томь

август 2013, Белфаст Август в Ирландии выдался аномальный - духота стояла адская, Артёму было даже дышать трудно, поэтому на водопой он сворачивал через каждый километр - Фабио уже пару раз грозно поглядывал на нападающего. А хули он там, в кепочке своей, в тенёчке уселся, а они тут как стадо антилоп в саванне носятся, ещё и на такой жаре. Артём зло сплюнул, переходя на бег трусцой. В Ростове такая погода переносилась в сто раз легче. «Может и не в погоде дело», - Дзюба краем глаза посмотрел в сторону вратарской. - Че, подох уже что ли? - Комбар, не дождёшься, - Дима похлопал Артема по спине, начиная бежать с ним в ногу, - да чет жарко слишком, а ещё сколько нам... - Минут двадцать. Ты смотри, хуево побегаешь, завтра охуенно посидишь, - Комбаров подмигнул и негромко заржал над собственной шуткой. Артём был рад, что Димку тоже вызвали, он неплохо отвлекал его от всякого говна в мыслях, постоянно что-то рассказывал, всегда был готов потренить штрафные и пенки. И тот факт, что их общение не прекратилось и за пределами футбольного поля, даже учитывая, что они были в разных теперь клубах, Тему тоже радовал – Комбар даже в Ростов к нему в гости гонял. ⁃ Да как хомяки в колесе, заебало, - Артем тяжело выдохнул, подбегая к корзинкам с водой. Понятное дело, почти у всех футболистов самым нелюбимым занятием была физподготовка, но это было необходимо, Артем и сам понимал, а ныл так, для проформы. Иначе его никто бы никуда не позвал. А в сборную Дзюба хотел, еще как. Поэтому и в «Ростове» забивал как бешеный, выплескивая всю накопившуюся энергию, агрессию и азарт. По своей красно-белой альма-матер скучал иногда, конечно, по тренировкам, по ребятам, но Артем был уверен, что сделал все правильно. Кристине спасибо – последние полгода она была чуть ли не единственной, кто верил и вытягивал. Выбивала дурь из головы – по крайней мере, старалась. Они, кстати, расписались недавно. Торжества не делали – так, с родственниками и друзьями встретились в ресторане, отпраздновали. Тихо, спокойно, только свои, Кристинка красивая и счастливая, плачущие родители («наконец-то нашего дятла в хорошие руки отдали»). Тема тоже был, в принципе, счастлив и доволен, правда после того, как на тренировке примерно недели через две после свадьбы проебал кольцо, купил новое, но оставлял дома. Крис до сих пор иногда бесится, Артем знает, но уж лучше пусть дома лежит, все и так в курсе. (Как Игорь, играя в перчатках, до сих пор никуда не дел свое, для Темы загадка, но спрашивать почему-то не особенно хотелось) После того случая они не разговаривали. Артем сменил номер и искать акинфеевский не собирался. Вчера было сухое «привет» перед теорией и «приятного аппетита» на обеде. Артем даже думал, что так лучше будет, для всех – совсем не общаться. Врагами они, конечно, не были, просто… никто. Ну не обязаны же они все друг с другом дружить, правильно? дружить - Гайз, гайз! – громкий крик Капелло, который потом еще и засвистел в свисток, вырвал Тему из дурацких мыслей. - Слава богу, беготня кончилась, - шепотом заметил недалеко стоящий Береза, чему все заулыбались. Игорь шел рядом с Васей, и тоже улыбался. Тренер приказал делиться на команды для двусторонки, в толпе послышалось одобрительное улюлюканье. Конечно же, Артема поставили в команду против Акинфеева. Конечно же, Артем не забил. Он очень старался, не подумайте, но то мяч с ноги срежется, то на нем треха защей повиснет, то Игорь как-то так допрыгнет-дотянется… Дзюба матерился каждые несколько минут, чем жутко забавлял Комбара («ща штраф отхватишь, Темыч, ты б поаккуратнее»), да было пофиг, сколько он уже в своей жизни этих штрафов заплатил. Капелло громко свистнул с правой бровки, взмахнув руками – тренировка закончилась. Кто-то, вроде, Дзага, громко