the hardest parts

      Ледяной воздух порывами обрушивался на мое лицо. Мимо проходили безликие парни и девушки, болтали, смеялись, будто забыли о том, куда держат путь. От хруста снега под ногами у меня начала болеть голова. Трехэтажное здание, казалось, нависло надо мной, одаривая своей хищной улыбочкой. На территории почти не было деревьев, и если раньше я бы сказал, что это просто прекрасно и я не ощущаю себя в ебанном лесу, то теперь же расценивал, как очередной погост в моей жизни.       великолепно. что ж, прошлая моя школа была лучше, хоть и казалась чистилищем.       Ученики старательно меня обходили: никто не задел плечом, не толкнул, не взбрыкнул на меня, даже комментариев не отвесили. Удивительно. Пассивные детишки, хотя и не скажешь, что совсем безвредные. Дети вообще не бывают безвредными. Некоторые голоса казались ужасающе быдланскими, некоторые смешки выводили из себя. Дорогого стоило сохранять хотя бы видимость спокойствия. Мое внимание привлекла слабая мелодия, доносившаяся из стен моей очередной альма-матер.       это что, блять, музыка? у них вместо звонков какая-то мелодия, серьезно?       я здесь свихнусь.       За спиной послышались медленные размеренные шаги, выделявшиеся из остальных своим, казалось бы, полным спокойствием и нерасторопностью. На фоне криков о первом звонке и ускорявшихся шагов по сторонам эти шаги представляли из себя сытого удава, которому явно не о чем волноваться. Шаги остановились слева от меня.       - И снова здравствуй, Джерард.       Я вскинул голову - рядом стоял Майкл. Только сейчас я обратил внимание на его до боли прямую осанку, словно он был каким-нибудь пианистом, или моделью, или военным, не знаю, но одно знаю точно - со своей извечно ссутуленной спиной я казался еще более низким на его фоне. От этого стало неприятно. Мало кому доставляет удовольствие, когда на него смотрят сверху вниз. Он мягко улыбнулся.       - Привет. Это и есть ваша школа? - я кивнул на здание перед нами. Белые панели придавали школе несколько грациозный вид, но в целом она не выглядела новой. Моя прошлая школа была кирпичной, и, как мне всегда казалось, кирпич придавал образовательному учреждению некоторой статности. Это же здание было больше похоже на мелкий торговый центр, который пошел по хреновой дорожке и докатился до "гордого" звания старшей школы.       - Она самая. Волнуешься? - он легко пихнул меня локтем, не вынимая рук из куртки. Это показалось мне хорошим, дружеским жестом, хотя и несколько непозволительным для второй встречи. От неожиданности я покачнулся на одной ноге.       - Честно? Да, хотя следовало бы покласть хер. Не первый раз меняю школу.       - Проводить до директора? - он перевел взгляд на пробегавших мимо девушек и махнул им рукой, они помахали ему в ответ.       нормальные взаимоотношения внутри класса? а так бывает?       это просто девушки, и просто мах рукой. джер, соберись, че как из зоопарка-то. давай еще поудивляемся наличию стен.       Я понял, что завис, только когда мне прилетел второй толчок, уже не такой сильный. Майкл заискивающе заглядывал мне в лицо. Я сфокусировал на нем взгляд и нервно сглотнул. Нескольких секунд было вполне достаточно, чтобы рассмотреть едва заметную щетину на его лице, непропорциональную длину ресниц и каёмку линз.       - Да, да... - я неловко опустил взгляд, - надо... То есть... Проводи, да. - пару раз нервно кивнул, на что юноша усмехнулся и выпрямился.       - Ну пойдем тогда. Я все равно уже опоздал, так что на первый урок меня не пустят.       в смысле не пустят?       Мы медленно прошли в здание, замыкая толпу опаздывающих. Мне пришлось расписаться в каком-то журнале. Охранник был черным, и как-то очень уж недоверчиво на меня смотрел. Выпотрошил у меня всю сумку, прошарил карманы куртки, поводил металлоискателем, всего меня испихал.       