томь

Когда Фабио жестом махнул Артему рукой, мол, бегом переодеваться, Игорь заметно напрягся. Играть еще около получаса, и за это время отдохнувший, набравшийся сил и рвущийся в бой Дзюба мог и гол забить. Акинфеев поерзал на скамейке, посильнее укутавшись в плед. Теперь рядом никто не сидел, и справа стало заметно холоднее. Желание, блин. Как дети малые. Ну не станет же Дзюба всякую херню придумывать? «Человек, который признался в том, что ты ему нравишься как мужик?», - саркастично мелькнуло в голове Игоря, пока он пытался следить за игрой, в частности, за игрой одного спартаковского нападающего. Со скамейки наблюдать было не очень привычно, но зато сейчас он видел, насколько сильно Артем выделялся на поле. Рослый, мощный, скоростной, буквально вспахивающий газон бутсами. «Трактор», - Игорь усмехнулся про себя, прикрывая рот перчаткой. Но для человека, которого в сборную вызвали всего лишь второй раз, Артем смотрелся точно не хуже остальных. Когда в ворота американцев назначили штрафной, а Дзюба его не пробил, Игорь даже со скамейки услышал громкое и звенящее от обиды «да ну нахуй!». Быстрый с Денисом заржали в один голос, Акинфеев же покачал головой, усмехнувшись. Далеко пойдет. А вот когда Артем, смело и грамотно выбежав в штрафную, заработал пенальти, Игорю стало не до смеха – потому что если Дзюба будет бить, то и пробить сможет. Он присматривался к чужой вратарской и ждал, кто же пойдет на точку. Решили не рисковать – пошел Ромыч. Мяч залетел в ворота прямо под перекладину, без шансов для американского кипера, и Игорь спокойно выдохнул – команда ведет в счете, в споре он вроде как выиграл. Артем со злостью сплюнул на газон. Шла девяносто третья минута, и все бы могло кончиться еще идеальнее, если бы Игнаш с Васей заметили Дискеруда. В итоге – свисток, аплодисменты и товарищеская ничья в товарищеском матче. Игорь, откинув плед, направился было к подтрибунке, но сквозь шум толпы услышал знакомое «бля, погнали уже!» и обернулся. Дзюба, на физиономии которого красовалась дурацкая улыбка, а от обиды за не пробитый мяч не осталось и следа, ловко запрыгивал на бедного, сгибающегося пополам от смеха Дзагу. Неугомонный же, а. *** Несмотря на то, что вылет у них вышел поздний, почти ночной, в самолете сборной почти никто не спал. Молодняк скучковался в хвосте, показывая друг другу смазанные фотки с «посвящения в сборники». Гогот стоял дикий, громче всех слышно было, конечно, Сашку с Артемом – даже несмотря на то, что Дзюба пропустил всю жару, он мгновенно придумывал шуточки по фотографиям, попутно рассказывая о своих приключениях в первый сбор и слушая остальных. - Да я те говорю, они сварили целый тазик роллтона тогда! Я еще дня два из одежды эту лапшу выковыривал… - смеясь, рассказывал Дзага. - Лапша – херня на постном масле, - перебил его Артем, - вот где Березы тарантула достали, я в душе не ебу! Живого! Тарантула! - Да-да, как девчонка тогда визжал!.. – поддакивал ему Кокорин, пихая друга в плечо. – Так что, Федь, легко отделался еще, - он похлопал Смола по плечу, начиная вновь неистово ржать. Игорь дремал чуть поодаль, в середине самолета. Он слышал все эти истории уже раз десять, да что греха таить – он Васе с Лехой иногда помогал устраивать новичкам курсы молодых бойцов. А как еще себя развлекать на сборах, когда одни тренировки, изучение тактик, опять тренировки и игры? Ну Березы и придумали что-то вроде обряда посвящения. «Чтобы сразу привыкали к нашему дурдому», - добродушно хохоча, аргументировал тогда Вася. И как-то прижилось. Тренерский штаб, естественно, не особо одобрял это все, но, как говорится – не виновен, пока не доказано обратное. А улики ребята прятать умели на ура. Акинфеев еле заметно усмехнулся. Идея с