заорал «наконец-то обед!», все заржали. Игорь чуть ли не самым первым вышел с поля, махом выпивая почти полную бутылку воды. Теме показалось, что он слегка морщился, наступая на левую ногу, но потом обзор ему перекрыл Керж с Быстрым, которые спорили, должны ли были назначить пенку в ворота «Барсы» - в отеле показывали какой-то записанный матч, Тема не очень увлекался Ла Лигой, больше смотрел Англию, - и Акинфеев успел ускользнуть в автобус. Ладно, наверное, и правда показалось. *** Ближе к отбою жара спала – воздух прогрелся до комфортной температуры, над Белфастом повис теплый вечер. Даже звезды виднелись кое-где. Артем вдохнул полной грудью – спать не особо хотелось, несмотря на усиленные тренировки и на то, что завтра игра, вставать рано. Он, как был, в кроссовках, футболке и шортах, вышел из гостиницы, тряся перед непонимающей девушкой на ресепшене телефоном. - Ай хэв ту колл, - английский его был, конечно, ужасен, но Артем улыбался во все тридцать два, - май френд – слип, - он прижал ладони к щеке, намекая на то, что не хотел будить спящего в номере сокомандника. Девушка, с красивым именем Оливия на бейджике, утвердительно кивнула, похлопав глазами. Он усмехнулся. Кажется, даже если бы Артем сейчас пронес мимо нее «калаш», она бы не удивилась и пропустила, спросив бы только, не нужны ли ему патроны. Звонить никому он, само собой, не собирался. Хотелось просто проветриться, погулять по ярко-зеленому газону (благо, гостиница находилась совсем рядом с тренировочной базой), полюбоваться ирландским звездным небом, увидеть на слабо освещенном прожекторами поле Акинфеева… Чего блять? Артем зажмурился, потом пару раз проморгался, думая, что у него глюки. Да нет, вот, метрах в пятнадцати от него, мяч чеканит. И неплохо чеканит, заметил Дзюба, шлепая сланцами по газону. Игорь неотрывно следил за мячом, подбрасывая его то коленкой, то бедром, то принимая на голень. Услышав хлюпающий звук сзади, вратарь напрягся, думая, что охранник, которого он уговорил потренироваться в такое позднее время, все же разболтал Капелло и теперь ему придется выслушивать поток итальянского мата вперемешку с русским, а потом и штраф платить. Он в последний раз подбросил мяч вверх, не сильно высоко, чтобы после острым ударом забросить его в нижний угол ворот. - А ты точно не нападающий? Игорь обернулся на голос, думая, во-первых, почему они всегда оказываются наедине с Артемом в дурацких ситуациях и ночью, а, во-вторых, какого хрена он тут делает. - Тоже не спится? – Дзюба, откашлявшись, подошел ближе, и встал очень удачно, закрывая надоедливый прожектор, который бесил Игоря с самого начала его ночной тренировки. - Да так, знаешь… - Акинфеев замялся, не находя, что ответить, и вообще, как ему теперь с этим человеком разговаривать, и стоит ли это делать вообще. - Нервишки шалят, нормальная история перед игрой. Повисло неловкое молчание. Игорь смотрел на Дзюбу и, как бы ни хотел, не мог не вспоминать их последний разговор в Москве. Ну, разговором это было назвать сложно, его просто и откровенно послали по определенному адресу. Обиды на Артема Акинфеев не держал, его не так воспитывали, он просто до сих пор не мог понять, что случилось и чем он так провинился. А может, им просто не суждено было хорошо общаться, кто знает. Игорь уже было обернулся, чтобы забрать мяч из сетки и направиться в отель, но Артем, как всегда, помешал его планам. - Нервишки надо успокаивать. Может, штрафные побьем? Покажу тебе класс, все-таки, лучший бомбардир РПЛ, - Игорь не мог не усмехнуться такому заявлению, жалея, что у него сейчас нет диктофона и он не может это показать Кержакову. Глаза Артема залихвацки блестели, как у ребенка, которому наконец-то дали поиграть в любимую игрушку. – Не