вот тебе и радушное приветствие.       Мысленно я обрадовался, что сигареты кончились, но, с другой стороны, лучше бы я сейчас покурил. На концерты пройти проще, чем в эту школу, хотя согласен, в школе желание убивать куда и куда сильнее. Не полезешь же ты к какому-нибудь Тимберлейку с ножом, просто потому что нахуй оно тебе надо, ты его послушать пришел. А вот этому охраннику я бы с радостью раскроил жирное брюхо за его тяжкий взгляд, недовольное мычание и пренебрежительное отношение ко мне и моим вещам.       Как только я вырвался из этого досмотра с пристрастием, тут же наткнулся на какую-то пластиковую карточку, которой Майкл махал перед моим носом. Уж шибко она похожа на обычную банковскую карту.       - Когда зачислят, выдадут такой же пропуск. Он избавит тебя от необходимости каждый раз проходить проверку.       - А вас тут особо не балуют, как я посмотрю....       Но я рано сделал выводы. Неверные, слишком смягчающие обстановку, выводы. Тона школы были не особо приветливыми - зеленые, синие, коричневые тона. Как какая-нибудь больница прошлого столетия, только без облупившейся краски по углам. Пройдя мимо раздевалок мы очутились в большом холле. Посреди холла стоял стол, по углам расположились деревянные скамейки, на которых грудились, по всему видимо, опоздавшие. За столом стояла женщина лет 45, худая, темненькая, с симпатичной стрижкой, не очень похожая на учительницу. Она была такой разгневанной, будто все присутствующие сожгли ей тачку, или напоили и набили на лбу член, пока она валялась в отключке. Внезапно на ее лице пробежала злорадная улыбка, и меня передернуло.       дурка, чертова дурка, в которой я - гребанный пациент.       - Это завуч. Даже не спрашивай, та еще сука.       Она поспешно листала страницы в какой-то толстой тетради, а после того как остановилась, окинула всех присутствующих взглядом. То, чего мне хотелось меньше всего, произошло в ту же секунду.       ебучее внимание.       - Ма-а-айкл, - она недовольно смотрела на него, с долей иронии качая головой, - Ну сколько можно подводить своего отца? Самому не стыдно? - она мягко улыбнулась. Ошеломительный набор эмоций, присущий обычно не совсем здоровым психически людям. Майкл же улыбался ей в ответ, качая отрицательно головой, на что та громко протяжно охнула, - Ну и бесстыдник. Иди сюда! Тебя спасает только то, что ты в приветственном комитете.       приветственный комитет? они еще существуют?       Мы медленно подошли к столу, после чего Майкл расписался в толстой тетради. Вся эта ситуация наводила на меня не самые приятные ощущения. В конце концов, я вообще не понимал, что происходит. Секунды тянулись невыносимо долго. В холле было настолько тихо, что я отлично слышал каждый росчерк Майкла по бумаге.       только не смотри на меня. только не смотри на меня. только не смотри на меня.       - А это кто у нас? - женщина с любопытством обвела меня взглядом. Кажется, мой внешний вид не особенно ее порадовал. Я нервно сглотнул, не зная, что сказать. Поразительно, как моя храбрость и выебистость вылетала в такие моменты. Она же растянулась в гаденькой улыбке.       скажи что нибудь, скажи ты уже ей хоть что-нибудь...       - Это новенький. Я веду его к директору. - Майкл растянулся в особо самодовольной улыбке, на что женщина снова охнула. Если бы мы не были в школе, я бы сказал, что они флиртуют. От этого стало еще более тошно. Такая форма общения была мне неприемлема. Как вообще можно строить глазки учителю? Это же...фу!       я безнадежен.       - Ну, паршивец, даже на отработку тебя не отправить! Идите, и побыстрее, чтобы я вас двоих больше сегодня не видела! - женщина улыбалась, и мы поспешно прошли мимо нее, углубляясь в длинный едва освещенный коридор. Майкл шел молча, все еще растягивая свою улыбку. Меня так и подергивало от амплитуды эмоций той невменяемой женщины.       - Это что еще за нахрен было? - показав большим пальцем назад, нагнулся и прошипел я, - У вас тут что, концлагерь? Для чего эти подписи, почему все сидят в холле с такими лицами, будто на похороны пришли?       - Это опоздавшие, они будут сидеть там до конца первого урока, а в конце учебного дня будут отрабатывать. Ну, или когда им там поставят их отработки.       - Ты прикалываешься? Это вообще школа или дурдом? И что у той бабы с башкой, она какая-то припезднутая! - я дернул его за рукав, словно от этого мне стало бы легче.       - А ты чего так разнервничался? - Майкл засмеялся, отмахиваясь от моей руки, - Привыкнешь к этому, или ты злостный непунктуал с фобией невменяемых кошелок? - он шел спокойно, но я едва поспевал за его семимильными шагами, потому рассмотреть коридор мне как-то не удавалось, и я уже предвкушал, как буду теряться здесь первое время.       - Я не непунктуал, - зашипел я в ответ, - Я тупо в шоке! И если этот венец творения - нормальный человек, то я - ярый фанат мужчин!       И тут Майкл остановился, зайдясь в смехе. Я не знал, то ли распыляться еще жестче, то ли посмеяться вместе с ним, но второе взяло своё, и я, выдохнув, улыбнулся и закрыл лицо рукой, исподтишка рассматривая согнувшегося пополам парня, пытаясь понять причину его хохота. Он был достаточно харизматичным, хотя внешность таки отталкивала. Было в его чертах что-то такое, непривлекательное. Я бы с легкостью отнес его к категории "настолько уродлив, что невозможно оторвать взгляд". В моей школе такой парень не пользовался бы никакой популярностью, тупо прозябал бы уроки в конце класса и коротал бы обеды в школьном туалете. И это было бы еще лучшим вариантом развития событий. Но здесь, кажется, совсем другая система координат, и мне стало не по себе от внезапного осознания, что если я проебусь в первые дни, то стану изгоем до самого выпускного. Тем временем Майкл выпрямился и тяжко выдохнул, приходя в себя.       - Мы идем, или ты так и будешь ржать?       - Идем, идем...       Покачиваясь после приступа смеха он поплелся на второй этаж и я шмыгнул за ним. Здесь были уже другие тона, более светлые, и было куда просторнее, чем внизу. Кажется, я таки ошибся в возрасте здания. Снаружи оно казалось мне старым и попросту переобшитым, но внутри же всё веяло новьем. Двери, полы, светильники, краска - все было новое, от силы десятилетнее. В старых школах нет таких огромных холлов как минимум, французских окон как максимум. Только вот нассать бы в глаза тому, кто выбирал цвета для внутренней отделки.       - Может, ты хоть будешь комментировать, где мы и что находится вокруг? - я не прекращал шипеть. Кажись, это только больше веселило Майкла. Тот уже махал на раскрасневшееся лицо ладонями, но своего хода не останавливал, и мне приходилось трусцой бежать за ним.       - Мы поднялись по лестнице, теперь мы идем по холлу, потом мы пойдем по коридору, а потом мы зайдем в кабинет... - видимо, он был доволен собой. Специально ведь цепляется за слова.       он что, теперь и со мной флиртует?       - Да ты заебал... - я закатил взгляд улыбнувшись, - А если нормально?       - Ну если ты так хочешь успеть на второй урок, то вот это кабинет английского, а вон там у нас биология, на третьем этаже химия, ист...       - Нет, я не спешу на второй урок, заткнись.       - ...ория, география, алгебра и геоме...       - Закрой хлебало, мать твою, сказал же!       Я напрыгнул на него и зажал рукой его рот, уже не надеясь на то, что он способен заткнуться, но он рассмеялся пуще прежнего, так и не сбавляя шагу и отмахиваясь от меня.       - Ну тогда и не беги впереди паровоза, светофор.       - Это я-то светофор!?       