тарантулом – его рук дело. - Не спи, замерзнешь, - басовато просипел Березуцкий-старший, подсаживаясь на соседнее кресло. Игорь подпрыгнул на месте, хватаясь за сердце. - Че за привычка идиотская, подкрадываться? - А чтоб ты потом с таким смешным лицом сидел, - Вася поржал, на что Игорь лишь отмахнулся. – Я погляжу, малышня у нас сдружилась. - Ага, - Акинфеев обернулся на стайку смеющихся парней. - И у тебя тоже новый друг появился, м? Ну началось. - Ой, кто тут покраснел-то у нас? – Вася боднул Игоря в плечо. – Рассказывай давай, о чем вы там девочки ночью болтали за чашкой чая? - Уши твои смешные обсуждали. Тебе не икалось случайно? – самодовольно ответил вратарь, понимая, что сейчас нападение – это реально лучшая защита. Ну не хотел он с Васей это обсуждать. Да собственно и обсуждать было нечего. Но не хотелось. - Ха-ха, нет, спасибо за заботу. Ну ты это, аккуратнее. Научит тебя за гаражами курить, а мне отчитывайся потом… Игорь нелепо фыркнул, поудобнее устраиваясь в кресле и прикрывая глаза, тем самым намекая, что разговор окончен. - А если серьезно, Игореш, Артем нормальный вроде. С прибабахом, немножко, и шумный, как по мне, но нормальный. Дружи сколько хочешь, - он хохотнул и отправился обратно на свое место. Игорь хотел было ответить язвительное «спасибо, мам», но уже не успел. Иногда эта чрезмерная опека начинала доставать – ну в самом деле, он же не ребенок, чтобы слушать, с кем ему можно общаться, а с кем нельзя. Да и тем более, они в разных командах. Что может случиться? - Бу! – прокричали откуда-то сверху, и Акинфеев, испугавшись, вскочил на ноги, ударяясь головой о потолок. – Да тихо ты, не боись! – Дзюба заржал, смотря за тем, как Игорь потирает ушибленный лоб. – Че, больно? - Нет, щекотно, блин, - чуть успокоившись, Игорь сел на место, как раз в тот момент, когда Артем, согнувшись в три погибели, присел рядом. Устроившись на кресле, он жестом подозвал стюардессу и, обаятельно улыбнувшись, попросил ведерко со льдом. – Да не надо, Артем, нормально все. - Ага, шишак на весь лоб, нахер он тебе нужен? – спросил Артем, забирая ведерко из рук девушки. – Ща все будет, не ссы. Игорь, улыбаясь, наблюдал за тем, как Дзюба, шипя от холода, берет в руки кубик льда и со словами «ну-ка давай сюда» разворачивается к нему лицом и прикладывает холодное к ушибу. Он поморщился, но улыбаться не перестал. - Спасибо, Тем, - он перехватил начавший таять лед своей рукой, и Артем , смотрящий на Игоря во все глаза, неловко вытер руку о свою толстовку. - Да, это. Пожалуйста, епт. Игорь был рад, что Серега с Васей не видят сейчас этой сцены, потому что подколов тогда бы ему хватило на два сезона вперед. - Слушай, а ты когда сможешь желание-то выполнить? Чего? - Чего? – уже вслух спросил Игорь, меняя руку – лед окончательно растаял. – Ты ж не забил ничего, с чего это я должен что-то выполнять? - Игорек, ну я ж пендель заработал, ну ты че, ну косвенно же считается! – затараторил Дзюба, выпучив глаза, и Игорь легко рассмеялся, отнимая руку ото лба. Посмотрев на капли воды в ладони, он брызнул ей в лицо Артема. - Ну косвенно и выполню – он хитро улыбнулся, отворачиваясь от Дзюбы. - Это как? - Ну это уже мои проблемы, как, - слишком по-деловому ответил Акинфеев. – Давай, говори, что там у тебя за желание? Накуриться и спеть на камеру «18 мне уже»? Выпить бутылку водки и встать в ворота? Зайти в раздевалку ЦСКА в женском белье? - О…го, - Артем слегка опешил, понимая, что его невинное желание – даже, скорее, просьба, - вообще ничто в сравнении с тем, что мог бы придумать сам Игорь. Который, вроде как, спор-то и выиграл. - Нет, ниче такого. Но пока не скажу, - Игорь открыл глаза, с недоверием косясь на Артема. – Будет сюрприз. К Новому году, - он