против? - Ну… давай побьем, - Игорь кивнул чуть заторможенно, идя в ворота, но развернулся на пятках, щелкая пальцами в воздухе, при этом чуть не врезаясь в рослого Дзюбу. – Блин, я ж без перчаток. Как отбивать-то буду? - Черт, я об этом и не подумал. Ты просто всегда в них, - Артем нахмурился, понимая, что затея получается невыполнимой. Но пословица «дурная голова рукам покоя не дает» была придумана, видимо, когда Артем появился на свет, поэтому… - Так давай я, это, на ворота встану, а? И вот тут Игорь охуел, и это было мягко сказано. - Куда-куда ты встанешь? - Ну на ворота. Смотри, - Артем легко прихватил Игоря за локоть, шагая по мягкому газону в сторону ворот, - во-первых, мне руки особо беречь не надо, я же нападающий, епт, - он начал загибать пальцы, Акинфеев же продолжал внимательно слушать этого сказочного… человека, - во-вторых, потренируем твою ээээ игру ногами, в-третьих – мне давно говорили, что надо попробовать себя на позиции вратаря, в-четвертых… - Артем осекся, когда Игорь засмеялся в голос, останавливаясь перед воротами. – Че ты ржешь? - Да ничего, - Игорь взял мяч в руки, картинно разглядывая его, - так что там у нас в-четвертых? Мне просто для убеждения минимум четыре пункта нужно услышать, так что… – не подстебать сейчас Дзюбу было бы преступлением. - Да иди ты, - Артем пихнул его из ворот, вместе с мячом. – Давай быстрей, пока не запалил кто, - Игорь, смеясь, ушел на «точку», наблюдая за тем, как двухметровый Артем скачет во вратарской, «проверяя» штанги и сетку на прочность. Детский сад. - Игорек, только ты меня не жалей, лады? – крикнул Артем ему вслед, широко расставляя руки. – Все, я готов! – он показал большой палец, улыбаясь во весь рот. И сейчас, готовясь пробить, Игорь видел в Артеме только большого ребенка, болеющего футболом, а не злого пьяного мужика, говорящего ему обидные вещи почти год назад. Сложить две картинки воедино получалось сложно, но Акинфеев очень надеялся, что вторая все-таки скоро насовсем вытеснит первую. Тем более, они с ним оба профессионалы своего дела, а общаться на профессиональном уровне тоже надо уметь. Прохладный воздух приятно щекотил ноздри, а прожектора стали светить не так ярко, что было даже лучше, потому что они тоже давали жару будь здоров. Игорь отошел на пару метров подальше, чтобы как следует разбежаться, не переставая при этом задаваться вопросом какой херней они сейчас занимаются. С другой стороны, побыть, пусть и всего несколько минут, нападающим на ночном ирландском стадионе это даже прикольно. «Ох Березуцкие ржать будут», - пронеслось в голове Акинфеева, но ноги уже сами неслись к отметке в 11 метров. Размах оказался достаточно приличный, бил Игорь правой – и, скорее, на силу, чем на точность, - Дзюбу швырнуло на газон словно рыбу на берег, и, после звонкого «блять!», мяч ухнул в сетку, а Артем распластался на траве. Игорь, смеясь, подошел к горе-вратарю, поднимая того за руку. - Живой? – он принялся помогать Артему отряхиваться, на что тот лишь отмахнулся. - Да хуйня, ты мне лучше скажи, как ты так провернул? Ты ж в левый угол смотрел, епт, - Артем театрально разводил руками, поворачиваясь к воротам, - я должен был потащить! - Ну, Артем, талантливый человек, как говорится… - Игорь пихнул его в плечо, но продолжил более серьезно: – Шучу. Тебе не повезло просто. И ты прыгнул рановато. А еще игрок не всегда смотрит в тот угол, куда будет пробивать, сам же знаешь, - Акинфеев подмигнул, словно не замечая артемовского смущения, который после разъяснений принялся гипнотизировать траву. – Ты молодец все равно, главное руки не отбил. Продолжим? Артем, кивая болванчиком, выпалил тупое «ага давай», чувствуя себя идиотом не только потому, что вообще ему в голову пришла эта идея – попробивать