я пришибу его сейчас.       - Ну не я же... - Майкл провел по своим белокурым волосам и подмигнул мне широко улыбаясь.       до чего нарцисс. корона явно не давит.       - Ну я хоть на пидора не похож, в отличие от некоторых тут. - я остановился посреди коридора и скрестил руки на груди, слабо усмехаясь. Майкл остановился в паре шагов от меня и развернулся. Самодовольная улыбка не сходила с лица.       - Нет, похож. Еще как похож, вообще-то.       - Я не гей, для сведения. А вот ты - точно пидор. Ты посмотри, какой ты вылизанный! - я махнул рукой на его макушку, полную геля и лака для волос, - От тебя этой химией за километр прет!       - Нет, дружок, я не пидор, а что касается тебя, то это большой вопрос. Слишком уж ты развязный для целомудренного натурала. - он сделал шаг ко мне, усмехаясь и скрещивая руки на груди. Я не заставил его ждать и шагнул навстречу, занося указательный палец перед его носом и выдавливая из себя максимально угрожающую улыбку.       - Да даже если бы так было, тебе завидно что ли, отчаявшийся девственник? И кто из нас еще развязный, не я флиртую налево и направо, - я поманил его пальцем и поднялся на носочки, дотягиваясь до его уха, - тебе осталось только тренинги начать давать о способах нахождения игрищ на свою пернатую жопу. - я поднял голову, пристально смотря ему в глаза, на что тот нагнулся ко мне в ответ, едва не касаясь моей щеки.       - Было бы чему завидовать, гейская шкурка. Сам же сказал - фанат мужчин. И да, судя по всему, ты-то уже начал давать, да только вот не тренинги. - это уже совсем не напоминало веселые дружеские шуточки, и я поймал его взгляд. Только сейчас я понял, что нахожусь в до боли неприятном для себя положении - слишком близко, он слишком высокий, смотреть неудобно, от него действительно пахнет лаком для волос... Я собрался с мыслями, и чуть не тыча пальцем ему в нос, зашипел:       - Я тебе ебучку разне...       За моей спиной послышалось присвистывание. Я поспешно опустил руку и отступил назад, все еще пристально смотря на Майкла, тот медленно перевел взгляд с меня на кого-то позади, прищурился и тут же выдохнул, закатывая глаза. Его плечи расслабленно опустились, и я только сейчас заметил, как часто вздымается его грудная клетка. Стук шагов бил по ушам. Я обернулся, ожидая увидеть кого угодно, но тот, кого я обнаружил, в очередной раз произошел все мои ожидания.       - Приветик, пидоры-девственники. Как жизнь?       дурачок. опять не то время и не то место. что он тут делает?       Пройдя мимо нас он бросил в Майкла пачку сигарет, которую тот чуть не профукал от неожиданности, а словив, поспешно спрятал в карман.       - Спасибо... Ты почему не на уроке? - мы провожали мужчину взглядом. Он был в темно-синих джинсах и заправленной белой рубашке и меня несколько поразило, как можно совмещать в себе неряшливость и элегантность таким образом. Впрочем, если бы он подобрал живот и выпрямил волосы, он был бы слишком хорош. Но с Майклом они не похожи ничуть. Ничем, абсолютно.       - У меня окно, а вот ты почему не на уроке? - он смотрел на Майкла, отпирая кабинет ключом. Майкл молча кивнул на меня, и мужчина усмехнулся.       - И что бы делал сынок без мамочки, да, Джерард? - он хмыкнул, и, улыбнувшись, скрылся в кабинете, закрыв за собою дверь. Мы с Майклом остались в тишине, так и пялясь на несчастный дверной проем. Под дверью показалась полоска света. Потребовалось несколько секунд, чтобы выйти из оцепенения. Опомнившись, я первым нарушил молчание.       - А... Что он тут делает?.. - я медленно поднял взгляд на Майкла, и тот, поджав губы, опустил на меня безнадежный взгляд.       - Работает. Учитель обществознания.       он - учитель? вот этот низкий ободранец, размахивающий пальцами мне вдогонку - учитель? тогда я балерина, ни больше, ни меньше.       - ...ты гонишь.       - Нет, не гоню. На самом деле он юрист, но пока что работает в школе. Мы сами не так давно переехали сюда.       Я уставился себе в ноги, покачиваясь и нервно покусывая губы и щеки изнутри. Этот город преподносит мне все большие подарочки. Если это - первая неделя, то слабо представляю себе последнюю, и свято надеюсь, что она таки наступит и я свалю отсюда в радужный закат.       Из мыслей меня выбили холодные тонкие пальцы, опустившиеся на мою щеку. Я замер и резко поднял взгляд - Майкл серьезно смотрел мне в глаза. Не разрывая контакта, он сделал шаг ближе, и я нервно попятился.       - Ты чего?...       Тогда он сделал еще шаг, и я снова отпрянул, оторопело разглядывая его лицо.       ? ? ?       Когда я, шагнув в очередной раз, с силой ударился спиной и затылком о стену, в голове конкретно поплыло. Как завороженный я смотрел на Майкла, который, в свою очередь преодолел последнее, и без того крохотное расстояние между нами, оказавшись вплотную ко мне.       ? ? ? ?       Кончиками пальцев он потянул мой подбородок выше. Сердце в груди сделало скачок и я нервно сглотнул, крепко сжимая руки, чувствуя, как по еще не затянувшимся ранам ногтями оставляю новые. Непонимание ситуации выскребало мне мозг чайной ложкой. Я ощущал свой пульс, бухавший в каждой клетке, настолько отчетливо, что более, чем уверен, что Майкл его чувствовал тоже. Его дыхание обожгло мои губы, и я, прикрыв веки, задержал дыхание и громко нервно сглотнул.       ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ? ?       И тут он усмехнулся, отходя и одаривая меня злорадной улыбкой победителя. Я растерянно вытаращился на него, в конец не понимая, какого черта происходит.       - И это я-то еще пидор. У тебя чуть разрыв сердца не случился.       Я молча таращился на него. В висках забухало пуще прежнего. Время казалось черной бесконечной дырой. Конечности похолодели и стали ватными. То, что произошло, переходило все границы. Меня искалечила, нет, попросту убила такая жестокость. Я, словно кот Шредингера, был и жив и мертв одновременно. В то время, как я искал хоть какую-то связь с этой Вселенной, Майкл оставался радостным и довольным собой. На его лице не было ни намека на хоть малейшее смущение, или страх, или волнение. Абсолютное спокойствие вперемешку с самодовольством. Кажется, я сильно побледнел и из-за этого окончательно потерял самообладание. Я не знал, что делать, то ли убежать со стыда куда подальше, то ли подойти и назло впиться ему в губы, чтобы неповадно было. Я снова подумал о своей храбрости, а после - о бесхребетности. Ком встал в горле. Я пялился на Майкла, сохраняя молчание.       - Или я так уж тебе нравлюсь?       Он пристально смотрел на меня, облизываясь, словно кот, нажравшийся сметаны. А вот я, по ощущениям, навернул говна. И если у кота была крынка, то у меня была цистерна. Поправив сумку на плече, я открыл уже было рот, чтобы что-то сказать, но не выходило. Я тупо стоял с открытым ртом, не в силах даже сматериться.       никчемный. даже ответить не можешь. никчемный и тупой. тряпка.       Я сомкнул губы, после чего потерял фокус в пространстве. На лице Майкла пробежало некоторое волнение. Он нахмурился. Видимо, я молчал чересчур долго. Он закусил нижнюю губу, взгляд постепенно приобретал чувство вины.       После произошедшего всё от начала и до конца казалось мне какой-то глупой игрой и разводом. С самого первого разговора, с самого начала. Я чувствовал себя отвратительно. Омерзительно. Разбито. И сам не понимал, как такое ничтожное поведение могло настолько омрачить мое состояние, помутнить сознание, вывернуть мне все внутренности. И вот я стою здесь, перед этим нахрен неизвестным мне человеком, в этом проклятом месте, и пытаюсь нащупать под ногами машину времени, чтобы отмотать на пару минут назад и врезать по его сладкой роже. Да только нет ничего под ногами.       - Эй, Джерард, я не... - я молча смотрел перед собой, пытаясь собраться с силами.       - Джерард?...       Я не без усилий сглотнул и без того сухое горло, после чего покачнулся и медленно отошел от стены, мельком посмотрев на Майкла. Показалось, что он даже был напуган, но я не настолько уж всматривался в его наглую рожу. Я боялся, что что-нибудь щелкнет в моей голове и я наброшусь на него, как девка, и расцарапаю ему все лицо.       - ...где кабинет директора? Я сам дойду. - я ткнулся взглядом в пол, всеми силами стараясь не смотреть на Майкла. Он же направился ко мне, настолько расторопно, что я едва успел отпрыгнуть от него. Я попятился и выставил руки перед собой, как бы отгораживая себя и давая понять, что этого достаточно, после чего развернулся и быстро зашагал вниз по коридору.       - Джерард!.. Ты что, обиделся?.. Это же была шутка... - в голосе таки звучало раскаяние, я даже представил, как он непонимающе взмахнул руками.       шутник. раз ты способен на такие актерские выпады, то на что еще сподобишься?       Я шел вниз по коридору и не понимал, что чувствую. Нихрена не понимал. Это была смесь из неловкости, смущения, отчаяния, разочарования, стыда и злости. И ярости. Особенно ярости. Завернув за ближайший угол я с силой пнул стену, рыча.       удар по эго.       Да, вот что это было.       у н и ж е н и е.       Я не слышал шагов за собой. Вообще не слышал никаких звуков. Хотелось покурить и помыться. Помыться так, чтобы смыть с себя эту ситуацию и вытрясти все воспоминания о ней. Медленно приходя в себя, я сделал мимолетный вывод, что можно было и не усугублять так ситуацию, но было уже поздно. Повернуть назад - значит, признать свою ошибку, извиниться в недопонимании, и, что самое стремное - потерпеть поражение. От переизбытка чувств меня затошнило и я облегченно выдохнул, вспоминая, что сбежал из дома не позавтракав. Превозмогая рвотный рефлекс, я побрел в конец коридора, ища заветный кабинет.

***

      - Нам нужно поговорить.       Я с силой бросил пакет с формой на кухонный стол. Криста обернулась от плиты, осуждающе смотря на меня. Отец, спокойно завязывающий галстук, даже не посмотрел. Будто ничего вообще не произошло. Скрипя зубами, я ударил кулаками по столу. На терпение не было больше ни сил, ни времени.       - Нам надо поговорить! Ты что, не слышишь меня!?       - Не разговаривай с отцом в таком тоне.       Блондинка скрестила руки на груди, награждая меня сердитым, полным отвращения и злобы взглядом. Ее белый отутюженный фартук с рюшами никак не вязался со все еще не разобранными коробками в коридоре. Сомкнув веки я представил, как пока меня нет дома, отец залазит ей под этот фартук руками и елозит пальцами по ее дряхлой повидавшей виды пизде. Ох, какое удовольствие я бы получил, вскрыв ей глотку тем же самым, что побывал меж моих костей, ножом, и окрасив эту тряпку в красное. Земля еще сильнее ушла из под ног. Не выдержав, я заорал на тупую суку:       - Вышла отсюда быстро, шавка ебаная, пока я тебя за волосы не выволок и не намакал в дерьмо твою ссаную бошку!       Она ошалело уставилась на меня. Я всегда был остер на язык, но в такие грубости еще не позволял себе выходить. Отец замер и медленно перевел на меня взгляд. Распутав галстук, он оставил его болтаться на шее.       - Криста, оставь нас с сыном наедине. - он вздохнул, ожидая от избранницы повиновения, но та, похоже, пришла в шок какой-то, не получив очередной поцелуй в задницу от моего отца. - Пожалуйста, Криста.       С секунду не понимая, что происходит, она сохраняла бездействие, после чего развязала фартук и остервенело бросила его на столешницу, прошла мимо нас и удалилась на второй этаж, то и дело фыркая себе под нос. Отец подошел ближе.       - Сколько еще ты будешь трахать мне нервы, скажи мне?       - Пап, да разуй ты глаза, она та еще сука! Тебе лишь бы угодить ей, а что до меня - тебе абсолютно плевать! С тобой невозможно, ты вообще ничего не слышишь! Сбагрил меня в эту уебскую школу и хрен бы с ним, да?!       - Я понимаю, что смерть матери оставила на тебе...       - О господи, да причем тут мать! Причем тут мать!? Мы переехали в новый город, где ебучего снега по колено, у меня совершенно нет друзей, и, видимо, и не будет, ты живешь с тупой жестокой сукой, машущей передо мной ножами то и дело, забираешь у меня плеер, без которого я окончательно как без рук, и под конец еще и игнорируешь меня от и до, как будто меня не существует вообще! Да ты хоть слушаешь, о чем я говорю?! - долю секунды я радовался тому, что завернул телегу про плеер, как бы намекая, что он мне очень нужен. Но это была капля в море.       - Она не тупая, и далеко не сука. Хватит бредить про ножи. Ты уже доконал меня этим. И прекрати материться. - он снова стал завязывать галстук, и я просто остервенел.       - А это что тогда?! - я ткнул тыльной стороной ладони ему под нос, от чего он недовольно скривился, но на руку таки мельком посмотрел.       - Мы тысячу раз обсуждали твое самобичевание, и если хочешь продолжать в том же духе - пожалуйста, но не забывай, что от этой точки до психушки тебя разделяет один мой звонок.       - Это она мне нож воткнула в руку! Ты свихнулся!? Я давно не страдаю этой хуйней!       Развернувшись, он в момент оказался передо мной и с силой дернул меня за больную руку, от чего я изможденно застонал, пытаясь вырвать несчастную из отцовской хватки. Он грубо перевернул ее ладонью вверх и ткнул мне в нос мои раны от ногтей.       - А это что? Не думай, что ты умнее всех, Джерард. Я и так не знаю, откуда у нас такая гордость да безмерное самолюбие, а если к этому прибавиться еще и высочайший интеллект, то я боюсь, что буду вынужден тебе трон прикупить на выходных.       Он отпустил мою руку, одарил меня ненавистным взглядом и снова побрел к зеркалу. Держа в здоровой руке больную, я растерянно пробормотал:       - Я тебе сын вообще или кто?.. Откуда столько недоверия?.. Как же она промыла тебе мозг...       Отец закатил глаза, подошел и схватил меня за подбородок. За мой бедный, и так уже настрадавшийся за сегодня, подбородок. Мне стало до того противно, что я с силой мотнул головой. Само собой, это не помогло. Я отчаянно разглядывал его лицо, пытаясь найти хотя бы постановочное родственное начало, или уважение, или сочувствие, мне подошла бы даже жалость, но там не было ничего. ничего.       - Джерард. Хватит. Ты вынуждаешь меня принять крайние меры. Еще одна выходка - я тебя не пожалею, как в прошлые разы. Уедешь лечиться. Доступно объяснил?       Я зажмурился, пытаясь промолчать, или хотя бы кивнуть, в конце концов посчитать про себя, но нет.       нет. нет. нет       Меня прорвало. Я заорал ему в лицо.       - Я что, многого прошу!? Мне всего-то нужно хоть чуточку твоего внимания и понимания! Ты мне совсем не веришь, настолько ослеплен своей курицей, что готов отправить меня куда угодно, лишь бы я вам не мешал!       - Еще одно слово, и я выполню свое обещание прямо сейчас. Марш в свою комнату.       Он отошел от меня, предпринимая очередную попытку завязать галстук. Я отчаянно смотрел ему в спину. Глаза щипало. Хотелось выпалить миллиарды слов, вылить все, что я чувствую, но я понимал, что добьюсь этим только очередного вздоха, очередного "хватит" или вообще палаты. Сжимая зубы до боли в челюстях я бегом поднялся на второй этаж, молча пронесся мимо самодовольно улыбающейся суки и закрылся в своей комнате.       раз.       два.       три.