подмигнул, улыбнувшись. - Хорошо, сюрприз, так сюрприз. - Смотри, - Артем коснулся тыльной стороной ладони его лба, там, где сейчас был чуть красноватый след. Игорь вздрогнул, и рука тут же исчезла. – Проходит. Я же говорил. - Да, - он потер ушибленное место, - проходит. Спасибо. - Обращайся! Дзюба в очередной раз подмигнул и, встав с насиженного места, отправился в конец самолета. Игорь, поежившись, накрылся пледом и опять закрыл глаза, в надежде, что оставшееся время ему удастся немного поспать. Украдкой наблюдавший за происходящим Вася лишь невесело покачал головой. *** 23 декабря 2012 Как же Артема бесили московские пробки, особенно перед праздниками, особенно сегодня, когда он пулей сбежал из мед. штаба, клятвенно обещая не налегать на оливье на праздниках. Хотя, последнее время его бесило буквально все, даже несмотря на то, что с их скандала с Эмери прошел почти месяц и «тренеришку» погнали мокрыми тряпками из клуба. Тренеришка, ха. Теперь это слово навек приклеится к нему, думал Артем, на которого после той истории такой ушат с дерьмом вывалился – врагу не пожелаешь. Но он не мог по-другому. Вот хоть земля под ним разверзгнись, у него просто лопнуло терпение. Потом с Крис ругаться начали, с парнями на тренировках срывался. С Карпиным пока непонятно, они толком не общались (спасибо надвигающемуся зимнему перерыву), но Артему по крайней мере сейчас было на это пофиг. Потому что сегодня Игорь Акинфеев должен исполнить его желание. Поехать в такое время на такси оказалось ужасной ошибкой – Артем уже почти час пытался проехать на Тверскую, хотя должен был там оказаться двадцать минут назад. Игорь наверное уже заждался, он же пиздец какой пунктуальный у нас. Мыслей о том, что он так и не пришел, у Темы почему-то не возникало – Игорь, скорее всего, позвонил бы или смску отправил на худой конец. Он же приличный, епт. - Эй, дорогой, слюшай, ну это щито за пробка, скажи, да? – водитель старенького «опеля» выдернул Артема из мыслей об одном вратаре. – Вся Москва в машинах живет, вах, - он усмехнулся своему наблюдению, на что Дзюба лишь угукунул и спросил, через сколько будут на месте. – Дорогой, ну так мы ж на месте – не едем, стоим, ха-ха! – довольный своей шуткой, мужчина негромко рассмеялся, но увидев в зеркале не сильно радостный взгляд, вмиг стал серьезным. – Пять минут, дорогой, щас вооон тот светофор проскочим – и готово! - Спасибо, - Артем в который раз выудил из кармана телефон, проверяя время. 17:37. Опаздывал он, конечно, безбожно. Пакеты еще эти с собой тащил дурацкие… Вскоре машина, как по волшебству, тронулась вперед, птицей проносясь мимо ряда невезучих, что продолжали стоять. Через пять минут Артема и правда высадили на Тверской площади, там, где они договорились встретиться с Акинфеевым. Падал мелкий снежок, и уже были включены фонари и новогодние гирлянды, люди толпами выходили из магазинов – уставшие, но счастливые. Артем поправил съехавшую с плеча спортивную сумку и подобрал в одну кучу два больших черных пакета, которые он вез с собой всю дорогу. Он побрел к центру площади, надеясь, что Игорь не будет слишком долго смотреть на него, как на дебила. Этот месяц они даже умудрились поддерживать какой-никакой постоянный контакт. Как минимум пару раз в неделю спрашивали о здоровье, о тренировках, потом Игорь узнал о скандале с Эмери и даже позвонил Артему – и поругать, и поддержать одновременно. В тот день, Артем был уверен, он засыпал с самой глупой улыбкой на лице из всех возможных. - Привет, - раздалось из-за спины, - ты на рынок шмотками торговать что ли поехал? Что за баулы? – Игорь, указав на мешки, удивленно смотрел на Дзюбу, который тут же полез обниматься. – Эй, ну раздавишь же. Привет, привет, - Игорь легко