с Игорем Акинфеевым, которого он послал нахуй и которому успел признаться в том, что он ему нравится, штрафные, - но и потому, что не залипать в расстегнутый ворот акинфеевской толстовки, а потом не смотреть в глаза с каждым разом получалось все сложнее. Видимо, вселенная решила добить Артема окончательно, потому что как только они начали расходиться с Игорем в разные стороны, слева от Дзюбы раздался характерный щелчок, после чего струя воды окатила нападающего с ног до головы. - Ебаные поливалки! – Игорь обернулся на крик, видя буквально летящего в свою сторону Артема, который пытался отряхнуться от воды на бегу, как собака. Он стоял и смеялся до тех пор, пока Артем не схватил его за руку, крича что-то «че встал, они щас все врубаться начнут!» и они не побежали в гостиницу уже вместе. Надо было видеть лицо прекрасной Оливии, когда ночью в лобби влетели двое русских парней, один из которых был наполовину мокрый, а второй виновато лепетал «сорри, айм соу сорри» на ломаном английском, а после они, гогоча, как пятилетки, унеслись в сторону лифтов. - Это было…странно, - многозначительно произнес Игорь, привалившись к лифтовому зеркалу. Ехать было недолго, всего шесть этажей. Артем стянул с себя футболку, принимаясь вытирать ей голову, как полотенцем. Игорь весь подобрался, очень настойчиво глядя на мигающие цифры на панели – четыре, пять, шесть… - Фуф, неужели, - Дзюба первым вывалился в коридор, тут же поворачивая направо в свой номер. - Эй, - Игорь его притормозил, - я в другой стороне живу. Так что, бывай, до завтра, - он протянул Артему руку, на что тот (опять) его приобнял. – И спасибо за вечер, что ли. - Да, было круто, надо повторить, - улыбающийся Артем продолжал крутить в руках наполовину мокрую футболку, медленно, но верно превращая ее в половую тряпку. Игорь не знал, что на это ответить, не знал вообще, как реагировать на полуголого Дзюбу, который предлагал ему провести еще пару таких «тренировок», но отшутиться – отшутиться было самым верным и нестрашным вариантом. - Только график поливок поля уточнить заранее, - они рассмеялись, и уходить не особо-то и хотелось, но сон сейчас был необходим им обоим. – Спокойной ночи, Артем. - Спокойной ночи, Игорек, - Дзюба перекинул футболку через плечо, помахав Игорю рукой. Стоит ли говорить, что ни в том, ни в другом случае пожелание не сработало. *** В принципе, проигрыш со счетом 1:0 нельзя было назвать убийственным или ужасным, но настроение у всех было отвратное. - Пиздеееец блять нахуй, - протянул Артем, подходя к Игорю, когда тот дошел до центра поля. – Просто слов нет. - Как нет, ты же только что сказал, целых три, - они переглянулись, Игорь усмехнулся, поворачиваясь к нему лицом. – Ты хорош был, правда. - Ага, ни одного удара в створ, вообще огонь, - Дзюба почесал затылок, стараясь увеличивать шаг, потому что идти под оглушающий свист трибун – такое себе удовольствие. - Это я гол пропустил, ты в курсе? - Бля да че ты начинаешь, ты в первом тайме сколько сэйвов сделал, просто Комбар медленный как улитка, а Вася твой… - Не мой он - Да-да, плавали, знаем… - пробурчал Артем, видя, как к ним приближается не кто иной как старший-Березуцкий собственной персоной. – Вспомнишь солнышко… - …оно и встанет, и слава богу, – не сдержался Береза, на что Игорь закатил глаза. – Украду у тебя Игорька, не против? Артем густо покраснел, на что Вася лишь заржал, уводя Акинфеева за собой, в сторону подтрибунок. - Зазевался я чет, Фура, извиняй, - друг похлопал Игоря по плечу, тот ничего не ответил. В сборной он старался эмоционально отгораживаться от неудач, но Васе было проще – в ЦСКА все знали, как остро Акинфеев воспринимает пропущенные мячи, даже если это была не его вина, даже если команда выигрывает или неплохо