я, который уж затрахался купаться в этом дерьме. Интересно, а можно ли делиться своими снами? Типа, хэй, ребята, смотрите, у меня тут столько снов, кому отсыпать? Занятное было бы дельце...       Мужчина усмехнулся себе под нос.       о н с л у ш а е т.       - Что смешного, черт подери?!       - Ты такой маленький еще, а пытаешься рассуждать о подобных вещах. Фрейд бы тебе по голове настучал, а Миллер еще бы добавил. А потом присоединился бы Злобный Алистер и, возможно, внес бы ясность.       я маленький? по-моему он охерел. я ему явно не сынок, чтобы он так нарочито выпендривался. и, в конце концов, я сам решу, о чем мне думать, тоже мне, гений, блядь. в своих бы мыслях разобрался сначала, а лучше подкачал бы брюхо. мне не будет указывать человек, который машет незнакомцам в ответ, просрать детскую игру в свои лет тридцать, и это я-то маленький и тупой? да щас. этот маленький может намотать сопли на кулак и врезать тебе по твоей отвратной харе, мало не покажется. старпер ебаный.       - Какой, нахуй, Злобный Алистер? Мужик, ты погнал?       Фрэнк рассмеялся, и все равно в этом не было чего-то зловещего. Зловещее ощущалось вокруг - в темных дорожках, в шуршащих кустах по сторонам, в темных окнах бесконечных домов, в полной луне, но не в этом толстом хрене. Он казался песчинкой на пляже. От этого меня еще больше распаляло подойти и отвесить ему по самое не балуйся.       - Заходи как-нибудь в гости, ну а теперь тебе пора. Тебя ждут уже очень долго.       - Да кто ждет-то!?       Он подмигнул, и, развернувшись на пятках, ушел в свой дом, мягко захлопнув дверь. Я остался на краю дороги с тлеющей сигаретой в руке, так и не понимая происходящее. Отбросив бычок, я двинулся к перекрестку. Далеко идти не надо было, он был прямо под носом, в зоне видимости. Там стоял какой-то человек в черном плаще, ко мне спиной, он топтался на месте, будто замерзал. Меня потряхивало от злости.       еще чего не хватало.       Не останавливаясь, я достал нож из подворота и завел руку за спину. Остановившись в паре метров, я молча осмотрел человека: ниже меня ростом, нормальное телосложение, из-за плаща совершенно безликий, он продолжал перебирать с ноги на ногу, изредка посматривал на левую руку - на часы? Но Саммит кое-чему научил меня, потому я сжал нож за спиной еще крепче. Я таких петухов в два щелчка делал. Не на того напали.       - Ты кто? - не без надрыва в голосе. Сдал свою сыкливость с потрохами. Вот и весь героизм.       - Наконец-то, Джерард, долго же пришлось тебя ждать, а ведь это не так-то просто, милый...       Человек обернулся и снял капюшон, русые кудри рассыпались по плечам, зеленые глаза спокойно смотрели на меня, на лице появилась мягкая улыбка. Женщина едва уловимо кивнула мне.       м а м а       - Мама... - злость рухнула с моих плеч в одно мгновение. Я откинул нож и крепко обнял ее за плечи. Она была ледяной, жесткой, словно дерево, на ощупь. От нее совершенно не пахло, но мне хватило окунуться в воспоминания и запах появился сам собой, я прекрасно ощущал ее туалетную воду, запах ее кожи, синей, ледяной кожи. Я прекрасно понимал, что она...       мертвая.       Я отпрянул. Сердце грохотало внутри с такой силой, будто я накатил слишком много дури. Казалось, еще немного и мои колени подогнутся, а она исчезнет навсегда. Мне хотелось продлить это мгновение на долгие, долгие годы...       если бы.       - Мама, что ты здесь делаешь?.. Это все сон, мам?.. Мама... - я хаотично гладил ее плечи, трогал волосы, ледяные тонкие пальцы, а она только стояла и улыбалась мне, выжидая, пока я приду в себя. Мне никогда не снилась мать, я отчетливо помнил какие-то вырванные из жизни моменты, но лучше всего помнил, как заколачивали гроб. Она была моей единственной верой и опорой, отец занимался мною по минимуму, но мать была для меня всем, и вот она здесь. Я не верил ощущениям, и еще больше, не верил глазам, которые, к слову, сильно щипало. Хотелось просто сгрести ее в охапку и не выпустить с этого чертова перекрестка, и самому остаться здесь с концами...       - Ты слишком громко звал, и я пришла.       - Мама, это сон? Что происходит, мам, мам, я в такой заднице, мам...       - Милый, у нас очень мало времени, - она взяла меня за руки и сжала, все мое внимание было сконцентрировано на ней, - послушай меня. Ты сейчас в очень неустойчивом положении. Сделай правильный выбор, сынок. Тебе грозит опасность. Будь осторожен.       - Что ты имеешь в ви...       - Слушай себя и свое сердце, милый. Ты не собьешься с пути, я верю в тебя. - ее волосы были такими реальными, ее плащ был таким реальным, ее голос был таким натуральным, ее присутствие было таким настоящим...       - Но мама, дай хотя бы подсказку, что мне делать, мам!?       - Ты уже такой взрослый... - она мягко провела ладонью по моим волосам, - мой Джерард.       - Мама!?..       Она отпустила мои руки, легонько погладила меня по щеке и растворилась в воздухе. Только сейчас я почувствовал ветер, который норовил сбить меня с ног. Мои руки все еще висели в воздухе, как будто она все еще сжимала их.       - Мама!       Я оглянулся по сторонам - в одной - улочка с домами, в другой - густой лес, и две дороги, ведущие хрен пойми куда. Ни намека на чье-либо присутствие. Ни шороха, ни свиста. Ничего.       мама...       Несколько секунд я стоял и смотрел перед собой, слабо понимая происходящее, все еще чувствуя ледяные оковы на своих запястьях. Один из фонарей начал шуметь и моргать, после чего погас и испустил дымок. Я уже видел это раньше. Я с силой зажмурился, не давая себе разныться, и пробормотал, кажется, самому себе:       - Я скучал...       Перекресток отозвался мне завыванием ветра и стрекотом насекомых со стороны леса. Ничего. Никого. Это место вымерло. Этот погост вымер, и только я остался. А остался ли кто-то еще? Меня охватило отчаяние и ярость.       к хренам собачьим все это.       Скуля я поднял нож с асфальта, пару секунд сверлил его взглядом, после чего засунул в подворот и побрел к дому, но не дошел.       к черту, к черту!       Вырвал из подворота и выбросил нож, заорал, что было сил, и рухнул на колени, не в силах зарыдать. Только кричать.       Почему жизнь так шутит? Почему она отыгрывается вот так? Люди умирают, и не воскресают, это даже детсадовцам понятно, но зачем мучить кого-то вот так? Зачем вырывать из меня последнее и выворачивать? Я всем сердцем люблю ее, и я бы изъебнулся к чертовой матери на все миллиард вариантов, лишь бы вернуть ее, но я понимаю, что это невозможно. И, пожалуй, я должен радоваться и скакать как невменяемый, ведь я все таки увидел ее, почувствовал ее снова, это не каждому, далеко не каждому дается, но сколько боли мне это доставило... Зачем? Зачем!?       Сколько я так просидел - не знаю. Кажется, очень долго. А может быть всего несколько минут. Сон все не кончался. Если это был сон. Ни одно окно не зажглось. Ни одного человека не показалось. Ни один автомобиль не проехал. Я горел в собственном аду, неслышимый и невидимый никем. Решение озарило меня мгновенно.       остался. раз ты так сказал, так вот на тебе.       Я сорвался с колен и метровыми шагами пересек улицу. Ветер хлестал мое лицо, всеми силами пытаясь отговорить от задуманного, но я был уверен. Остался кое-кто еще в этой истории. Раз это сон, то да, так и должно быть. Если это мое подсознание, то оно будет вынуждено услышать своего хозяина, да? Или нет? Или, все-таки, да!?       раз я не проснулся, так тому и быть.       Я добежал до ближайшего, уже не такого уж незнакомого мне, дома и начал бить в дверь кулаками.       - Ты звал в гости как-нибудь!? Как-нибудь настало! Открывай же, сучий жирный сын! Давай! Раз ты появился здесь и пялился на меня, раз ты знал, то открой мне и объясни мне все, сука! Раз я такой маленький и тупой, давай, поговори со мной, открой глаза мне, зови своего ебучего Злого Алистера, давайте уже, хоть разопните меня вдвоем! Мне нехер терять!       Я отчаянно молотил кулаками в дверь, но ничего не произошло. Свет не зажегся, человек не появился, абсолютный ноль. Будто я стучался в давно заброшенное здание. Ветер, кажется, усилился.       - Открывай, падла, хотя бы выслушай меня! Какая тебе разница, ты ведь порождение моего мозга, давай же! Держу пари, моё нутро не будет против твоего участия! Хуже все равно уже больше некуда!       Еще несколько минут я молотил дверь руками. Отчаявшись окончательно, я развернулся, и, пропустив несколько ударов ногой, впечатался в злосчастную спиной и сполз по ней на холодное деревянное крыльцо. Слезы таки застлали мне глаза, но я не дал им выхода, только сбито дышал и таранил собственный дом взглядом.       Я ненавидел это все.       И продолжаю ненавидеть.