похлопал его по плечу, отодвигаясь. На нем была совершенно дурацкая темно-синяя шапка с красной полосой, которая удачно сочеталась с таким же красным от мороза носом. Акинфеев подышал на ладони в перчатках, закрывая ими лицо и растирая щеки. - Замерз, да? Давно ждешь? – спросил Дзюба вместо приветствия, ставя пакеты и сумку на землю. – Ты прости, пробки просто жесть какая-то, минут сорок стояли. - Да не, нормально все, я так и понял. Ну, давай, говори, чего хочешь? - Резвый какой, ишь, - Артем присел, начиная раскрывать пакеты и рыться в них. Игорь чуть наклонился, вытягиваясь вперед, чтобы успеть увидеть хоть что-то, когда Дзюба резко развернулся и обхватил пальцами его нос. – Про Варвару поговорку не слышал? – он заржал на театральное акинфеевское «ай» и убрал руку. Это обещает быть интересным. - Давай доставай уже, что там у тебя. Неужели подарки, Дедушка Мороз? - Все-таки не зря про твою интуицию легенды ходят, - Игорь с недоумением посмотрел на Артема, когда тот встал, держа в руках... - Костюм Деда Мороза? Ты серьезно? - Нет, мне просто в прикол их таскать через всю Москву было, - Артем закатил глаза, протягивая Акинфееву красный балахон и бороду. – Напяливай давай. - Чегооо? - Надевай, говорю. Ты ж сказал, что исполнишь желание – ну вот. Я хочу, чтобы мы… то есть, чтобы ты со мной погулял, - начал объяснять Дзюба офигевающему на все сто Игорю. - Ноооо, так как персоны мы заметные, а сейчас канун Нового года, то гулять мы пойдем в костюмах дедов Морозов! Прикольно, да? Артем улыбнулся во все 33 зуба, начиная выворачивать из пакета второй дедовский балахон – только синий – с комментарием «о, красно-синие пойдем, как армейцы», а Игорь продолжал держать в правой руке накладную бороду и смотреть на этого очень странного, но отчего-то вселяющего веру в себя и весь мир человека. Он вслух засмеялся. - Ты чего? – Артем уже начал напяливать на себя колпак, доставая вторую бороду. - Да ничего. Смешной ты, Артем Дзюба. - А ты, Игорь Акинфеев, ханжа. Хватит ворчать и одевайся. Игорь только начал надевать ярко-красную шубу (что он делает со своей жизнью, господи), как слева послышалось до ужаса знакомое, звонкое и любимое «Игорь!». Он замер на месте. Как он мог не подумать об этом. Артем, заметив, что Игорь встал как истукан, посмотрел вслед за направлением его взгляда. - Ты все-таки решил меня встретить? Веселая, улыбающаяся, со смешинками в карих глазах и мелкими снежинками в кудряшках. Чмокнувшая его в щеку и стершая пальцем след от помады. Красивая. Яркая. Ослепляющая. Как золотой ободок кольца на тонком безымянном пальце. - Ой, а почему ты держишь костюм Деда Мороза? – непонимающе спросила Игоря девушка, поворачиваясь лицом к Артему, который, судя по виду, только что съел целый лимон. Не прожевывая. – А вы?.. - Катюш, это Артем, Артем Дзюба, мой… коллега, если так можно сказать. Нападающий «Спартака». Один из лучших. - А, я в газете читала, кажется? Вас же тоже в сборную вызывали, да, Артем? Ой, что это я… – Катя протянула руку, улыбаясь. – Меня Катя зовут, я невеста Игоря. Артем на автомате пожал ей руку и улыбнулся, продолжая смотреть на Игоря так, словно это он заставил его съесть тот самый лимон. Хотя сейчас Дзюбе казалось он и килограмм мог осилить. - Артем. Приятно, очень. - Взаимно, - Катя чуть отодвинулась, разглядывая одеяние молодых людей. – А у вас тут что, какая-то вечеринка, а я не в курсе? – она игриво улыбнулась Игорю. - Да мы просто тут.. это… решили… - Игорь замялся, не зная, что еще сказать. Он положил бороду обратно в пакет. - Детишек поздравить. На елке, - глухо отозвался Артем. – Праздник все-таки на носу. - Как здорово! – девушка, казалось, была искренне рада такой инициативе жениха, хоть и не до конца понимала, что