идет в турнирной таблице. – Не кисни, поборемся еще. - Да дружище, нормально все, - ответил Игорь больше газону, чем одноклубнику. – Первый раз что ли, - он грустно усмехнулся, на ходу стягивая перчатки. - Я погляжу, твоя подружка по сборной вернулась, - Береза кивнул головой в сторону Артема, Игорь лишь тихо ответил «отстань». – Не ну а что, я может ревную. - Да отвяжись ты от Фурика, Вась, - это был Серега, которому Васины подколы по поводу Дзюбы и Игоря были уже поперек горла. – А то не то про тебя подумают. - А пусть думают, че хотят. Правильно, Игоряш? Ты ток не обижайся, я ж любя. Может я тоже с Артемом дружить хочу. Игорь только рассмеялся, думая, что Вася точно не хотел бы «дружить с Артемом» вот так. Да и не дружба это вовсе, а что – хрен разберешь. Они вошли в раздевалку, готовясь к разбору полетов. Как ни странно, Фабио не особо орал – все было сказано еще в перерыве. Играли они безвольно, слабо, не нанесли ни одного удара по воротам, еще и пропустили. «Хорошо, что только один», - с этими словами Капелло покинул раздевалку, давая ребятам спокойно собраться. Обычно Игорь уходил одним из самых первых: быстрый душ, вещи в сумку и в автобус. Но он еще вчера на тренировке потянул лодыжку – ничего серьезного, просто иногда ныло, - а сегодня в прыжке не очень грамотно приземлился, начало болеть. Врачей парить не хотелось, поэтому собирался Акинфеев чуть дольше обычного. - Ты в порядке? – к нему подошел распаренный Дзага. Решив, что он тоже спрашивает про психологическое состояние, Игорь кивнул и улыбнулся. – За ногу держишься, вот и спросил. - Завтра пройдет, устал просто, - Алан с подозрением кивнул, хлопнув одноклубника по спине, и направился на выход. Игорь вернулся к сбору вещей, оставаясь в раздевалке последним, как он думал. - Потянул что ли? – Дзюба словно из-под земли вырос, оказываясь чуть ли не нос к носу рядом с Игорем. – Говорил кому? - Да нормально все, не хрустальный, - он хлопнул шкафчиком, усаживаясь на скамейку, чтобы натянуть кроссовки. - Понял, не лезу, - Артем накинул олимпийку, собираясь было выйти. – Ниточку повяжи. - Чего? - Ты так в детстве не делал? – Артем искренне удивился, когда Игорь не понял, что его попросили сделать. – Ну была такая приколюха, меня мама научила, - он присел рядом и принялся объяснять, - это, конечно, все самовнушение, но в детстве помогало. Если лодыжку или кисть потянул, или ударил там, берешь красную веревочку – не знаю, почему красную, так надо, - обвязываешь ей это место и через пару дней все проходит. Акинфеев честно пытался держать лицо, слушая этот странный народный рецепт, еще раз укореняясь в своем мнении, что Артем – пиздец странный. - Ты это серьезно? - Ну да. Говорю ж, мама научила, - вполне серьезно ответил Артем, начиная копошиться в сумке. – У меня даже с собой есть, вот, - он вытянул из кармана красную тонкую ниточку, где-то полметра длиной. Дзюба обернулся в сторону выхода, наблюдая за охраной, и повернулся обратно к Игорю. – Возьмешь? Игорь даже не успел подумать о том, что с Артемом все всегда происходит не по сценарию, как-то не так, и он до сих пор не может понять, нравится ему это или нет, как Дзюба успел вложить ему нитку в открытую ладонь и встать со скамейки. - Ну как хочешь, короче, - он улыбнулся, подхватывая сумку, порылся там еще пару секунд и выудил пачку жвачки, - там щас закрывать придут, давай в автобус быстрее, - уже жуя пробубнил Артем, чуть ли не вприпрыжку направляясь к выходу. *** (Когда на утро в аэропорту Вася тычет в левую ногу Игоря, а Игнашевич довольно громко интересуется «а что это у тебя тут?», Артем, отхлебывая горячий и невкусный кофе из пластикового стаканчика, делает вид, что не замечает, как вратарь смущенно одергивает штанину, и глупо улыбается)