происходит. – А костюма Снегурочки нет? Я могла бы помочь, я в театральной студии в универе даже занималась немного, - она звонко расхохоталась, шутливо заглядывая в пакет. - Нет, извини, здесь только «деды», - Артем не знал, откуда у него вообще были силы говорить. Игорь молчал, глядя на пролетающий снег. – Да и я что-то плохо себя чувствую, наверное, чебуреком отравился. Думаю, не получится праздник организовать. Игорь бросил на него удивленный и отчего-то виноватый взгляд, хотя, по сути, не произошло ничего такого, за что ему стоило бы себя винить. Но внутри все равно царапало, легонько так. - Уверен? Могли бы втроем пойти, веселее бы было, да, Игореш? – Катя взяла его под руку, надеясь, что Игорь уговорит своего товарища побыть с ними еще немного. - Я не знаю… - Нет, ребят, мне правда нехорошо чет… Боюсь, не выдержу, - Артем для проформы схватился за живот, кривя гримасу. – Поеду я домой, подлечусь. - Очень жаль, Артем. Выздоравливайте! - Ага, и вам не хворать, - добавил он чуть тише, разворачиваясь, и побрел в сторону метро. - Артем! Костюмы! – крикнула ему вслед Катя, заметившая лежащие на снегу мешки. Дзюба даже не обернулся, продолжая идти вперед. – Странный у тебя коллега все же… Заберем? – спросила она у Игоря, который неосознанно следил за дзюбовской спиной, лавирующей между припорошенными снегом прохожими. Катин голос он почти не слышал, словно она говорила сквозь толщу воды. – Акинфеев, прием? – щелчок пальцев перед лицом вернул его в реальность. Спина исчезла из поля зрения. - Да, что?.. А, это. Ну можешь забрать, может, в универ свой отнесешь, в студию? - Блин, точно, - Катя кивнула сама себе и, собрав шубы в мешок, отдала его Игорю. – Ой, смотри, красно-синие – твои цвета, Игореш. Он согласно покачал головой и, взяв Катю за руку, поплелся к машине. *** Артем знал, что этого ни в коем случае нельзя делать, и что завтра он будет себя ненавидеть. Артем знал и все равно продолжал отхлебывать коньяк прямо из горла. Армянский, папа в том году привез. Пробирал, сука, на ура. Слава богу на дворе было уже далеко за полночь, и никто не признал в сидящем на детской площадке двухметрового мужика форварда «спартачей», потому что иначе ему бы так прилетело от Карпина, мама не горюй. - Да и хуй с ним, - вслух пробормотал уже далеко нетрезвый Артем, делая очередной глоток. Качелька, на которую он чудом влез, сделала печальное «скрип». Ему сегодня уже от Акинфеева прилетело, за глаза хватит. Да, он знал, что у него есть девушка. Да, он знал, что ему пора было завязывать с этой херней, начинающей походить на одержимость. Он не имел права вообще никак реагировать на их помолвку, кроме как улыбнуться и пожелать счастья в семейной жизни. Но сука, болело же. Пиздец как болело. Он отхлебнул еще коньяка, вытирая ладонью рот. Вот так конкретно он не пил уже, сколько, лет пять – и Артем понимал, завтра ему будет очень херово. Но не херовей чем сейчас, ладно, потерпит. А вдруг Игорь специально ее притащил? Типа, сказал же, косвенно, вот и придумал план спасения, соломки подстелил, если вдруг извращенец-Дзюба начнет до него домогаться. Тема горько усмехнулся. Да нет, конечно, все вышло случайно. В этом вся и соль. - Угораздило же тебя, Сергеич, - Артем медленно раскачивался на качели, пиная ботинками снег. Бутылка подходила к концу, перед глазами плыло. Лучше не становилось. – Как девчонка. Но блин, он же мог сказать? Ну вот прямо все сказать, про помолвку, зачем вот эти все кокетства и смущенные взгляды, зачем вся эта ложная надежда? Ведь она была?.. - Он знает, сука, - выплюнул Артем в пустоту. – Знает, блять, все, и пользуется. Он резко допил коньяк и, шатаясь, встал с качельки. Выбросив с громким стуком бутылку в урну, Артем достал телефон, шагая в определнном направлении. И ебись оно все конем. Он нажал кнопку вызова, долго вслушиваясь в гудки. С первого раза трубку не взяли, но пьяный Артем Дзюба – это танк похуже Артема Дзюбы трезвого. Хуй остановишь. На второй раз ему повезло. Сонное «але» вызвало раздражение. - И тебе привет, Игорек! – Артем кричал в трубку, подходя к девятиэтажке. – Выходи, пого… поговорить надо, епт. - Что? Это… это кто вообще? – на том конце провода замешкались. – Артем, ты что ли? - Нет, Владимир Путин, блять, - он пьяно засмеялся, трясясь от смеха и чуть не падая в снег. – Да, я. Выходи. - Куда? - На улицу, епт. Я у твоего подъезда. Повисло секундное молчание. - Ты не знаешь, где я живу, - недоверчиво ответил Игорь, окончательно проснувшись. - Я – не знаю. А вот пьяный Алан Елизбарович очень даже знает, - он вновь рассмеялся. – Давай спускайся, холодно стоять. - А завтра мы не можем поговорить? Ты время вообще видел, час ночи. - Счастливые часов не наблюдают… так, кажется? – мимо нот пропел Артем, опираясь на лавочку у третьего подъезда. – Ты же счастлив, Игорек, почти женат. Так тебе и срать должно быть на время, - Дзюба потер ладонями лицо – хотелось спать и язык начинал заплетаться. – Выходиииии. - Ты пьян?.. - Выходи и узнаешь. В трубке громко вздохнули. - Щас спущусь. Артем убрал телефон в карман куртки и, поправив на голове шапку, постарался встать более-менее ровно. Через минуту дверь распахнулась, выпуская из подъезда слегка помятого Игоря в трениках и олимпийке. Красивый, чертяга. - Привет, - Артем расплылся в улыбке, хотя за секунду до был зол до посинения. - Ты совсем охуел? – вместо приветствия прошипел Акинфеев. – Ты что тут делаешь? - Поговорить приехал. - У тебя вечером было время, нехер было позорно сбегать, - игоревому возмущению не было предела. – Еще и пьяный! - Да похуй! – уже громче крикнул Артем, распаляясь. – Не надо было свою невесту за собой тащить! - Еще хоть слово про Катю, и ты огребешь, - Игорь сжал руки в кулаки, чувствуя накатывающися волнами гнев. - Это должен был быть наш вечер, Игорек, понимаешь? – Артем подошел ближе. – Наш. Как тогда, в Томс… - Ты опять за свое? – как-то даже устало спросил Игорь, понимая, к чему все идет. – Дзюба, мы вроде взрослые люди и все решили, разве нет? Друзья, коллеги, товарищи, - как угодно, но не больше! – Игорь всплеснул руками, думая, что сейчас объясняет простые истины. – Ты сам говорил… - Да не хочу я быть друзьями, блять, - отрешенно ответил Артем, поднимая пьяный взгляд на Игоря. Тот резко замолчал, словно звук выключили. Он поежился, и явно не от ветра. - Артем, послушай… - Игорь нервно сглотнул , но договорить не успел. - Да ты же мне… блять, да какого ж хуя тогда это все, а, скажи мне, - Артем подошел совсем вплотную, почти зажимая Акинфеева у дверей подъезда, он прислонился к его лбу своим, и Игорь отшатнулся. Пахло коньяком и снегом. – Какого ж хуя это ты, а? Вопрос, заданный бесцветным, чуть хриплым от криков, голосом, остался без ответа. - Артем, тебе надо проспаться, ты слишком пьян, ты не знаешь, что за чушь несешь. Дзюба лишь усмехнулся на это, отходя от Игоря. Он попятился спиной вперед, медленно выходя на дорогу. - Да пошел ты на хуй, Акинфеев. Слышишь? – он вытащил из кармана телефон, вытаскивая из того симку, бросив ее на снег и жестко втаптывая в землю. – Все! Нет тебя! Адьос амигос! – Артем, покачиваясь, пошел вдоль дороги, уходя прочь от жилого квартала. Игорь хотел было остановить этого пьяного придурка, вызвать ему такси, но потом понял, что не знает его адреса, да и, в принципе, раз Артему Дзюбе было на него (и на себя) похуй, то кто такой Игорь Акинфеев, чтобы его останавливать. Дверь третьего подъезда закрылась с оглушительным грохотом.